Механика свободы, Глава 63

Публикуется ещё одна, совсем крохотная, глава Механики свободы, Консервативная ошибка. В ней Фридман валит в одну кучу иммиграцию, глобальное потепление, фрекинг, ГМО и прочие всякие однополые браки, утверждая, что неприятие развития человечества в соответствующих направлениях коренится в одном несложном когнитивном искажении. Причём это искажение характерно хоть для тех, кто именует себя консерваторами, хоть для тех, кто именует себя либералами (речь о системе координат США, разумеется). Искажение состоит в предположении о том, что можно остановить прекрасное мгновение. Нет, нельзя.

Перевод Механики свободы близится к концу. Параллельно с этим я дораскидала по главам и выложила у себя на сайте английский текст фридмановской книжки 2019 года о правовых системах, сильно непохожих на наши. У Владимира Золоторева пока вышел перевод трёх глав, все они продублированы у меня, и я намерена продолжать в том же духе. Хотите подбодрить перевод — шлите Владимиру донаты. Ну а если он надолго застопорится, я перехвачу инициативу.

Механика свободы. Глава 62.

В небольшой главе со странным названием Капиталистические грузовики Фридман отвечает на вопрос о том, чем отличается государство от кондоминиума, а также консультирует потенциальных покупателей грузовиков, стоит ли брать Камаз.

С одной стороны, доводы Фридмана могли бы ободрить сторонников контрактных юрисдикций. С другой — там же он указывает и на их ограничения: такие сообщества неизбежно будут компактными и малочисленными, потому что в демократиях очень сильно выражен отрицательный эффект масштаба. Так что энтузиастам чартерных городов есть о чём задуматься. Например, нужна ли в их городах единая система права, или всё-таки оставить выработку большей части норм кондоминиумам и иным локальным организациям.

Механика свободы, Глава 61

Мне капнул очередной донат на проект по переводу Фридмана, а также поступил вопрос: будет ли переведённая Механика свободы выложена в формате fb2. Вообще-то я планировала ограничиться epub, но раз такое дело, будет и fb2. Ну и, раз уж пришла денежка, это отличный повод выложить новую главу.

Глава 61 имеет пышное название: Проигранный мной спор: откуда берёт начало моя моральная философия. Фридман делится воспоминаниями полувековой давности, как поспорил с философом Исайей Берлином и не сумел обосновать ему, что моральные суждения — это скорее вкусовщина, а не объективные факты.

Маститый философ как дважды два объяснил студенту Дэвиду, что до тех пор, пока мы основываемся на показаниях наших органов чувств, объективность любых фактов крайне условна. Далее была развита идея о том, что взаимосогласованные впечатления, пожалуй, достаточно полезно считать фактами, раз уж они хорошо бьются друг с другом, а также с впечатлениями других людей. Точно так же и взаимосогласованные моральные суждения смело можно считать моральными фактами, а тех, кто не способен к их восприятию, считать безумцами.

В результате Фридман во многом поменял свою позицию в отношении морали, и теперь куда больше склонен к тому, чтобы воспринимать базовые моральные утверждения сродни фактам физической реальности. Однако при этом он отдаёт себе отчёт в том, что приличной аргументации против морального нигилизма у него нет, и вряд ли она появится.

Механика свободы, Глава 60

Главу 59, про проблему с выводом должного из сущего у Айн Рэнд, я опубликовала примерно год назад. В ней Фридман рассмотрел аргументацию за объективистскую этику в речи Джона Голта, нашёл там много логических дыр и констатировал, что с помощью голой риторики их никак не закроешь.

В Главе 60, Экономика порока и добродетели, автор анализирует моральные качества и поступки с позиции экономического анализа и теории игр, предлагая таким образом собственное приближение к объективизму — то есть выводу должного из сущего. Я и раньше неоднократно констатировала в дискуссиях и ответах на вопросы читателей, что рыночное общество более зажиточно и благодушно, а потому меньше расположено к доминированию стремления преуспеть за чужой счёт, чем общество с сильным государственным вмешательством. Фридман подвёл под это эмпирическое наблюдение более строгую основу, спасибо ему.

Издание «Механизмов свободы»

Когда я упомянула, что конкуренты не дремлют, и что альтернативный перевод фридмановской книги уже проходит предпечатную подготовку, я забыла дать ссылку на сбор средств для её печати. Кто хотел бы поучаствовать в проекте, закиньте туда донат.

На момент этой публикации собрано 59350 из 80000 рублей.


Также, насколько можно судить по сайту Дэвида Фридмана, он хочет разместить у себя переводы его стихов на русский (скорее всего, в том числе мои), но ссылка пока не работает.

Механика свободы, глава 58

Глава 58, Велфэр и иммиграция: вторая часть аргументации, завершает пятую часть Механики свободы. Если в Главе 14 Фридман доказывал, что трудовая иммиграция приносит пользу и самим мигрантам, и гражданам, то теперь он акцентируется на том, что мигранты могут преследовать простую цель сесть на пособие. Он утверждает, что как раз свободная миграция приводит к тому, что правительство получает стимул к снижению пособий, а высокие иммиграционные барьеры позволяют держать уровень перераспределения высоким. Так что для сторонников малого государства вполне оправдано хоть начинать со снижения пособий, и затем открывать ворота, хоть начинать с облегчения миграции, и затем запрос на снижение пособий появится со всей неизбежностью.

Мне кажется, здесь Фридман слишком упирает на экономику, не учитывая фактора популизма в демократических странах.

Ну и, покончив с пятой частью, я с разгону принялась за шестую, и для начала перевела стихотворное вступление, так что со стихами в этой книге теперь вроде как покончено.

