Тег: монополии

Как государство и крупный бизнес давят частное фермерство

Недавно вспыхнул огромный скандал: в сети появились многочисленные видео, где ветеринарные службы изымают и уничтожают скот у фермеров и владельцев личных хозяйств в разных регионах России. Люди пытаются перекрывать дороги и протестовать, ведь для многих семей это единственный источник дохода. Формально причиной называют вспышку инфекционного заболевания, однако фермеры утверждают, что им не показывают результаты анализов и не объясняют диагноз, государственные ветеринары приходят к ним без каких-либо документов. При этом аналогичные меры не применяются к крупным сельхозпредприятиям, даже когда те находятся в эпицентре якобы вспышки.

Конечно же, это очень тревожная ситуация сама по себе. Однако куда важнее то, что она хорошо иллюстрирует более широкую тенденцию: во многих странах гос. законы и практики нацелены на тотальное уничтожение частного фермерства и личных хозяйств.

Один из самых распространённых инструментов – регулирование семян. Например, в России аграрии обязаны вносить сведения о купленных и используемых семенах в специальные государственные реестры и соблюдать многочисленные требования к их происхождению и качеству. Формально это объясняется борьбой с фальсификатом и болезнями растений. Но на практике такая система создаёт непосильную бюрократическую нагрузку для небольших фермерских хозяйств, которые, в отличие от крупных агрохолдингов, не могут позволить себе содержать целый юридический отдел. Также существуют ограничения на импорт и использование семян, которые просто оставляют для фермеров очень мало возможностей и выбора в развитии своих хозяйств, а значит снова делают их неспособными конкурировать с крупными игроками.

Похожая логика работает и в Европе. В рамках законодательства ЕС многие виды семян, которые продаются или распространяются, должны проходить официальную сертификацию и проверку качества. Это означает, что выращивать и торговать несертифицированными сортами становится практически невозможно. Мало того, даже на своём личном огороде использовать собственные семена может быть запрещено и наказуемо, а покупать семена для этого придётся втридорога у лицензированных государством поставщиков. Также стоит вспомнить о непосильных экологических требованиях и нашумевшем случае из Нидерландов, когда после введения в 2022 году новых экологических норм оказалось, что малые фермерские хозяйства просто не смогут их потянуть и им придётся закрыться.

Подобные законы имеют очевидный экономический эффект. Крупные агрохолдинги легко адаптируются к новым требованиям: у них есть юристы, лаборатории и доступ к сертифицированному посадочному материалу. Даже если какие-то законы им всё же немного затруднят жизнь, нужно понимать, что для малых хозяйств они будут вовсе смертельны, так как у последних нет огромных доходов и накоплений. Именно поэтому каждый новый регламент, лицензия или требование непропорционально бьёт по небольшим хозяйствам. Для корпораций это просто очередная строчка в бюджете, тогда как для семейной фермы – вопрос выживания.

В итоге рынок сельского хозяйства постепенно концентрируется в руках всё более крупных игроков. Это результат типичного симбиоза государства и крупного бизнеса. Государственная бюрократия получает возможность всё держать под своим контролем, поскольку на рынке остаётся лишь очень ограниченное число агентов, а население в своей массе становится неспособным даже самостоятельно обеспечить себя пропитанием. А большие компании получают возможность стать монополистами, а значит манипулировать качеством, объёмами и ценой продукции, как захочется, и получать все возможные доходы от аграрной деятельности только себе.

Чем больше регуляций вокруг еды – тем меньше людей могут производить её самостоятельно. А значит, тем больше власть над продовольствием и самими людьми оказывается в руках стационарного бандита и крупных корпораций. Именно поэтому право выращивать собственную еду – не просто аграрная тема, а напрямую вопрос экономической и личной свободы.

Волюнтарист, Битарх

Вопрос про монополию на насилие

Недавно попалась интересная претензия к анкапу. Мол вы считаете, что рыночек всё порешает, и монополии не надо трогать, потому что они не эффективные и всегда в итоге рушатся. Так и чего вы пристали к монополии на насилие? Сама же тогда и порушится. Вы тогда либо уже признайте, что монополии сами рыночком не рушатся, либо насилие — это такой специальный отдельный вид услуг, который только государством и должен управляться.

Есть что ответить на этот довод?

Querens

Монополия в условиях свободного входа на рынок — довольно условное понятие, всяк норовит установить свой взятый с потолка критерий, какой процент рынка считать монополией. Опять же, с потолка берутся и границы рынка. Скажем, в масштабах Черногории у черногорского государства, если сильно напрячься, можно разглядеть монополию на насилие. А в масштабах планеты её нельзя разглядеть даже у сверхдержав.

