Налоги – это грабёж. Но знаете, что ещё хуже? Это несправедливый грабёж!

Какая сказка самая популярная у взрослых? Нет, не про то, что «я начну заниматься спортом начиная со следующего понедельника», и даже не про то, что «мы вам перезвоним». Самая живучая и любимая сказка – это миф о «справедливой налоговой системе».
 
Каждый раз, когда очередной политик в дорогом костюме (купленном, кстати, на ваши деньги) выходит к трибуне и начинает вещать: «Мы заставим богатых платить больше, чтобы помочь бедным!», этатисты продают нам образ благородного Робин Гуда. Но на деле мы получаем шерифа Ноттингемского, который просто вытрясает мелочь из карманов работяг.
 
Давайте посмотрим, как этот «праздник справедливости» работает в реальной жизни. Важно понять, что за весь этот банкет платите именно вы – тот самый беднеющий и тающий на глазах «средний класс». Люди, которые просто хотят нормально жить, выплатить ипотеку, съездить в отпуск и дать детям образование.
 
Как государство продаёт нам налоги? «Смотрите, вон тот парень на Майбахе! Мы сейчас введём прогрессивную шкалу, налог на роскошь, раскулачим его, и заживём!». Звучит как отличный план, правда? Но тут в дело вступает суровая реальность.
 
Дело в том, что по-настоящему богатые люди не получают зарплату. У них нет расчётного листка, куда с грустным вздохом смотрит бухгалтер Марья Ивановна, отчекрыживая оттуда треть государству. Состояния богачей лежат в акциях, трастах, фондах, недвижимости и хитрых финансовых инструментах. Им не нужно выводить миллионы наличкой, чтобы купить яхту. Они просто берут кредит в банке под залог своих акций под смешной процент. А кредиты, как известно, налогами не облагаются!
 
Также у сверхбогатых есть то, чего нет у нас с вами – целые армии высокооплачиваемых юристов и налоговых консультантов. Для них налоговый кодекс – это не удавка на шее, а просто меню в ресторане, где всегда можно найти лазейку, скидку или офшорную зону. Они не уклоняются от налогов, но они их оптимизируют. И делают это блестяще.
 
А теперь возвращаемся к нашему среднему классу. К тебе, ко мне, к парню, который работает айтишником, врачом или держит небольшую кофейню. Все мы для государства – идеальные дойные коровы. Стоим в загоне, никуда не убежим, и все наши доходы прозрачны, как слеза младенца. Государству лень и слишком дорого гоняться по прериям за дикими мустангами (миллиардерами с их юристами). Зачем напрягаться, если можно просто прийти в коровник и взять своё?
 
Разумеется, среднему классу бесполезно возмущаться, почему после всех вычетов, НДС в магазинах, акцизов на бензин и скрытых сборов от зарплаты остаётся лишь шиш с маслом. Олигархи ведь уже перевели активы на Каймановы острова. Так что скидываться на новый бордюр и золотой ёршик для мэрии будешь ты. Ничего личного, просто социальная справедливость!
 
Именно поэтому средний класс сейчас уничтожается во всем мире. Государство постоянно закручивает гайки, придумывает новые поборы, штрафы и сборы, подавая это под соусом «заботы об обществе». Нас стригут так часто, что мы не успеваем обрастать шерстью. Ты стараешься, растёшь как специалист, берешь подработки, открываешь ИП, после чего резко переходишь в новую налоговую категорию. Ты теперь «богач» (по мнению налоговой, если ты можешь позволить себе мясо каждый день – ты уже почти Рокфеллер), и тебя начинают доить с удвоенной силой.
 
В итоге, что мы имеем? Налоги – это не просто грабёж (хотя фраза «Taxation is theft» никогда не потеряет своей актуальности), а банальная несправедливость. Это система, где бедные зависят от подачек, богатые играют по своим правилам в VIP-комнате, а за всё это платит средний класс, который с каждым годом становится всё беднее, пытаясь удержаться на плаву. Так что в следующий раз, когда услышите от очередного этатиста сказку про то, что налоги делают общество «равным и справедливым», просто рассмейтесь ему в лицо!

Волюнтарист, Битарх

Немножко новостей канала

У меня на сайте с 2018 года накопилась уйма текстов, и тут мне приспичело перевести весь этот корпус материалов на английский. А то, бывает, общаешься с каким-нибудь англофоном, обмолвишься, что у меня, мол, есть сайт с материалами по анкапу, он любопытствует, переходит по указанному адресу, а там кириллица. И даже нет кнопки переключения на английский. Глупо как-то получалось. Ну так вот: теперь есть кнопка.

