Пределы компетенции либертарианского суда

Ты описывала ситуацию, когда для разрешения конфликта между насильником и жертвой судом принимаются меры, физически изолирующие только первого от второго, но не первого от социума в целом. Но как быть с тем, что насильник, подтвердивший на практике готовность к насилию, оставшись на свободе, хоть и в другом городе, продолжает нести потенциальную опасность для окружающих?

Иными словами, как поступать с патологическими личностями вроде Александра Пичушкина, которые в силу своих психических особенностей будут продолжать совершать преступления пока это физически возможно?

Какие вообще могут быть пределы сдерживающих мер у следующего либертарианским принципам суда? Значит, принудительно выслать в другой город можно, а, скажем, пожизненно посадить на домашний арест или в психиатрическую клинику?

Анонимный вопрос

Суд может предложить любую рекомендацию для разрешения конфликта. Например, “поскольку поступки ответчика имеют главной причиной его психическое состояние, суд считает, что конфликт будет разрешён после уплаты ответчиком истцу такой-то компенсации, а также прохождения ответчиком психологической реабилитации, вплоть до полного излечения, подтверждённого консилиумом, включающим представителя истца, представителя реабилитационного учреждения и представителя такой-то независимой медицинской некоммерческой организации”. Проблема в том, что суд в рамках своего решения может оперировать только теми деньгами, которые находятся в распоряжении сторон процесса, в том числе теми, что добровольно предоставят третьи лица. Если ответчик недостаточно богат, чтобы из его имущества можно было бы оплатить его реабилитацию, а истец или сторонние доброхоты недостаточно щедры, чтобы сделать столь широкий жест – то рекомендации суда никак не разрешат конфликт, их будет не на что исполнять.

В подобных случаях в ход неизбежно пойдут более дешёвые решения. Самое простое – это банальное объявление вне закона, в древнеисландском духе. Ответчика имеет право убить первый встречный, а суд своим авторитетом ручается за то, что иные средства исчерпания конфликта в этом случае не работают либо непосильно дороги. И всё, дальше ответчик уже сам ищет, под какую корягу заныкаться, чтобы жить там и не отсвечивать.

Чем беднее и суровее общество, тем больше будет доля судебных решений типа “объявление вне закона”, и тем меньше колебаний будут испытывать отдельные частные лица, встретив подобного аутло, перед тем, как его истребить. Если мне не изменяет память, самый долгий срок, который удалось прожить в Исландии объявленному вне закона, составил шестнадцать лет, и эта выдающаяся эпопея была удостоена отдельной саги.

Соответственно, чем богаче и благодушнее общество, тем больше будет доля судебных решений типа “вручить на поруки такому-то благотворительному фонду для реабилитации”. Опять же, ничто не мешает таким фондам подбирать в том числе и тех, кого уже ранее объявили вне закона. Что будет заставлять людей жертвовать деньги в подобные фонды? Нежелание лично отстреливать забредших на лужайку перед домом аутло. А так – пожертвуешь хорошим людям денежку и радуешься.

Согласитесь, неприятное зрелище. Зачем вам такое в вашем дворе?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.