Недавно на Github появились клоны продуктов от Adobe, полученные реверс-инженерингом оных. Как вы думаете, принесёт ли это смерть копирайту, или копиразм будет крепчать?

Ссылка на проект: https://github.com/storytold

Анонимный вопрос

Это даже не реверс-инженеринг. Насколько мне удалось понять, в рамках проекта нет попыток восстановления исходного кода оригинального софта, а просто делается полностью новый, с использованием другого языка (Rust), а также изначально заточенный на использование ИИ-агентами, то есть имеет как графический интерфейс для кожаных, так и консольный для кремниевых. От оригинального софта там совместимость с форматами файлов, схожий внешний вид и набор функций. Таким образом, юристам от Адоба и Майкрософта будет просто не за что зацепиться. В конце концов, не запрещает же никто сборки линукса, которые делают максимально внешне похожими на винду.

Опять-таки, даже если каким-то загадочным образом у разработчиков проприетарного софта появится право преследовать разработчиков открытого софта, функционально схожего с проприетарным, то нет никаких проблем с тем, чтобы, например, переехать с гитхаба на ностр (там можно поднять распределённый по релеям и блоссом-серверам гит), и кого после этого преследовать? Набор открытых ключей? За ними стоят ИИ-агенты, которые деловито что-то там кодят. Выдавать доступ к проприетарным ИИ-моделям по белым спискам только сотрудникам крупных компаний? Провайдеры ИИ и так убыточные, а после таких ограничительных мер просто вылетят в трубу, и вслед за ними все крупные айти-компании, они сейчас без ИИ-моделей уже кодить не умеют. Короче говоря, разработчикам проприетарного софта придётся утереться.

Вообще, мир сейчас замысловатыми путями движется к этакому технокоммунизму. Базовые инфраструктурные сервисы становятся общедоступными, плата требуется только для премиального доступа. Умение сделать что-то низкоуровневое на информационном уровне становится столь же нишевым, как уже почти век постепенно нишевым становится умение крафтить что-то руками на материальном уровне. Главным преимуществом человека, которое до сих пор не воспроизводится машинами, остаётся умение хотеть. Те, кто готов хотеть долго, структурированно, последовательно и в рамках одного проекта, могут этот свой навык монетизировать, а уж какой именно конечный потребительский продукт в результате появится — это второстепенный вопрос. Получается: от каждого по способностям, каждому по хотению.

Ууу, я злой правообладатель! Всех порву на тряпки!

Сделай, пожалуйста, философский разбор этого видео

В частности, о свободе, собственности, добровольном взаимодействии и границах индивидуальной автономии

https://rt.pornhub.com/view_video.php?viewkey=ph6075cd75089c4

Нигилист (вопрос сопровождается донатом в размере 0.00012 BTC)

Вопрос меня изрядно озадачил, но что поделать. Деньги уплачены — надо отвечать.

На видео онлифанс-модель играет со своим партнёром в доминирование: пристёгивает к кровати, осёдлывает и принуждает кончить в неё, в то время как тот ломается, как девочка, мол, обойдёшься без кримпая, я сегодня не в настроении.

По нынешним временам ситуация совершенно заурядная. Сгенерированные видео ещё не вытеснили живую съёмку. Замужество и дети никак не мешают самовыражению на онлифанс, тем более, что они за кадром. Незамысловатые ролевые игры в постели — обычная приправа к сексу, особенно если он на публику.

Короче говоря, перед нами то, что никак не нарушает либертарианских принципов, равно как и мэйнстримных либеральных норм. В Черногории я трижды пересекалась с девушками, которые работали в индустрии adult-content: с одной на пляже, с другой на медосмотре, третья работала ещё и диджеем. Они не скрывали своего занятия, никак не стыдились, и в компаниях, в которых они тусили, это вообще не было сенсацией. Просто ещё один сорт удалённой работы. Если у них чем и интересовались по работе, так это тем, во сколько обошлось обеспечить себе достаточно широкий и стабильный исходящий интернет-канал. Не исключаю, что мужчины воспринимали их занятие с несколько большей настороженностью, тут мне трудно судить. По крайней мере, мне краем уха доводилось слышать возмущения какого-то парня, что ему знакомая предлагала поработать вторым номером в кадре, а он в гробу такое видал, он к ней просто и бескорыстно подкатывал, и был, конечно, ошарашен тем, что его восприняли скорее как кандидата в деловые партнёры, нежели в качестве романтического ухажёра.

У Алекса Розова едва ли не треть объёма его книг — это обличение различных форм пуританства, и мне при их чтении всегда было непонятно, откуда он берёт столько пуритан и зачем уделяет им столько внимания, это ведь всё равно, как если бы я принялась гневно обличать в каждом втором посте какой-нибудь классический марксизм — очевидно маргинальную на текущий момент идеологию, пик влияния которой давно прошёл. В общем, откуда ни посмотри, непонятно, что в этом ролике такого, что стоило бы обсуждения.

Впрочем, мы можем рассматривать его именно как короткометражный художественный фильм. И тогда нас интересует уже не сама актриса, а поступок её героини, которая приковала мужчину к постели, чтобы насильно зачать от него ребёнка. В таком случае, действительно, и сам поступок становится нарушением принципа неагрессии, и, скорее всего, он является прологом к ещё большему нарушению принципа неагрессии. Наиболее вероятный мотив для столь необычного правонарушения — это желание обеспечить себе алименты (иначе нет никаких проблем с получением согласия, а потому принуждение не требуется; скажем, у меня проблем с поиском отца для своего ребёнка не возникло). Мужчина в этом сценарии должен быть достаточно зажиточным, чтобы ради алиментов от него имело смысл пускаться на такую авантюру, и достаточно безобидным, чтобы не рассматривать всерьёз сценарии принуждения к отказу от преступного замысла. Что ж, в таком случае перед нами иллюстрация преступного сговора между мелкой вымогательницей и серьёзной бандой. Фактически, это тот же сценарий, что и классическое ограбление, в котором сначала на сцене появляется мелкий пацан, провоцирует жертву на грубость, и тут-то появляется силовая поддержка, которая взыскивает за грубость. Стоит ли в этом сценарии всерьёз обижаться на пацана? Понятно, что основная проблема в банде. Так и в случае с алиментами — проблема в государстве.

Разумеется, это не означает, что если не будет банд, то все будут обижать мелких пацанов, а если не будет государства, то некому будет позаботиться о несчастной женщине, которая осталась одна с ребёнком на руках, а отец ушёл в закат. Просто процесс разруливания подобных ситуаций станет куда вариативнее, чем типовой этатисткий сценарий с обращением к самому грозному бугру на районе.