Ради этого дела я освоила вайб-кодинг, соорудила плагин к вордпрессу плюс набор утилит на питоне, которые к этому плагину стучатся, ну и обращение по API к LLM, куда же без них. Страшно увлекательно, и при этом даже получилось ограничиться исключительно бесплатными инструментами. Мне ещё потребуется несколько дней, чтобы доперевести последние самые ранние посты, да прогнать скрипт для замены внутренних ссылок в переводах с русских на английские. Но, конечно, это будет чисто нейросетевой перевод, и нэйтивы, возможно, будут морщиться, читая отдельные обороты. С другой стороны, если подсовывать английскую версию сайта не американцам, а каким-нибудь немцам, то есть шанс, что они и вовсе ничего не заметят. Однако если среди читателей найдутся желающие и могущие вычитать если не все посты подряд, но хотя бы наиболее ценные, то это будет очень здорово. Когда же с английской версией сайта будет покончено, то я тем же манером сооружу сербскую, ну а там видно будет.

На самом деле, меня растащило на эту активность не просто так, а в связи с тем, что этой осенью я всё-таки переезжаю в Сербию. Черногория вводит визы для русов, и все способы жить в этой стране легально становятся для меня слишком дорогими. При этом риторика правительства не оставляет сомнений в том, что они не планируют останавливаться, и выдавливание иностранцев перед вступлением в ЕС — это их сознательная политика. Так что не вижу причин держаться за эту страну до последнего, лучше попробую с нуля развернуться в соседней. И если Черногория это Монтелиберо, то Сербия это Либерленд. Значит, будет много общения с англоязычной аудиторией, а значит, нужен перевод сайта — такой примерно у меня был ход мысли.

Это была вторая новость, а третья ещё веселее. Примерно в середине апреля я собираюсь рожать. И тот факт, что при этом мне не придётся полагаться на знаменитую черногорскую медицину, уже наполняет меня большой радостью, так что всё исключительно удачно складывается.

В связи с беременностью я становлюсь всё менее пригодной к физической работе, так что начала набирать себе удалённую. Пока вот сверстала свою «Либертарианскую теорию войны» для издательства «Свобода», заказчику понравилось, выдал мне новую книжку, теперь её мучаю, а там посмотрим, велика ли у них очередь заказов. Вряд ли одной этой подработки будет хватать на жизнь, но начало положено. Если у вас есть ещё интересные варианты удалённой работы, предлагайте. Но даже если нет, вы можете просто задонатить на развитие проекта, ибо он, как видите, вполне развивается.

Государство сломало демографию, и теперь даже мигранты его не спасут

У любого современного этатиста есть в наличии довольно интересный «чит-код». Государства по всему миру своим удушающим регулированием, безумными налогами и инфляцией загнали коренное население в такую демографическую яму, из которой просто так не выбраться. Заводить детей, когда половину твоих доходов невидимой (и вполне видимой) рукой отбирает налоговая, а ипотека похожа на пожизненное рабство из-за центробанковских игрищ – это непозволительная роскошь для многих молодых семей.
 
И вот среднестатистический авторитарный бюрократ чешет затылок. У него, по сути, два пути:
 
Первый путь – это тотальная дерегуляция. Радикально снизить налоги, облегчить ргеуляции, убрать бюрократические барьеры, дать людям дышать, строить дома, создавать бизнесы, богатеть и уверенно смотреть в завтрашний день. Сделать так, чтобы люди сами захотели рожать, потому что они уверены в своем будущем.
 
Второй путь – скрипя сердцем, запустить в страну миллионы мигрантов, чтобы хоть как-то заткнуть зияющие дыры в бюджете и на рынке труда, но при этом ни на миллиметр не ослаблять удавку на шее своих граждан.
 
Как вы думаете, что выбирает чиновник? Конечно же, второй вариант! Авторитарные этатисты обычно мигрантов не любят, но потерять власть над экономикой и обществом они боятся до дрожи в коленках. Лучше завезти новую кровь, чем дать свободу своей.
 
Но тут случился системный сбой, «чит-код» перестал работать. Взглянем на Испанию (об этом недавно отлично написали в El Confidencial). Местные социалисты годами молились на иммигрантов как на спасителей солидарной пенсионной системы (т. е. легализованной финансовой пирамиды). Но внезапно выяснилась неудобная правда – мигранты стареют! В Испанию пошёл массовый поток людей старше 45 лет.
 
