Мрачное будущее отменяется — почему невозможно генетически-закреплённое разделение на всесильные «элиты» и немощных «холопов»

Волюнтарист, Битарх

Ранее мы уже рассматривали тему того, почему корпорациям выгодно бороться с насилием. Если кратко – они зарабатывают свои деньги на продаже продукции, которую необходимо постоянно технологически совершенствовать. Фактически новые технологии являются источником их прибыли. Однако технологии в ходе своего развития становятся всё более опасными. В будущем и вовсе можно ожидать, что, например, даже типичной пользовательской технике ввиду стремительного расширения функционала понадобятся сверхъёмкие энергоносители, а это уже может быть использовано в насильственных целях, в том числе и террористических актах. Или воспользоваться ставшим повсеместно-доступным ДНК/РНК синтезатор и начать создавать опасные вирусы. В результате насилие мешает дальнейшему прогрессу, который критически важен для выживания человечества в целом, а также становится преградой для получения прибыли частными компаниями. Именно поэтому им выгодно бороться с насилием.

Конечно же можно услышать такой аргумент, что крупным корпорациям и элитам выгодно лишь бороться с насилием среди обычных людей, дабы те не смогли выровнять баланс потенциала насилия в свою сторону и угрожать им. Технологии же в этом вопросе вообще находятся на дальнем плане и ничего не значат. Не спорю, что это было актуально в прошлом, и даже в 20-ом веке, поскольку тогда опасные технологии (то же ядерное оружие) находились лишь в руках крупных правительств. Однако сейчас вопрос опасных технологий становится настолько актуальным, каким он не был никогда ранее.

Ладно, допустим элиты решат лишить насильственности обычных людей, например с помощью внедряемой «сверху» генотерапии, чтобы те могли безопасно использовать опасные технологии и даже не думали о совершении актов насилия. В то же время они оставят насилие для самих себя, дабы раз и навсегда закрепить за собой бесконечный насильственный потенциал и иметь возможность продолжать насильственную политику по отношению к населению продвигая свои интересы через правительственные силовые органы.

Но не забываем – сами по себе элиты абсолютно ничего не значат без обслуживающих их силовых агентов. Мы уже говорили об этом в материале под названием «Наша цель – устранение насильственности пешек». Если технология генотерапии от насилия станет всеобщим достоянием, то её можно будет использовать против силовых агентов в непосредственных стычках, например выпуская в них дротик с соответствующей вакциной. Но допустим, что генотерапия внедряется сверху вниз и у простых людей пока что нет возможности добыть эту технологию или воссоздать её. Однако и это положение дел ничего не изменит.

Всё дело в том, что силовые агенты, работающие на такие элиты – тоже обычные люди, часть остального населения. Защита элиты лишь их работа, а вне своей работы они ведут обычную жизнь, в том числе и пользуются технологическими новинками. В итоге элиты сталкиваются со следующей проблемой – если они хотят сохранить свои силовые функции, то им нужно оставить насильственные склонности у работающих на них агентов. Но эти агенты ведь тоже могут в один момент использовать опасные технологии в насильственных целях, например если кого-то из них перестанет удовлетворять внедряемая сверху политика или же вовсе просто из-за необузданного желания совершать насилие. А это в свою очередь вынуждает элиты либо тормозить технологический прогресс, что выльется в потерю прибыли, безрезультатное проедание ограниченных ресурсов и снижение шансов человечества на выживание, либо же внедрять генотерапию от насилия всем, в том числе и работающим на них агентам. Думаю, когда наступит момент выбирать, то они сочтут второй вариант более приемлемым, ведь все они хотят продолжать жить и улучшать условия своей жизни, пусть и придётся лишиться возможности проводить силовую политику.

Вы не хотите чтобы генотерапия против насилия была вообще когда-либо разработана? Для нашего успеха она совсем не обязательна. Только боюсь эти сценарии лично вам очень не понравятся!

Битарх в ответ на статью Анкап-тян

Некоторые люди говорят что готовы даже лично помешать разработке генотерапии против насилия (для усиления ингибирующего насилие механизма Лоренца, также известного как VIM в англоязычных исследованиях). Что же, это их право. Не станем напоминать что у них вряд ли получится помешать разработкам в реальном мире ибо большинство учёных идейно выступают против насилия. Но представим что им это всё же удалось, или разработка данной генотерапии оказалась слишком сложной для текущего технологического уровня и при нашей жизни генотерапия против насилия так и не была создана.

