Как будет работать московский метрополитен при анкапе, и что будет, если кто-то купит все станции? Ведь конкуренция станет невозможной

анонимный вопрос

Зайду издалека и порекомендую для начала свежее видео от Григория Баженова, где он оппонирует авторитарным урбанистам и, в частности, объясняет главное предназначение города — возможность заработать.

Конечно, исторически у города часто была ещё и функция крепости. Но возможность сохранить богатство от внешнего грабителя во многом перекликается с возможностью собственно разбогатеть. Не кучкуйся люди в одном месте и не накапливай добро, они бы не могли позволить себе постройку такой удобной городской инфраструктуры, как защитные сооружения, да большой нужды бы в этом не было — рулили бы индивидуальные схроны в лесу или откочёвывание со своими стадами в укромные урочища. Так что всё-таки возможность накопить богатство, собравшись компактно большой толпой — первична.

Все удобства, которыми город обеспечивает людей, приспосабливаются к его главной функции. А если это делается плохо (например, городом управляют централизованно и мешают людям зарабатывать), то город загибается, проигрывая конкурентную гонку альтернативам. Это относится и к организации городского транспорта.

Чем мобильнее городской житель, тем больше у него выбор мест работы, тем в среднем лучшее место он себе находит, и тем богаче становится. В результате он получает возможность создавать платёжеспособный спрос на различные удобства, в том числе и на ещё большую мобильность. По большому счёту неважно, какова структура собственности в разных компаниях, предоставляющих транспортные услуги, лишь бы у них не было возможности силой диктовать свои правила конкурентам или потребителям. Иначе говоря, правильно организованный транспорт может быть чьим угодно, только не той институции, которая вырабатывает правила.

Так что в московском метро свой хозяин может быть у каждой ветки, или у каждой станции, или отдельно владелец станций, тоннелей и депо, и отдельно владельцы поездов. В принципе, единый хозяин может быть и у метрополитена в целом, он и в этом случае останется действовать на конкурентном рынке, конкуренцию ему составляют все альтернативные способы добраться из точки в точку в пределах города. Но даже если весь город со всеми улицами, домами и транспортом принадлежит единому владельцу, то альтернативой использования городского транспорта оказывается видеосвязь или переезд в другое место. Ведь город — это в первую очередь место, где можно заработать больше денег, чем вне города, и лишь затем всяческая инфраструктура для совместного проведения досуга большими толпами. Можешь заработать достаточные для тебя деньги в другом месте — и город уже не так сильно тебя держит.

Несостоятельность анкапа

Григорий Баженов, экономист, более известный широкому сообществу как инициатор проекта Акцизу — нет (кстати, интересный пример довольно грамотной общественной кампании, присоединяйтесь), выложил статью про несостоятельность концепции анкапа.

Язык статьи не самый простой, но, как я поняла, пролистав канал Григория (тоже рекомендую, кстати), он мэйнстримный экономист, который считает, что немэйнстримные вещи нужно вещать на языке мэйнстрима и с опорой на него, иначе останешься на обочине. Для экономиста — логично. Для популяризатора это хождение по тонкому льду.

Но вернёмся к статье про анкап. Григорий резюмирует, что несостоятельность концепции анкапа в том, что «анархо-капитализм исходит из экономической трактовки понятий конкуренция и монополия, но при этом переносит эти понятия в те сферы, где это попросту неуместно». Мне очень жаль, но это борьба не по адресу.

Доктрина анархо-капитализма не подразумевает свободной конкуренции организаций, осуществляющих агрессивное насилие, за право грабить тех, кто менее эффективен в этой области. Это ближе к доктрине экстерриториальных страховых крыш, которую отстаивает Олег Тараканов, и которую он считает промежуточным вариантом между минархизмом и анкапом.

Анархо-капитализм — это прежде всего правовая, а не экономическая, доктрина, и она утверждает, что права грабить нет ни у кого, и что любые навязанные контракты ничтожны, вне зависимости от статуса того, кто навязывает контракт.

Экономической теорией эта правовая доктрина лишь подтверждается, поскольку доказывает, что чисто экономически свободный рынок лучше несвободного с точки зрения экономических субъектов. Ну а дальше Мизес говорит, что этого вывода умному человеку достаточно, чтобы сделать выбор в пользу свободного рынка, а Ротбард добавляет, что даже если бы было доказано, что определённая форма несвободы экономически выгоднее, правильные пацаны всё равно были бы за свободу. Можно относиться к Ротбарду, как к фрику, за такую предвзятость, но, к счастью, благодаря Мизесу это действительно непринципиально.

Так что анкап это просто критическое хмыканье что в адрес минархистского государственного устройства, что в адрес мира конкурирующих страховых крыш: неплохо, мол, но можно лучше.

Ты разделяешь личные взгляды и ценности Михаила Светова? С чем ты с ним не согласна?

анонимный вопрос

Миша очень здорово расширил круг моих сторонников, и это закономерно повлияло на мои личные взгляды и ценности, так что да, я их по большей части разделяю.

С чем из его повестки я не могу до конца согласиться?

Во-первых, это целый ряд утверждений о том, что должна представлять собой партия. Он очень боится рейдерского захвата, и поэтому хочет внедрить в ней что-то вроде демократии налогоплательщиков, с вертикальной структурой. Я чаще боюсь превращения в выхолощенную бюрократическую структуру, поэтому обычно практикую децентрализацию в принятии решений и частные инициативы.

Во-вторых, у него есть спорные утверждения насчёт, например, того, что опаснее в современных государствах — открытые границы или закрытые (он считает, что опаснее открытые). Понятно, что опасны государственные границы как таковые, но рассматривать государственную границу как почти что коллективную частную — это какое-то странное выборочное доверие к государству.

В-третьих, он ввёл в обиход некоторые нетрадиционные для либертарианства понятия, например, «общины», от которых веет скорее кислыми щами, чем свободой. Сейчас он чаще заменяет это слово термином «контрактные юрисдикции», но всё равно из его слов неявно следует, что у человека при либертарианстве одна единственная юрисдикция на все случаи жизни, что категорически не обязательно. В общем, это тот случай, когда его личный консерватизм, как мне кажется, слегка проникает в идеологию.

О чём я ещё очень жалею, так это о том, что через канал СВТВ не особенно раскручиваются другие либертарианцы. Был Пожарский — кончился Пожарский. Был Баженов — кончился Баженов. Вообще все соведущие закончились, а это был очень хороший ненавязчивый способ демонстрации публике новых лиц. Но Миша не самый сильный командный игрок. Может быть, именно поэтому он и предпочёл бы, чтобы в партии была организационная вертикаль, чтобы не договариваться, а просто давать поручения.

Спасибо, что читали меня, у меня в гостях был Михаил Светов, член ФК ЛПР. Ставьте лайки, подписывайтесь на канал, присылайте биткойны, если вам нравится, что я делаю. 1A7Wu2enQNRETLXDNpQEufcbJybtM1VHZ8
До новых встреч!