Не могли бы Вы разобрать этот ролик?

Ваш дружелюбный сосед из ЛПР

Спасибо, очень хороший канал, подписалась. Теперь о ролике.

Фактически, нам убедительно и с иллюстрациями продемонстрировали, что современные корпорации мало отличаются от государств, и наоборот. Мегакорпорациями, способными эффективно укрупняться, становится не всякий бизнес, а тот, который выполняет функцию платформы для других бизнесов. Издержки масштабирования платформенного бизнеса сравнительно невелики, а прибыль в первую очередь зависит от сетевого эффекта. Поэтому корпорации старого образца, вроде какого-нибудь Газпрома, погоды на новом глобальном рынке не сделают, а вот тот же Яндекс — это серьёзный игрок с перспективами дальнейшего роста, особенно если ему удастся съесть путающуюся под ногами Российскую Федерацию.

Но что получается. Собственно сотрудников в таких корпорациях сравнительно немного. Но развитие платформ — это фактор, способствующий успеху малого бизнеса, а то и вовсе фрилансеров, которые зарабатывают на этих самых платформах. С каждой новой платформой становится всё больше людей, которые на них зарабатывают. Сами платформы имеют, конечно, не в пример больше, но что нам, жалко, что ли?

Нет, не жалко, до тех пор, пока игра выглядит честной. В ролике как раз и рассказывается о нескольких случаях, когда игра велась жёстко, при том, что игроки были в существенно разных весовых категориях. Корпорации, становясь сопоставимыми с государствами по силе, вполне могут позволять себе и методы, которые скорее уместны для этих криминальных группировок. Стоит ли нам рассчитывать, что старый добрый территориальный бандит даст укорот молодому, наглому и экстерриториальному? Стоит ли нам бояться нового бандита пуще старого?

Всякое может быть. Вполне можно себе представить злые корпорации на свободном рынке, какие нам во множестве нарисовал Голливуд. Но вокруг таких компаний всё-таки виден некоторый налёт театральщины. Куда проще представить себе корпорацию, сросшуюся с классическим государством в симбиозе, использующую политические методы для устранения соперников, когда удобнее грубая сила, и экономическую мощь, когда удобнее более мягкий подход. Мы видим такие корпорации уже сейчас, президентов США на завтрак жрут. Но мы видим и силу гражданского противодействия грязным трюкам, чему пример недавняя история с GameStop.

Вслед за автором ролика я в этом посте много развожу руками, потому что мы видим, что правила меняются буквально на глазах, и толком неясно, как именно порешает рыночек. Но пока что я могу сделать осторожное предположение, что рыночек будет всё дальше отстранять в сторону государства, чтобы не мешались, а владельцы разнообразных платформ по мере насыщения рынка будут всё меньше дёргаться и всё больше ценить предсказуемость правил. А для этого им и самим придётся их соблюдать. Причём под правилами я имею в виду не то, что хозяин платформы требует от своих пользователей — а то, о чём договорились между собой сами хозяева платформ. Ну а с появлением права конфликты разрешаются куда легче и наносят куда меньший ущерб.

Пара вопросов о Механике свободы

Нигде не мог найти третье издание The Machinery of Freedom. Нашёл на этом замечательном сайте. Спасибо большое за работу, которую вы делаете, это очень важно для нашей идеи. Хотел спросить: можно как-то получить оригинал книги, третье издание, в формате pdf?

Александр

У меня было в ворде от автора, но раз очень надо, то сконвертировала в pdf. Хотела заодно и в epub, но качество автоматической конвертации оставляет желать лучшего, так что пусть этим займётся какой-нибудь другой энтузиаст, а я пока что вылизываю в этом формате перевод.

Пожалуйста, посоветуйте книгу по анкапу, азбучную, так чтобы дал знакомому, который не в теме, и он без спотыкания о кучу терминов, понял как анкап может работать (деньги, суды, полиция и т.д.). Спасибо.