Поэтому мне кажется более удобным говорить не о монополиях, а об оптимальном размере организации. В заданных условиях всегда есть некий размер организации (определяемый теми технологиями, которые использует она, и которые используют окружающие, плотностью и особенностями населения, ландшафтом, историей и ещё уймой факторов), превышение которого заставляет организацию тратить несоразмерно большие ресурсы на поддержание собственной структуры и своей деятельности, а если организация меньше оптимального размера, то, наоборот, рост оказывается выгоден, потому что при этом деятельность организации приносит больший эффект при относительно меньших тратах ресурсов.

Парикмахерский бизнес имеет свой оптимальный размер, а бизнес по производству микросхем или лайнеров — свой. Аналогично, свой оптимальный размер в данных конкретных условиях будет иметь и бизнес по организации принуждения. Бог на стороне больших батальонов, но технология собирания больших батальонов — весьма нетривиальная штука.

Неолитическая аграрная революция позволила принуждать жителей плодородных земель к выращиванию зерна, сдаче его в государственные амбары, а затем к собиранию в большие батальоны, которые могут жрать это зерно в походе и давить массой мелкие варварские племена, обращая их в рабов или подданных, становящихся новыми земледельцами. Но на скудных землях, где не родится зерно, государство не приживалось, и всякие там горцы до сих пор считаются менее цивилизованными, то есть менее обтёсанными под государственные нужды (это был краткий конспект книжки Джеймса Скотта «Искусство быть неподвластным«).

Сейчас роль зерна играет финансовая система. Чья экономика позволяет отобрать для государственных нужд больше ресурсов, тот может позволить себе больше дорогих военных игрушек, а также новомодных инструментов мягкой силы — и тот обеспечивает себе ту самую монополию на насилие в более полном объёме и на большем ареале.

Либертарианцы — это современный римейк тех самых описанных Джеймсом Скоттом варваров, которые норовили удалиться в области, где не растёт зерно, и куда с трудом достигает рука государства, в лице переписчиков, мытарей, вербовщиков и прочих неприятных типов. Только сейчас они вместо картошки и прочего ямса выращивают свои бесполезные для государственных нужд биткоины, мутят свою бесполезную для государства токеномику, коррумпируют мытарей, не идут работать ни в армию, ни в полицию, равнодушны к патриотическим лозунгам, зато живо интересуются всякими полезными для себя технологическими новинками, даже если их зачем-то пытаются запрещать.

Ну а теперь отвечаю на сам вопрос. Монополии (в том числе — на насилие) рушатся не сами, им помогает невидимая рука рынка. Но эта рука складывается из множества элементарных действий всех тех, кому эта монополия доставляет неудобство. А невидимый сапог государства складывается из множества элементарных действий тех, кто имеет от монополии на насилие профит. Единственное, с чем большие батальоны справляются очень плохо — это партизанская война, плюс саботаж. Это сложная технология децентрализованного сопротивления, вот её-то мы и развиваем.

Видишь монополиста на насилие? В глаз попадёшь?

Кому выгодны регуляции и к какой угрозе они могут привести

Волюнтарист, Битарх

Кто всегда и самым первым требует введения новых налогов? А кто требует введения новых законов касательно регулирования экономики и рынка? Этатисты скажут, что в этом в первую очередь заинтересованы самые обычные граждане ради защиты их интересов, обеспечения безопасности и предоставления социальных благ. Но такой ответ будет глупым, поскольку правильный ответ – крупные корпорации, которые буквально «лежат в одной постели» с государством.

Зачем Джефф Безос – основатель компании Amazon, которая списывает свою прибыль в расходы, чтобы не платить налоги, поддержал повышение корпоративных налогов в США? Любому здравомыслящему человеку будет очевидно, что это необходимо для устранения конкурентов на рынке. Но это ещё старая история, есть и более актуальный пример – известные корпорации и миллиардеры, например Илон Маск и Microsoft активно призывают к регуляции и ограничению развития Искусственного Интеллекта. Всё это, конечно же, они обосновывают якобы необходимостью обеспечить безопасность, поскольку ИИ – пока что не до конца понятная технология, в том числе и в плане рисков. Но такие слова звучат как выдуманное оправдание, тем более с чего бы крупным игрокам на рынке ограничивать технологию, на развитии которой они могут заработать? Очевидно, дело в том, чтобы не допустить на рынок частные разработки в сфере ИИ, многие малые компании попросту не смогут потянуть регуляции, зато их легко потянут крупные корпорации. Особенно стоит обратить внимание на то, что призывающие к регуляции этой сферы сами крайне активно занимаются её развитием.