Механика свободы, Глава 57

Получила небольшой донат на перевод Фридмана, намёк поняла, вот вам свежая глава.

Главу 56 я публиковала ранее, вместе с Главой 34, поскольку их тематики близки. Так что желающие читать по порядку могут освежить в памяти тему национальной обороны, а затем уже переходить к Главе 57.

Первоначальное присвоение, краткий экскурс в моральную философию. Глава посвящена ответу на вопрос о том, какие вообще могут быть у либертарианцев основания для присвоения того, что не произведено, в частности, земли. Исследуются два подхода: по Броуди (если нельзя, но очень выгодно, то можно, но изволь выплатить компенсацию) и по Локку (смешав мёд с дёгтем, владелец мёда предъявляет права на всю бочку).

Смешав аргументацию Локка со своей, автор приходит к выводу, что полученный продукт малосъедобен, но в принципе способен потянуть на либертарианское основание присвоения непроизведённых ресурсов.

Конкуренты не дремлют!

Пока я возилась с переводом Фридмана, медленно и печально выкладывая по одной главе, Сергей Анкапов завершил собственный перевод, и теперь собирает деньги на бумажное издание. Поскольку мой вариант перевода тоже уже близок к завершению, то я, конечно, теперь потороплюсь, и вскоре будет у вас целых два варианта на выбор: бесплатный любительский и платный официальный, с предисловием автора (впрочем, если предисловие будет того заслуживать, к себе я его тоже со временем утащу).

Так и работает конкуренция: Сергею из-за меня будет сложнее собрать деньги, а мне будет просто стыдно, что не управилась в более сжатые сроки, и тем частично обесценила свою работу.

На изображении может находиться: текст «THIRD EDITION EDITION MACHINERY of FREEDOM Guide to a Radical Capitalism DAVID FRIEDMAN»

Как соотносятся анархо-индивидуализм и либертарианство?

анонимный вопрос

Чтобы получить живое представление об анархо-индивидуализме, могу порекомендовать послушать такого анархо-индивидуалиста, как Александр Татарков. О своём мировоззрении он говорит довольно много. Ну а мы поговорим про различия с либертарианством.

Основной постулат анархо-индивидуалиста состоит в том, что именно индивид определяет для себя, как ему строить свою жизнь и свои отношения с окружающими, а любые нормы, поступающие извне, имеют для него статус благих пожеланий, и он имеет полное право исполнять их, принять к сведению, игнорировать, демонстративно нарушать и так далее. Разумеется, анархо-индивидуалист согласен с тем, что он несёт всю полноту ответственности за выбранную им линию поведения, но оставляет за собой право избегать этой ответственности. Единственное, в чём анархо-индивидуалист себя ограничивает — он не занимается построением властных институтов, это табу. Нарушение этого табу превращает его в обычного макиавеллиста.

Нетрудно видеть, что анархо-индивидуалист, не нарушая своих принципов, может существовать с окружающими и в состоянии гоббсовой войны всех против всех, и сидеть в лотосе, достигая просветления, и присоединяться к любой кооперативной деятельности, и анкапствовать, будучи частным предпринимателем.

Основной постулат либертарианства — принцип самопринадлежности. Человек принадлежит самому себе, и это довольно близко к представлениям анархо-индивидуалистов. Но ещё это означает признание института собственности, ведь если собственность отрицается полностью, то о самопринадлежности не может быть и речи, а если собственность отрицаетеся частично, то это означает допущение посягательств на самопринадлежность, например, принуждения. Поэтому либертарианец, в отличие от анархо-индивидуалиста, ограничивает себя не только в построении властных институтов, но и в посягательстве на чужую собственность.

С тех пор, как либертарианство было изобретено, сам феномен собственности подвергся анализу и сейчас обычно трактуется как целый пучок различных правомочий. Максималистский подход к собственности, когда она трактуется как абсолютное неограниченное право распоряжения объектом, очень удобен для того, чтобы рисовать карикатуры на либертарианство или ещё как-то его критиковать. Таких попыток в инфополе огромное множество, из наиболее интересных назову текст Лакси Катала Фундаментальные проблемы анархо-капитализма.

Анархо-индивидуализм — это удобная базовая рамка, в которой человек действует, строя с нуля свои отношения с незнакомым окружением, где действуют неизвестные ему правила, или же правила пока не выработаны.

Либертарианство — следующий логичный шаг к построению мирного процветающего общества, когда люди уже в целом признают правосубъектность друг друга, а значит, могут вырабатывать рамки для определения прав собственности и их передачи.

Отмечу, что либертарианство не совсем синонимично анархо-капитализму. Для понимания различий адресую читателя к соответствующей главе фридмановской Механики свободы Либертарен ли анархо-капитализм?

Механика свободы, Глава 55.

Новая глава Механики свободы, Правила по умолчанию, эффект масштаба и проблема стабильности — это более углубленный разбор возможности коллапса безгосударственного общества, по сравнению с первым изданием книги. Сорок лет назад настроение автора было более шапкозакидательским, но затем на предложенную модель поступили серьёзные возражения, и ему пришлось внести ряд уточнений.

Ключевым уточнением стала идея о том, что вне зависимости от того, есть государство, или же его нет, общественный договор это просто мирное соглашение о том, какое распределение прав не будет вызывать у людей желания насильственно поменять статус кво. Это в чём-то перекликается с моей формулировкой о том, что права — это претензии, которые терпят. А вот дальше Фридман добавляет использованный им в нескольких предыдущих главах аппарат точек Шеллинга и показывает, что безгосударственное общество, действительно, подвержено опасности коллапса на этапе своего становления, но если правила более или менее утрясутся, то дальше наработанная инерция обеспечит необходимую стабильность.