Народная самооборона, обзор платформы

В последнее время в России очень просто понять, кто обладает политической субъектностью. Это те, с кем борется государство. Если государство с кем-то не борется, значит, он либо полностью подконтролен, либо не отсвечивает: терпеть тех, кто ведёт заметную независимую деятельность, российское государство, видимо, вконец разучилось.

Российским анархо-коммунистам из Народной самообороны по этому критерию трудно отказать в политической субъектности: их активно преследуют, большая часть их деятельности вынужденно проходит под маской анонимности, но если уж кто попадается, то это почти всегда уголовка, пытки и прочий трэш.

Я попробовала разобраться в их платформе, чтобы понять, насколько эти ребята перспективны в качестве союзников и опасны в качестве врагов. На сайте движения она изложена в виде довольно объёмного текста. Там четыре части, пройдусь по ним.

Часть 1. Как устроен мир. Глобальное разделение труда

Здесь описывается, как анкомы видят современное мировое устройство и его основные проблемы. Рассказывается про разделение труда между странами: сырьевые, промышленные, источники трудовых мигрантов — и постиндустриальная вершина пищевой цепи, на которую все вышеперечисленные категории стран батрачат. Указывается, что по мере роста богатства в промышленных странах производство приходится переносить туда, где ещё сохраняется дешёвая рабочая сила. Также упоминается, что социал-демократия стран первого мира — это хрупкий компромисс между властью и обществом, который обеспечивается лишь путём эксплуатации всего остального мира. Страны, генерирующие проблемы, по утверждению автора, борются за повышение своего статуса в этой системе, а не за изменение системы. Наконец, объясняется, что в рамках одной страны побег из системы невозможен, потому что изоляция от мировой экономики обрекает страну на варварство и нищету.

Отмечу, что описание в целом вполне корректное, анализ же ведётся в терминах едва ли не марксизма, и хотя отмечается наличие роста благосостояния в развивающихся странах, благотворная роль рынка игнорируется, равно как и то, что описываемое распределение стран по их месту в мировом разделении труда лучше всего коррелирует с уровнем экономической свободы в этих странах.

Часть 2. Капитализм и государство

В этом разделе даётся исторический обзор возникновения государств современного типа, с указанием, что современные государства — продукт капитализма. Рассказывается про рост неравенства и глобализации как закономерный результат работы капитализма. Расписывается на примерах, что государство не требуется для самоорганизации общества, а нужно только для легитимизации грабежа. Указывается, что все формы организации государственного устройства не обеспечивают полноценного учёта интересов людей, а потому пытаться улучшить государство не нужно, его надлежит упразднить. Также рассказывается об опасностях новых бизнесов платформенного типа, которые в обмен на свои сервисы ставят человека в серьёзнейшую зависимость от них.

Отмечу, что в историческом анализе упущен факт появления капитализма не благодаря, а вопреки государству: старую аристократию вполне устраивала полная стабильность, и лишь военная эффективность капитализма заставила государство пойти на уступки и перестроиться. Также считаю важным упомянуть, что в основе капитализма лежит не столько наёмный труд, сколько возможность замены труда капиталом — именно это повышает производительность труда, а вслед за тем и его цену.

Часть 3. Новое общество

В этом разделе описывается прекрасное человечество будущего, представляющее собой федерацию полисных прямых демократий — нечто вроде Афинского союза от Фемистокла до Перикла, только без полиса-гегемона, зато с роботами вместо рабов. Вместо рынка в основу экономики должно быть положено децентрализованное планирование, со сбором запросов от потребителей и агрегирования их в автоматизированных системах управления производством. Проблема коррупции в управлении и распределении решается частой ротацией, полным вовлечением граждан в процесс, и по возможности отказом от выбора на должности в пользу жребия. Для упрощения распределения предполагается всемерная просюмеризация, когда люди используют скорее 3D-принтеры и тому подобный инструментарий, а не заказывают готовый продукт. Деньги и частная собственность упраздняются.

Отмечу, что автор явно знаком с историей лучше, чем с экономической теорией, и, возможно, его взгляды на планирование несколько поменяются после знакомства с теоремой о невозможности экономического расчёта при социализме. Также полностью упущен из рассмотрения фактор отсутствия естественной мотивации к инновациям и особенно к их внедрению в рамках плановой экономики. Наконец неплохо было бы понять, в какой мере в новом обществе получается побороть фактор тирании большинства, когда прямая демократия попирает человеческую свободу, заставляя индивидуума подчиняться коллективу в вопросах, которые, в общем-то, коллектива напрямую не касаются. Эти аспекты в тексте вообще не анализируется.