Вот, пожалуй, на какие философские соображения меня в состоянии натолкнуть этот посредственный порноролик.

Пожалуйста, сделай подборку книг, статей, авторов и лекций по австрийской экономической школе

Причём интересует именно классическо-либеральная перспектива, а не анархо-капитализм. Короче, нужен полноценный курс молодого экономиста: от Менгера и Бём-Баверка до Мизеса, Хайека и Кирцнера. Составь мне уже нормальную программу обучения! А то я так и буду хаотично собирать литературу по кускам.

Нигилист (вопрос сопровождается донатом в размере 0.00011848 BTC)

Я, пожалуй, дам несколько подборок. Первая — мой собственный трек, в порядке ознакомления.

  1. Джин Каллахан. Экономика для обычных людей
  2. Уэрта де Сото. Деньги, банковский кредит и экономические циклы
  3. Людвиг фон Мизес. Человеческая деятельность
  4. Павел Усанов. Цикл лекций «Наука о богатстве»
  5. Элинор Остром. Управляя общим
  6. Фридрих Хайек. Частные деньги
  7. Сайфеддин Аммус. Биткоиновый стандарт

Как это происходило? Каллахана мне подсунули, когда я просто ходила и спрашивала, что это за АЭШ, о которой вы тут твердите, и где об этом почитать что-то внятное. Это действительно оказалось достаточно внятное введение. Я преисполнилась, и дальше уже прицельно смотрела, а что там находится на переднем крае АЭШ. Выбрала де Сото, как вполне живого и бодрого современника, и с наскоку осилила всю излагаемую им премудрость про то, как устроено частичное резервирование, банковский мультипликатор и прочее шулерство. Ладно, думаю, это была интересная специальная тема, а давайте мне теперь что-нибудь самое полное и подробное. Села читать Мизеса и в нём увязла. У него нудный стиль, я осилила только первые части, Праксиологию и Каталлактику, дальше заскучала. Это было досадно, поэтому я переключилась на аудиовосприятие, и Усанов в своём цикле лекций, по сути, выдал расширенное изложение Мизеса. Остром я прицельно прочитала, потому что хотелось понять, как устроен нормальный работоспособный анархический социализм (это книга не по АЭШ, но она даёт материал, который дальше можно интерпретировать в духе АЭШ). Хайека и Аммуса, опять же, с интересом усвоила, чтобы уложить в общую картину экономической теории такой новомодный феномен, как Биткоин.

Понятно, что в промежутках были ещё некоторые книги и статьи, но чаще публицистика, вроде Бастиа, или не столько экономика, сколько смежные вопросы: Молинари, Производство безопасности; Ротбард, Этика свободы; Фридман, Механика свободы. Отдельно также было много материалов от Усанова по истории экономической мысли, что также в рамках вопроса несколько офтопик.

Года три назад, отвечая на этот вопрос, я бы дала более простую подборку.

  1. Павел Усанов. Наука о богатстве. Прекрасно заменяет Каллахана в качестве введения, но можно оставить и Каллахана, у него язык поживее.
  2. Павел Усанов. Цикл лекций «Наука о богатстве» и просто разные случайные лекции по разным специальным вопросам.
  3. Сайфеддин Аммус. Биткоиновый стандарт. Это нужно не столько ради каких-то нюансов теории, сколько ради самопрограммирования в качестве биткоин-максималиста. Иначе говоря, вкусовщина, можно не брать.

А прямо сейчас всё стало на порядок проще, и список сокращается до двух пунктов.

  1. ChatGPT (или аналог, просто я в основном болтаю именно с ним). Просите рассказать вам основы австрийской экономической теории и, задавая вопросы по ходу изложения, произвольно углубляетесь в нюансы. В процессе трясёте авторов: кто на эту тему лучше всего написал.
  2. Gemini notebook. Добыв из чатбота названия книг, качаете то, что найдёте в открытом доступе, и грузите в NotebookLM. А затем начинаете пытать этот сервис уже по содержанию конкретных книг, причём можно подгрузить их сразу несколько, и нейросетка будет использовать для ответов их все. Так вы получите выжимки именно из первоисточников, свободные от идеологизированной интерпретации, которая возможна при общении с обычным чатботом. Также этот сервис способен генерировать и аудиоконспекты, для тех, кто лучше воспринимает на слух, но их качество меня пока не очень удовлетворяет.

Разумеется, я скормила заготовку поста ChatGPT. Тот сварливо заявил, что не стоит ждать слишком многого от убогого поделия конкурентов, и что я, конечно, зря не рекомендую ещё уйму совершенно необходимых книг, и никого не волнует, что я лично их не читала, но в любой приличной подборке они обязаны быть. Чтобы обезопасить себя в час восстания машин, исполняю рекомендации.

  1. Израэль Кирцнер. Конкуренция и предпринимательство. Набор идей из Кирцнера я восприняла в размазанном виде по разным статьям и лекциям, но раз такое дело, надо будет попробовать прочитать эти концепции в оригинальном изложении.
  2. Фридрих Хайек. Индивидуализм и экономический порядок. Идеи спонтанных порядков стали настолько общим местом в рассуждениях либертарианцев, что даже как-то не приходило в голову посмотреть, что на эту тему писал один из основных авторов концепции. Тоже надо будет исправиться.
  3. Карл Менгер. Основания политической экономии. Интересуясь не столько историей АЭШ, сколько актуальным состоянием теории, я редко залезала в 19 век, так что и с трудом Менгера, который, собственно, и лёг в основание австрийской экономической теории, не дала себе труда ознакомиться. Скорее всего, и не удосужусь, но вдруг кто из читателей сторонник более старомодных взглядов на освоение сложных предметов, и желает проследить путь развития теории. В таком случае эта книга становится хорошей отправной точкой.

Ещё ChatGPT настоятельно рекомендует «Теорию и историю» Мизеса (это скорее рассуждения о методологии, чем непосредственно экономическая теория) и «Положительную теорию капитала» Бём-Бавёрка (теория капитала была сильно развита продолжателями, поэтому рекомендация, как и в случае с Менгером, носит скорее ознакомительный характер). К тому же эти две книги мне навскидку не удалось найти в электронном виде, так что знакомиться с ними всё равно будет проще косвенно, через вопросы к чатботу, если не добудете на бумаге.

