Паразит или симбионт?

Сегодня была в Бангкоке, в храме изумрудного Будды. Делать там нечего: будда маленький, снимать нельзя, говорить нельзя, можно только стоять и думать о смысле всего сущего. Этим я и занялась. Никогда не увлекалась медитацией, поэтому не знаю, насколько это оказалось на неё похоже, но в какой-то момент я вдруг ухватила одновременно всю прекрасную и удивительную картину спонтанных порядков, как из следования людей простым правилам появляются сложнейшие и филигранно согласованные механизмы человеческого взаимодействия.

Было там и государство, и оно предстало тоже в образе чего-то очень похожего на спонтанные порядки. Ведь оно также вырастает из следования людей довольно простым и единообразным правилам, но образует сложнейшие и утончённейшие механизмы грабежа и обмана. Совсем уж банальностей вроде отождествления общества и государства с инь и ян, вечно борющихся и взаимопроникающих, в этом откровении не было, скорее, государство становилось всё более неотличимым от общества.

В общем, потом я вышла из храма, немного встряхнулась, и стала размышлять уже привычно, по-европейски.

Золоторёв определяет спонтанные порядки как устойчивый результат соблюдения людьми простых правил, который образуется непреднамеренно и полезен для членов общества. Слово «полезен» в этом определении отдаёт волюнтаризмом, и хорошо бы обойтись без него. Государство тоже образуется из соблюдения людьми простых правил, и с некоторых пор результат их соблюдения также стал довольно устойчив. Что это за правила?

Ранние государства образовывались из следования правилу «возьми в подручные ближнего и ограбь дальнего». Такие государства, как верно отмечает Золоторёв, обычно бесследно исчезали вскоре после смерти основателя, и люди возвращались к привычному безгосударственному обществу.

Затем государства, закрепившись там, откуда людям некуда бежать, мутировали, то есть, в общем-то, стало меняться образующее их правило. Теперь оно стало таким: «есть особая порода пастырей, они вправе жрать овец, но за то обречены защищать их от волков». Точнее, это я изложила идеологическое обоснование нового типа государства, а правило стало примерно таким: «если чуешь в себе силы вести стадо, стань пастырем, и оно твоё».

Это чрезвычайно устойчивая конструкция, которая до сих пор прекрасно работает в патерналистских обществах, и особенно наглядно — как раз в Таиланде, где авторитет королевской власти весьма велик, критика короля немыслима, и при этом про каждого из королей с гордостью рассказывают не то, какие он земли присоединил и сколько пленников участвовало в его триумфе, а сколько он построил храмов, университетов и мостов.

Но в европейском обществе вызрели либеральные идеи, и государство снова мутировало, то есть вновь поменялось то правило, следование которому образует новый тип государства. Теперь оно звучит примерно так: «если убедишь лоха, что знаешь, как надо, то рули им».

Так вот. Последовательное соблюдение этого правила должно приводить к государству исключительно травоядному и, в общем-то, безобидному, потому что если ты не убедишь лоха, что знаешь, как надо, то тебе придётся оставить его в покое. А если лоха убедил кто-то ещё, то это уже его дойный лох. То есть такое правило должно давать уже неоднократно поминаемую в этом канале панархию.

Просто со времён от французской и примерно до кубинской революции работал странный промежуточный вариант правила: «если ты убедил достаточно лохов, что знаешь, как надо, то возьми их в подельники и грабь всех, как сумеешь». Понятно, что получающееся в результате государство оказывается весьма нестабильным: из лохов неважные подельники, да и разувериваются они довольно быстро — а отстёгивать им за соучастие в грабеже приходится прямо-таки до хрена. Это породило тотальный долговой кризис современных демократий, постоянные народные волнения по таким пустякам, которые подданными государства пастырского типа вообще были бы не замечены, и прочие симптомы неблагополучия.

Ну а следующей после панархии мутацией государствообразующей идеи закономерно должна стать (ладно, не закономерно, но в моём откровении это именно так) примерно такая формулировка: «не держи людей за лохов, и ты сможешь продать им больше». А это уже, ребятки, анкап.

Ом!

Всего комментов: 3

  1. Панархия, в этом смысле, является наиболее реалистичным разрешением(до определённой грани) очевидной проблемы пастухов — конечно, «государственная» идея менялась в веках, но природа её лежит не в самом «государстве», воспринимаемой некоторыми Наивными Либертарианцами™ как эдаком заговоре, недопонимании людей(вот сейчас мы всех переучим и построим новое общество!). Действительность — менялась риторика власти, а она, как все прекрасно понимают, вечна. Это простой процесс легитимизации, он заложен в механизме подчинения(ожидать того, что тебя будут бить кнутом только по вторникам , проще, чем постоянно бояться кнута, поэтому почти все предпочитают заранее оговоренные правила), и разрушении такой структуры не приведёт само по себе ни к чему — если мы что и вынесли из истории революций 20 века, так это то, что слова Бакунина оказались наиболее верны: «Если взять самого пламенного революционера и дать ему абсолютную власть, то через год он будет хуже, чем сам Царь». Поэтому мифотворный анкап — это общество либо беззубых, либо одинаково сильных, и ни то, ни другое нереалистично. Как и на реальном рынке, всегда будет доминант, всегда будет колея, всегда будет кризис. Панархия — это предложение изменить динамику власти, превратить политику из монополистической конкуренции(пан или пропал) в почти что совершенную. Либо реализм, либо ничего.

    • В той мере, в которой государство можно считать спонтанным порядком, оно не поддаётся централизованному планированию, а складывается из сиюминутных интересов индивидуумов, руководствующихся простыми правилами. Я лишь попыталась сформулировать эти правила. То правило, которое образует панархию, предполагает убеждение кандидатов в управляемые в том, что управление следует доверить кандидату в управляющие. Попытка централизованно выстроить панархию даст странный результат, после которого блогеры будущего будут ломать копья, заявляя, что это была неправильная панархия, как сейчас заявляют аналогичное на обломках очередного социализма.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.