На канале Hype Coin News вышел подкаст, на который два биткоинера хотели пригласить нашего Соза из Монтелиберо, чтобы он рассказал им про Монтелиберо. Но ребята не учли черногорского полако — Соз опоздал, и весь подкаст прошёл без него. В итоге получился разговор человека, который знает о Монтелиберо кое-что, с человеком, который не знает ничего, но пытается понять.

Главный вопрос, который волновал собеседников в течение большей части подкаста — это «почему они используют какой-то шиткоин, как его там, стеллар, когда есть нормальный православный биток?»

На этот вопрос у меня два ответа.

Первый — юзабилити. Вот, скажем, я не могу дать ссылку на пост из канала Hype Coin News, равно как и на сам канал — потому что он закрытый. Как на него подписаться — бог весть, я давным-давно как-то подписалась, уже не помню, как (поэтому просто выкладываю подкаст прямо тут). Примерно та же ситуация и с попытками оперировать токенами на биткоиновом сайдчейне Liquid. Да, у фонда МТЛ есть там биткоиновый субфонд, но всё, что у меня получилось там сделать — это купить токены L-MTL за биткоины и время от времени в ручном режиме пинать главного биткоинового гуру, чтобы он в ручном же режиме перевёл мне на лайтнинг-кошелёк дивиденды. Это не полноценная токеномика, а так, резервация для биткоин-максималистов.

Но если задаться целью, можно написать кастомный кошелёк (в подкасте рассказывается о такой попытке) с приличным юзабилити, и первый ответ станет нерелевантным. Так что я заготовила второй ответ, более фундаментальный.

В чём видят наши биткоинеры главное преимущество биткоина в качестве платформы для токеномики? В том, что, выпуская токены, ты доказуемо замораживаешь биткоины в качестве обеспечения. Но если инвестиционный фонд будет замораживать все поступления, то получится, что он инвестирует в биткоин, и только в него. Но фонду МТЛ нужно вкладывать деньги в тот или иной бизнес. Так что его токены в итоге будут обеспечены не исходным носителем ценности, переданным в фонд — а обязательствами. Неважно, что было на входе. Кто-то покупал токены МТЛ за битки, кто-то за рубли, кто-то даже за богопротивные люмены. Большая часть этих средств была затем превращена в евро, и на эти евро сделаны покупки на внешнем рынке. А на балансе фонда появились записи о том, какие активы он приобрёл. Точнее — токены приобретённых фондом активов. У фонда нету ни единого евро — ни на банковских счетах, ни кэшем — потому что эти сущности в блокчейн не засунешь. Зато у него есть токенизированные евро (их обязаны обменять по первому требованию на кэш казначеи фонда, а это уже конкретные люди, и их можно привлечь столько, сколько потребуется). Плюс токенизированные бизнесы, приносящие дивиденды. Плюс токенизированные инвестиции, на которые есть надежда, что они вырастут в цене — например, земля или всё тот же биткоин.

Если бы мы использовали токеномику на базе сайдчейна Биткоина, получилась бы нелепица. Я замораживаю свой биток в сайдчейне и получаю токен МТЛ. Дальше фонду, чтобы инвестировать средства, надо найти того, кто примет этот замороженный в сайдчейне биток и отдаст за него евро. А где его взять, этого человека?

Понятно, что биткоинерам хотелось бы видеть что-то вроде проекта Биткоин-бич, когда есть крупная локальная экономика, и все в рамках этой экономики ведут учёт и расчёты в битке. Нужна земля — купил за битки. Нужен трактор — купил за битки. Нужно налоги заплатить сраному государству — заплатил битками.

Да, в таком мире и токеномика может быть основана на биткоине. Что же мешало нам сделать что-то подобное? Да ничего, просто это совершенно параллельная задача. Когда франшиза Биткоин-бич придёт в Черногорию, мы сможем в неё вписаться. Но пока нам удобнее использовать другое решение, подешевле и попроще.

Токеномика перпендикулярна биткоину. Биткоин — это про возможность хранить и передавать ценность без доверия. Токеномика — про возможность монетизировать доверие. Одно другому не мешает.

На закуску предлагаю освежить в памяти пару моих текстов про токеномику: часть 1, часть 2.