Тег: авторитаризм

Коллективный стокгольмский синдром или как авторитарные власти психологически травмируют граждан до полной лояльности

Все вы наверняка слышали о таком явлении, как стокгольмский синдром, когда жертва жестокого обращения начинает формировать сильную эмоциональную связь с насильником, обретая сочувствие и полную лояльность к нему. Своё название оно получило от одного случая, произошедшего в Стокгольме, когда после попытки ограбления банка заложники начали оправдывать их захватчика, нанимать ему адвокатов и даже слать ему восхищённые письма. Подобная реакция крайне опасная, поскольку она вынуждает жертву действовать против её интересов, иногда даже защищать насильника ценой своей жизни.

Но почему она вообще возникает? Разумеется, всё дело в нейробиологии. Находясь под хроническим стрессом, периодичным насилием и манипуляциями, у человека высвобождается биохимический коктейль из кортизола, дофамина и окситоцина. Формируется травматическая привязанность, в которой насильник становится одновременно и источником страха, и воспринимаемым источником безопасности. Жертва в таком случае следует настроению, поведению и ожиданиям насильника и начинает ставить его потребности выше своих собственных, чтобы сохранить отношения и избежать дальнейшего вреда.

Подобная привязанность полагается на совпадение ряда факторов, таких как неравенство сил, периодическое жестокое обращение, манипуляции, а также возникновение ситуации, когда побег кажется невообразимым. Но что ещё важно – её процветание требует среды нарциссического абьюза. Особенно важно присутствие «тёмных черт» у насильника: нарциссизма, макиавеллизма и психопатии. Находясь рядом с таким человеком, жертва вынуждена рационализировать его поведение и подавлять осознание ситуации, чтобы просто выжить.

Разумеется, такое явление не ограничивается межличностными отношениями – его можно наблюдать и на социополитическом уровне. Когда общество полно предательств, запугиваний и ложных заверений, граждане привязываются к абьюзивному или нарциссическому политическому лидеру, который манипулирует их экзистенциальными страхами, при этом предлагая периодические психологические вознаграждения, такие как национальная гордость, экономические обещания или символическая защита от преувеличенных угроз.

Как результат люди начинают оправдывать авторитарные злоупотребления, чтобы справиться со своей беспомощностью и избежать когнитивного диссонанса. Возникает коллективный стокгольмский синдром, проявляющийся на культурном уровне. Политический лидер становится одновременно и защитником, и карателем, обеспечивая чувство принадлежности и вместе с этим угрожая отвержением, обещая процветание и вместе с этим разжигая страх. Как в личных, так и в культурных травматических связях человек склонен преуменьшать ущерб, очернять критиков и оставаться эмоционально связанным с тем, кто подрывает его права и благополучие.

Сопротивление культурной травматической связи требует понимания этого явления. Мы знаем, что в зависимости от своих психологических черт разные люди в разной степени склонны к её формированию. Более того, существуют эмоциональные методы усиления принятия авторитарного лидерства, такие как создание динамики «мы против них», преувеличение экзистенциальных угроз и представление себя как единственного решения социальных проблем. Наконец, авторитаризм процветает в условиях дезориентации, предлагая чувство уверенности и идентичности в обмен на послушание. Всё это важно учитывать в выработке стратегий разрушения травматической связи.

Людям, пережившим межличностную травму, необходимы поддержка, признание и обучение, чтобы они могли освободиться. Гражданам, пережившим культурную травму, это тоже необходимо, чтобы освободиться от авторитаризма. Среди прочего, важно разоблачение дезинформации и обучение критическому мышлению. Также необходимо восстанавливать добровольные и доверительные отношения между людьми, возвращать им чувство достоинства и общей силы. В таком случае они смогут излечиться от травмы и стать способными действовать вопреки политикам, разрушающим между ними доверие.

Волюнтарист, Битарх

Психопатия как предсказатель авторитарных политических взглядов и что с этим можно сделать

Многие исследования изучали вопрос психологических основ политических взглядов человека, поскольку различные черты личности влияют на его идеологические установки, мнение и ценности. И особенно интересен вопрос того, есть ли связь между психопатическими предрасположенностями и склонностью к авторитарным политическим позициям, что тоже уже изучалось. Кроме того, есть исследования, указывающие на один интересный вариант снижения у человека авторитарных склонностей.

Довольно показательным будет исследование Златко Шрама касательно вопроса, предсказывает ли психопатия, а также показатели позитивного и негативного аффекта склонность человека к тоталитарной политической идеологии. Психопатия в этом исследовании была разделена на 4 фактора: межличностный (склонность обманывать и манипулировать людьми), аффективный (нехватка эмпатии, вины и сожалений), образа жизни (импульсивность, паразитизм и безответственность) и антисоциальный (плохой контроль над поведением и чрезмерная склонность к совершению криминальных преступлений). Для упрощения первые два фактора мы определим как первичную психопатию, а остальные – как вторичную. В свою очередь, положительный и негативный аффект отражают, насколько человек склонен проявлять энтузиазм и активность, или же какие-то неприятные состояния своего настроения, наподобие злости и нервозности. Наконец, под тоталитарной политической идеологией подразумевается высокая потребность человека в государственном социальном регулировании, принятие им жизни в условиях диктатуры, отрицание свободы личности, а также поддержка репрессивных методов и процедур. Отметим, что речь в данном случае идёт как о радикальных левых, так и о радикальных правых идеологиях.