Часть 4. Достижение нового общества

В заключительной и наиболее пространной части говорится о методах построения нового общества. Указывается, что не следует искать постоянный революционный класс, вместо этого важнее отыскивать тех, с кем имеется общность интересов. Категорически отрицается возможность реформирования системы, постулируется необходимость её слома. Наилучшим способом приучения людей к анархистской доктрине признаётся прямое действие — трансляция практики самоорганизации для решения самых разных задач через непосредственный опыт и личный пример. Указывается на то, что хоть социальная революция и есть единственно возможный способ перехода к новому обществу, но она чревата возникновением революционной диктатуры, через которую неизбежно возрождение государства. Также показано, что ранние анкомовские общества будут вынуждены в течение переходного периода работать в рамках мировой рыночной экономики — а она, в свою очередь, легко превратит любой кооператив в обычное капиталистическое предприятие, поэтому единожды начав, нужно не останавливаться, а добивать капитализм во всём мире.

Перспективы России стать флагманом перехода к новому обществу видятся автору крайне низкими, так что предрекается долгий период подполья с постепенным ростом сети активистов. Указывается, что важно создавать не крупные лидерские структуры, а сеть небольших групп с максимальной вовлечённостью участников и упором на передачу опыта от ветеранов неофитам. Автор предлагает крайне осторожно подходить к насильственным акциям, поскольку они способны как воодушевлять сторонников, так и приводить к разгрому ячеек и даже сетей вследствие реакции государственного силового аппарата. В качестве подходящей цели для тренировки и демонстрации боевых возможностей указываются прогосударственные парамилитарес, за них государство не впряжётся. Наконец, даются советы по конспирации и психологической подготовке.

Раздел заканчивается многоточием: автор перечисляет множество опасностей, указывает, что ни один из ранее практикуемых путей не способен сам по себе привести к победе, и что движению ещё долго предстоит оставаться маргинальным.

Мне очень понравилась эта глава, где автор, наконец, с зыбкой почвы теории переходит к вещам, где он явно хорошо разбирается и вполне трезво взвешивает все опасности.

Резюме

Для меня было важно понять, что же эти анкомы ненавидят сильнее: государство или частную собственность. Если первое, то нам пока что по пути. Если второе, то лучше предоставить их себе и не трогать первыми, будучи готовыми жёстко ответить на насилие. К счастью, похоже, что здравого смысла в них больше, чем устаревших политэкономических идей, и очевидный бандит, каковым является государство, видится им более приоритетной мишенью, нежели добросовестно заблуждающиеся ребята вроде нас, анкапов: нас они всё-таки готовы скорее переубеждать, а не убивать.

Поэтому я бы хотела предложить неизвестному мне автору рассмотренного выше текста или любому другому достаточно авторитетному анкому совершить ответную любезность и проанализировать либертарианскую платформу на предмет сильных и слабых мест, нестыковок, перспектив союза и так далее. В качестве основы для анализа предлагаю использовать текст о либертарианстве с сайта либертарианской партии — он достаточно развёрнут, но вместе с тем относительно компактен, и имеет преимущество более или менее официального документа, каковыми не являются, например, мои статьи.

Ну а после того, как обе стороны убедятся, что между ними наличествует минимальное понимание, можно будет прикидывать насчёт возможностей кооперации.

Как капитализм работает в условиях полной или почти полной автоматизации труда?

анонимный вопрос

Разницу между предприятием с автоматизированным и неавтоматизированным трудом легко проиллюстрировать на примере кухни. Можно нанять кухарку, платить ей сущие гроши, а она будет готовить то, чего твоей душе угодно и сама ходить на базар за продуктами. А можно купить холодильник, микроволновку и самой затариваться полуфабрикатами. Такое питание может быть и дешевле, и дороже, чем с кухаркой, но при этом из уравнения выбрасывается собственно наёмный работник, со всеми тараканами у него в голове, необходимостью рассчитывать на его добросовестность и платить ему вне зависимости от того, будешь ты есть сегодня дома или в ресторане.