Для начала отметим, что отсутствие генотерапии нисколько не отрицает факта существования МЛ/VIM у вида Homo sapiens и различной его силы у разных людей. Это уже было доказано авторитетными учёными и непременно рано или поздно станет общепризнанным фактом. Как и путь по которому усиливается МЛ/VIM под давлением естественного отбора. В следствии этого, без разработки корректирующей генотерапии, судьба для склонных к насилию людей будет крайне печальная. Они окажутся в такой ситуации, что будут буквально молить Бога чтобы поскорее эта генотерапия появилась!

1) Самый мягкий, либертарианский сценарий. Когда понимание МЛ/VIM войдёт в мейнстрим и начнёт освещаться в СМИ, тут же появятся активисты которые будут умышленно провоцировать всех подряд словами, одеждой, жестами, а поддавшихся на провокацию — немедленно уничтожать в рамках самообороны. По сути они повторят «Маскарад», который даже не зная теории Лоренца, на которой мы основываемся, успешно провёл маршал Жуков в послевоенной Одессе для «искоренения преступности». Почему данный подход либертарианский? Да потому, что по принципу неагрессии (НАП) «можно обидеть, но нельзя обидеться», т. е. провокация вполне допустима, как и самооборона, а вот применение физического насилия в ответ на провокацию это нарушение НАП. В итоге создаётся давление естественного отбора на усиление МЛ/VIM. Если вы, конкретный противник генотерапии, не на словах, а на деле склонны к насилию, то будете непременно удалены из популяции.

2) Умеренно-этатистский сценарий. Очень вероятен в развитых странах, где низкий уровень насилия уже сейчас, а гуманизм и права человека более-менее признаются как ценность. Склонность к насилию признаётся общественно-опасной патологией, как, например, неизлечимые инфекционные заболевания. Ещё сотню лет назад даже в США было нормой отправлять в пожизненный карантин таких носителей опасных инфекций как лепра и тиф. Аналогично будет и с насильниками — на острове или в какой-то глуши создадут резервацию, куда будут ссылать всех склонных к насилию как общественно-опасных элементов. Внутри они будут жить довольно свободно, примерно как сейчас в некоторых местах лишения свободы в Норвегии для не очень опасных преступников. Но выйти из этой резервации они уже не смогут никогда (по крайне мере до создания генотерапии или другого метода усиления МЛ/VIM).

3) Авторитарный сценарий. В развитых странах маловероятен, но кто его знает куда повернут звёзды… Проще некуда — массовое генетическое тестирование и принудительная эвтаназия или стерилизация с последующей ссылкой всех носителей слабых вариантов МЛ/VIM (т. е. склонных к насилию). Лично я как либертарианец/волюнтарист, естественно, не одобряю этот сценарий, но хотел бы предупредить противников генотерапии что общество в любой момент может перейти в тоталитаризм и уничтожению будете подвержены лично вы. В истории было достаточно примеров!

Так что запомните хорошенько — когда существование ингибирующего насилие механизма у вида Homo sapiens и вариабельность его силы у разных людей станет общеизвестным фактом, насилие будет искоренено вне зависимости от успехов в разработке генотерапии. Только вот какими методами это произойдёт уже зависит лично от вас!


Ещё совсем недавно принудительная стерилизация «неполноценных» была реальностью даже в казалось бы «свободных» США

Что будет если отключить сдерживающие насилие механизмы?

Волюнтарист, Битарх

Развитие биотехнологий приближает момент, когда можно будет создать генотерапию, способную активировать у человека ингибирующий насилие механизм, о котором писал Конрад Лоренц. Однако вместе с этим возникает и риск появление совсем противоположной генотерапии, нацеленной именно на устранение любых сдерживателей насилия в человеке. Поэтому кто-то может и вовсе посчитать затею с созданием генотерапии против насилия бесполезной, так как если можно сделать её, то можно сделать и генотерапию для раскрепощения насильственного потенциала. Спрос на неё может найтись среди некоторых психов, маньяков, людей, которые чрезмерно дорожат своей насильственностью, считают её смыслом своей жизни и не желают с ней расставаться из-за какого-нибудь дротика с препаратом, выпущенного в него во время очередного нападения. Также некоторые группы людей (сторонники авторитарной власти) могут считать важным достижение определённых целей силовым путём, из-за чего силовиков-исполнителей необходимо защитить от риска лишения насильственности.

Конечно, подавляющее большинство учёных выступают против насилия и вряд ли кто-то из них станет заниматься подобными разработками. Но что случится, если среди них всё же найдётся тот, кто решит помочь насильственным выродкам? Давайте пройдёмся поэтапно:

1) Существует вероятность неконтролируемого распространения препарата, отключающего механизм Лоренца, и если это случится, то весь мир погрязнет в насилии и войнах, выживание человечества станет невозможным (практически повторится типичный сценарий из фильма про зомби).