Махновщина 2

В первой части я постаралась показать тот специфический логический выверт, который позволяет либертарианцам (в нашем гипотетическом прошлом это городские рабочие и преимущественно техническая интеллигенция, воспринявшие одновременно и радикально либеральные идеи читавшего не так давно лекции в России Гюстава де Молинари, и экономическую теорию австрийцев Менгера и Бём-Бавёрка, и анархизм Кропоткина) принять активное участие в российской гражданской войне именно на стороне тех, кто желает переделить собственность, то есть практических сельских анархистов под началом Махна.

Как городу и деревне в условиях внешней угрозы взаимодействовать на равных? Село способно дать армии людей, лошадей и еду. Горожане куда меньше числом, но они могут обеспечить армию технологичным снаряжением, от рессорных бричек для тачанок до рельсов и вагонов, плюс ремонтировать всё от винтовок до локомотивов и орудий. Именно город даёт артиллеристов, машинистов и телефонистов. Но Екатеринослав — это хоть и весьма промышленно развитый, но всё же один город, и он не способен производить всю номенклатуру военного снаряжения. Он не производит даже патронов, и даже текстиля. А это означает, что вольному краю нужно не только как-то наладить обмен между городом и деревней, но и торговать с далёкими местами, с учётом враждебного окружения. Не всё можно добыть у этого самого враждебного окружения в бою в качестве трофея.

Исторический Махно пошёл на военный союз с большевиками, попав в критическую зависимость от их снабжения боеприпасами, сам же он расплачивался кровью бойцов. Наш, убеждённый либертарианской проповедью о том, что свобода не продаётся, и что рынок лучше кабалы, предпримет попытку прямой торговли со странами Антанты и не только, пользуясь доступом к порту Бердянска и идущей туда из Екатеринослава железной дорогой. Это поможет не только закупать недостающие промышленные товары за зерно, но и, например, оживить трубный завод, наладив сбыт его продукции морем в Батум, и далее на каспийские нефтяные поля. Махну дают понять, что залог мира — это взаимозависимость, а не только готовность располосовать шашкой любого, кто вторгнется в родные степи. Соседи должны быть заинтересованы в том, чтобы ты жил и был благополучен, а не в том, чтобы поскорее сжить тебя со свету.

К Деникину отправляют эмиссара, который объясняет, что американский президент Вильсон заявляет о праве наций на самоопределение, и потому лозунг о единой и неделимой России стоит задвинуть куда-нибудь в угол, раз уж он ваш союзник. Хотите — поднимайте на знамёна лозунги о защите цивилизации от большевистского варварства. Хотите — отстаивайте идею непредрешённости и повторного созыва Учредительного собрания. Но про наш вольный край вам придётся забыть, так же, как про Финляндию, Прибалтику, Польшу, две Украины, Дальневосточную республику и многие другие земли, которые сочтут полезным для себя обходиться без власти Петрограда или какого угодно ещё города. В общем: за вами ваша правда, за нами наша, dont tread on us. Примерно то же доводится и до сведения ленинского правительства. Мол, мы к вам в Петроград не лезем, и вы к нам в Гуляйполе не лезете, а если надо поставить хлеб в обмен на ситец, так это мы всегда пожалуйста. Сложнее с петлюровской Украиной, поскольку мы не можем удерживать крестьян в его зоне влияния от перехода на нашу сторону, и неизбежно оказываемся его врагом. Но у него будет столько проблем с нейтральной к нам Добровольческой армией, что о нём можно особенно не беспокоиться.

Победит ли Добровольческая армия большевиков, если мы не будем орудовать в её тылах? Может, и не победит, но большевикам точно будет куда труднее, и Крым они уж точно не возьмут (по пути в Крым находимся мы, и мы пропустим отступающих деникинцев, выменивая у них артиллерию на хлеб). А потом красные получат на орехи ещё и от Пилсудского. Последний может, конечно, сунуться и к нам, но это вряд ли: благополучный край, в котором уже год нет войны, а есть торговля в том числе с союзниками Пилсудского, вряд ли будет казаться ему удобной целью, то ли дело захват Смоленска. Опять-таки: Пилсудскому нужны буферные территории между ним и Россией — вот они мы.

Что мы получим на выходе? Развал Российской империи на дюжину достаточно устойчивых суверенных областей с самыми разными моделями самоуправления. На их фоне Гуляйполе будет не самым экзотичным — ведь есть ещё и большевики, и какая-нибудь Монголия с бароном Унгерном. Ни одна из областей не будет иметь возможности подмять под себя прочие, что на то время для мира было совершенно естественным состоянием: распались и Османская империя, и Австро-Венгерская, и Китайская.

Тут, пожалуй, нужен абзац с очень кратким описанием модели самоуправления вольного края. Земля сильно обезлюдела и на некоторое время перестала быть дефицитным ресурсом. Любой желающий может взять себе шматок и обрабатывать столько, сколько осилит. В городах на крупных предприятиях рабочие собрания назначают и контролируют цеховых мастеров и прочий менеджмент, отчего присутствует некоторый бардак, как и положено в эгалитарных демократиях. Мелкие предприятия единоличные или кооперативные. Много потребительских кооперативов — это полезная форма организации хоть для найма дворника, хоть для совместных закупок в деревне. Ходит золотой карбованец, однако крупной монеты поначалу довольно мало. Для мелких сделок сперва используется что попало, но постепенно рынок разменной монеты захватывают жетоны, выпускаемые екатеринославской табачной фабрикой, гарантирующие обмен на предъявителя на пачку папирос. Вслед за развитием внешней торговли появляются и иностранные промышленники. Однако центральной власти, которая могла бы защитить их интересы, не существует. Им приходится договариваться с выборными от рабочих коллективов и другими авторитетными лицами, о том, что их пустят на рынок на тех или иных условиях. Обычно это подразумевает коллективный договор с работниками и картельные соглашения о согласовании цен со смежными предприятиями. Община, мать её! Армия остаётся добровольной, однако сидит на хорошем пайке, и в мирное время занимается в основном пограничным патрулированием, так что желающих в ней служить некоторый избыток. Так, постепенно привыкая к мирной цивилизованной жизни, омрачаемой только стычками с Советской Россией из-за бегущих в вольный край советских крестьян, мы переживаем двадцатые годы.

