Серьёзная проблема: часть II

Поскольку хорошо организованное ополчение необходимо для безопасности свободного государства, право народа хранить и носить оружие не должно нарушаться

Конституция США, Вторая поправка

Когда я более сорока лет назад писал главу 34, я описывал национальную оборону как весьма серьёзную проблему. Логика рассуждений не поменялась, и проблема остаётся серьёзной, хотя и в меньшей степени, поскольку такой угрозы, как Советский Союз, более не существует. Но с тех пор у меня зародились новые мысли по поводу возможного решения этой проблемы. Они основаны на своеобразной комбинации источников: Вторая поправка к Конституции США, пейнтбол, Общество Креативного Анахронизма, Движение за Открытый Исходный Код и короткий рассказ Редьярда Киплинга. Я начну со второй поправки.

В моём понимании истории, вторая поправка была задумана для решения проблемы, отчётливо продемонстрированной в предыдущем столетии. Оливер Кромвель, победив в первой Английской гражданской войне, доказал, что профессиональная армия может разбить любительскую, и это было хорошей причиной иметь таковую. Выиграв вторую Английскую гражданскую войну, он продемонстрировал еще кое-что, на что способна профессиональная армия — и пять лет, до самой своей смерти, правил как лорд-протектор Английской республики aka военный диктатор [13]. Это стало веской причиной, чтобы не иметь профессиональной армии. Хрен редьки не слаще.

Решение, на котором сошлись отцы-основатели, было компромиссом, эрзацем. Объединить маленькую профессиональную армию с огромным неподготовленным ополчением, состоящим из всех взрослых мужчин призывного возраста. В мирное время пусть Конгресс и профессионалы обеспечивают достаточную координацию, которая бы во время войны позволила кадровым военным и ополченцам довольно сносно действовать совместно:

Конгресс имеет право… предусматривать меры по организации, вооружению и дисциплинированию милиции и по управлению той её частью, которая используется на службе Соединенных Штатов, сохраняя за соответствующими штатами назначение офицеров и обучение милиции в соответствии с уставными правилами, утвержденными Конгрессом

Конституция США. Статья I, раздел 8

Если бы профессионалы попытались захватить власть, их превзошли бы числом примерно в триста раз. В случае войны многочисленность ополчения в сочетании с навыками регулярных войск, если повезет, компенсируют его низкое качество. Это было остроумное решение, и причём рабочее, судя по тому, что в США не было военных переворотов, и их пока никто не захватил.

Аналогичное решение может сработать и для общества без государства. Ему тоже нужен какой-то способ борьбы с внешними агрессорами. В нём также есть риск, что вооружённые силы, достаточные чтоб его защищать, окажутся достаточными и для захвата власти. Оно, в отличие от государства, сталкивается ещё и с проблемой финансирования военных в условиях отсутствия налогов. Любители стоят дешевле, чем профессионалы. Сокращение расходов на одного солдата вполовину не решает проблему оплаты армии, если вам нужно более чем удвоить число солдат — а вот снижение затрат на солдата до нуля решает все проблемы. Что приводит нас к следующему элементу моего плана.

Я знаю довольно много людей, которые  не только тренируют военные навыки, не получая за это платы, но и оплачивают стоимость своего снаряжения, в течение многих лет я был одним из них. Конечно, от нашего снаряжения, состоящего из мечей, щитов и доспехов, было бы мало проку в современной войне, да даже и в средневековой, поскольку мечи были из ротанга, не из стали. Но если бы столько же времени, энергии и финансов было вложено в аналогичную подготовку с более современным оборудованием, результатом была бы любительская армия, ополчение численностью около десяти тысяч человек — первый, маленький шаг к настоящей армии.