2) Этот риск приведёт к необходимости создания обновлённой генотерапии против насилия. Она может быть способна не допустить отключения механизма Лоренца какими бы то ни было методами, однако в том случае, если этого нельзя обеспечить гарантированно, то единственным вариантом останется сделать так, чтобы человек погибал от попытки снять с себя ограничения на насильственное поведение. Допустить выживания стремящихся к насилию людей в такой ситуации попросту нельзя, иначе произойдёт ранее указанный сценарий.

3) После этого случится довольно быстрое выравнивание баланса потенциала насилия, будет достигнута абсолютно-всеобщая вооружённость (до каждого Васяна отчётливо дойдёт, что оружие в таком мире — единственный залог выживания). Новый статус-кво будет держаться за счёт того, что меньшинство садистов будет бояться деактивировать механизм Лоренца чтобы нападать на большинство ненасильственных людей, способных уничтожить их при первой же попытке инициировать насилие.

4) Стационарный бандит (государство) не переживёт ни появления генотерапии против насилия, поскольку он тогда лишится возможности силой навязывать свои порядки, ни появления блокиратора ингибирующего насилие механизма, ведь в таком случае работающие на него силовики вместо мирных протестов получат коктейли молотова, бутылки с серной кислотой, инфекционные агенты, очереди пуль из автоматов и т.п. со стороны тех самых людей, которые сняли с себя ограничение в насилии и будут его проявлять ко всем, в том числе и к ним. Фильмы про зомби хотя и являются чистой фантастикой, но тем не менее довольно точно передают что случится с государством при таком сценарии.

В результате получается так, что создание препарата для отключения сдерживающих насилие механизмов тоже приведёт к устранению стационарного бандита, которого сторонники авторитарной власти и силовых мер так любят и считают наилучшим механизмом достижения каких бы то ни было целей. Они этого не понимают, но ещё хуже, что они не понимают катастрофического сценария, к которому приведёт создание такого препарата, если вовремя не будет обновлена генотерапия против насилия по соответствующим второму пункту параметрам или по крайней мере не будет выровнен баланс потенциала насилия, чтобы всех образовавшихся насильников ликвидировать во время их нападения.

Поддержание стратегического паритета для «пацифичных» стран

Волюнтарист, Битарх

Между разными юрисдикциями всегда стоял вопрос поддержания стратегического паритета, то есть равенства шансов выхода победителем в случае возникновения военного конфликта. Без этого не получится как сдерживать потенциальное агрессивное нападение, так и отразить его при возникновении. Но о каком стратегическом паритете может идти речь в случае чрезмерной разницы в силовом потенциале? И проблема здесь состоит не только в количественной и качественной разнице вооружённых средств, но и в разнице насильственных склонностей у людей. Однако решение существует даже в случае абсолютно пацифистских обществ, о котором мы сейчас и поговорим.

Представим Скандинавию, где хоть и насилие не было искоренено полностью, однако ввиду определённых общественных факторов у преимущественного большинства населения с течением времени явно закрепились низкие насильственные склонности. Даже у государственных силовых агентов насильственные склонности там тоже относительно низкие, по крайней мере они и близко не стоят с насильственными склонностями аналогичных агентов из других стран, например России. Если предположить, что между государствами Скандинавии и Россией возникнет военный конфликт, то последняя сможет захватить их почти что без боя. Не помогут и средства массового поражения, например ядерное оружие или вирус 4-го класса патогенности, если они вдруг появятся в распоряжении скандинавов, ведь из-за своего пацифизма они вряд ли решатся на их реальное применение. А ввиду тоже довольно пацифистской армии и отсутствия баланса потенциала насилия (всеобщей вооружённости населения) для каких-нибудь крайне склонных к насилию силовиков, ранее активно гастролирующих на Донбассе и в Сирии, вовсе не будет проблемой пройтись по всей территории Скандинавии и легко разобраться с любым возможным сопротивлением на своём пути.

Эту же проблему можно перенести и на потенциальное свободное безгсоударственное общество, в котором существуют разные контрактные юрисдикции. Представим, что в таком обществе есть юрисдикция пацифистов, насилие в которой полностью искоренено, а любые правонарушения наказываются несиловыми методами (остракизмом или финансовыми санкциями). Но вместе с этим существует и насильственная юрисдикция, в которой все проблемы решаются грубой силой и жестокими физическими наказаниями (такую юрисдикцию могут создать, например, некоторые консерваторы). Очевидно, что и здесь нет никакого стратегического паритета, порядки второго общества приведут к закреплению насильственных склонностей у его участников, тогда как в случае первого общества эти склонности будут максимально подавляться (закрепляться сильный вариант ингибирующего насилие механизма Лоренца). Думаю, легко понять, кто победит при возникновении прямого военного конфликта.