И тут математика бьёт чиновника прямо по лицу. Даже если господа этатисты мечтают завезти эдаких идеальных «пассивных хомячков» 55+ лет, которые будут тихо мести улицы, крутить баранку и слова кривого не скажут против власти – это больше не работает экономически. Такой «хомячок» вяло отработает 5–10 лет, заплатит свои три копейки налогов (если вообще выйдет из серой зоны), а потом наступит пенсионный возраст. И что дальше? А дальше этот человек будет 20+ лет выкачивать из трещащего по швам бюджета деньги на минимальную социальную пенсию и бесплатную медицину, которая в старости обходится безумно дорого. Вместо решения демографической проблемы государство получает гигантскую финансовую чёрную дыру. Присутствие таких мигрантов создаёт колоссальную нагрузку на бюджет, фактически не принося экономике никакого чистого плюса.
 
И знаете, что самое ироничное? Этатизм – штука заразная, она расползлась по всей планете. Бюрократическая удавка – это не эксклюзив развитых стран. Ведь правительства тех стран, откуда традиционно едут мигранты, с не меньшим энтузиазмом играют в те же игры: вводят новые запреты, плодят чиновников и кошмарят бизнес. Итог предсказуем: там рождаемость тоже стремительно летит в пропасть! Миф о том, что где-то на глобальном Юге есть «бесконечный резервуар молодой рабочей силы», разбился о реальность. В странах Латинской Америки, Северной Африки или Центральной Азии молодежи становится всё меньше, потому что заводить детей в условиях их родного, местного госрегулирования – такой же финансовый суицид. Вот почему в богатые страны теперь едут не пышущие здоровьем двадцатилетние парни, а те самые уставшие люди под пятьдесят. Государства по всему миру своими безумными правилами устроили глобальную демографическую зиму.
 
Альтернативы варианту «не лезть в жизнь людей» просто не существует. Хотите, чтобы нация росла, а демографический кризис остался в прошлом? Отмените налоги и тотальную зарегулированность жизни! Когда у человека есть свобода, собственность и уверенность, что завтра государство не придёт это отбирать – он сам построит большую семью. А пока этатисты продолжают затягивать удавку, никакие завозы покорных «хомячков» не спасут их бюджеты от неминуемого банкротства.

Волюнтарист, Битарх

Заметки о децентрализации, часть 4. Репутация.

Недавний пост Битарха про сети доверия напомнил мне про мою серию о децентрализации, и что неплохо бы дополнить её новой заметкой.

Люди неизбежно взаимодействуют между собой и хотели бы получать от этого максимум пользы при минимуме издержек. Разумеется, в праксеологическом смысле, то есть речь совсем не обязательно должна идти о денежной прибыли или убытках, но скорее об удовлетворении или, наоборот, недовольстве. При повторяющемся взаимодействии можно пытаться строить прогноз действий контрагента, и исходя из этого заранее решать, в каком именно ключе действовать самим. А если контрагент знает, что взаимодействие и дальше продолжит повторяться, то это знание также повлияет на его действия. Постоянно взаимодействующие контрагенты могут договориться о сотрудничестве, размежеваться, если им друг с другом неприятно, подавать сигналы, подсказывающие контрагенту границы допустимого, и так далее. У каждого неизбежно складывается некоторая репутация в глазах другого.

Также в человеческих сообществах огромное значение имеет передача сведений о репутации того или иного человека другому человеку. Другой не обязан принимать сведения на веру и может, напротив, счесть, что его зачем-либо дезинформируют. И даже если полученные им сведения окажутся полностью достоверны, он всё ещё может считать, что к нему втираются в доверие, чтобы далее это доверие обмануть. Слоёв рефлексии может быть сколько угодно, у нас затем и отрос такой сложный мозг, чтобы с кайфом сплетничать.

Чтобы сплетничать и особенно собирать сплетни о людях за пределами постоянного круга общения, люди сочиняют те или иные системы фиксации и представления репутации. Какой должна быть такая система с точки зрения того, кто изучает чужую репутацию? Ему хотелось бы, чтобы он мог получать информацию о поведении человека в интересующей его сфере, причём легко доступную, трудно подделываемую и трудно скрываемую. А если речь идёт не об изучении кого-то одного конкретного, а о поиске подходящего варианта, то надо, чтобы вариантов было много, а в идеале вообще все возможные, с удобными инструментами по фильтрации данных.

А какой должна быть система с точки зрения того, данные о поведении которого будут изучаться? Конечно, он бы предпочёл, чтобы в паблик уходили те сведения, которые он хочет держать публичными, а те, о которых всем знать не обязательно, неплохо было бы иметь возможность оформлять в виде надёжных пруфов и предъявлять только тем, кому нужно. Также полезно иметь возможность предоставлять недоброжелателям убедительные фальшивые сведения о себе.