Автоматизация труда экономит не столько даже деньги (хотя в долгосрочной перспективе, конечно, и их). Главное — она экономит нервы. Предприниматель всегда стремится снизить свои риски. Ставить успех своей деятельности в зависимость от чьей-либо доброй воли — это всегда риск. Сегодня работник вкалывает, завтра берёт больничный, или хоронит бабушку, или бастует, или увольняется — и нужно корректировать свои планы. Поэтому вложить больше капитала для того, чтобы меньше полагаться на труд — это всегда большой соблазн, даже если выигрыш в деньгах относительно невелик.

В общем, капитализм в условиях полной или почти полной замены труда капиталом работает великолепно. А вот в условиях, когда труд почти не автоматизирован, он вечно норовит выродиться в нечто патерналистское. Вроде надо мыслить в терминах издержек и прибыли, а приходится в терминах социальной ответственности. Поэтому массовое ручное производство неизбежно порождает разные социалистические или феодальные практики, а автоматизированное может быть легко сведено к чисто рыночным отношениям.

Век бы любовалась! Всего два надсмотрщика за роботами, красотища!

Твое отношение к FNB (Food not bombs)? Не позорно ли либертарианцу принимать участие в таком движении, ведь оно антикапиталистическое, но члены этого движения занимаются благотворительностью?

анонимный вопрос

Насколько я понимаю, деятельность движения заключается в том, что волонтёры добывают в супермаркетах, на оптовых складах и в заведениях еду, которая попала туда благодаря капитализму, и которую вот-вот должны выбросить, потому что иначе она не будет соответствовать установленным государством нормативам по срокам хранения, затем они её готовят и раздают голодным, выражая тем самым неодобрение приоритетам правительства в бюджетных тратах.

При этом игнорируется тот факт, что при социализме та еда, которая в данном случае гниёт в мусорках, сгнила бы ещё на полях или на овощных базах, а также тот факт, что социалистические режимы обычно тратили на бомбы в процентном отношении куда больше денег, чем на социалку, если сравнивать с более или менее демократическими капиталистическими государствами.

Чем-то такое поведение похоже на поведение леди, которая, готовясь составить компанию джентльмену через неблагополучный район, уговаривает его оставить дома оружие, и прихватить с собой еды, покормить бедняжек. Но, справедливости ради, отметим, что, в рамках нашей аналогии, район стал неблагополучным во многом из-за деятельности джентльмена. Так что, с одной стороны, упрёки леди справедливы, но с другой — поведение выглядит весьма инфантильно.

Но, какой бы некорректной ни казалась мне риторика активистов движения, оно совершенно ненасильственное и является разновидностью морального давления. К тому же, подозреваю, многие участвуют в нём не в силу своих антикапиталистических убеждений, а исключительно из филантропии, или для пропаганды веганства, или они голодали в детстве, и им невыносимо видеть выбрасываемую на помойки еду — да мало ли может найтись оснований для того, чтобы устроить раздачу самодельной еды на улице!

Как лично я отнесусь к тому, что обнаружу какого-нибудь знакомого мне либертарианца в рядах FNB? Заинтересуюсь и порасспрашиваю, что за люди его там окружают, что за люди приходят за халявной едой, как удаётся находить общий язык с поставщиками еды, нет ли проблем с государством, и всё такое прочее. Это отличный практикум по частной благотворительности, без которой чистый анкап будет довольно суровой средой обитания, так что на текущем этапе знакомство с ним пригодится любому. Да и переключить думающего человека с антикапиталистической риторики на антиэтатистскую — не такая уж сложная задача.

А ещё у них озорная эмблема, хотя для России я бы предложила вместо морковки рисовать корень хрена

Был ли в России капитализм в девяностые?

анонимный вопрос

Я, помнится, определяла капитализм как устройство общества, при котором доминирующей формой отношений между людьми являются товарно-денежные. Более классическое определение, которое было в ходу в Советском Союзе, говорит, что капитализм это устройство общества, при котором средства производства находятся в частной собственности. Достаточно очевидно, что в девяностые в России не было чистого капитализма ни по одному из этих определений, а была переходная форма общества, когда старые социалистические (ну или деспотические в моём понимании) отношения отмирали, а им на смену приходили капиталистические (что касается черт феодализма в совке, то они при новом строе никуда не делись, и сохранились до сей поры).

Однако приходится помнить, что, вообще говоря, термин «капитализм» скорее публицистический, нежели научный, поэтому, говоря о существовании капитализма в такой-то стране в такое-то время мы говорим скорее о соответствии общества в это время неким ценностям. То есть о капитализме скорее в понимании Вебера (дух капитализма как рациональность и протестантская трудовая этика) или Шумпетера (дух капитализма как предпринимательство и созидательное разрушение).