Общество Творческого Анахронизма, которое ежегодно выставляет на поле боя армии численностью свыше тысячи бойцов в ходе своих “Пенсильванских войн”, — это лишь часть более широкой тенденции: люди готовы участвовать в военных учениях ради удовольствия. Пэйнтбол, которым я, правда, не занимался — это другое проявление той же тенденции. Оружие и тренируемые навыки в нём гораздо ближе к востребованным в современной войне; пейнтбол иногда используют для тренировок американские военные. Число увлечённых этим хобби людей также несколько больше: более десяти миллионов человек в США играли в пэйнтбол в 2006 году хотя бы один раз, и почти два миллиона делали это за год не менее пятнадцати раз. Расходы на снаряжение составили около четырехсот миллионов долларов. Это уже ближе к цифрам, необходимым для адекватного ополчения.

Пейнтбол и битвы реконструкторов это весело и увлекательно. Они могли бы быть еще интереснее, если бы в них было больше смысла, если бы участники верили, что в дополнение к игре они также учатся защищать себя, своих близких, общество, в котором живут. Создавайте правильные институты, и у вас совершенно бесплатно появляются людские ресурсы для ополчения и даже какое-то снаряжение. Не так уж это и отличается от ополчения, предусмотренного Конституцией.

Здесь мне вспоминается одна из самых странных историй Редьярда Киплинга — «Армия из снов” — Рассказчик только что вернулся в Англию после долгого отсутствия. Старый друг, военный офицер, рассказывает ему о переменах.

Главная — очень проста. Военные игры, в которые играют в поле или лесу в масштабе один к одному, стали самым популярным видом спорта в Англии, потеснив крикет и футбол. Государственные школы соревнуются друг с другом в потешных боях, которые судят волонтеры из военных, а на исход боя делаются ставки.

“Я бы сказал, что да,” — сказал вдруг Пиджин. “На днях меня пригласили в жюри в Кемптаунскую закрытую школу. Подъезжая к ипподрому Брайтона, я услышал свистки судьи: два длинных, два коротких . Я не обращал на всё это особого внимания, пока из зарослей утёсника не выпрыгнул мальчик ростом чуть меньше метра и закричал: “Страж! — Страж! Сюда! Ты мне нужен лично. Альф говорит, что он не обойдён с фланга. Разве он не лжец? Пойдем посмотрим, как я расставил своих людей.” Поверь мне, я посмотрел! Мелкий демон пронёсся мимо моего стремени и показал мне все свое войско (двадцать человек), расположенное под прикрытием, представь себе, вокруг коровника в низине. Он продолжал кричать: «Я загнал туда Альфа. — Разве для них это не чистая гибель? Чистая же, разве нет, Страж?!” Я объехал позицию, Альф со своей армией вышел из коровника, сел на крышу и протестовал, как …  да как настоящий полковник ополчения; но факты были в пользу моего друга, и я судил соответственно. Альф принял моё решение, я объяснил ему все подробно, и он торжественно заплатил выкуп — фартингами, представь себе!’

Киплинг не описывает анархистское общество — система начальной подготовки обязательна, и она продуманно сочетается с профессиональной армией. Но центральная идея его концепции это общество, где люди хотят обучаться военным навыкам, им нравится это, и  они получают за это не только государственное, но и социальное вознаграждение.

Мы же свободный народ. Мы встаём с кровати и убиваем человека, утверждающего обратное. Но есть нюанс, про который мы никогда не говорим: если ты не записан добровольцем в какой-то корпус — комбатантом, если годен, или нонкомбатантом, если нет — то ты не сможешь голосовать до тридцати пяти, получать пособие по бедности, да и ни одна девушка на тебя даже не посмотрит.

По итогам мы получаем общество, которое может выставить огромную армию, но не несёт огромных расходов на её создание и содержание.

Хотя это, конечно, армия из снов:

Когда я столкнулся с этим, я не испытал ужаса, но был несколько удивлён, в ту ночь мы с Ви ждали тела Боя Бейли, сам же Ви умер от брюшного тифа весной 1902 года. Шуршание бумаг продолжалось, но когда Бейли слегка повернулся, мне открылась трёхдневной давности рана на его левом боку, кровь из которой пропитала землю вокруг.

