Когда трагедия общин — это хорошо?

В сценарии ролика про проблему безбилетника и трагедию общин я акцентировала внимание на том, как это плохо для пользователей общего ресурса, и какие стратегии выработаны, чтобы с этим бороться. А сейчас хочу рассказать про кейс, когда трагедия общин это хорошо, а борьба с ней — плохо.

Весь фокус в том, что именно является общим ресурсом. Представьте себе такой редкий ресурс, как потребительский спрос. У каждого есть возможность произвести какой-то товар или услугу, продать её и получить прибыль. Пока рынок пуст, немногочисленные производители получат сверхприбыль, и жажда наживы привлечёт на эту делянку множество других поставщиков. Конкуренция за внимание потребителя быстро приводит к тому, что маржа уменьшается. Для сохранения прибыли приходится увеличивать объёмы, и это окончательно истощает общий ресурс. Потребитель получает огромное изобилие дешёвых товаров, которые ему готовы навязывать в как можно большем количестве, лишь бы соблаговолил купить. Вот акция «два по цене одного», вот рассрочка, вот распродажа, вот безлимит за фиксированный абонемент — только купи.

Согласитесь, если поставить себя на место потребителя, то этот феномен не может не радовать. Но производитель, для которого это страшная трагедия общин, пытается с ней бороться. Как мы знаем из ролика, тут возможны две стратегии: приватизация и кооперация.

Приватизация означает присвоение потребительского спроса в такой-то отрасли конкретным производителем, иначе говоря, создание монополии. Другим поставщикам запрещено продавать потребителям такие-то товары и услуги. Всё, теперь можно не гнаться за объёмами продаж и получать сверхприбыль при достаточно скромных вложениях в производство. Правда, часть прибыли придётся вложить в защиту от конкурентов, а они не дремлют, так что эти издержки будут иметь тенденцию к увеличению.

Кооперация означает, что удовлетворять потребительский спрос может кто угодно, но на него налагается ряд ограничений. Обычно это выражается в жёстких отраслевых стандартах, которые по факту закрепляют доминирующее положение тех игроков, которые готовы вложить в производство значительный капитал, аутсайдеры же отсеиваются. Правда, придётся уделять много внимания контролю над тем, чтобы произодители не жульничали. В связи с этим вспоминается недавний кейс с каким-то европейским автоконцерном, который подделывал данные о чистоте выхлопа своих движков, чтобы сэкономить на соблюдении стандарта экологичности. Но классический пример — это, конечно, средневековые цеха и гильдии. Качество их товаров было высоким, объём производства низким, прибыли великолепными. Вот только чёрный рынок со временем подорвал их доминирующее положение, и произошла трагедия общин, известная нам как промышленная революция.

Так что, когда вам рассказывают о вреде конкуренции и пользе кооперации, а также о неизбежности естественных монополий, важно понимать: эти ребята вполне искренни, и совсем не дураки. Просто вы для них — ресурс.

Рождественская ярмарка это трагедия общин во всей красе: потребители довольны, их завлекают изо всех сил, а они больше смотрят, чем покупают

Проблема безбилетника и трагедия общин — новое видео

Встречайте свежее видео на канале Libertarian band! На сей раз в фокусе нашего внимания два взаимосвязанных термина — проблема безбилетника и трагедия общин.

Проблема безбилетника это бич любого сообщества. Шаг вправо, шаг влево — и всё, либо трагедия общин с развалом любого продуктивного сотрудничества, либо государство с его тотальным рабством. В видео мы намечаем основные подходы к решению проблемы.

Ну а в начале следующего года вас ждёт завершающий выпуск второй части цикла про либертарианство, в котором я постараюсь раскрыть образ нашего главного врага — государства.

Что с водоснабжением и ЖКХ на свободном рынке?

анонимный вопрос

Давайте я поговорю только о водоснабжении, чтобы не размывать, пардон за каламбур, тему.