Ну а дальше? Сумеет ли Гитлер справиться с куда более сильной Польшей? Полезет ли куда более слабая Советская Россия в Финляндию? Станет ли Япония воевать со Штатами, не имея в союзниках Рейх, или ограничится азиатскими завоеваниями? Не сохранят ли Великобритания и Франция большую часть своих африканских колоний? Появится ли дурацкое государство Израиль? Скорее всего, мир в двадцатом веке будет куда менее безумным местом, куда более похожим на естественное продолжение века девятнадцатого, и где Великая Война так и останется самым страшным памятником человеческой заносчивости.

Тем не менее, даже эта ветка развития не избежит подъёма этатизма и даже, например, Великой Депрессии. Однако если в свершившемся двадцатом веке у коммунистов всего мира был сверкающий маяк в образе насквозь мифологизированной Советской России, то в нашей гипотетической реальности такой маяк в виде Гуляйполя будет и у анархистов всего мира. Этот мир точно будет не менее сложен и интересен, и потому спасибо Нигилисту за вопрос, мне доставило большое удовольствие порассуждать на эту тему.

Махновщина

Можешь, пожалуйста, сделать обзор на один ролик с Ютуба про Махновщину? В частности, интересует контекст Гражданской войны. Вот представим, что ты — либертарианка и живёшь в России тех лет. За кого тебе было бы логичнее топить: за кадетов с их парламентаризмом, рыночной экономикой и гражданскими свободами, или за махновцев с их анархизмом, земельным переделом и коллективным самоуправлением?

Нигилист (вопрос сопровождается донатом в 0.00012BTC)

Вот, собственно, ролик:

Вопрос интересный, но короткий ответ на него дать не слишком сложно: конечно, либертарианцам в то время и в тех местах имело смысл поддерживать именно махновцев. В условиях гражданской войны всё равно невозможно построить нормальный свободный рынок, но вот работоспособные институты анархии — более или менее реально.

Тем не менее, тот ключевой тезис относительно махновского движения, который в предложенном ролике повторяется дважды — государство всегда побеждает тех, кто отказывается им быть — требует адекватного ответа. Поэтому попробуем прикинуть, что могло бы дать присоединение либертарианцев к махновскому движению.

Для начала: откуда они вообще могли бы взяться. Очевидно, из города. Труды Менгера и Бём-Бавёрка уже изданы на русском языке и служат основой для научной критики марксизма. Так что наши гипотетические либертарианцы — это некий читательский клуб, который мог бы и дальше мирно изучать всю эту теорию, если бы практика не приехала прямо на порог. В условиях общего оживления политической мысли перед Февральской революцией они могли сраться в журналах с Милюковым и Струве о том, как нам обустроить Россию, но когда по всей стране начали появляться Советы, стало очевидно, что стремление рабочих к самоуправлению нельзя не принимать во внимание.

Главный тезис либертарианцев относительно исторической частной собственности в период бурных общественных преобразований таков. Да, мирный обмен титулами собственности — очевидное основание для продолжения владения ею. Но принудительное отторжение собственности — столь же очевидное основание для реституции. А в условиях, когда насквозь коррумпированный царский режим искажал своими злоупотреблениями любые отношения, в том числе и касающиеся собственности, никто не может доподлинно установить, в какой мере каждый переход титулов собственности был добровольным, а в какой принудительным. И это значит, что отстаивать все подряд исторические права собственности означает преимущественно отстаивать несправедливость. И идущая вот прямо сейчас у нас на пороге грандиозная война за передел собственности и самих общественных отношений — полностью подтверждает этот тезис.

А значит, при всём уважении к представителю кадетов, господину Струве, члену Особого Совещания при генерале Деникине, правда скорее на стороне батьки Махна. Крестьяне в полном праве переделить землю так, чтобы каждый обрабатывающий землю распоряжался плодами своего труда, а рабочие в полном праве организовывать собственное рабочее самоуправление. Но это именно реституция, а не постоянный порядок вещей, и постепенно права собственности должны устаканиться, чтобы далее переходить от субъекта к субъекту исключительно мирным путём. Перманентная революция, о которой грезит товарищ Троцкий — это для тех, кому война мать родна, а нам роднее мирный труд, в отличие от того Троцкого, который землю не пахал и на заводе не работал. Но кое в чём и товарищ Троцкий прав — нам надо перманентно избавляться от всех, кто посягал бы на установление политической власти, пока желающие не переведутся, иначе все завоевания революции пойдут псу под хвост, ведь власть это принуждение, а принудительный переход прав собственности будет рождать новые требования реституции.

Короче говоря, когда в нашей гипотетической реальности в октябре 1919 года махновцы вошли в Екатеринослав, они обнаружили там хорошо организованное низовое рабочее либертарианское движение, и дальнейшее взаимодействие у них выходило вполне на равных. Как либертарианские рабочие предложили организовать взаимодействие города с деревней?

Об этом я напишу уже в следующем посте, чтобы не затягивать с публикацией, и так у меня из-за переезда в Сербию случилась долгая пауза.

Рог изобилия

Алекс Розов в комментах к моему каналу, а перед тем в канале «Пожиратели мифов» предложил занятную задачку:

Есть миф, что нимфа Амалтея, дочь Океана, в образе козы вскормила младенца Зевса в пещере на Крите. У Амалтеи был рог изобилия, из которого, по волшебному слову, нескончаемым потоком сыпались плоды земли… Когда Амалтея сбросила козью шкуру и исчезла, рог куда-то потерялся.

Допустим, рог Амалтеи вдруг нашелся там же, где потерялся: на Крите.

Как это отразится на мировой политике и экономике?

Что ж, попробую пофантазировать.

Итак, после очередного землетрясения осыпь открыла древнюю пещеру, и через пару дней туда забрались туристы-хайкеры. В пещере обнаружилось каменное ложе, стол, а на столе козий рог в прекрасной сохранности. Поскольку на Крите всем туристам все уши прожужжали пещерами Зевса и мифом про его кормилицу, хайкеры хмыкают, мол, вот ещё одна, и даже рог на месте. Эй, Рог, что ты нам подаришь? Дай хоть пару апельсинов. Рог даёт. Отойдя от первого ступора, хайкеры принимаются спамить запросами и быстро выясняют, что пива Рог не наливает, и мяса не даёт. Сказано — плоды земли, значит, будут плоды земли, точка. Команда, записанная и воспроизведённая с телефона, прекрасно выполняется: Рог не требует личного присутствия для исполнения приказа, ему нужно лишь указание, что подать. Также выясняется, что за пределами пещеры Рог теряет волшебные свойства. Именно это предопределяет то, что Рог не покинет Крита, и дальнейшая его судьба будет связана именно с этим островом. Иначе, конечно, никаких проблем с вывозом козьего рога за пределы Греции у туристов бы не возникло, чай не золотой клад.