анонимный вопрос

Я считаю такой книгой именно фридмановскую Механику свободы, иначе не убила бы на неё столько сил. Автор не заморачивается с изложением истории либертарианства или хотя бы только анкапа, не пересказывает экономическую теорию, а именно что даёт видение: как оно всё работает на свободном рынке, и какие конкретные формы, по его мнению, примет (по крайней мере, в США).

Так что пусть ваш знакомый начинает читать на сайте, а примерно через месяц я очень сильно надеюсь выложить уже наконец, финальную электронную версию.

Какие реформы, меры, методы надо предпринять, чтобы постсоветская страна стала реально децентрализованной на 100 %?

Пересiчний украiнець

Для выполнения этой задачи недостаточно просто, скажем, дать громадам право оставлять себе большую часть налогов: такие права легко дать и легко забрать. Важно, чтобы реформы было очень трудно обернуть вспять. То есть они должны очень быстро и очень сильно улучшить жизнь людей.

Как быстро улучшить жизнь людей в самой бедной стране Европы? Только открыв страну для очень широкого потока инвестиций. Так что буквально первый пакет предлагаемых реформ — это серьёзное сокращение государственного вмешательства в регуляцию экономики.

Прямо вот самое первое — упразднение таможни, вместе с пошлинами. Хотят другие государства ограничивать экспорт товаров в Украину или импорт товаров из Украины — их право. А в Украине некому заниматься этой ерундой, хотят люди торговать — и торгуют.

Второе — присвоение громадам права забирать в свою компетенцию вообще любые государственные функции. Желают сами собирать все налоги и устанавливать их размер — на здоровье. После этого пусть торгуются с центром, сколько денег они готовы ему отдать в приданое к тем вопросам, которые они самостоятельно не потянут. Не желают сами ничего решать — на здоровье, из центра назначат людей, назовут налоговые ставки и будут осуществлять полное администрирование, пока громадяне не соберутся на сход и не заявят о том, что приятно отдохнули и вновь готовы к самоуправлению.

Как выбирать президента? Не надо его выбирать, продавайте эту неоплачиваемую должность с аукциона, на один год без права продления, а из полномочий оставьте только право ветирования законов, принимаемых Верховной Радой. Но это уже несрочно, это уже украшательство. Не хотите зарабатывать на продаже президентской должности — сделайте, как в Швейцарии, там тоже неплохо.

Ну а что с юго-востоком? А там создаётся Донецкая Сечь. Раз уж страна децентрализованная, то мало какая громада решится содержать серьёзные вооружённые силы, а тут район, где это жизненно необходимо. Значит, нужен сафари-парк, куда будут ехать все, кому интересно поохотиться на сепаров, а также представители волонтёрских организаций, которые будут следить, чтобы охота велась без браконьерства. Приехал, оплатил путёвку — и вперёд. Сколько добудешь — всё твоё. Задача руководства Сечи — организовывать взаимодействие, чтобы друг друга не постреляли, на то и деньги собираются. Ну и оперативно проводить демаркацию тех районов, жители которых решили из охотугодий переквалифицировать себя в полноправную территорию Сечи, выдали своих сепаров на суд, отрядили выборных в сечевое самоуправление — и всё, жители территории приобрели обратно статус людей. Не знаю, насколько эффективно это будет сокращать размер охотугодий, но вопрос-то был о том, какие меры нужны для обеспечения децентрализации. Так вот, без децентрализованной волонтёрской армии вы децентрализованную страну не удержите.

Даже этот термин я, оказывается, не изобрела. Не удивлюсь, если и все прочие советы окажутся сущей банальностью.

Блиц-4

Какие то чуваки из реддита купили кучу акции мертвых компании и разорили «жадные» хедж-фонды за их шорт этих компании. Кто больше прав в этой ситуации?