Так вот, в России девяностых годов прошлого века дух капитализма по Шумпетеру присутствовал в изобилии. Это было время огромных возможностей и того самого созидательного разрушения. Что касается духа капитализма по Веберу, то его не было и в помине. Какая ещё трудовая этика? Человек человеку волк, хочешь жить — умей вертеться. Капиталы создавались прежде всего на растаскивании советского наследия, на том самом созидательном разрушении, на умении лучше других приспособить обломки старого к новым условиям, а не на способности много трудиться, кропотливо сберегать и аккуратно инвестировать.

Если термин «капитализм» придумали левые, не является ли попытка реабилитировать это слово и юзать его в положительном контексте игрой по их правилам?

(впервые, насколько я знаю, этот термин употребил Луи Блан, французский социалист, в негативном контексте, противопоставляя социализму)

анонимный вопрос

Неисповедимы пути мемов… Противопоставление «капитализм-социализм», по-видимому, довольно точно отражает противопоставление больших денег большим батальонам, вот и прижилось.

Я сама стараюсь слово капитализм в чистом виде не употреблять, ведь если в эту водку добавить томатный сок анархизма, получится куда вкуснее, и название коктейля звучит не столь опошленно. Но так уж вышло, что обороты рыночный анархизм или анархизм свободного рынка оказываются более длинными и неуклюжими, чем простое анкап.

В принципе, это не единственный термин, который начинался как обидный ярлык, а после приобрёл определённый академизм и моральную нейтральность (например, минархизм), и наоборот, многие слова начинались как нечто светлое и прекрасное, а теперь используются не иначе как оскорбления, и приличные люди пытаются отмежёвываться от таких ассоциаций (это я прежде всего про либералов, которые в США сейчас являются синонимом слова социалисты, а в России синонимом слова социал-дарвинисты).

Самое лучшее, что можно делать, желая относиться к языку по возможности бережно — это употреблять меньше оценочных суждений. Вот Светов сейчас, скажем, активно пытается возродить полузабытое слово номенклатура, которое для меня, представительницы первого несоветского поколения, термин скорее из складского учёта. Зачем портить слова? Есть ведь прекрасное слово чиновник, которое куда понятнее, чем какая-то номенклатура, а значит ровно то же самое. Ладно, это уже придирки и вкусовщина, я её даю просто в качестве иллюстрации того, что на всех не угодишь.

Так что в целом я согласна с вашим тезисом, что сложившиеся коннотации приходится учитывать, но совсем не обязательно во всём им следовать, или уж тем более из принципа нарушать на том лишь основании, что когда-то это правило придумали противники.

Есть определённый разудалый цинизм в том, чтобы изображать то чудовище, которое в тебе видят…

Какие есть обьективные недостатки у капитализма?

анонимный вопрос

Не помню, давала ли я раньше определения, но без них никуда.

Капитализм это общественный строй, при котором доминирующими отношениями между людьми являются товарно-денежные.

Ну и, чтоб два раза не вставать, заодно определю ещё несколько воображаемых сущностей.

Феодализм это общественный строй, при котором доминирующими отношениями между людьми являются личные взаимные обязательства.

Деспотизм это общественный строй, при котором доминирующими отношениями между людьми являются отношения прямого насильственного принуждения.

Ну и, куда же без него: коммунизм это общественный строй, при котором доминирующими отношениями между людьми являются отношения дарения.

Соответственно, и упрёки в адрес того или иного строя основываются на его сущности. Капитализм упрекают за то, что при нём всё продаётся и всё покупается. Феодализм — за то, что лояльность при нём важнее компетентности. Деспотизм — за страшно низкую производительность труда и огромные издержки управления. Коммунизм — за проблему безбилетника.

Поэтому для устранения объективных недостатков капитализма там, где людям удобнее, они легко заимствуют элементы иных человеческих формаций. У нас замкнутая экономика и недружественная внешняя среда? Заимствуем элементы феодализма. Моей собственности нанесён ущерб, ответственный за это установлен, но отказывается платить? Деспотизм — то что доктор прописал. У нас семья? Добро пожаловать в коммунизм.

Главное — помнить, что все эти общественные формации это просто умозрительные конструкции, а в реальности есть множество уникальных индивидуальных контактов между людьми, в каждом из которых каждый из участников преследует свои цели и применяет свои средства.

дядюшка Скрудж бывает не только Скрудж, но и дядюшка