Потребительское крепостничество

Сейчас многие компании, такие как Apple, Tesla и John Deer делают свою продукцию так, что в случае поломки пользователь не может ее починить, даже если он знает как. К примеру какую-нибудь деталь в тракторе John Deer, фермер может купить на за 100$ и ему не составит труда её заменить. Но ПО, установленное на тракторе, будет препятствовать такой процедуре, и фермеру придётся либо отдавать 5000$ за сервис производителя, либо ставить пиратский софт. По сути фермер не владеет трактором, а лишь берет его в бессрочную аренду.
Как к такой политике относится либертарианство?

themouse1_ из Бульбаленда

Приведённые примеры — это частные случаи платформенной экономики. Точно так же производитель приложений вынужден подстраиваться под требования компании, производящей операционную систему, под которую разрабатывается приложение. Точно так же наёмный работник на плантации в какой-нибудь Бразилии век назад был обязан покупать продукты только в лавке, которую держал хозяин плантации, а в Советской России колхозник мог отоварить свои трудодни только, опять же, в конкретном сельпо.

Короче говоря, это всё не до конца рыночные кейсы. Могут ли такие околомонопольные ситуации возникать в полностью свободной экономике? Да, но они нестабильны. Появление источника прибыли заметно выше среднерыночной приводит к появлению желающих подражать подобному успеху, и вскоре конкуренция выравнивает маржу: владельцы платформ, соревнуясь за клиента, начинают больше тратить на поддержание его лояльности.

Либертарианство предлагает убрать политику из экономики. Образумит ли это компанию John Deer? Не сразу. Просто у неё больше не будет возможности подавать на фермера в суд за установку пиратского софта. Поэтому, желая, чтобы авторизованный сервис не совсем протянул ноги, она снизит расценки на ремонт. А тут ещё какие-нибудь японские или беларуские трактора начнут ввозить беспошлинно, так что у потребителя будет реальный выбор, и он сможет приобретать то решение, которое максимизирует его, потребителя, прибыль от эксплуатации трактора.

Аналогично, не имея возможности принудить рабочего жрать дорогое хрючево в заводской столовой, не имея возможности запретить ставить на смартфон приложения не из аппстора, не имея возможности наказывать владельца киоска за то, что тот ушёл под крышу другой охранной фирмы — владельцы всех этих платформ столкнутся с тем, что практики рэкета работают всё хуже, и нужно привыкать действовать в рамках честной конкуренции. Ничего, привыкнут.

Хороший трактор, чоужтам

Как относишься к принуждению к участию в рыночной экономике?

Вводные данные: команда мэра Барселоны Ады Колау разослала письма 14 крупным домовладельцам, угрожая принудительно выкупить у них принадлежащие им 194 пустующие жилые единицы, если те не выведут квартиры на рынок.

Анонимный вопрос

Разумеется, предложены неполные входные данные. Вот, например, ещё немножко сведений о регуляциях рынка аренды в Барселоне, почёрпнутых беглым гуглением:

То есть смотрите что происходит. Сперва в городе проходят Олимпийские игры, под это дело государство вбухивает серьёзные деньги в повышение туристической привлекательности города. В город повалил турист. Резко увеличился спрос на краткосрочную аренду. Те жители, которые сами арендуют жильё, принимаются роптать: для них цена аренды выросла. Аборигены, не завязанные на туристический рынок, тоже ропщут: шумные туристы шляются повсюду, протолкнуться негде. Правительство прислушивается к мнению избирателей и начинает закручивать гайки. Оно раз за разом демотивирует владельцев недвижимости сдавать жильё туристам — задорого и на короткие сроки — а вместо этого требует сдавать жильё местным — задёшево и на долгий срок.

Что делают владельцы жилья, когда понимают, что сдавать жильё кому бы то ни было по текущим правилам невыгодно? Замораживают бизнес и ждут подходящих условий. Или сдают совсем вчёрную, так что официально жильё стоит пустым. Что делает правительство? Начинает принуждать «к рынку», требуя выставить жильё для долгосрочной аренды по регулируемым расценкам, угрожая в противном случае принудительно выкупить их собственность по назначенным правительством же ценам.