Анальный фокусник

Больше правы те, кто покидает казино и идёт играть в шахматы.

Я уже как-то разбирала тему про манипуляции рынком и даже более конкретно, про схему pump and dump. Размышления сводились к тому, что если этим занимаются трейдеры, то это такая же рискованная стратегия, как и любая другая. А попытки это регулировать являются точно такой же манипуляцией рынком. Так что если торговая площадка в принципе подразумевает возможность закрыть торговлю, чтобы помешать кому-то получить прибыль, то нечего делать на таких площадках. Неудивительно, что чуваки из реддита в итоге наплевали на акции и пошли торговать криптой. Со временем наиболее толковые из них даже поймут, какая крипта лучше годится для того, чтобы купить и держать, а какая разве что для спекуляций. Но на криптобиржах у них, по крайней мере, не отберут игрушку, даже если возникнет опасность, что они с её помощью кого-то огорчат.

Читаю перевод Механики Свободы. Очень интересно, спасибо. Сам английский знаю на уровне чтения англо-русского словаря, поэтому сейчас будет не критика, а скорее вопрос. В конце главы Редкие — значит исчерпаемые упоминается проблема изобилия. Как же меня с этого бомбануло. Изобилие — лучшее, на что может надеяться человечество, и называть его проблемой — богохульство.

Потом вспомнил, что существуют ложные друзья переводчика, и значение у problem намного шире, чем у проблемы — это и задача и вопрос и даже ситуация.

У меня всё ещё бомбит. Хочу понять, это просто неточность перевода, или автор действительно думает, что у изобилия есть какие-то проблемы?

Днарь

По тексту мне казалось достаточно очевидным, что автор иронизирует над леваками, которые утверждают, будто появление изобилия вызовет проблемы для существования частной собственности. Да, действительно, многое, бывше платным, станет бесплатным, и это означает лишь переход к иным схемам монетизации, как мы это видим, скажем, на примере копий текстов. Собственность как концепция никуда не денется. Именно конкуренция в производстве товаров и услуг сбивает цену на них настолько, что она может оказаться и нулевой. Но для того, чтобы вообще возникла проблема того, как получить деньги за нечто дешёвое и легкодоступное, как раз и нужен капитализм. Этот парадокс, собственно, и является темой главы.

Запрещать или не запрещать аборты?

Разбирала эту тему — раз и два. Могу лишь добавить к ранее изложенному, что вопрос о том, стоит ли делать аборты, столь же неприятен, как вопрос, стоит ли делать анестезию ударом киянки по затылку. До тех пор, пока у нас нет доступных методов анестезии, не дающих сотрясения мозга в качестве побочного эффекта, есть огромное число ситуаций, в которых такой варварский метод будет лучше, чем его отсутствие. Но когда наука уже шагнула достаточно далеко вперёд, анестезия киянкой может потребоваться лишь в весьма экзотической ситуации. Так и с недопущением рождения ребёнка. Запрещать ли удалять его из организма хирургически без шанса на выживание плода? До тех пор, пока под рукой нет менее варварских методов, есть огромное число ситуаций, в которых лучше уж так. Но когда наука даёт нам широкое разнообразие средств контрацепции, хирургический аборт становится гораздо более редкой процедурой, чем мог бы быть.

Как относиться к тем, кто из принципа заставляет не предохраняться и рожать? Предложите им лечение аппендицита без анестезии.

Отчего не случился анкап?

В прошлом (150-200 лет назад и раньше) законы были гораздо примитивнее, чем сейчас. Многие аспекты жизни вообще не урегулированы, многих определений терминов нет (например, «все обязаны громко молиться по утрам» — насколько громко и где граница утра?), многие моменты отданы на откуп субъектам права и правоприменителям. Плюс каждый имел право на ношение оружия, а налоговая нагрузка была довольно примитивна. Можно ли считать, что тогдашнее общество было гораздо ближе к анкапу, чем нынешнее? И если да, то почему мы свернули не туда?