Чтобы снабдить городского жителя водой, нужно:

  • найти источник воды
  • добыть воду
  • доставить воду потребителю

Для того, чтобы всё это работало на свободном рынке, нужно, чтобы каждый из этапов мог осуществляться без принуждения и приносил прибыль тому, кто его осуществляет. Теперь поехали по пунктам.

Найти источник воды

При наличии водоёмов это сравнительно несложная задача, поэтому рассмотрим более трудный случай: поиск артезианского бассейна. Для проведения этих работ требуется нанять специализированную организацию, которая будет раскладывать по земле своё регистрирующее оборудование, получать с его помощью данные с глубины, обрабатывать и делать выводы о том, где проходит граница бассейна и, стало быть, каковы там запасы воды. То есть нужно договориться с владельцами земли, на которой будет проводиться съёмка, оплатить им оговоренные компенсации — и провести разведку. Эта задача не является нерешаемой.

В России, где все недра принадлежат государству, а земля может принадлежать частным лицам, геологоразведчики платят владельцам земли за потраву, а прибыль в конечном итоге будет получать тот, кто приобрёл у государства лицензию на добычу. На свободном же рынке скорее будет, как в США, где права на недра принадлежат владельцам земли, то есть они даже в ещё большей степени заинтересованы в разведке находящихся под ними недр. Также, насколько я смогла разобраться, получаемые при разведке данные обладают определённой избыточностью, а потому несогласие некоторых землевладельцев или невозможность съёмки из-за расположения на земле построек не слишком помешают получению результата. Иначе говоря, на этом этапе особых трудностей для рынка нет — есть обычные предпринимательские риски, когда деньги за разведку уплачены, а бассейна не нашлось.

Добыть воду

Здесь, опять же, наибольшую теоретическую сложность представляет ситуация, когда речь идёт об артезианском бассейне. Дело в том, что он обычно достаточно велик, чтобы водозаборные скважины, эксплуатирующие его, могли находиться на земле разных собственников. Если потребителей много, а воды мало, важно не допустить трагедии общин, иначе источник не будет успевать пополняться естественным путём вследствие избыточного отбора.

Несколько подобных кейсов подробно разобраны у Элинор Остром в книге «Управляя общим», где она приводит основные принципы, которых должны придерживаться добывающие организации, чтобы не допустить деградации ресурса. Тут им потребуется зафиксированное соглашение по нормам отбора воды, контролирующий орган, возможность пресекать злоупотребления, причём с градуированной системой штрафов. Причём, что интересно, очень важно, чтобы была возможность энфорсмента договора, но не менее важно, чтобы никакое государство не пыталось вмешиваться в сам процесс его заключения. То есть для уверенного разрешения такого рода имущественных коллизий наличие развитого свободного рынка не просто желательно, а прямо-таки жизненно необходимо.

Доставить воду потребителю

Вопрос о том, кто будет прокладывать и ремонтировать водопровод, сродни вопросу о том, кто будет строить дороги. Дороги строят те, кому они нужны, то есть владельцы объектов недвижимости, к которым ведёт дорога, потому что это увеличивает их стоимость. Точно так же стоимость участка земли увеличивает проходящий по нему водопровод, ведь это означает, что на земле можно построить водопотребляющий объект, а затем быстро и просто подключить его к водоснабжению.

Так что здесь картинка будет примерно той же, что и на этапе разведки. Либо владельцы земли сами оплачивают трубы по своей земле, либо, по крайней мере, предоставляют разрешение водоснабжающей организации на прокладку труб, за деньги или безвозмездно — тут уж как договорятся.