С точно таким же успехом можно говорить о принуждении к рынку крестьян, которым, например, запрещают лично продавать выращенное в городе на базаре, а требуют сдавать за копейки назначенным сверху оптовикам.

Как я могу к такому относиться? Разумеется, резко отрицательно. Незачем называть госплан рынком, это только вносит ненужную путаницу.

Кейс Барселоны очень хорошо показывает, как даже, казалось бы, единичное благотворное государственное воздействие (инвестиции в инфраструктуру под Олимпийские игры) приводят к рыночному перекосу, который вызывает недовольство людей и провоцирует дальнейшее усиление государственных регуляций. Так что лучшим ответом на вопрос о том, как государство может вам помочь, всё ещё остаётся вечно актуальный ответ: Laissez faire et laissez passer.

Что делать нищему глупому человеку в рынке? Если он не может адаптироваться или не хочет.

Haegansn

Не знаю, разочарую я вас или это просто будет кормлением тролля, но нищему и глупому что в рынке, что при социализме всего две дороги: садиться кому-нибудь на шею или устраиваться на неквалифицированную работу. Если он ещё и ленив, остаётся только первый вариант.

Садиться кому-нибудь на шею выгоднее в стране с рыночной экономикой: на выбор есть благотворительные ночлежки и столовые, фриганство, вписки, знакомые более или менее при деньгах (в рыночной экономике таких будет больше), или побираться. При социализме вариантов меньше: кто не работает, тот не ест, поэтому остаются только знакомые и вписки (даже побираться при социализме часто запрещено).

Неквалифицированный труд легче найти при социализме, благо право на труд одно из важнейших позитивных прав, которые социалистический строй гарантирует. Полезность такого труда для людей вполне может быть нулевой или отрицательной, но это уж как повезёт. При свободном рынке неквалифицированный труд, скорее всего, окажется интенсивнее, но и оплачиваться будет повыше.

Наконец, бывают промежуточные режимы, коих большинство. Есть режимы вроде российского, где толком нет социалки, но и денег на неквалифицированной работе почти не поднимешь. Есть социал-демократии, проедающие либеральное наследство: там и на пособии можно неплохо посидеть — однако таких нищих, глупых и хитрожопых там очень много, они образуют гетто, и порядки в них мало кому понравятся.

У меня есть свой либертарный бокс-клуб, можно ли опубликовать у вас нашу статью про бойцовские корпорации?

Даниил

Насколько я поняла, основной посыл клуба таков: оружие это, конечно, круто, но использовать его для самозащиты удаётся редко, а безопасно — ещё реже. Между тем, либертарианцу не просто полезно уметь защититься в самых разных ситуациях, но это умение, будучи применено, ещё и само по себе рекламирует либертарианскую идеологию.

В предложенной статье описывается, что в рамках частного производства безопасности свет не сошёлся клином на частных охранных предприятиях — поскольку эта сфера очень жёстко зарегулирована государством, и потому такие предприятия, во-первых, оказывают свои услуги несоразмерно дорого, а во-вторых, спектр услуг не охватывает все виды спроса.

Вместо ЧОПов предлагается возрождение такого мягкого и гуманного средства вразумления недружественных контрагентов, как найм команды тренированных качков с мощными кулаками. Разумеется, это в большинстве случаев нельзя рассматривать в качестве альтернативы к найму ЧОПа, но для организации каких-нибудь либертарианских ивентов такая тяжёлая артиллерия, как ЧОПы, и не требуется. Да, собственно, даже и найм тренированных бойцов для охраны зала либо избыточен (как правило, достаточно увещевания и угрозы вызвать полицию), либо недостаточен (если агрессором выступает собственно полиция).

Зато это стильно. В конце концов, от пресс-волла тоже нет прямой пользы, фотографироваться можно и на фоне голой стены — но ведь заказывают же их печать. Вот и правильной анкапской охраной не стоит пренебрегать примерно из этих же соображений.