анонимный вопрос

На эту тему стоит для начала пересмотреть один наш ролик, про стационарного бандита, где мы излагаем эту несложную теорию и показываем, как естественное государство превратилось в ту странную нелепицу, которую мы имеем сейчас.

В частности, в ролике указывается, где мы свернули не туда. Мы сворачивали не туда каждый раз, когда меняли свободу на безопасность. В случае с протоанкапом Ирландии или Исландии речь шла о внешнем завоевании довольно откровенных медвежьих дыр, так что там ещё можно сказать, мол, совершенно неважно, что там выбирали аборигены, фактически выбора у них не было, решала грубая сила. Но вот в США уже на фактор внешнего завоевания не сошлёшься, как раз войну за независимость они сумели выиграть в режиме анархии. Ну а дальше как раз был поворот не туда. На свободном рынке потребителю выгодна конкуренция производителей. А производителю, конечно же, выгодна монополия. Потребителей больше, но они хуже организованы. Сплочённое меньшинство способно обеспечить себе непропорционально много влияния. Так в США начало разбухать федеральное правительство, вводящее экономические регуляции, и положение дел в штатах стало всё меньше напоминать анкап. Государству сунули палец в рот, и оно откусило по локоть.

Немножко с других позиций, зато гораздо подробнее, этот процесс рассмотрен в недавно спираченой мною книге Родиона Бельковича Кровь патриотов (не забудьте задонатить ЦРИ после прочтения, а то автор недолюбливает пиратов, надо его перевоспитывать). В Европе те же процессы шли при ещё большем попустительстве общества, потому что реальной анархии там и понюхать не успели, так что пытались изобрести нереальную, на основе отрицания частной собственности.

Дальше гляньте второй наш ролик, про условия устойчивости анархии.

Там мы рассказываем про главное условие, без выполнения которого ничего не выйдет. Если смотреть на макроуровне, то дело в господствующих ценностях. Ценность свободы таки должна быть выше ценности безопасности, иначе свернуть к анкапу не получится, и даже сумев туда попасть, без личной защиты своих прав легко вернуться обратно к рабству.

Но как свобода может оставаться дороже безопасности, если ценность человеческой жизни растёт? Дело в том, что и на стороне агрессора тоже живые люди, и они тоже ценят безопасность. Готовность при обороне причинить нападающему неприемлемый ущерб — это основа доктрины сдерживания, о которой мы также сняли ролик, им-то и предлагаю завершить раскрытие сегодняшней темы.

Si vis pacem para bellum

Почему государственная индонезийская компания Томасек такая успешная, если госуправление неэфективное?

анонимный вопрос

Насколько я смогла понять, речь, скорее всего, идёт о сингапурской компании Temasek Holdings. Как мы все знаем из блокбастера про дворец Путина, изначально деньги на его постройку аккумулировались из откатов с поставок медоборудования в бюджетные учреждения под предлогом создания суверенного инвестиционного фонда. Учитывая, что на первом сроке Путина в публичном дискурсе постоянно маячило понятие авторитарной модернизации и, в частности, Сингапура, можно предположить, что изображалось желание создать именно что-то вроде Темасек.

По сути, мы имеем дело с интересной формой повышения инвестиционной привлекательности страны: вместо того, чтобы держать высокие налоги, образуются госкорпорации, официальная задача которых — приносить прибыль в бюджет. Больше прибыли от госкорпораций — меньше потребность в налогах. В результате какая-нибудь Саудовская Аравия за счёт доходов с государственной нефтянки могла позволить своим немногочисленным гражданам жить практически в безналоговом государстве.

Также госкорпорации можно использовать для развития инфраструктуры или, скажем, геополитических задач. Это тоже мощный инструмент, но как только над экономическими соображениями начинают превалировать какие-то ещё, доход от таких корпораций закономерно снижается. Возводимая инфраструктура может оказаться невостребованной, геополитические потуги также легко заканчиваются пшиком. Так что перенимание какого-нибудь китайского опыта для государства — опасная игра.