Из этого набора противоречивых запросов понятно, что идеальная система репутации, удовлетворяющая всех, невозможна. Опять же, мы пока пренебрегали издержками сбора, хранения и представления репутационных сведений, а они тоже есть.

Таким образом, довольно легко себе представить экономически оправданное построение системы репутации в какой-то конкретной узкой области, но трудно понять, кто и зачем был бы заинтересован хранить всеобъемлющие открытые досье обо всех поступках всех людей. Даже государственные ведомства предпочитают собирать объёмные досье лишь для служебного доступа, и уж точно их сотрудники не заинтересованы в том, чтобы попадать туда сами, прекрасно понимая, что чем шире круг имеющих о них объёмные сведения, тем больше векторов для внезапных атак.

Кто, кроме потребителей сведений о репутации, заинтересован в том, чтобы эти сведения появлялись в соответствующих системах? Конечно же те, кто полагает, что именно их репутация в этой системе представит их в том ключе, в каком они и хотят быть представленными. Претендующие на звание верных супругов вряд ли захотят видеть себя в открытом реестре топ любовников, хотя в другом контексте их высокая оценка в этом качестве им бы польстила. Талантливый мастер ничего не будет иметь против попадания в рейтинг мастеров в соответствующей сфере, а не очень талантливый предпочёл бы засветиться просто на доске объявлений, без встроенной системы репутации, или хотя бы иметь возможность свой рейтинг немного накрутить.

Какой общий вывод я могу сделать из всех этих соображений относительно процессов централизации и децентрализации в системах репутации? На свободном рынке мне видится более вероятным множество локальных репутационных систем, а не всеобъемлющие монструозные системы социального рейтинга. Даже если некая открытая система хранит данные о большом количестве лиц, это будут довольно узкие сведения. Сервисы по агрегированию всесторонней открытой информации по конкретному интересующему лицу также вполне монетизируемы, однако объекты таких исследований вряд ли будут заинтересованы в том, чтобы информация о них в разнородных источниках легко агрегировалась. Тем не менее, работа с большими данными сегодня — сравнительно недорогое развлечение, так что всерьёз запутать исследователей чужого цифрового следа мало у кого будет получаться.

Но эти многочисленные локальные системы репутации будут, полагаю, в основном централизованными. А вот системы распределённого хранения репутационных сведений в электронной форме вряд ли завоюют серьёзную популярность, оставаясь нишевым решением для небольших сообществ. Нет здесь серьёзных предпосылок для масштабирования.

Писанные контракты – это костыль для слабых, уничтожающий цивилизацию

Сейчас мы живём в удивительное время, когда для покупки подписки на стриминг нужно согласиться с юридическим талмудом, по объёму превосходящим «Войну и мир». Мы привыкли думать, что это нормально, признак «цивилизованности» и «правового государства». Только вот на деле бумажный контракт толщиной с кирпич – это не признак прогресса, а скорее справка о болезни общества. Диагноз, который кричит: «Мы больше друг другу не доверяем!».
 
По этой причине давайте рассмотрим смелую идею: в по-настоящему здоровом, свободном обществе подавляющее большинство сделок должно заключаться простым рукопожатием. И речь идёт не только про романтику в духе вестернов, а про сухую, прагматичную и крайне эффективную вещь – институт репутации.
 
Как только мы перестаём верить слову, мы начинаем плодить бумаги. А где бумаги – там юристы, нотариусы, регуляторы и, конечно же, наш любимый стационарный бандит, который с радостью берёт на себя роль верховного арбитра за ваши же налоги. Но давайте заглянем в историю. Думаете, без госконтроля и тонн макулатуры люди бы просто перегрызли друг другу глотки? Как бы не так.
 
Как работали бриллиантовые биржи Антверпена и Нью-Йорка? На протяжении веков ортодоксальные евреи совершали там сделки на миллионы долларов. Знаете, как выглядел контракт на партию алмазов? Никак. Два человека смотрели на камни, жали друг другу руки и произносили: «Мазаль у’Браха» («Удачи и благословения»). И всё, на этом сделка закрыта. Если кто-то нарушал слово или пытался подсунуть фуфло, его не тащили в суд. Он просто вылетал из общины навсегда. Его репутация умножалась на ноль, и он больше не мог купить даже хлеба у своих. Риск потерять лицо и бизнес был в тысячу раз страшнее любого штрафа от государства.
 
