Либертарианство — это утопия? Да, как и идея персонального компьютера.

Колонка Битарха

Не проходит и дня, как в очередной раз натыкаюсь на фразу «анкап это утопия», «манямирок», «розовые пони». Те, кто так пишет (обычно это авторитарно-правые консерваторы и традиционалисты), видимо, предполагают, что тем самым они защищают стабильность. На самом же деле они лишь способствуют тому, чтобы неизбежные изменения прошли по самому жёсткому для них же самих сценарию.

Заглянем в историю. Что говорили про идею федеративной республики и разделения властей в начале 18-го века? Это утопия, федеративная республика невозможна, и как вы смеете оскорблять короля! Что про неприемлемость рабства и крепостного права в начале 19-го века? Это естество природы, вы утописты! А про избирательное право для женщин в середине 19 века? Это утопия, откуда у женщины политическая позиция, она проголосует, как скажет муж. Может с правами чернокожих и ЛГБТ в 1950-е было иначе? Вы там что, грибочков объелись, и видите манямирок с радугой?! Не видите — люди разного цвета, так с какого перепугу чёрного обслужат в баре для белых?

Каждый раз, когда появлялась какая-то новая общественная идеология, консерваторы до последнего не хотели её признавать. Общество доходило до крайней точки, когда терпеть статус-кво было уже невозможно, после чего необходимые реформы проводились без отладки, нахрапом, сразу во всей стране. Это неминуемо вызывало перегибы, огромные жертвы и страдания, экономический ущерб, приводило к появлению привилегий в пользу ранее угнетаемой группы (сейчас консерваторы в странах первого мира жалуются, что их преследуют за критику ЛГБТ, но это лишь естественная ответочка за их же прежний беспредел; пепел Алана Тьюринга стучит в сердца квир-активистов). В итоге консерваторы каждый раз получали то, чего больше всего не любят — радикальные изменения, хаос, репрессии. А могли бы иметь мирное развитие…

Как это относится к либертарианству? Сейчас многие либертарианцы вполне удовлетворились бы невмешательством охранителей в самоуправление на местах. Люди охотно занимали бы бесхозные земли, экспериментировали бы там с удобными именно им социальными порядками, и не покушались бы сразу на столицы. Это очень умеренная повестка, от которой ни у кого не должно возникать прямого неудобства. Различные практики общественного устройства на этих территориях могли бы эволюционно отлаживаться и постепенно приходить в крупные города уже в зрелом виде, не вызывая потрясений.

Так нет же, эти вигиланты бдят, пресекая любую самодеятельность, от нетрадиционных сексуальных практик и аморальной музыки до неформального бизнеса и самоорганизующихся общин — и ведь дождутся же, когда их начнут бить на улицах, когда произойдёт обрушение государства с дефолтом по социальным обязательствам, снижение ВВП в несколько раз, обнищание, появление бандитских крыш, которые, как предсказывает Лакси Катал, станут прообразом ЭКЮ. Не зря существует известная шутка, что Николай II должен быть награждён орденом Ленина посмертно за героические усилия по доведению общества до революционной ситуации. Сейчас консерваторы, как и век назад, совершают ту же самую ошибку, которая стоила стране десятков миллионов жизней, начиная с них самих.

Социалисты не любят признавать ошибки, а любят говорить: «Это был неправильный социализм». При каких обстоятельствах анкапы могут признать либертарианство ложной идеей?

…And justice for all

Политическая программа либертарианства сводится к последовательному уменьшению роли государства, то есть дерегуляции и снижению налогов.

Если движение в этом направлении будет приводить к увеличению безопасности и богатства жителей до тех пор, пока государство не окажется сведённым до роли «ночного сторожа», а при дальнейшем усечении государственных функций уровень насилия вырастет, а благосостояние уменьшится, значит, минархисты правы, а анкапы нет, и существует тот минимальный оптимум государства, меньше которого его делать нельзя.

Если оптимум государства не будет найден, и каждое урезание государства будет давать людям только выгоду, значит, правы всё-таки анкапы, государство вредный паразит и подлежит полному искоренению.

Если оптимум найдётся, но не там, где его предполагают минархисты, а, скажем, на уровне «ночной сторож плюс богадельня», значит, правы социал-либералы, а жестоковыйные либертарианцы своими убогими мозгами так и не сумели постичь всю важность грамотного централизованного перераспределения ресурсов.

И, наконец, если окажется, что устойчивых результатов получить невозможно, потому что в разных обществах свой оптимум государственных функций, значит, и вовсе правы панархисты: люди слишком разные, чтобы стричь их под одну гребёнку. Кому-то надо больше государства, кому-то меньше, кому-то ноль, вот пусть каждый и получает по своему запросу.

Вот только для того, чтобы получить все эти результаты, необходима готовность людей к экспериментам в плане построения удобного для них общества. Однако десятилетия насильственных социалистических экспериментов во многом дискредитировали саму идею о том, чтобы последовательно строить что-то новое. Поэтому сейчас мы чаще имеем спорадические попытки что-то улучшить, а вслед за ними — откаты. Но точно так же, как долгий мир отучил людей воспринимать серьёзно опасность большой войны, так и долгий период безыдейности может вернуть людям вкус к реформам. Наша задача состоит в том, чтобы в этот момент в воздухе витала идея именно либертарианских преобразований.