Но, насколько я смогла понять, в Сингапуре государственный холдинг просто инвестирует в привлекательные активы по всему миру, то есть государство пошло на сознательное самоограничение, выделило пакет госсобственности для использования строго в коммерческих целях, и последовательно придерживается этой тактики.

Разумеется, самая большая опасность для граждан государства, которые рассчитывают на то, чтобы быть бенефициарами госкорпорации, в том, что у менеджеров компании своё мнение о пользе, и они начинают компанию разворовывать. Так что Ли Куан Ю сперва очень жёстко заборол коррупцию, потом ещё несколько лет продолжал старательно пропалывать эту грядку, и лишь затем создал в 1974 году инвестиционную компанию.

Я глянула финансовые показатели компании. За последние десять лет портфель компании вырос на 70%. Таким образом, можно констатировать, что если не ставить перед инвестиционной компанией противоестественных целей, нещадно карать за коррупцию, внедрить в ней все передовые практики отчётности и управления, выработанные на рынке — то имеется шанс, что компания действительно будет работать сродни рыночной и со вполне сопоставимыми показателями. Ну, да, авторитарная модернизация действительно возможна, а государственные учреждения действительно способны некоторое время в условиях жёсткого контроля соблюдать писаные правила. Тем не менее, желаю сингапурцам приватизировать эту компанию, снизив госрасходы на сумму выпадающих бюджетных доходов — а разовую прибыль от приватизации разделить поровну между гражданами. Поигрались — и хватит, нельзя бесконечно выигрывать в казино. А дальше каждый гражданин сам решит, купить ему на вырученные деньги акции Темасек Холдингз или что-нибудь ещё.

Надо ли нам активно внедрять БПН снизу?

Следует ли нам активно пропагандировать действия, которые способствуют БПН в рамках действующего закона? Например, приобретение охотничьих ружей или газовых пистолетов, тренировки по единоборствам (и каким?), создание добровольных дружин для противодействия криминальному насилию и т. д.? Вообще, значит ли, что каждый «идейный» либертарианец должен иметь хоть какое-то оружие или боевые навыки?

Продолжу о самоорганизованных народных дружинах. Могут ли они, если цель их деятельности — отлов акторов неорганизованного насилия (хулиганы, бандиты и т. д.) и сдача их государству, считаться удачным примером первого шага к БПН при этатизме?

Москвич

Если коротко, то да, следует, и да, могут. А теперь подробнее.

Ключевое условие поддержания анархических социальных порядков — массовая готовность лично осуществлять свои права и неготовность делегировать их кому-либо без серьёзной выгоды. Поэтому, разумеется, навыки обеспечения как личной безопасности, так и общественной, через кооперацию, очень сильно помогают выкинуть из головы идею государства, как чего-то жизненно необходимого.

Теперь пройдёмся по конкретным активностям.

Единоборства — не особенно в них разбираюсь, но главная польза от них — снятие психологического блока перед тем, чтобы причинить боль другому, и страха перед тем, что боль причинят тебе. Так что предпочтительнее контактные единоборства, иначе это просто разновидность гимнастики, что, впрочем, тоже полезно.

Нож. Эффективнейший инструмент кухонных разборок, и сомнительно эффективный на улице, в равной схватке. Предназначен, по сути, для внезапного нападения или импровизированной самозащиты тем, что подвернётся под руку. Поэтому специально тренироваться с ножом вряд ли слишком актуально, если сама по себе готовность ударить может быть наработана как-либо ещё.

Газовый баллон. В условиях запрета на нарезной короткоствол — первейшее средство уличной самообороны, работает, как мы видели по 23 января, даже против накачанного омоновца. Навыки применения — несложные. В эффекте легко убедиться даже на себе: последствия мгновенны, долговременный вред здоровью отсутствует.

