Успешная операция (мёртвый пациент)

Большинство либертарианцев так или иначе бросали вызов проблеме общественной собственности или тому, как рынок может наилучшим образом защитить и распределить блага, «принадлежащие» всем, такие как рыба в море, дороги, радиоволны и т.п. Старая экономическая притча хорошо подводит итог проблемы – давайте вкратце рассмотрим его, прежде чем задуматься о решении.

Эта проблема хорошо описана в притче, называемой трагедией общин. Она выглядит примерно так: группа фермеров, владеющих овцами, владеет и землёй на общей территории. Каждый из них извлекает индивидуальную выгоду, позволяя своим овцам пастись на общей земле, так как это освобождает часть собственных сельскохозяйственных угодий для других целей. Тем не менее, если все фермеры позволят своим овцам пастись на ней, то они в итоге пострадают от опустошения земли, их овцы начнут голодать. Многие считают это неопровержимым роковым ударом для абсолютного права частной собственности – и свободного рынка в целом – в той мере, в которой это «доказывает», что рационально преследуемые индивидуальные корыстные интересы могут привести к экономической катастрофе. В связи с этим, как утверждает трагедия общин, права собственности должны быть урезаны ради «большего блага». Необходимо ввести регулирование и государственную собственность для контроля над превышением личных интересов ради долгосрочной стабильности, бла-бла-бла.

Однако с этим связана одна существенная трудность, которая заключается в том, что трагедия общин не доказывает необходимость государственного регулирования или государственной собственности, или что передача общественной собственности государству каким-либо образом решает эту проблему. На самом деле, легко доказать, что даже если трагедия общин является реальной дилеммой, наихудший способ её решения – использование государства.

ПРОБЛЕМА №1: ОБЩЕСТВЕННАЯ СОБСТВЕННОСТЬ

Самое простое опровержение трагедии общин, конечно же, состоит в указании на то, что проблема, с которой сталкиваются фермеры, заключается не в избытке частной собственности, а в её дефиците. Если представить себе фермы, окружающие общую территорию как пончик, то очевидно, что трагедию общин лучше всего решить, просто распределив владения между фермами как ломтики пиццы (да, от этих метафор я тоже проголодался!). Если частная собственность будет распределена таким образом, фермеры не будут сталкиваться с проблемой желающих эксплуатировать ресурсы, не принадлежащие им по праву. Тогда каждый сможет использовать свою землю для прокормления своих овец, и все останутся довольны. (В качестве альтернативы, может прийти женщина, которая выкупит общие владения и начнёт взимать плату за выпас скота. Чтобы обеспечить долговечность своего ресурса, она, естественно, позаботится о том, чтобы не допустить опустошения).

Тем не менее, давайте согласимся, что в некоторых обстоятельствах трагедия общин реальна и не может быть преодолена путём расширения прав частной собственности. Какие решения тогда могут быть применены?

Решения общественных проблем всегда делятся на две категории: добровольные и принудительные. На протяжении всей истории мы можем наблюдать изобилие добровольных решений трагедии общин, наиболее примечательными из которых являются меры, принимаемые рыбаками. Когда ряд рыбацких общин усеивают озеро, жители разрабатывают комплексные и эффективные меры для обеспечения невозможности вылова всей рыбы. Демонстрация кем-либо роскоши вызывает возмущение, так как ясно, что это может произойти только от излишнего вылова. Лидеры общин встречаются, чтобы выяснить, сколько может поймать каждая деревня – и в маленькой деревне очень трудно спрятать свой улов. Кроме того, проблема незнания точного количества рыбы, вылавливаемой другими, а также естественные годовые колебания рыбных запасов, приводят к значительному занижению допустимых уловов, что обеспечивает постоянную устойчивость. Левые экономисты могут быть озадачены трагедией общин, однако исторические свидетельства о регулярных смертях неграмотных рыболовов из-за голода ввиду чрезмерного вылова рыбы почти не встречаются (если только их деревенские руководители не были левыми экономистами).

Трагедия общин – ещё одно проявление этой старой страшилки: слепое настаивание на том, что человек – это существо, единственным мотивом которого являются сиюминутные финансовые соображения. (Экономисты, которые в это верят, и у которых есть дети, больше всего озадачивают в данном отношении!). «Аххх», – говорит жалкий фермер этой «сказки мгновенного удовлетворения», – «Я буду пасти овец ночью и бессердечно эксплуатировать общую территорию, чтобы на своей вырастить дюжину лишних реп!». Но какая ему будет польза от лишних реп, если никто в деревне не будет с ним разговаривать, или если никто не поможет ему построить сарай, или если он заболеет и ему понадобятся люди, которые будут ухаживать за его овцами? Нет, даже скупые фермеры хорошо подчиняются правилам и забывают о своих лишних репах – ведь нарушая общественные нормы они потеряют гораздо больше, чем выиграют. Общины обладают оружием остракизма и презрения, которое сильно перевешивает сиюминутные экономические расчёты.