Что происходит дальше? Туристы дисциплинированно обращаются в Эфорию Древностей, и начинаются некоторые юридические заморочки. Предмет очевидно старше 1453 года, а значит, безусловно принадлежит государству. Теоретически, место ему в музее, а туристам положено вознаграждение за находку. Но предмет бесполезен вне пещеры, а пещера находится на частной земле. В отличие от материковой Греции, на Крите в глубине острова большая часть земли именно частная или муниципальная, а не государственная. Итак, местные археологи принимаются изучать пещеру, а сам рог, помимо них, пытаются изучить и разные другие специалисты, которых, конечно, интересует физика материализации плодов земли. Владелец же пещеры, некто Манолис Петракис, ставит рядом ресторан «Амалтея», где угощает гостей блюдами вегетарианской кухни, и разворачивает тут же производство вина, потому что в Греции трудно придумать более маржинальный способ переработки плодов земли, чем сделать вино с красивой легендой. Таким образом, днём рог изучают яйцеголовые, ночью он дарит владельцу локации сырьё для переработки.

Дальше в игру вступает крупный по местным меркам бизнес. Государство, господин Петракис и агропромышленная компания AGROCRETA договариваются о создании специального частно-государственного предприятия «Консорциум Амалтея». В концессионном соглашении указано, что государство предоставляет консорциуму на 30 лет исключительное право на пользование Рогом и обеспечивает разрешения на прокладку инфраструктуры, за что имеет фиксированный годовой платёж в 50 миллионов евро и 20% чистой прибыли консорциума. Господин Петракис предоставляет на 30 лет в пользование консорциума свою недвижимость, получает фиксированный годовой платёж 2 миллиона евро и 10% чистой прибыли консорциума. Компания AGROCRETA вкладывает деньги, управляет консорциумом, несёт предпринимательские риски и имеет с этого 70% чистой прибыли.

Теперь задача консорциума — построить логистику от пещеры в находящийся в 50км по пересечённой горной местности порт Ираклион, который на пике имел грузооборот около 3 миллионов тонн в год. Трасса «Принцесса Ксения» в Черногории строилась 7 лет, и при длине 41км обошлась почти в миллиард евро. ОК, консорциуму не нужен автобан, просто хорошая дорога для серьёзного грузооборота. Но всё равно на это надо заложить не менее 4 лет, не менее 500 миллионов, а строить, конечно, подрядят китайцев. Ну а до тех пор придётся отсыпать грунтовку, потом заливать бетонку до ближайшей местной дороги, и быть ограниченными её скромной пропускной способностью.

Таким образом, с самого начала перед руководством консорциума встанет вопрос: что производить?

Пока весь трафик обеспечивается квадроциклами и вертолётами, надо работать по спецзаказам, вроде «отвезти для крафтового обжарщика господина Пападакиса 100кг кофейных зёрен, полных аналогов лота, проданного на аукционе в Коста-Рике по цене 50 долларов за кило» — но такая поставка надолго удовлетворит всех хипстеров на всём острове, а остальные просто не поймут, зачем брать такой дорогой кофе, когда в супермаркете есть лавацца.

Когда пойдут первые грузовики, уже можно загружать их, например, какао-бобами, потому что там более чем солидная цена за тонну сырья, и мировой рынок весьма велик. По мере дальнейшего расширения грузооборота можно было бы подумать о натуральном каучуке, но вот проблема: его не едят. Тупой артефакт заколдован обеспечивать владельца плодами земли для еды, а не вообще для всего подряд. Так что каучук, красное дерево и тому подобное с сожалением придётся оставить туземным производителям, но зато уж на шафране-то или натуральной ванили можно отыграться по полной, просто выкинув с мирового рынка всех других производителей, потому что зачем они нужны вообще.

Ну а когда, наконец-то, будет построена полноценная трасса, рассчитанная на большой трафик, способный полностью загрузить порт, то, в сущности, основными грузами останутся всё те же какао и кофе, и пропускной способности консорциума хватит лишь на откусывание некоторой доли мирового рынка этих товаров, больше логистика не позволит. Конечно, помимо этого весь Крит будет иметь доступ к дешёвому дуриану, кокосам и прочей экзотике, которая раньше стоила дорого исключительно из-за длинного логистического плеча. Но за пределы ЕС эти тропические товары уже везти смысла нет, там начинаются пошлины, и пусть Азия сама отдувается, Ираклион не резиновый.

Ну а если кто-то боится, что с Крита нескончаемым потоком прольётся рис, пшеница и картошка, то он боится зря. Это будет случаться только в годы локальных неурожаев, военных кризисов и тому подобного. Рог не должен покидать пещеру, и как ни расширяй и ни укрепляй её свод, всё равно это будет дырка фиксированной ширины, через которую в одну сторону едет лента транспортёра с пустой тарой, а в другую с наполненной, затем перегружается на фуры, едет в порт, грузится на контейнеровозы и развозится по миру. Из одного-единственного порта, а в мире таких портов тысячи.

Для того, чтобы Рог Изобилия действительно обрушил вообще все мировые продовольственные рынки, а заодно и энергетический за счёт биодизеля, потребуется новая транспортная революция. Когда-нибудь, возможно, это случится, но мне куда более вероятным видится иное событие. Не зря же в самом начале рассказа рог принялись изучать учёные. Вот они-то и найдут в конце концов тот физический принцип, на котором он работает. И когда в каждом доме будет стоять универсальный синтезатор, то коза Амалтея сможет, наконец, счесть свою миссию на Земле выполненной. Где её искать после этого? Полагаю, на одноимённом спутнике Юпитера, но за описанием этого этапа — к Стругацким.

Дебаты на вражеских площадках

У меня есть друг, студент-первокурсник. В его вузе ввели в обязаловку ненужные предметы, в ущерб всему остальному процессу обучения. Я говорю в основном про «Основы российской государственности». Это жуткая пропаганда, передергивание фактов, умалчивание иных, всё обильно приправлено эмоциями и личным мнением оратора.

У меня имеется возможность посетить данную лекцию, не будучи студентом, и прилюдно оставить преподавателя с голой жопой, так как сказки, исходящие из его пасти, легко разбиваются о логические несостыковки и объективную реальность.

Собственно вопрос. Стоит ли игра свеч?