Гражданское огнестрельное оружие. Применять по людям нельзя, тренироваться на людях нельзя, поэтому единственное, на что оно пригодно — это вырабатывать навыки на мишенях, в предположении, что эти навыки могут пригодиться в тот момент, когда станет плевать на «нельзя». Дополнительный минус владения легальным оружием — его отбирают за две административки, которые можно получить буквально за что угодно, то есть наличие оружия мотивирует сидеть тихо и не рыпаться — а как раз этот-то навык для построения анкапа тренировать скорее вредно.

Дружины. Отличный легальный способ наработать навыки командного силового взаимодействия, без серьёзного риска для здоровья, без просадки по доходам, зарабатывая реальный авторитет у соседей. Если дружинники ловят реальных агрессоров, а не нарушителей общественной морали, то в такие объединения, конечно же, стоит вступать. Опять-таки, далеко не в каждом случае есть смысл в сдаче задержанных государству. Судя по отдельным публикациям, самозванные объединения по охране порядка в тех медвежьих углах, где ментов в последний раз видели в прошлом веке, обычно склонны решать дела на месте, а из этой традиции непременно будут вырабатываться и правовые нормы. Анкап это децентрализация права, так что дружины — это прямо-таки то, что доктор прописал.

Очевидный минус дружин — омерзительный запах официоза уже от самого словосочетания «добровольная народная дружина». Тут, конечно, хорошо бы организовать всё так, чтобы меньше практиковаться в двоемыслии, но это сложно гарантировать.

Как дружинники хотели бы себя видеть
И как это в лучшем случае выглядит

Если агрессор убьёт владельца собственности, то собственность переходит ему?

Кто то

Собственность — это, как сейчас модно объяснять, пучок правомочий. Причём правомочий этих можно наизобретать чёртову уйму: чем более сложны правовые отношения в обществе, тем этих правомочий больше, тем их труднее различить, и тем сильнее они переплетаются. Так, я могу прийти в гости к приятелю и сесть поработать за комп, который он арендует вместе с квартирой на деньги своих родителей, причём доступ за комп оплачиваю поцелуем. Я использую пиратскую операционную систему и набираю текст статьи, которая обещана заказчику, и за которую мной получена предоплата. Могут ли в связи с этим родители приятеля, хозяин квартиры с компом и сотрудники производителя операционной системы также требовать с меня поцелуй, и какую именно долю от поцелуя? Могу ли я вместо поцелуя отправить парня к своему заказчику, чтобы тот сам его целовал, раз у него такая срочность, что мне приходится работать где попало в неурочное время? Ответы на эти вопросы кажутся очевидными, только если у нас в голове есть некоторые примерно одинаковые представления о должном.

Но представления о должном довольно сильно зависят от контекста. Если я убиваю противника в компьютерной игре, и игра подразумевает возможность обобрать труп, то переход мне собственности покойного не вызывает особых споров. Если те же правила действуют в живой ролевой игре, то моя собственность на имущество убитого также может быть вполне легальной. Наконец, если я участвую в такой неприятной разновидности ролевых игр, как настоящая война, то и там присвоение себе оружия, боезапаса и всяких сувениров с тела убитого не вызывает непонимания окружающих.

Более того, военная добыча может не сводиться к шмоткам с трупа. Если завтра Навальный убьёт Путина, он вполне сможет претендовать на то, чтобы унаследовать президентский пост в России, и покажите мне того странного человека, который это оспорит. Пропишите ему тройную дозу фэнтези.

Но как только мы переходим в контекст, где убийство не считается способом разрешения конфликта, оно перестаёт быть и легитимным способом приобретения собственности убитого. После этого весь пучок правомочий для убийцы сожмётся до фактического владения тем, что он сумел с убитого снять, и лишь до тех пор, пока не отберут.