Отличным решением проблемы поддержания стратегического паритета со стороны более пацифистских юрисдикций и обществ является создание генотерапии против насилия. Она может быть реализована в виде препарата, который будет доставляться к нападающим агентам с помощью выпущенного в них дротика. В крайнем случае возможна реализация и в виде пандемического вируса (этот вариант не одобряем). Конечно, последнее сталкивается с множеством рисков, в том числе и тем, что будут задеты посторонние люди, некоторые из которых могут и погибнуть (даже если брать самую качественную вакцинацию, то и её не все переносят). Однако всё же такой «вирус ненасилия» не является традиционным средством массового поражения в плане физического уничтожения нападающих, он предназначен лишь для принудительного искоренения насилия в армии агрессора и тем самым является самым лучшим возможным решением в рамках классической доктрины сдерживания с ОМП («MAD» или «Взаимное гарантированное уничтожение»), которое только можно придумать, если нет никаких шансов остановить агрессора непосредственным сопротивлением.

Как и дротиками с препаратом, так и пандемическим «вирусом ненасилия» (лично я этот вариант не одобряю, но мнение других относительно допустимости такого «оружия» могут отличаться) смогут воспользоваться даже яростные пацифисты, учитывая что насилие в биологическом смысле такое «оружие» не инициирует и даже человек с сильным вариантом механизма Лоренца сможет его применить. Они позволят сдерживать потенциальных агрессоров, так как те побоятся из-за нападения на пацифистов потерять свои насильственные склонности. Но если кто-то всё же решится на нападение, то тогда мы придём к следующим сценариям событий:

1) Отправляемые агрессором на фронт силовые агенты будут попадать под обстрел дротиками с генотерапией. И дротики куда чаще будут доставляться к цели, нежели сейчас доставляются пули, так как солдаты в преимуществе своём всё же не являются насильниками, они чаще всего стараются симулировать деятельность на фронте, не стрелять, а если и стреляют, то не в людей с другой стороны фронта, а в воздух, опять же лишь ради создания иллюзии выполнения какой-то деятельности. Реальных насильников на войне довольно мало, и это подтверждают исследования, ознакомиться с которыми вы можете здесь. Но дротик выпустить сможет каждый. И если дротики будут точно попадать в солдат с другой стороны фронта, в том числе включая реально склонных к насилию, то агрессор вскоре вовсе окажется без людей, способных ввести войну дальше.

2) Остановить нападение невозможно, даже дротиков с генотерапией не хватает для того, чтобы сдерживать подавляющие силы агрессора. В таком случае через фронт перебрасывается пандемический «вирус ненасилия». После этого может хватить и нескольких недель, чтобы силы агрессора были полностью дезорганизованы, а солдаты превратились в неспособных на нападение пацифистов. Война довольно быстро заканчивается.

Видите теперь, насколько хорошим средством сдерживания и прекращения войны является генотерапия против насилия? В принципе, это единственное возможное спасение для мирных и ненасильственных обществ от нападения со стороны насильственных агрессоров. Мало того, в сравнении с оружием массового поражения, которое сейчас принято предлагать на роль средства сдерживания агрессивного нападения, это решение является крайне гуманным.

Кстати, данное решение является отличным ответом на вопрос о том, как свободному обществу защититься от агрессии со стороны окружающих его государств в случае локального, а не всемирного достижения. Ещё оно очень полезно в самом процессе достижения свободного общества – те же дротики с генотерапией можно успешно запускать в силовых агентов, избивающих и арестовывающих мирных протестующих. Обеспечить баланс потенциала насилия (всеобщую вооружённость населения) для достижения положения дел, в котором можно ликвидировать любого агрессора при непосредственном нападении, может быть довольно сложной задачей, а вот дротиками с генотерапией необязательно нужно обеспечивать всех – хватит и небольшого количества активистов, готовых в случай чего выстрелить ими при виде очередного силовика (особенно это эффективно если деанонимизировать силовиков, как это сейчас делают в Беларуси, тогда их можно будет подлавливать даже в повседневности). И сделать это активисты смогут даже будучи менее насильственными людьми, нежели силовики, а то и вовсе абсолютными пацифистами, ибо, опять же, это не средство нанесения физического вреда, а то и убийства другого человека, это лишь средство лишения его насильственных склонностей.