На выборке из 386 студентов возрастом от 18 до 29 лет было показано, что черты первичной психопатии значительно предсказывают склонность человека к тоталитарной политической идеологии, при этом связь вторичной психопатии с ней является практически нулевой. Однако показатели психопатии в целом, и особенно вторичной, предсказывают наличие у человека негативного аффекта, который в свою очередь тоже в определённой степени повышает его склонность к тоталитарной политической идеологии. Эти результаты дают ценный вклад в понимание принятия человеком тоталитарных взглядов.

Но только на понимании проблемы дело не заканчивается. В одном исследовании было показано, что применение псилоцибина устойчиво (эффект наблюдался даже спустя год после приёма) снижает склонность людей к авторитарным взглядам по шкале либертарного-авторитарного опросника. Данное средство, относящееся к психоделикам, оказывает на человека сильное просоциальное и эмпатическое воздействие, ввиду чего оно предлагается и для терапии психопатии.

Основным воздействием психоделиков на мозг человека является активация серотониновых 2A рецепторов. Однако исследования показывают, что за просоциальный эффект в случае их применения должны отвечать серотониновые 1A рецепторы. Это значит, что потенциально эффективными в терапии психопатии (усилении ингибитора насилия) и снижении авторитарности человека могут быть и селективные антиагрессивные агенты, воздействующие именно на этот тип рецепторов и оказывающие минимум или вовсе не оказывающие побочных эффектов и влияния на остальное поведение. В результате мы получаем возможность эффективного и безопасного лечения психопатии, а также её последствий наподобие авторитарных склонностей.

Волюнтарист, Битарх

Как психопатические предрасположенности связаны с авторитарными взглядами и что потенциально с этим можно сделать

Волюнтарист, Битарх

Довольно очевидно будет выдвинуть предположение, что среди сторонников авторитарных взглядов и насильственных методов достижения целей число психопатически предрасположенных индивидов выше, чем среди сторонников либертарианских и ненасильственных взглядов. Такое предположение исходит из простого факта, что именно человек, который не испытывает внутреннего сопротивления к причинению другим людям вреда и в определённых обстоятельствах даже сам готов совершить насильственное нападение, с куда большей вероятностью окажется в первом лагере, нежели во втором. Но что об этом могут сказать разнообразные исследования, рассматривающие людей как правых, так и левых авторитарных взглядов?

Чаще всего такие исследования ориентированы на изучение сторонников авторитарно-правых взглядов. Например, одно из них показало, что правый авторитаризм, склонность к предрассудкам и ориентация на социальное доминирование (предпочтение к обществу, в котором присутствует групповая иерархия и неравенство) связаны с такими факторами психопатии, как межличностный (склонность манипулировать другими и считать себя лучше всех) и аффективный (нехватка эмпатии и чувства вины). Отметим, что проявление индивидом именно этих факторов психопатии наиболее тесно связано с дисфункцией механизма ингибирования насилия, которая делает человека способным причинять людям вред, не испытывая к этому никакого отторжения.

Намного реже изучается вопрос авторитарно-левых взглядов, даже существующие для этого инструменты являются довольно новыми. Впрочем, уже имеющиеся исследования показывают, что склонность к левому авторитаризму, а особенно к такому его компоненту, как допустимость совершения насильственной революции против сложившейся общественной системы, сильно связана с психопатией и антагонистическим нарциссизмом (склонностью считать, что мир является высококонкурентным местом, в котором необходимо добиться своей собственной доминации над другими). При этом ни склонность к альтруизму, ни склонность к социальной справедливости не были связаны с левым авторитаризмом. Это может говорить о том, что некоторых левых политиков не волнуют социальная справедливость и равенство, они ими лишь оправдывают насилие против других людей ради удовлетворения их собственных эгоцентрических потребностей.

Интересные результаты продемонстрировало пилотное исследование по влиянию псилоцибина на склонность человека к более авторитарным или либертарианским взглядам. После двух сеансов приёма средства у испытуемых значительно снижались авторитарные предрасположенности, и в достаточной мере этот эффект сохранялся даже спустя 7-12 месяцев. Здесь очень важно будет отметить, что психоделические средства уже давно изучаются на наличие антиагрессивного и эмпатического эффекта. Они влияют на работу серотониновой системы, играющей ключевую роль в регуляции агрессии и отвечающей за функцию ингибитора насилия, а точнее – являются агонистами её 2A рецепторов (приводят к их активации). Впрочем, есть исследования, которые намекают на то, что эмпатический эффект психоделиков может быть связан с активацией 1A рецепторов, для которых они зачастую являются частичными агонистами.

Агонисты серотониновых 1A рецепторов в ряде исследований продемонстрировали себя как одни из потенциально наиболее эффективных антиагрессивных агентов, притом не приводящих к подавлению защитного поведения и другим побочным эффектам, свойственным многим средствам, включая психоделики. Поскольку изучение вопроса терапии нарушений в регуляции агрессии и дисфункции механизма ингибирования насилия ориентировано именно на эти средства, их влияние на склонность человека к авторитаризму тоже стоило бы проверить. Возможно, насильственный и психопатичный индивид в результате такой терапии не только перестанет махать кулаками и манипулировать другими людьми им во вред, но и будет склонен прекратить поддерживать собратьев по психическому расстройству в социуме и политике, склоняясь к более либертарианским позициям.