Статья завершается призывом вступать в клуб (который предположительно и хочет со временем мутировать в такую вот бойцовскую корпорацию) и подписаться на канал Людей Доброй Воли. Сходила глянула канал, там есть любопытный Кодекс Человека Доброй Воли. Кодекс пронизан ценностями республиканизма, о которых столь убедительно рассказывает Родион Белькович, и в целом рисует довольно привлекательный образ. Так что прочтите, это душеполезно.

Жестокие игры

Я почитал про идеологию ненасилия, и у меня возник вопрос. В некоторых «левых» странах Европы долгое время были запрещены смешанные единоборства — они считались не спортом, а зрелищем, поощряющим жестокость. Как к этому относится Анкап-тян? Ведь это, с одной стороны, запретительная мера, а с другой, она идеологически правильная.

анонимный вопрос

Здесь мы видим некоторую путаницу причин со следствиями. Всякие жестокие игры не поощряют жестокость, а просто являются проявлением уже имеющейся жестокости нравов, ну и в какой-то мере моды. Желание пощекотать нервы у людей сохраняется, но для подавляющего большинства сегодня важно, чтобы всё было добровольно и слегка понарошку. Фильм-катастрофа, а не реальное сожжение Рима. БДСМ вместо реальных пыток. Спортивные единоборства разной степени брутальности вместо судебных поединков. Цирк дю солей вместо шапито с неизменными львами.

Что будет, если в каждом квартале открыть клуб смешанных единоборств или ещё какого жёсткого рукоприкладства? Половина разорится (в российском случае побегут к государству клянчить субсидии на развитие спорта). Сорок процентов снизит градус и переквалифицируется на условную капоэйру. Рыночку не надо столько брутальности. Но сколько-то — надо. По этому поводу я давным-давно писала довольно забавный пост.

Простите, сегодня как-то коротко)

Рыночек порешает, иншалла

А нет ли номера карты, куда можно донат перевести?

Канал «Деньги и песец» (близкий по духу)

Я глянула ваш канал, там есть интересные мысли, подписалась, хотя на мой вкус многовато репостов, материалы выходят слишком часто, да и общее содержание больше про песец, чем про деньги. Так что через некоторое время, возможно, отпишусь, как наемся. Немного странно, что экономист и финансист, не чуждые чтения материалов от Симона Кордонского и репостящие цифры годового роста биткоина, предпочитают для донатов запрашивать именно номер банковской карты, хотя можно это сделать в битках, хоть ончейн, хоть через лайтнинг. Но потенциальный донатер имеет право на свои причуды, так что я добавила на страницу донатов форму для отправки рублей.

Из интересных мыслей в канале помяну последнюю. График отдачи от образования, который демонстрирует рост отдачи в девяностых, сменившийся падением в двухтысячных. Вы и некоторые ваши читатели предполагаете, что дело в уменьшении экономической свободы, когда место компетентности заняла лояльность. Другие ваши читатели указывают, что дело может быть в общем отмирании высшего образования, потому что мир стал слишком быстрым, чтобы долго учиться. Я не видела аналогичного графика для каких-нибудь США, интересно было бы сравнить, по слухам, там и у них схожие проблемы. Короче, тут есть, о чём поразмышлять.

Также хочется отметить кочующую из поста в пост мысль о том, что снижение реальных располагаемых доходов граждан, наблюдаемое почти все десятые, носит не просто рукотворный, но ещё и сознательный характер. Подданный должен быть нищ, чтобы думал о хлебе насущном, а не задавался странными нематериальными вопросами вроде смены режима. К тому же низкий уровень оплаты труда обеспечивает стране хоть какую-то инвестиционную привлекательность, невзирая на страновые риски. Это интересное конспирологическое соображение, которое объясняет наблюдаемые факты, но не обосновывается какими-нибудь утечками секретных инструкций и тому подобными вещами, которыми, собственно, только и можно подтвердить конспирологические теории.