Мадам Президент, выберите, пожалуйста, блюдо, на которое положить Ваш трофей во время инаугурации.

Жестокие игры

Я почитал про идеологию ненасилия, и у меня возник вопрос. В некоторых «левых» странах Европы долгое время были запрещены смешанные единоборства — они считались не спортом, а зрелищем, поощряющим жестокость. Как к этому относится Анкап-тян? Ведь это, с одной стороны, запретительная мера, а с другой, она идеологически правильная.

анонимный вопрос

Здесь мы видим некоторую путаницу причин со следствиями. Всякие жестокие игры не поощряют жестокость, а просто являются проявлением уже имеющейся жестокости нравов, ну и в какой-то мере моды. Желание пощекотать нервы у людей сохраняется, но для подавляющего большинства сегодня важно, чтобы всё было добровольно и слегка понарошку. Фильм-катастрофа, а не реальное сожжение Рима. БДСМ вместо реальных пыток. Спортивные единоборства разной степени брутальности вместо судебных поединков. Цирк дю солей вместо шапито с неизменными львами.

Что будет, если в каждом квартале открыть клуб смешанных единоборств или ещё какого жёсткого рукоприкладства? Половина разорится (в российском случае побегут к государству клянчить субсидии на развитие спорта). Сорок процентов снизит градус и переквалифицируется на условную капоэйру. Рыночку не надо столько брутальности. Но сколько-то — надо. По этому поводу я давным-давно писала довольно забавный пост.

Простите, сегодня как-то коротко)

Рыночек порешает, иншалла

Вопрос про публикацию ИА «Панорама»

Допустимо ли с точки зрения либертарианской этики поступать так, как описано в мемчике про частную дискриминацию?

Битарх (на сей раз в роли автора вопроса, а не автора ответа — примечание Анкап-тян)

По сути, этот вопрос относится к такому разделу социальных норм, как законы и обычаи войны. Чем больше ожесточённость конфликта, тем больше вероятность сознательного уничтожения нонкомбатантов.

От чего зависит ожесточённость конфликта?

Дам немного парадоксальный ответ. Конфликт будет тем менее ожесточённым, чем в большей степени он воспринимается всеми сторонами, как некое естественное состояние дел. Именно рутина войны заставляет относиться к ней спустя рукава, выражать рвение только перед глазами начальства, а рядовых с противоположной стороны фронта воспринимать, как таких же бедолаг, которых угораздило угодить в это дерьмо.

Одного угораздило родиться немцем, другого французом, теперь они сидят друг напротив друга в окопах. Скучно, блин, может, сыграть в футбол? Одного угораздило родиться в США, другого в СССР, и теперь у первого бункер на заднем дворе, а у второго рядом с проходной завода. Изучать поражающие факторы ядерного взрыва — скука смертная, отчего бы первому не почитать «Капитал», а второму не посмотреть голливудский боевичок? Одного угораздило родиться с членом, другую с вагиной, и теперь вся их жизнь — сплошное минное поле. Значит, они будут трахаться, ощущая себя шпионами в стане врага. Один из консервативной семьи, другой из либеральной, и теперь им положено сраться в соцсетях. А потом оказывается, что бейсбол обсуждать интереснее, и не пошла ли эта политика подальше.

Конфликт никуда не делся, он часть обыденной жизни. Просто далеко не самая важная часть. Собственно говоря, именно так и было в США довольно долгое время, а Трамп своей резкой риторикой и топорной дипломатией способствовал обострению войны. Теперь некоторое время конфликт будет очень ожесточённым, и новость про отключение от ИВЛ очень легко сможет стать реальностью. Для либертарианцев это означает некоторое поле возможностей, о чём я и указала в прошлом посте.

Так допустимо ли с точки зрения либертарианской этики использовать приёмы тотальной войны во время ожесточённых конфликтов? Да, допустимо. Но не очень умно.