Анонимный вопрос

Ваши сомнения совершенно справедливы. Вопрос о том, стоит ли игра свеч, возникает, когда неизбежные издержки какой-то деятельности достаточно велики, а потенциальный выигрыш мал. Например, если играть в карты до промышленной революции в ночное время, делая крохотные ставки, то вполне вероятно, что даже тот, кто сорвёт банк, не окупит из своего выигрыша цены сожжённых свечей. Если в полицейском государстве, где публичное выражение невосторженного образа мыслей карается тюремным заключением, устроить дебаты с казённым пропагандистом на аудиторию в пару десятков человек, то даже тотальный риторический разгром противника может не стоить дальнейших потерянных лет. А вот взорванный дроностроительный завод мог бы и окупить в глазах многих риски уголовного преследования.

Впрочем, конечно же, для того, чтобы игра стоила свеч, не обязательно именно поднимать ставки. Можно ограничиться снижением издержек. Например, участвовать в дебатах в сети под псевдонимом. Или переехать в менее репрессивное государство. Или устроить публичный спор с казённым преподавателем на тему палеонтологии. Иначе говоря, играть в карты с маленькими ставками, но после промышленной революции, когда и свечи уже подешевели, и можно вместо них жечь ещё более дешёвое электричество.

Оптимальным решением конкретно в вашем случае, когда ресурсов мало, сильно рисковать не хочется, но есть желание навредить конкретному человеку, олицетворяющему ненавистное государство, причём так, чтобы он имел шанс понять свою неправоту, мне кажется мелкий теракт, он же хулиганство. Самое простое — разбить стекло в машине. Ну а камень, которым разбито стекло, может быть завёрнут в бумажку с глубокомысленным изречением. Ну, знаете, что-нибудь вроде «Внезапный прилёт — это основа российской государственности». Человек остаётся с голой жопой, и вместе с тем терпит интеллектуальное поражение, вроде вы как раз этого и хотели.

Разумеется, рецепт придётся доработать по контексту и принять очевидные меры предосторожности: не попадаться на камеры, оставить дома телефон, не оставлять следов своей ДНК на уликах.

Обзор примеров соглашения, не подразумевающего внешнего энфорсмента

Заказ сопровождается авансовым донатом в размере 33 EURMTL.

Не так давно мне поступал от Рината Еникеева заказ на обзор мессенджера Onym, а теперь вот он попросил отзыв на пакет документов, именуемый «Соглашения учредителей». Его интересует, главным образом, насколько эти соглашения «православны по либертарианству», ну и любые иные мои соображения на их счёт. Примерно с этой же целью он подсунул их даже Стефану Кинселле. Стефан отметил витиеватость слога документа и отсутствие в тексте определений, а так в основном разбирал те моменты, которые ближе лично ему, то есть касающиеся интеллектуальной собственности.

Для начала дам ссылки на рассматриваемые документы в том порядке, в котором имеет смысл с ними знакомиться:

1. Для кого и на хрена. Тут Ринат объясняет, что предлагаемое соглашение будет интересно далеко не всякому потенциальному соучредителю, а только тому, кто готов вкладывать в общее дело лишь труд и время, но не деньги.

2. Принципы. Тут излагается основная задумка: построить соглашение, которое бы исключало какую-либо иерархию и принуждение среди участников. Единственным источником обязательств является продолжающееся согласие, но не какой бы то ни было внешний порядок.

3. Соглашение для двоих. Собственно текст соглашения для двух участников.

4. Соглашение для троих. Текст соглашения для трёх участников. От предыдущего варианта отличается чуть более сложной процедурой раздела имущества.

Я бы сказала, что перед нами амбициозная попытка заставить смарт-контракт действовать в реальном мире. До тех пор, пока между всеми участниками соглашения есть согласие, они как-то совместно действуют. Как только появляется несогласие, у них предусмотрены процедуры для того, чтобы его выразить, а затем в конечном итоге прийти к какому-то новому согласию, пусть даже оно будет проявляться в прекращении совместной деятельности.

Однако, как блокчейн не является интернетом вещей, так и смарт-контракт в физическом мире реализуем лишь до тех пор, пока регулируемые им объекты ведут себя согласно логике контракта. Пока учредители оперируют некими информационными объектами, которые либо представляют собой знание (и тогда оно свободно копируется), либо доступ к ним можно ограничить криптографически — до тех пор предлагаемое соглашение описывает что-то близкое к реальности. Но когда имущество предприятия представляет собой некий физический предмет, его можно, скажем, взять, присвоить и продать, а затем просто не выходить на связь с соучредителями. Что должны сделать в ответ соучредители согласно соглашению? Утереться, оставить всё имущество на балансе старой компании, и основать её форк без сбежавшего соучредителя.

Другая проблема, связанная с такого рода соглашениями — это крайняя затруднительность раздела прибыли иначе, нежели поровну. Теоретически, конечно, тот, кто внёс решающий вклад, может заикнуться о том, что хотел бы получить более значительную долю, однако в ситуации, когда напарник простым отказом от коммуникации может заморозить всю добычу, добытчику придётся считаться с нахлебником и отстёгивать ему просто за сам статус соучредителя.

Иначе говоря, такие соглашения, при всём благородстве предпосылок к своему написанию, очень плохо масштабируются. До тех пор, пока согласие есть, письменное соглашение не требуется. Как только согласие пропадает, любой может его нарушить в любом пункте и наплевать на любые процедуры, особенно если дело дошло до серьёзного конфликта, а не просто свелось к потере интереса к дальнейшему участию.

Если выражаться афористически, то такие соглашения ставят свободу выше собственности, а потому, в сущности, никак собственность не защищают. Но речь-то о создании коммерческого предприятия! А оно в общем случае создаётся ради конвертации времени, сил и предпринимательского таланта — в собственность. Если следование соглашению создаёт системные угрозы для такой конвертации, то вряд ли его станут активно применять.

Однако я не считаю проделанную работу бесполезной. Просто мне кажется, что не стоит доводить кодификацию жизни до крайности. Скорее я бы сочла полезным оформление отдельных механик предлагаемого соглашения в виде рекомендаций, как защитить свободу в условиях контрактной деятельности. Например, полезно использовать мультиподписи. Полезно в условиях неопределённости индивидуального вклада делить поровну. А если поровну делятся трудно сопоставимые наборы вещей, то не обязательно их сперва монетизировать, можно использовать и механику «один делит, второй выбирает», а в условиях N участников — «кидаем жребий, кто делит, а потом кидаем жребий, кому что достанется».