Насильственный протест

Дружественный канал Анархия+ публикует многосерийный лонгрид о том, как влияет на ход протестов наличие радикального крыла, готового к насильственным действиям. Пока что вышло пять частей, и будут ещё. В сериале раскрываются всякие тонкости, вроде того, как отличаются эффекты, когда радикальное крыло дружит с умеренным, и когда между ними нет координации — ну и тому подобное. Ожидается ещё две-три серии, которые затем будут собраны в единый пост, но я предпочла не дожидаться окончания, потому что подоспел интересный практический пример.

Самым заметным протестом прошлого года стала, конечно, Беларусь. По его итогам политологи либо мягко сокрушались, что режим, опирающийся на компактное лояльное силовое ядро, оказывается стабильным при любом недовольстве всего остального населения, что подтверждается уже двумя примерами — Венесуэлой и Беларусью — либо негодовали в адрес протестующих, мол, снимая тапочки перед тем, как вставать на скамейки, вы демонстрируете псам режима полную свою беззубость и даёте карт бланш на репрессии, жёсткость которых прямо пропорциональна численности выступлений.

И тут мне подсовывают ссылку на крайне любопытный канал, который используется для раскрутки именно насильственных акций в Беларуси, причём в крайне жёсткой форме. Прочитайте его внимательно, он довольно молодой, так что можно осилить его содержимое целиком. Вкратце: канал рассчитывает развернуть против режима полноценную партизанскую войну. Тактика же, которая при этом предлагается, даёт понять: авторы канала, кто бы они ни были, очень хорошо знают, как работают суды при анкапе, а также прекрасно понимают то самое влияние радикального крыла на протест в целом.

Я попыталась примерно сформулировать, чем руководствуются эти анонимные организаторы децентрализованного насильственного протеста:

  1. Сегодня подавляющее число недовольных режимом действительно не готово к открытому вооружённому бунту, но многие крайне раздражены полным отсутствием уступок со стороны режима в ответ на мирные акции.
  2. Неготовность к открытому бунту у одних вызвана принципиальным нежеланием эскалировать насилие, у других же — нежеланием нести серьёзные издержки.
  3. Человек умеет вырабатывать привычки и навыки. Начав с малого, он втягивается, и дальше может постепенно натренироваться на серьёзное насилие.
  4. Насилие нельзя героизировать. Герои — снимают тапочки перед тем, как встать на скамейки. Террором занимаются отбросы. И у общества есть запрос на появление этих омерзительных персонажей, которые будут воевать с режимом из самых низменных мотиваций.
  5. Для социалистической страны эталонно низменная мотивация — деньги. Лучше всего, если ради денег слуг режима будут убивать другие слуги режима. Но годятся и любые другие люмпены.
  6. За какие акции сколько платить? Кто будет платить? А это пусть рыночек порешает, дело же канала — описание бизнес-модели, которую далее может взять на вооружение любой желающий.

Что мы можем извлечь из этих материалов?

Во-первых, памятуя о том, что Беларусь для российского режима — что-то вроде испытательного полигона, можно предположить, что и в РФ нас может ждать нечто подобное, так почему бы не следить повнимательнее ещё и за изнанкой протеста, заранее примеривая на себя.

Во-вторых, в канале даётся ряд практических советов по анонимизации, которые пригодятся и мирным агористам.

В-третьих, мы видим наглядное подтверждение тому, что рыночные отношения отлично работают и при борьбе с государством, а значит, рыночек проживёт и без государства. Не то чтобы тут было прямо какое-то открытие, но вяжем и это лыко в строку.

Ничего особенного, просто открытый реестр мишеней

Хотел бы узнать про внешнюю политику анархо-капиталистического общества. Я читал Механику свободы, но всё равно недостаточно хорошо понял.

анонимный вопрос

Фридман посвятил проблеме территориальной обороны от агрессора типа «национальное государство» две главы Механики свободы, с интервалом в сорок лет. В первой части он прикидывал шансы анархоСША, отбиться от ядерной агрессии Советского Союза, и констатировал, что ради обороны от столь серьёзного агрессора он согласен смириться с существованием государства. Во второй части, когда СССР был уже надёжно мёртв, он облегчённо выдохнул и принялся фантазировать на тему того, как территориальная оборона обеспечивается без государства.