Резюме

Примерно тот же подход можно применить для других инфраструктурных объектов и других сфер ЖКХ. Процесс поставки услуги разбивается на этапы, каждый из которых должен приносить прибыль. На каждом этапе могут возникнуть имущественные коллизии, которые приходится решать заключением договоров, и эти договоры будут давать либо непосредственную взаимную выгоду, как договор аренды земли под прокладку коммуникаций, либо являться результатом компромисса, как договор о квотах по отбору воды. И все эти сложности, конечно, не идут ни в какое сравнение со сложностями организации того же самого через механизмы центрального планирования — вот там задача действительно решается абы как: жрёт налоговые деньги, а потребителя оставляет недовольным.

Рождаемость как отражение трагедии общин

Битарх

Этатисты часто говорят, что государство помогает решать проблемы трагедии общин. На самом деле, конечно, оно только их создаёт. Самая масштабная из них, способная привести к краху цивилизации — резкое снижение рождаемости. Действительно, зачем женщине не спать много ночей, меняя подгузники малышу, ведь куда интереснее пойти в клуб потусить с друзьями и выложить фотки модных шмоток в инсту! А что будет в старости? Абсолютно наплевать — любимое государство не оставит без достойной пенсии, а если ещё и правильно проголосовать, даст бесплатную сиделку.

Здесь просматривается чистая трагедия общин. Для отдельной женщины, с точки зрения ресурсов, выгоднее не рожать вообще (она всё равно получит гарантированную пенсию в старости, но не потратит ресурсы на воспитание детей). Если так будут делать все жители страны, налоговые отчисления упадут вместе с численностью населения конкретной страны и государство будет вынуждено усиливать грабёж. Налоги и так сейчас на исторических максимумах, соответственно дальнейшее их повышение гарантированно приведёт к спаду всей экономики, уходу бизнеса как из страны, так и «в тень», а в итоге — коллапсу государства.

От себя отмечу, что государство решает эту трагедию общин просто: платит детские пособия. Таким образом, повышается рождаемость среди тех, для кого размер пособия имеет значение. Так что, с точки зрения государства, ничего страшного не происходит: бездетные зажиточные граждане платят за бедных и плодовитых, справедливость торжествует. Государство это целый конгломерат групп специальных интересов, и любой вызов, пришедший из внешнего мира, или даже просто выдуманный, может быть использован в качестве повода для увеличения размера государства: хоть высокая рождаемость, хоть низкая, хоть высокая иммиграция, хоть низкая, хоть потепление, хоть похолодание…

Как либертарианство относится к охране окружающей среды? Если не будет некоторых запретов на государственном уровне, не подвергнем ли мы угрозе исчезновения редкие виды формы и фауны?

Анонимный вопрос

Прежде всего, конечно, хочется порекомендовать коротенький ролик Михаила Светова, посвящённый ровно этому вопросу.

Основная мысль ролика в том, что для спасения редких видов нужен свободный рынок, позволяющий извлекать выгоду из их спасения. К сожалению, в короткий монолог не уместился анализ того, как преодолеть трагедию общин, то есть ситуацию, когда приватизировать ресурс невозможно либо несоразмерно дорого. И вот для того, чтобы разобраться в этом вопросе, рекомендую прочитать книгу нобелевского лауреата Элинор Остром «Управление общим». Там разобрано множество кейсов, как удавалось без госрегуляций сохранять общественную собственность, которая по всем теоретическим соображениям должна быть безжалостно расхищена.

Остром формулирует ряд критериев, которые необходимо соблюсти для эффективного управления общим ресурсом:

  1. Круг пользователей общего ресурса ограничен
  2. Правила пользования определяются, исходя из особенностей ресурса
  3. Правила пользования разработаны самими пользователями или с их согласия
  4. Мониторинг соблюдения правил пользования проводится лицами, подотчётными пользователям
  5. Санкции за нарушение правил пользования носят градуированный характер.

При соблюдении этих условий совместное использование общего ресурса не приводит к его деградации. Заметим, что вмешательство государства и здесь прямо противопоказано, поскольку нарушает как минимум пункты 3 и 4.

Так что рыночек, вообще-то, умудрился порешать даже трагедию общин. Ура рыночку!