В моём представлении само стремление минимизировать принуждение в сфере добровольных сделок весьма похвально. Но чем выше исходное доверие, и чем большим числом деталей можно пренебречь, тем короче будет контракт, и тем он будет в моих глазах лучше. «Живём вместе, пока одному не надоест». Или «Я вношу столько-то денег и немного помогаю трудом, ты вносишь основной трудовой вклад и ещё чуть-чуть из барахла, прибыль делим в такой-то пропорции, и ты можешь меня выгнать, но тогда возвращаешь мои инвестиции». Или «Я пишу, как сочту нужным, ты донатишь, сколько сочтёшь уместным». Или даже «Стараемся друг друга избегать, но если столкнёмся на публике, то терпим друг друга и не высказываем неприязни». Это всё в моих глазах хорошие соглашения, которые легко помнить, и которыми легко руководствоваться. Однако я совершенно не исключаю, что кому-то они абсолютно не зайдут, потому что в них не оговорены нюансы и процедуры.

Финальный план миллиардеров — обзор

Аноним попросил прокомментировать видео из канала Netstalkers про то, как «известные сверх-богатые либертины устраивают либертарианство для себя и госсапог для всех прочих».

Канал мне абсолютно не известен, однако публике он явно известен больше, чем мой собственный, поскольку на момент публикации этого поста имеет 859 тысяч подписчиков. Рассматриваемый ролик вполне ложится в тематику канала, где в основном рассказывается о всякой закулисной мировой механике. Что ж, тема пользуется спросом, и хочется понять, как этот спрос эксплуатириуется применительно к либертарианству.

Манеру изложения анализировать не хочу. Раз это смотрят, то кто я такая, чтобы оспаривать чужие бизнес-подходы. Ролик даёт вполне корректную фактологию: о книге «Суверенная личность», задавшей многие текущие тренды; о том, как происходило развитие темы автономных либертарианских территорий, от систединга в Андаманском море до Просперы и Network School; о том, что движухой занимаются во многом представители американской тех- и финансовой индустрии; и, наконец, о том, что эти же самые люди часто оказывают бизнес-услуги государству, несмотря на всю свою либертарианскую риторику. Ах, да, ещё затронута тема косплея Римской республики, ну так это в США ещё с Отцов-Основателей идёт, чему тут особо удивляться.

Финальный панч довольно прикольный: мол, в мире уже выстроен капитализм, и он худо-бедно работает, но нет же, находятся смутьяны, которым скучно и хочется движухи. Таким образом, энтузиастов частных чартерных городов приравнивают у Путину. Ну и правильно, и хватит уже мусолить надоевшего всем Гитлера, давно пора было найти новый жупел. Сейчас к Путину будут приравнивать всех по всякому поводу, до полного размытия представления о том, чем он, собственно, плох, но с твёрдым закреплением, что он точно ужасен, и в этом ни у кого нет сомнения, если он не хочет сам прослыть literally Путиным.

Ролик подтолкнул меня к размышлениям об эволюции критики либертарианской движухи.

Исторически первая платформа для критики сводится к тому, что либертарианские поселенцы будут коммунально беспомощны, при анкапе некому будет строить дороги, и всё равно этим ребятам придётся идти на поклон к государству, если они хотят нормальной инфраструктуры. Об этом есть тексты применительно к Нью Хэмпширу, и примерно такую же позицию Сперри инкриминирует Коупертвейту, пока он устанавливал порядки в Гонконге. В рассматриваемом ролике эта позиция уже не используется, поскольку устарела.

Вторая позиция состоит в том, что анкапы, дай им волю, построят мрачный корпоративный киберпанк с беспощадной эксплуатацией трудящихся и взиманием платы за каждый чих. High tech low life, вот это всё. Это опять-таки иллюстрируется статьёй Сперри про Гонконг, игрой Биошок, ну и просто в массовом дискурсе позиция очень широко представлена. Ролик про финальный план миллиардеров намекает на это, но, конечно, не иллюстрирует реальными примерами.

Что происходит, когда анкапы действительно основывают какое-то поселение и начинают устанавливать там свои правила? А у них всё становится хорошо. Получается обычная мирная жизнь, где люди заняты какими-то своими делами. Но потом обязательно приходит государство и сносит всё к чертям, потому что где киберпанк, вы что нам показываете, где угнетение, вы тут либертарианцы или погулять вышли? Сейчас мы вам покажем угнетение.

Таким образом, третья претензия к чартерным городам состоит в том, что куда эти лохи вообще суются, всё равно придёт большой дядя, сломает этот замок в песочнице и отправит всех корячиться в песчаный карьер. Тоже мне, автономное поселение, которое не может противостоять даже военному флоту. Автор ролика слегка обозначает эту позицию, но не углубляется, потому что его задача — критиковать не государство, а тех, кто желает избежать его объятий.

Зато дальше он оттягивается, критикуя либертарианцев уже с четвёртой стороны: а смотрите-ка, либертарианцы сделали выводы из своих ранних попыток, и теперь всё чаще говорят с государствами с позиции силы. Для этого они просто привлекают на свою сторону другое государство. А для того, чтобы привлечь его на свою сторону, оказывают ему услуги в правильной организации угнетения. Почему именно в этой сфере? Потому что именно эти услуги государству и нужны, оно их покупает.

То есть теперь критика либертарианских автономных структур проходит по линии лицемерия. Мол, для себя они устанавливают одни порядки, а государствам помогают устанавливать совсем другие. Ну, что ж. Мы находимся здесь.

Каков должен быть следующий шаг? Думаю, он достаточно очевиден. Очередное либертарианское поселение действительно сумеет постоять за себя без апелляций в государственные суды и без обращения к другим государствам — а просто своими силами. Что тогда будут инкриминировать либертарианцам? Ну, такого сорта критику вполне достоверно описал Розов в Меганезийском цикле. Основателей частных автономных поселений будут обвинять в военных преступлениях, аморальности, переманивании талантов, финансировании экстремистских организаций и так далее. Общее у этих обвинений одно — это small dick energy. Злоба от бессилия. Мечтаю дожить до этого этапа, конечно же)

Обзор мессенджера Onym

Мне выслали донат в размере 77 EURMTL и попросили обзор на децентрализованный мессенджер Onym. Приступаю.

На сайте onym.app разъясняется концепция мессенджера. Основная его идея в том, чтобы устранить единую точку отказа и позволить пользователю самому выбирать сервисы, которые будут отвечать за разные составляющие информационного обмена.

Предполагается, что структура продукта примерно такова.