Ещё один пример — средневековое Lex Mercatoria (Торговое право). Представьте себе: XI век, купцы торгуют от Англии до Леванта. Нет никакого единого государства, куча разных феодалов. Как им заключать контракты? Они создали частное право, без королей и чиновников. Если купец из Генуи кинул суконщика из Фландрии, суконщик не писал жалобу Папе Римскому. Весть об обмане разносилась по всем ярмаркам Шампани, и с генуэзцем просто никто больше не вёл дел. Репутация была тверже золота.
 
А чего только стоит Дикий Запад. По фильмам кажется, что там люди только стреляли друг в друга. На деле же, пока туда не добралась федеральная власть со своими законами, люди (шахтёры, фермеры, скотоводы) создавали клубы претензий (claims clubs). Землю покупали и продавали на честном слове и записи в амбарной книге клуба. Конфликты решались соседями за кружкой виски, а не судьями в париках. И это работало!
 
Но сегодня мы разучились договариваться. Мы отдали самую важную человеческую функцию – умение брать на себя ответственность и решать конфликты – на аутсорс Левиафану. Чуть что не так: «Я подам на тебя в суд!» или «Я вызову полицию!». Современный человек превратился в слабого и инфантильного подростка, который бежит жаловаться «папочке-государству», потому что кто-то сломал его куличик в песочнице. И «папочка» этому безумно рад. Ведь пока мы судимся, он собирает пошлины, раздувает штат бюрократов и пишет новые законы, как нам правильно дышать.
 
Тотальная опора на писанные контракты – это костыль для общества, у которого атрофировались ноги. Это путь в никуда! Снижение социального доверия и тотальная юридическая инфантильность буквально сжирают современную западную цивилизацию изнутри. Римская Империя рухнула не только из-за варваров, она задохнулась в собственной бюрократии и налогах, когда граждане перестали быть гражданами и стали просто «налогооблагаемой базой». И мы сейчас стоим на тех же граблях. Общество, в котором люди не могут поверить друг другу на слово, где каждый считает соседа потенциальным мошенником, а для покупки б/у машины нужен договор на 100 страницах – это хрупкое общество. Оно cколлапсирует, как только бюрократический аппарат даст сбой, а это неизбежно произойдёт с вероятностью 100% на длинной дистанции.

Волюнтарист, Битарх

Фигня, которую в РФ деликатно называют «ускорителем интернета»

Со мной связался некто, утверждающий, что он развивает свой VPN-сервис, и предложил сотрудничество в формате «вот тебе реферальная ссылка, авось кто купит подписку, получишь половину от того, что они потратят». Я не живу в России и понятия не имею, какие сервисы по тамошним понятиям считаются достойными, а какие отстойными, поэтому не могу осознанно рекомендовать этот продукт. Меня посещали мысли поднять на своём VPS какой-нибудь VPN и предложить его немногочисленным оставшимся в РФ родственникам и знакомым, но, кажется, они сегодня все поголовно куда компетентнее в таких вопросах, чем sweet summer child вроде меня, не знавшая настоящей цензуры. Так что не стала позориться.

Я поинтересовалась, есть ли возможность проверить, действительно ли предлагаемый сервис не пишет логов. Мне ответили, что покупатель сервиса может по конфигам убедиться, что используется опенсорсное ядро xray. Как мне растолковали премудрые нейросети, это ядро действительно опенсорсное и действительно умеет не писать логи, но умеет и писать, а по клиентским конфигам этого, конечно, не увидишь. Второй вопрос, который меня интересовал — доступна ли оплата более или менее анонимной криптой. В ответ я получила скрин с уймой способов оплаты; присутствовало там, например, и Монеро. Так что товарищ майор даже в случае получения доступа к несуществующим логам не привяжет ваш трафик к личным данным, но айпи маскировать придётся как-то дополнительно.

Думаю, что предложений VPN-сервисов в РФ сейчас больше, чем в Черногории предложений кокаина, и любой желающий может выбрать себе что-нибудь из весьма внушительного списка. Не думаю, что тот сервис, который мне предложили попиарить, чем-то особо выделяется, ну кокаин и кокаин, эка невидаль. Если у кого всё равно заканчивается срок оплаты текущего VPN, или этот покажется чем-то более удобным, или сочтёте, что кидать мне донаты напрямую много чести, а вот через рефералку почему бы и нет — то велкам. Вот ссылка на сайт сервиса, а вот на телеграм-бота, если приватность покупки вас не особенно заботит.

Финальный план миллиардеров — обзор

Аноним попросил прокомментировать видео из канала Netstalkers про то, как «известные сверх-богатые либертины устраивают либертарианство для себя и госсапог для всех прочих».