На мой взгляд, Фридман уделяет излишне много внимания территориальному аспекту проблемы. Так, когда он отметает модель финансирования обороны через страховку, он ставит телегу впереди лошади и предполагает, что клиентам будут пытаться впарить именно национальную оборону (а те будут надеяться сэкономить в расчёте на то, что её купит сосед). Но клиенту не нужна национальная оборона. Ему нужна уверенность в том, что если лично с ним произойдёт страховой случай, он получит деньги. А будет он при этом на территории неподалёку от того места, где купил полис, или на другом конце планеты, ему неважно. И какими именно средствами компания будет снижать для себя риски того, что придётся выплачивать страховку, его тоже не волнует, лишь бы не мошенничала.

Так что, если организация территориальной обороны действительно уменьшает шансы нападения внешнего агрессора типа «государство», страховые компании в силах рассчитать, сколько в неё вложить, чтобы это оставалось выгодным, и как взаимодействовать с другими страховыми компаниями, чтобы разделить с ними траты, например, пропорционально клиентской базе.

Также Фридман приводит интересный тезис о том, что само по себе отсутствие единой юрисдикции над некой территорией не является гарантией от претензий агрессора. И когда условный СССР приходит в область, где царит анкап, ему достаточно раздолбать один город ядерной бомбой и заявить что-нибудь вроде: вот, смотрите, здесь был Альдераан, больше его нет. Если жители Явина не желают той же участи, с них стопицот милллионов кредитов послезавтра, и нас не волнует, что у них нет ни единой администрации, ни налогообложения; жить захотят — как-нибудь договорятся.

Фактически, он предполагает, что когда стационарному бандиту накладно расширять территорию, у него остаётся опция действовать в её отношении в качестве кочевого бандита. Дальше, как вы понимаете, всё зависит от того, насколько скоординированным будет ответ. Если сообщество способно достичь уровня координации, достаточного для выплаты крупной дани, то разумно предположить, что и дальнейшее сопротивление будет скоординировано на уровне как минимум не меньшем. А это означает, что вторая звезда смерти будет-таки уничтожена, не сделав ни единого выстрела, в отличие от первой, которой хватило аж на три.

При этом отметим, что именно свободный рынок способствует наиболее быстрому научно-техническому прогрессу. И если на начальном этапе анкапа за счёт разницы в масштабах государства ещё будут в состоянии что-то противопоставить сетевым рыночным структурам, то по окончании переходного периода технологическое отставание государств станет уже слишком очевидным, и им придётся сосредоточиться скорее на том, чтобы удержать остатки власти над собственными подданными.

Возможно, под внешней политикой анкапа вы имели в виду не оборону. Но, поскольку для анкапа государство это не более, чем бандит, то и отношения с бандитом сводятся не более чем к удержанию его от бандитизма в свой адрес, а прочая дипломатия сводится именно к этому аспекту. Визовый режим? Это о том, чтобы бандит не нападал на путешественников. Таможенный режим? Это о том, чтобы бандит не грабил корованы. Регуляторный режим? Это о том, чтобы бандит не вмешивался в договоры. Все эти переговоры будут сводится к тому, что интересант потратит деньги на откуп. Пока эти деньги будут меньше, чем деньги на сковыривание бандита, у того будут шансы выжить.

Дизайн-код при анкапе

В Петрозаводске недавно отменили правила размещения вывесок и, скорее всего, предприниматели вновь начнут вешать очень яркие баннеры, дабы заявить о своем заведении, правда, обычным людям такой расклад явно не очень будет нравиться. Что будет с дизайн-кодом вывесок (и с фасадами зданий, ведь по-разному застекленные балконы, да кондиционерные блоки, портят внешний вид объекта) при анкапе?

анонимный вопрос

Это типичный пример вопроса об экстерналиях. Кто оплатит собственнику исторического здания аккуратную реконструкцию вместо дешёвого и качественного современного ремонта? Кто запретит уродовать фасад удобными и полезными кондиционерными блоками? Кто побудит делать баннеры и вывески радующими придирчивый вкус эстета, а не увеличивающими продажи? Кто, если не государство?