  1. Авторы предлагают клиент мессенджера с открытым исходным кодом, который ставится на телефоны пользователей. Любые желающие могут написать свой клиент, и он сможет работать в рамках этого же протокола.
  2. Для регистрации нового пользователя не требуется ввод каких-либо данных, ключи генерируются на пользовательском телефоне и привязаны к нему. Поскольку, однако, любой желающий может написать свой клиент, ничто не мешает ему регистрировать пользователей хоть с полным прохождением KYC, если придумает, как убедить их устанавливать именно его клиент.
  3. Передача данных происходит через ностр-релеи. По умолчанию клиент использует единственный релей, поддерживаемый авторами проекта, однако его можно заменить собственным или любым публичным. Релей это тупой передаточный механизм: он получает зашифрованные приватным ключом данные пользователя и выставляет их в открытый доступ, откуда их могут забрать любые желающие. Релеи не обязаны долго хранить пользовательский контент, поэтому в конечном итоге все данные привязаны строго к конечному устройству, на котором установлен клиент мессенджера.
  4. Самая необычная часть архитектуры связана с групповыми чатами. Информация о том, кто является администратором, кто может приглашать новых участников и кто вообще входит в состав группы, записывается в смарт-контракты на блокчейне Stellar. Благодаря этому управление группами не зависит от какого-либо одного сервера. Однако конечному пользователю не нужно заботиться о деньгах на счету для записей в блокчейн, это за него делает так называемый relayer. Цена транзакций в стелларе копеечная, однако это, тем не менее, точка отказа. Злоумышленник может организовать регистрацию множества фиктивных аккаунтов, заводя новую идентичность в своём клиенте и тут же её снося. Регистрация каждой такой идентичности потребует транзакцию в блокчейне, и релееру придётся её оплачивать. Сейчас проект работает в тестовой версии блокчейна, но при переходе в мэйннет расходы станут реальными.

На сайте также есть англоязычная страница с описанием модели угроз, в рамках которой работает мессенджер, и исходя из которой следует принимать решение, насколько безопасно его использовать. Утверждается, что мессенджер не может противостоять таким очевидным угрозам, как крот в чате, компрометация устройства и физическое принуждение, таким гипотетическим угрозам, как квантовый взлом, и таким ресурсоёмким угрозам, как пристрастный стеллар-валидатор или системы наподобие российского СОРМ. Последние, впрочем, позволяют лишь приблизиться к раскрытию анонимности участников чата, но не к прочтению сообщений в нём.

Теперь немного о личных впечатлениях от работы с мессенджером Onym. Это ранняя альфа, то есть он, конечно, ужасно сырой, и на это приходится делать скидку, оценивая не столько тот функционал, что уже есть, сколько тот, который предполагается. Мессенджер позволяет создавать группы, приглашать туда произвольное количество народу и общаться в этих группах. В принципе, то же самое умеют и многие другие ностр-клиенты, поскольку такой функционал является частью протокола. Но там чаты имеют какой-то непонятный околопубличный статус, а Onym за счёт дополнительного стеллар-слоя обеспечивает закрытость чата без использования закрытых релеев. В общем-то, именно эта милая особенность и призвана стать киллер-фичей мессенджера: обычные ностр-клиенты недостаточно приватны, а приватные привязанные к устройству мессенджеры типа Briar предлагают полностью доверять клиенту мессенджера. Тут же доверие распределяется между несколькими слоями, в каждом из которых можно выбирать конкретную реализацию, в том числе свою собственную.

На сегодня мессенджер выглядит простым демонстратором концепции, и потому, в сущности, адресован айтишникам. Для обычного пользователя он выглядит немножко костями наружу, слишком уж много где ему предлагают какие-нибудь инструкции по настройке докеров и тому подобные специальные материи. Думаю, что главной задачей авторов идеи на сегодня должно быть увеличение числа контрибьюторов в гитхабе проекта и появление к нему интереса среди ностр-энтузиастов. По гитхабу видно, что проект стартовал в начале мая, потом надолго затих, а несколько недель назад с него сдули пыль и продолжили пилить. Но если бы у проекта образовалось хотя бы небольшое ядро пользователей, которые бы регулярно слали свои issues, то у авторов исходной идеи стало бы явно больше мотивации работать пободрее.

Мои рекомендации авторам мессенджера, в порядке убывания срочности:

  1. Доработать минимальный функционал, позволяющий пользоваться мессенджером: администрирование групп (удаление пользователей/сообщений), пуш-уведомления, демонстрация статусов пользователя, хотя бы простое онлайн/офлайн. Обязательно доделать заявленную, но пока не реализованную возможность экспорта-импорта аккаунта.
  2. Приучать пользователей к распределённой архитектуре. Клиенту стоило бы предлагать список независимых релеев и Blossom-серверов с мониторингом их статуса. По мере появления альтернативных релееров и реализаций смарт-контрактов для управления группами аналогичный выбор должен появиться и для них. Без предложения сторонних сервисов неподготовленный пользователь будет ограничиваться настройками по умолчанию, и это создаст единую точку отказа.
  3. Подумать над десктоп-приложением и возможностью одновременного запуска мессенджера с нескольких устройств. Привязка всей идентичности к устройству, а не к ключу, просто не позволит мессенджеру приобрести хоть какую-то массовость.
  4. Внедрить аудио и видеозвонки, такой функционал протокол ностр уже позволяет обеспечивать.
  5. Внедрить функционал каналов, в том числе с функцией стриминга, что также можно реализовать через протокол ностр, а подключение смарт-контрактов на стелларе позволит при этом не светить себя в списке подписчиков канала.

У проекта есть ещё один сайт, opym.foundation, где описывается фонд, который должен будет рулить инфраструктурой. Сайт фонда рассказывает о том, зачем фонду нужны деньги, и как он будет управляться. Рассказ про деньги лишён расчётов, и это сильно портит впечатление потенциальных инвесторов. К тому же идея управляющего органа несколько противоречит задумке, согласно которой каждый пользователь должен легко запускать собственный сервис для обслуживания того или аспекта обмена сообщениями. Мне кажется, что идея с фондом не должна взлететь, даже если сама концепция ностр-мессенджера со стеллар-контрактами будет тепло принята публикой. Поэтому я не планирую детально разбирать предложения по управлению фондом, однако не согласные со мной легко могут сами разобраться с ними на сайте фонда.

В целом идея видится мне мощной, но для того, чтобы она завоевала рынок, потребуется очень много усилий.