Канал мне абсолютно не известен, однако публике он явно известен больше, чем мой собственный, поскольку на момент публикации этого поста имеет 859 тысяч подписчиков. Рассматриваемый ролик вполне ложится в тематику канала, где в основном рассказывается о всякой закулисной мировой механике. Что ж, тема пользуется спросом, и хочется понять, как этот спрос эксплуатириуется применительно к либертарианству.

Манеру изложения анализировать не хочу. Раз это смотрят, то кто я такая, чтобы оспаривать чужие бизнес-подходы. Ролик даёт вполне корректную фактологию: о книге «Суверенная личность», задавшей многие текущие тренды; о том, как происходило развитие темы автономных либертарианских территорий, от систединга в Андаманском море до Просперы и Network School; о том, что движухой занимаются во многом представители американской тех- и финансовой индустрии; и, наконец, о том, что эти же самые люди часто оказывают бизнес-услуги государству, несмотря на всю свою либертарианскую риторику. Ах, да, ещё затронута тема косплея Римской республики, ну так это в США ещё с Отцов-Основателей идёт, чему тут особо удивляться.

Финальный панч довольно прикольный: мол, в мире уже выстроен капитализм, и он худо-бедно работает, но нет же, находятся смутьяны, которым скучно и хочется движухи. Таким образом, энтузиастов частных чартерных городов приравнивают у Путину. Ну и правильно, и хватит уже мусолить надоевшего всем Гитлера, давно пора было найти новый жупел. Сейчас к Путину будут приравнивать всех по всякому поводу, до полного размытия представления о том, чем он, собственно, плох, но с твёрдым закреплением, что он точно ужасен, и в этом ни у кого нет сомнения, если он не хочет сам прослыть literally Путиным.

Ролик подтолкнул меня к размышлениям об эволюции критики либертарианской движухи.

Исторически первая платформа для критики сводится к тому, что либертарианские поселенцы будут коммунально беспомощны, при анкапе некому будет строить дороги, и всё равно этим ребятам придётся идти на поклон к государству, если они хотят нормальной инфраструктуры. Об этом есть тексты применительно к Нью Хэмпширу, и примерно такую же позицию Сперри инкриминирует Коупертвейту, пока он устанавливал порядки в Гонконге. В рассматриваемом ролике эта позиция уже не используется, поскольку устарела.

Вторая позиция состоит в том, что анкапы, дай им волю, построят мрачный корпоративный киберпанк с беспощадной эксплуатацией трудящихся и взиманием платы за каждый чих. High tech low life, вот это всё. Это опять-таки иллюстрируется статьёй Сперри про Гонконг, игрой Биошок, ну и просто в массовом дискурсе позиция очень широко представлена. Ролик про финальный план миллиардеров намекает на это, но, конечно, не иллюстрирует реальными примерами.

Что происходит, когда анкапы действительно основывают какое-то поселение и начинают устанавливать там свои правила? А у них всё становится хорошо. Получается обычная мирная жизнь, где люди заняты какими-то своими делами. Но потом обязательно приходит государство и сносит всё к чертям, потому что где киберпанк, вы что нам показываете, где угнетение, вы тут либертарианцы или погулять вышли? Сейчас мы вам покажем угнетение.

Таким образом, третья претензия к чартерным городам состоит в том, что куда эти лохи вообще суются, всё равно придёт большой дядя, сломает этот замок в песочнице и отправит всех корячиться в песчаный карьер. Тоже мне, автономное поселение, которое не может противостоять даже военному флоту. Автор ролика слегка обозначает эту позицию, но не углубляется, потому что его задача — критиковать не государство, а тех, кто желает избежать его объятий.

Зато дальше он оттягивается, критикуя либертарианцев уже с четвёртой стороны: а смотрите-ка, либертарианцы сделали выводы из своих ранних попыток, и теперь всё чаще говорят с государствами с позиции силы. Для этого они просто привлекают на свою сторону другое государство. А для того, чтобы привлечь его на свою сторону, оказывают ему услуги в правильной организации угнетения. Почему именно в этой сфере? Потому что именно эти услуги государству и нужны, оно их покупает.

То есть теперь критика либертарианских автономных структур проходит по линии лицемерия. Мол, для себя они устанавливают одни порядки, а государствам помогают устанавливать совсем другие. Ну, что ж. Мы находимся здесь.