Со стремлением к монополизации рынка всё понятно, как и с результатами этого процесса. Из-за отсутствия конкуренции все лишь обеднеют, а технологический прогресс будет заторможен. Но проблема не только в этом, есть и куда более страшный сценарий. Если технология ИИ действительно несёт в себе какую-то опасность, то было бы крайне глупо пытаться её ограничивать, особенно в развитых западных обществах, где законопослушные граждане, не стремящиеся причинить кому-либо вред, действительно последуют регуляциям. Однако регуляциям не будут следовать те, кто захочет использовать ИИ для причинения вреда. Это касается самих государственных властей и их разнообразных структур. А особенно это касается тех структур, которые и вовсе не находятся под контролем западных юрисдикций. Какие-нибудь хакеры из Северной Кореи, уже прославившиеся взломом и кражей средств с криптобирж, преследованием людей, а также попытками взломать оборонные сети других стран, плевали на западные запреты, они будут активно развивать и использовать ИИ, чтобы причинять другим вред. А военные структуры тем более везде будут пользоваться ИИ, и даже если на Западе это запретят своим военным (и то это сомнительный сценарий, у военных на такое обычно руки полностью развязаны), то этим будут заниматься юрисдикции, враждебные западным. В итоге от запретов и регуляций пострадают только гражданский сектор и разработка ИИ-средств, которые можно было бы использовать для противостояния ИИ-угрозам.

Возможность крупных корпораций и монополистов, связанных с государством, продвигать через него угодные себе регуляции не только вредит всем экономически, но и может поставить под угрозу ту самую безопасность, ради которой якобы всё это делается. И кто-то ещё после этого будет оправдывать само существование стационарных бандитов и их способности навязывать всем запреты?

Частные монополии вам ничем не угрожают

Волюнтарист, Битарх

Одна из претензий к свободному обществу говорит о том, что монополий всё равно нельзя избежать, поскольку есть определённые физические ограничения. Например, в одном доме вряд ли могут работать сразу несколько компаний, занимающихся водоснабжением, или же электрообеспечением. Живя в определённом месте вам в любом случае придётся смириться с тем, что некоторые услуги будут поставляться только одним поставщиком, а значит он сможет манипулировать ценами на эти услуги и их качеством как только захочет, ведь вы всё равно не будете иметь возможности отказаться ввиду отсутствия альтернатив. Поэтому и необходим политический контроль и регулирование деятельности поставщиков некоторых услуг.

Зачастую этот аргумент сбивает с толку многих сторонников идей свободы, однако ответ на самом деле довольно очевиден. Давайте рассмотрим, что произойдёт, когда государственная компания (или же регулируемая государством частная компания) и независимая частная компания попробуют завышать цены на свои услуги и занижать их качество.

Если нельзя просто так взять, и перейти на альтернативу, то люди обычно в такой ситуации начинают бойкотировать неблагочестивого поставщика услуг. Они перестают платить ему деньги, устраивают митинги у его офисов, блокируют в них проход, короче, всячески мешают организации продолжать вести свою деятельность до тех пор, пока проблема не будет решена. Как, собственно, бойкот влияет на деятельность разных типов компаний?

Для подконтрольной государству компании бойкот вовсе не страшен. Она всегда может получить от государства субсидии на покрытие всех сопутствующих издержек. Скорее люди сдадутся и смирятся с высокими ценами и плохим качеством услуг, нежели бойкотируемая компания понесёт какой-либо ущерб. Конечно, есть шанс, что своим бойкотом люди смогут повлиять на политическую власть, однако и в таком случае им никак не могут быть гарантированы изменения в лучшую сторону. Скорее всего вместо одного политика придёт другой, который наобещает улучшений, чтобы успокоить людей, а сам тоже ничего особо делать не будет.

Для независимой частной компании бойкот довольно критичен. Она может полагаться только на свои собственные доходы, которых в случае бойкота попросту не будет. Субсидий ей получать не от кого. Любое нежелание угодить потребителям способно привести к банкротству. Во главе компании должны сидеть совсем идиоты, чтобы не среагировать на бойкот должным образом, ведь иное приведёт к потере прибыли. Но даже если там на самом деле будут идиоты – эта компания попросту разорится, а на её место придёт другая компания, с уже более адекватным руководством.

Как мы видим, частные организации довольно легко бойкотировать, даже если они занимают монопольное положение, поскольку их прибыль всё равно зависит от добровольных выплат со стороны клиентов и том, что они не будут никак препятствовать работе компании. Бойкотировать подконтрольные государству компании почти что бесполезно, ведь им всё равно, если они не получат прибыль рыночным путём – они её получат с ваших налогов.

Вывод прост – естественные монополии, возникающие в рыночной среде, никак вам не угрожают, ведь у вас всегда есть возможность бойкотировать их деятельность. А вот победить государственную монополию и потребовать от неё качественного выполнения своих обязанностей у вас почти что нет шансов.