Соедините нарисованное Киплингом общество с наблюдением о том, что миллионы людей уже вовлекаются в военные игры и военную подготовку ради удовольствия. Добавьте сообщество, разрабатывающее программное обеспечение с открытым исходным кодом [14], такое как Linux — третью по популярности операционную систему для компьютеров или софт Apache, на котором работает большинство веб-серверов. Программное обеспечение с открытым исходным кодом разрабатывается добровольцами, в основном неоплачиваемыми, по ряду нематериальных причин: сделать программу для своих нужд, получить уважение друзей, продемонстрировать свои способности к кодингу потенциальным работодателям. Это яркий пример того, насколько сложным может быть добровольное производство в нерыночном контексте.

Индивидуальное военное снаряжение может быть оплачено отдельным любителем, но не многие энтузиасты могут позволить себе танк, артиллерийское орудие или что-то им эквивалентное, что придёт им на смену в будущем. А вот компании…

Каждый год 15 апреля взвод, выставленный Apple Computer, марширует на параде Дня Свободы. Его возглавляет робот-танк под развевающимся стягом Apple, — лучшее доказательство того, что Apple ответственная и патриотичная компания, и именно её компьютеры (а также телефоны, планшеты и часы) вы должны покупать. Microsoft пытается не отставать, выставляет более крупный взвод, добровольцев-сотрудников, и над всем этим кружит рой вооруженных роботов-дронов.

Я предложил черновой вариант того, как выставить очень большое ополчение по очень низкой цене. Остается проблема координации, как организовать совместную работу миллионов добровольцев, разделенных на тысячи независимых подразделений. Для этого нам нужны профессионалы, оплачиваемые, как как это уже  делается во многих других сферах, из благотворительных фондов. Эти фонды не обязаны быть огромными, не так уж много нам надо профессиональных вояк.

Мы возвращаемся к структуре армии, заложенной  второй поправкой — большое ополчение из любителей, небольшой штат профессионалов. В мирное время профессионалы оказывают услуги любителям, возможно, за плату; отвечают за работу средств связи и коммуникации, судят их потешные бои, продвигают некоторую степень стандартизации снаряжения и боеприпасов. Если начнётся война, профессионалы исполняют обязанности офицеров высшего ранга .

Я не хочу преувеличивать силу своих аргументов — при анализе работы воображаемых институтов определённости всегда недостаёт. Я смоделировал один из способов защиты безгосударственного общества. Насколько хорошо этот или другие, ещё не пришедшие мне в голову способы, будут работать, зависит от степени серьёзности угрозы. Когда я писал главу 34, угрозой был альянс Советского Союза и Китая и их ядерные арсеналы. Это была одна из причин, из-за которых я сильно сомневался в способности будущей Американской Анархии себя защитить.

Сегодня ситуация несколько иная. Перед первой войной в Персидском заливе я подсчитал ВНП противников. Соотношение было примерно сто к одному. В настоящее время единственная страна, которую даже с натяжкой можно назвать врагом США, это Иран. Мало того, что его ВНП составляет около одной пятидесятой от ВНП США, он ещё и находится на другом конце земного шара. Мексика и Канада куда ближе, но ни у одной из них, кажется, нет планов устроить вторжение в США. С этой точки зрения ситуация кардинально улучшилась.

Второй фактор, трудно предсказуемый — культура безгосударственного общества. Для работы описанного мною механизма необходимо общество, большинство жителей которого одобряют его устройство, и готовы это устройство защищать. Если это условие не выполняется, то работать эта система будет куда хуже.

С другой стороны, этот механизм, как и изначальная описанная в Конституции система, имеет одно важное преимущество перед более централизованной системой: создаваемая с его помощью армия плохо годится для осуществления военного переворота. Ополчение состоит из множества различных групп с различными взглядами и привязанностями, и оно превосходит профессионалов численно в отношении сто, а может быть, и тысяча к одному.


[13] «Король, лорды и общины, землевладельцы и купцы, город и деревня, епископы и пресвитеры, шотландская армия, валлийский народ и английский флот — все теперь обратились против армии нового образца. Армия победила всех.» (Уинстон Черчилль, История англоязычных народов)

[14] хороший сводный отчет и анализ можно посмотреть у Эрика Реймонда в статье The Cathedral and the Bazaar.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.