Как мы видим, ради поддержания стратегического паритета со стороны пацифистских общества и ради обеспечения эффективной борьбы мирных протестующих с силовыми агентами государства очень выгодно разработать генотерапию против насилия. Что очень важно для нас — это выгодно даже многим современным правительствам, например, в Скандинавии и вполне вероятно что они захотят нам помочь. Это будет самое лучшее и самое гуманное решение данных проблем, что только можно придумать.

Искоренение агрессивного насилия не требует силового принуждения

Битарх, Волюнтарист

В разговорах о том, как достичь состояния ненасильственного сосуществования, нередко выдвигается аргумент, что без силового внедрения принципов ненасилия всё равно ничего не сработает, ведь останутся люди, которые не пойдут на принятие ненасилия добровольно. Иногда может сложиться и вовсе ошибочное мнение, что сторонники ненасилия якобы хотят искоренить насилие как раз с помощью силы, то есть насилия со своей стороны, чем сами же себя выставляют противоречивыми насильниками, посягающими на свободу окружающих их людей. Разумеется, это не соответствует действительности. Но как всё же без силового внедрения можно достичь состояния ненасилия? Для этого необходимо рассмотреть два подхода к этому делу.

Первый подход состоит в выравнивании Баланса Потенциала Насилия и он сам по себе предполагает невозможность силового принуждения (например, в формате государства), поскольку абсолютно каждый субъект может отразить атаку и нанести агрессору неприемлемый ущерб. Само же агрессивное насилие как явление может искореняться двумя методами. При использовании более мягкого метода достаточно лишь, чтобы жертва нападения смогла обеспечить агрессору неприятные и болезненные ощущения с помощью нелетальных средств самозащиты, и тем самым понизила его стремление к проявлению насильственного поведения в будущем (такой подход видится наиболее эффективным в случае внедрения мягкого БПН с детства). Этого вполне должно хватить для недопущения образования и воспроизводства иерархий доминирования (давайте признаем честно — одним из вариантов такой иерархии в человеческом обществе является стационарный бандит). Более жёсткий метод предполагает самозащиту с помощью летальных средств, а значит ликвидацию каждого, кто способен совершить акт нападения, что закрепит за людьми ненасильственное поведение эволюционным путём.

Другой подход предполагает использование биотехнологических методов для разработки и применения генотерапии для воспроизведения результата действия естественного отбора у вооружённых видов (ёжики, дикобразы, некоторые ядовитые змеи и насекомые, которые неспособны инициировать внутривидовое насилие) без непосредственного удаления агрессоров из популяции, а внедрения в их ДНК нужных вариантов генов с помощью вирусного вектора, вызывающего у человека отвращение к инициации насилия. Продвигать её можно так же само, как и любую другую вакцину от опасных заболеваний (а насилие уж точно даже намного опаснее их).

Но как добиться того, чтобы подобная генотерапия была всеми принята без силового внедрения? Даже если получится убедить многих принять её добровольно, то всё равно останутся те, кто не захочет этого делать. Однако и у этой проблемы есть решение.

Во-первых, люди, решившие принять генотерапию, могут использовать ненасильственные методы давления (такие как остракизм или финансовые санкции) на тех, кто этого ещё не сделал и проявляет насильственные склонности. Например, семейная пара решила не вакцинироваться самим и не вакцинировать своих детей, при этом за ними числятся много случаев агрессивного поведения. В обществе, в котором распространена поддержка идеи ненасилия, им будет очень трудно найти школу для обучения своих детей, поскольку в таких условиях мало кто захочет рисковать принимать к себе потенциальных хулиганов, издевающихся над другими учениками. Или, например, человеку может быть отказано в банковских услугах, поскольку есть риск того, что имея патологическую склонность к агрессивному насилию он может начать финансировать террористическую или любую другую насильственную деятельность, которая отразится на репутации самого банка, а возможно и приведёт к жертвам со стороны его персонала и руководителей.

Во-вторых, дротики с генотерапией можно использовать в качестве средства самообороны. Нападение на вооружённого такими дротиками человека будет означать для агрессора его успешное вакцинирование и избавление от насильственных склонностей. Даже если человек использует наёмных агентов для нападения, то вакцинировать можно их, а без них он уже не будет представлять никакой угрозы.

В результате мы видим, что состояние ненасилия может быть достигнуто различными несиловыми методами, в полном соответствии с принципом неагрессии (НАП). Это не та идея, которая требует внедрения сверху или вовсе не имеет шансов быть достигнутой в реальности. И учитывая выгоды, получаемые от искоренения насильственных склонностей в обществе, будет разумно поддерживать реализацию какого-то из перечисленных ранее подходов (или даже всех сразу).