Каков должен быть следующий шаг? Думаю, он достаточно очевиден. Очередное либертарианское поселение действительно сумеет постоять за себя без апелляций в государственные суды и без обращения к другим государствам — а просто своими силами. Что тогда будут инкриминировать либертарианцам? Ну, такого сорта критику вполне достоверно описал Розов в Меганезийском цикле. Основателей частных автономных поселений будут обвинять в военных преступлениях, аморальности, переманивании талантов, финансировании экстремистских организаций и так далее. Общее у этих обвинений одно — это small dick energy. Злоба от бессилия. Мечтаю дожить до этого этапа, конечно же)

Сеть доверия: как математика и криптография заменят суды и полицию

Представьте, что вы ищете хорошего автомеханика. Вы не смотрите рекламу, а звоните лучшему другу Пете. Петя говорит: «Я не знаю машин, но мой брат Коля чинит тачки, и вот он клянётся, что в гараже у дяди Ашота делают на совесть». Вы едете к Ашоту, потому что доверяете Пете, а Петя – Коле.
 
В IT «Сеть доверия» («Web of Trust») – это цифровая версия данного принципа. Вместо паспорта с орлом или печати министерства, ваша личность – это цифровой ключ. Его подписывают друзья, коллеги и контрагенты. Образуется огромная криптографическая паутина. Чем больше уважаемых людей за вас поручилось, тем выше ваш вес в обществе. А теперь посмотрим на практические применения этого принципа.  

  1. Кадастр и реестр собственности. Зачем нам чиновники, перекладывающие бумажки за наши же налоги? В системе WoT ваше имущество привязано к цифровому ключу. Вы покупаете дом? Транзакция записывается в распределённую базу данных (как блокчейн) и подписывается: вами, продавцом и, скажем, пятью свидетелями-нотариусами с безупречным рейтингом в Сети доверия. После этого никто не сможет отобрать ваше право на имущество, ведь любая «левая» подпись будет отвергнута.
  2. Гарантия сделок. Допустим, вы покупаете партию товара у незнакомца из другого города. Вы переводите деньги на специальный счет, который откроется только при наличии двух ключей из трёх (мультиподпись 2 из 3). Один ключ у вас, второй у продавца, третий – у выбранного заранее Арбитра. Товар пришёл? Вы с продавцом ставите две подписи – сделка завершена. Продавец прислал кирпич вместо ноутбука? Вы зовёте Арбитра, он смотрит доказательства, и своим ключом возвращает вам деньги.
  3. Арбитраж («частные суды»). Можно задать вопрос: «А что мешает Арбитру сговориться с продавцом и кинуть меня?». Эту проблему решает репутация в Сети доверия. Частное арбитражное агентство живёт только за счёт доверия сторон. Если вскроется, что судья взял взятку, независимые аудиторы понизят его рейтинг в графе WoT. Социальный капитал судьи рухнет к нулю и ни один здравомыслящий человек больше не впишет его в смарт-контракт.
  4. Проблема «безбилетника». Допустим, скинулись на асфальт в посёлке не все, а ездят все. Как заставить платить безбилетников без налоговой полиции? С помощью Сети доверия! Не заплатил донат в дорожный фонд? Никто тебя не штрафует, живи как жил. Только вот алгоритм автоматически обнуляет твой уровень доверия у соседей. При подъезде к шлагбауму посёлка умный датчик лишь скажет: «Ваш ключ не обслуживается, внесите добровольный взнос или катитесь по грунтовке». Жизнь без принуждения, но с естественными последствиями!
  5. Остракизм вместо тюрем. Тюрьмы – это очень дорого (мы за них платим), и они не исправляют людей, а делают из них профессиональных преступников. Куда лучше будет договорной остракизм. Человек кинул партнёров на деньги, и отказался платить компенсацию по решению суда? Авторитетные арбитражи вешают на его открытый ключ крипто-метку: «Мошенник». Его рейтинг в глобальной сети доверия пробивает дно. Срабатывают автоматические протоколы: умные замки в каршеринге не открываются, кассы в супермаркетах отклоняют его транзакции, частные охранные компании не пускают на частные территории. Это страшнее тюрьмы. Любой в такой ситуации пойдёт отрабатывать то, что он задолжал.
  6. Кредитование без банков. Представьте систему микрокредитов, основанную не на том, работает ли человек в офисе официально, а на его истории в Сети доверия. Вам нужны средства на запуск бизнеса? Ваши поручители – это узлы в сети, с которыми вы контактировали последние 5 лет. Люди будут давать вам в долг или инвестировать в ваш стартап напрямую через P2P, видя ваш кристально чистый профиль в Web of Trust.

 
Государство веками внушает нам, что без дубинки мы скатимся в каменный век и перебьём друг друга. Но правда в том, что технологии уже сегодня позволяют нам строить структуры, основанные на добровольности, репутации и математике. Никаких дубинок и налогов – только взаимное уважение и ответственность за каждое цифровое рукопожатие!