Вы, конечно, заранее знаете, что на этот вопрос должен ответить любой анкап. «Конечно, рыночек», — ответит анкап. Но как рыночек всё это сделает? У него нету ручек. Есть у рыночка невидимые ручки, не беспокойтесь. Сейчас поясню, откуда они растут.

Сначала невидимые ручки берут экономику за шкирку и вытаскивают из очевидной жопы. Если никакое государство не будет при этом цепляться за экономику, то рыночку будет легче её вытащить. Каждый предприниматель будет сам решать, ориентируясь на местные культурные нормы и собственные представления о допустимом, какого размера и какой кислотности цветов здесь уместна вывеска, чтобы получить максимум прибыли. И чем лучше защищено его право собственности на то, что под вывеской, тем в более долгосрочной перспективе эта прибыль будет рассматриваться.

Бедный купит квартиру подешевле, по возможности вместительную и не слишком далеко от работы. Зажиточный купит просторную и уютную. Богатый построит красивый дом, в котором каждая деталь будет радовать лично его глаз. Где-то между зажиточностью и богатством о такой архаичной проблеме, как торчащий на видном месте кондиционерный блок, уже будет как-то странно вспоминать.

Какие-то исторические здания будут снесены ради объектов, которые принесут больше дохода. Когда этот доход превратится в богатство и процветание, оставшиеся исторические здания окажутся дорогими и престижными — в их бережную реконструкцию вложатся те, кто захочет жить в исторических зданиях сам или селить там туристов. А кому не хватит старых исторических зданий, найдёт классного архитектора, и тот построит новое здание, которое станет не менее историческим — несмотря на то, что в нём-то будут предусмотрены ниши для кондиционерных блоков. И вывески на нём будут смотреться солидно и благородно. А может, сочно и неоново, если таков окажется дух квартала. Потому что зачем вешать вывеску, нарушающую дух места, особенно если ты не стеснён в средствах? Она будет не столь эффективна.

А где-то вместо таких тонких материй, как дух, будут строгие правила, предписанные собственником территории — или товариществом собственников. Они в своём праве, но скорее всего и они будут своими правилами добиваться того, чтобы их земля стоила дороже, район считался престижнее, а арендатор не слишком пугался ненужных строгостей. У них для этого будет куда более непосредственная мотивация, чем у чиновников из какого-нибудь градостроительного управления.

Хотите такую красоту в Петрозаводске?

Маск и алармисты

Прочитала в левоанархистском канале размышления о том, что, дескать, Илон-то наш Маск совсем расчехлился, и уже сотрудничает не просто с государством, а с самой что ни на есть военщиной, позор ему, и позор всем, что одобрительно о нём отзывается.

Здесь мне вспомнились слова другого кумира либералов, Людвига Мизеса, о том, что задача предпринимателя — бдительно искать всё новые способы удовлетворения клиентского спроса, и если пушки находят больший спрос, нежели масло, то нет смысла винить предпринимателя в том, что он производит пушки.

Но с Маском всё куда проще, он и не выбирает между пушками и маслом, а поступательно движется к тому будущему, которое считает желательным. В дивном новом мире, который строит Маск, нет проблемы в том, чтобы за час доставить ракетой восемьдесят тонн карго на другой конец планеты. А с какого карго начинать, вообще нет разницы. Нашёлся заказчик на разработку грузового суборбитального транспорта — будем делать. А когда за счёт военных бюджетов технология будет освоена, можно идти с этим на частный рынок, и отправлять грузы уже задёшево. А потом допилить ещё малость — и уже отправлять людей.

На самом деле, для большинства военных задач отправка десятков тонн на двадцать тысяч километров за час — это оверкилл. А вот для ликвидации чрезвычайных ситуаций эта опция ещё как пригодится. Так что я предвижу преимущественно мирное использование этой разрабатываемой за деньги военных технологии.

Если налоги уже собраны, и встал вопрос о том, как их тратить, то пусть они хотя бы будут потрачены частником на технологии двойного назначения с перспективой широкого гражданского использования.