(Изменилось ли это в эпоху Интернета? Мы ведь гораздо меньше стеснены общественными нормами, чем раньше! Вовсе нет – сейчас, с цифровыми инструментами, начиная от кредитных отчётов, веб-поиска и лёгкого доступа к предыдущим работодателям, соответствие базовой порядочности важнее, чем когда-либо.)

ПРОБЛЕМА № 2: ГОСУДАРСТВО КАК «ОБЩЕЕ БЛАГО»

Тем не менее, давайте предположим, что ни одно из вышеперечисленных опровержений трагедии общин не является достаточно утвердительным, и при определённых обстоятельствах возможности распределить права собственности или осуществлять общественный контроль попросту нет – что тогда? Обратимся ли мы с такой непростой и сложной проблемой к нежной милости государства?

Одним из наиболее интересных аспектов использования государства для решения трагедии общин заключается в том, что оно само является субъектом этой проблемы.

Поскольку государство является образованием, имущество которого находится в «общей собственности», проблема корыстной эксплуатации, ведущей к опустошению, наверняка относится к «собственности» государства так же само, как и к общей земле, окольцованной жадными и близорукими фермерами. Точно так же, как фермеры могут опустошить общую территорию, преследуя при этом свои личные интересы, так и политики, бюрократы, лоббисты и другие государственные холуи и придворные могут разрушить экономику в целом, преследуя свои собственные эгоистичные экономические и политические цели.

Трагедия общин утверждает, что благодаря «общей собственности» долгосрочное процветание приносится в жертву ради краткосрочной выгоды. Поскольку никто не защищает и не поддерживает имущество, которое может быть использовано всеми, оно опустошается до небытия. И государство должно решить эту проблему? Как?

Ведь именно так работает государство!

Давайте рассмотрим некоторые примеры того, как государство приносит в жертву будущее ради жадных интересов здесь и сейчас:

— финансирование дефицита;

— инфляционная денежная экспансия;

— государственные облигации, выплата которых возложена на плечи будущих поколений;

— социальное обеспечение, тоже оплаченное за счёт будущих поколений;

— наступательные «оборонные» расходы, которые будущие граждане будут оплачивать за счёт повышенного риска внутренних атак;

— массовые провалы в образовании, которые оказывают крайне пагубное воздействие на будущие производительность и счастье;

— предоставление особых полномочий, прав и льгот таким лоббистам, как профсоюзы, работники государственного сектора и крупные корпорации, что приводит к росту цен и дефициту (стоимость только законов о профсоюзах для экономики США оценивается в 50 триллионов долларов за последние 50 лет);

— неспособность адекватно поддерживать общественную инфраструктуру, такую как дороги, школы, мосты, водоснабжение и т.д., что перекладывает огромные обязательства на следующее поколение;

— массовые расходы на войну с наркотиками, что увеличивает преступность в будущем;

— загрязнение общественных земель и других основных фондов, что в краткосрочной перспективе экономит деньги, а в долгосрочной уменьшает их стоимость;

— …и Бог знает, что ещё!

Из приведённых выше примеров легко понять, что трагедия общин применима к государству в гораздо большей степени, чем к любому другому общественному учреждению или частному лицу. Вспомнив пример жадных фермеров, мы легко увидим, что у них есть значительный стимул избегать или решать эту проблему, поскольку именно они сами пострадают от опустошения общих земель. Однако в случае государства те, кто охотится на государственную казну и расхищает её, сами никогда не столкнутся с прямыми последствиями. Таким образом, стимул к предотвращению, решению или даже смягчению проблемы у них практически отсутствует.

Более того, даже если в конечном итоге фермеры опустошат общие земли, они, по крайней мере, смогут собраться вместе и добровольно поработать над тем, чтобы найти лучшее решение в будущем. Однако, как только правительство берёт проблему в свои руки, контроль почти полностью переходит из частной сферы в общественную сферу правоприменения, коррупции и политики. Когда-то прочно укоренившаяся в сфере государственной власти проблема общественной собственности не только непредсказуемо усугубилась, но и никогда не может быть решена вовсе, поскольку хищническое разорение государственной казны в настоящее время защищается всей мощью государственных вооружённых сил.

Последствия ускользают, конкуренция исчезает, и безумное доступное для всех расхищение просто обостряется до тех пор, пока общественный кошелёк не высохнет и государство не рухнет. (Вот что случилось в Советском Союзе; в 1980-е годы, когда стало ясно, что коммунизм нежизнеспособен, работники Кремля просто грабили государственную казну до тех пор, пока само государство не обанкротилось).

Таким образом, идея обращения к государству для решения трагедии общин сродни старой медицинской шутке о том, что операция прошла успешно, за незначительным исключением смерти пациента. Если трагедия общин является существенной проблемой для частного сектора, то её передача правительству может сделать только хуже – превратив её из лёгкой экономической проблемы в самоубийственную экспансию государственной власти и насилия. Если трагедия общин не является существенной проблемой, то, конечно же, нам не нужно, чтобы государство вообще её решало.

Если государство является злым, коррумпированным и разрушительным решением проблем общественной организации, то какие альтернативы может предложить анархизм?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.