Волюнтарист, Битарх

«Анкап» на «Свободе»

Моя книжка «Анкап» вышла на бумаге в издательстве «Свобода» и доступна для покупки на Озоне. Первые экземпляры продаются дешевле, на сегодня цена составляет меньше 300 рублей (немного варьирует в зависимости от способа оплаты), и распродажа продлится ещё 19 дней, либо пока на склад Озона в Московской области не прилетит украинский дрон, что является дополнительным стимулом не затягивать с покупкой.

Заодно затарьтесь там и другими книжками того же издательства.

Парламент – это привилегия: законы должны рождаться в муках, а умирать в один клик

Давайте сегодня поговорим немного о депутатах и развеем демократическую мифологию. Точнее, разговор будет о том, как сторонникам идей минимального государства (минархистам) стоит вообще смотреть на такой институт, как парламент. У нас в обществе как-то по умолчанию принято считать, что парламент – это священная корова. Что у них есть какое-то неотъемлемое право писать для нас законы, указывать, как нам жить, что курить, кому продавать свои услуги и сколько налогов отстёгивать в общак. Но что, если парламент – это не право, а привилегия?
 
В чём фундаментальная разница между правом и привилегией? Главное отличие в том, что привилегию в тысячу раз легче аннулировать. Чтобы посадить в тюрьму собственного гражданина (то есть лишить его базового права на свободу), государственной машине приходится попотеть. Нужны следователи, прокуроры, суд присяжных, железобетонные доказательства, апелляции, куча бюрократии. Почему? Потому что право – это то, что принадлежит человеку по умолчанию. А теперь возьмём иностранца с визой. Виза – это привилегия. Чтобы вышвырнуть иностранца из страны, не нужно доказывать, что он злодей мирового масштаба. Достаточно того, что он нарушил пару правил пребывания. Щелчок пальцами – привилегия отозвана, чемодан, вокзал, депортация.
 
А теперь честно посмотрим на историю. Откуда вообще взялись парламенты? Если отбросить красивые сказки, то исторически любой парламент – это не более чем монаршая привилегия. Условный король с армией головорезов вполне мог просто отрубить головы всем этим «борцам за народное представительство». Мог объявить их изменниками и утопить в крови саму идею передачи власти каким-то мутным депутатам. Но в силу разных причин (где-то кончились деньги на войну, где-то стало лень самому разбираться с налогами) монархи пошли на уступку и выдали привилегию.
 
Мы с вами, как общество, сегодня являемся коллективным сувереном. Но мы почему-то забыли, что нахождение этих людей в мягких креслах – это наша им уступка. А раз это привилегия, то правила игры должны измениться кардинально. Депутаты не должны указывать нам, как жить. Они должны просыпаться в холодном поту от мысли, что сегодня их могут выкинуть на мороз. Парламентарий должен жить под постоянным, незримым Дамокловым мечом.
 
Как это может выглядеть на практике? Нам нужна институциональная асимметрия, чтобы любое решение можно было отменить с непропорциональной лёгкостью. Законы должны приниматься тяжело, а умирать – быстро. Например: чтобы принять новый закон, ограничивающий хоть что-то, нужно 50% голосов депутатов. Но чтобы его отменить, должно быть достаточно 25% голосов тех же депутатов! Или, что еще лучше, – всего 1% голосов граждан на референдуме. Собрали подписи – и закон летит в мусорную корзину. Депутаты должны физически ощущать, что их бумаготворчество висит на волоске.
 
Также необходима презумпция виновности власти. Мы должны сделать профессию политика максимально непривлекательной для карьеристов, психопатов и любителей чужих денег. Как насчёт того, чтобы каждый, кто идёт в парламент, подписывал добровольный отказ от части своих гражданских прав? Накосячил? Принял закон, который разрушил экономику? Никакой неприкосновенности. Конфискация имущества до седьмого колена, поражение в правах, а за серьёзные провалы – вообще высылка из страны с волчьим билетом по любому, даже самому мелкому поводу. В идеале в депутаты должны идти только те, кто готов к самопожертвованию. Это должна быть не престижная работа, а повинность. Тяжёлая, опасная и неблагодарная.
 
Для минархистов, государство – это не заботливая мамочка. Это Левиафан. А парламент – это просто временное «необходимое зло», будка, в которой сидит цепной пес. Наша задача – сделать цепь максимально короткой, а ошейник – строгим, с шипами внутрь. Чтобы при любой попытке гавкнуть на хозяина (то есть на нас с вами), пёс сам себе перекрывал кислород.

Волюнтарист, Битарх