Сальвадор и БПН

В Сальвадоре всё в порядке с правом на оружие (от 21 года можно владеть, от 24 лет — носить, для лицензии нужен тест и справка о несудимости), свобода деятельности ЧОПов, всего 7,6% доля госсектора в экономике, низшее налоговое бремя во всей Америке. Теперь вот ещё ПМЖ за три биткоина дают. Не прям анкап, но многое реализовано успешно. При этом Сальвадор — одна из самых преступных стран мира: грабят, убивают и т.д. Где же пресловутый БПН, если любой добропорядочный гражданин может быть вооружён не хуже любого бандита?

Анонимный вопрос

Баланс потенциала насилия (БПН) — это понятие, некогда использовавшееся Битархом в качестве универсального рецепта от насилия (позднее он отказался от столь вульгарной трактовки), почёрпнутое им у Аузана, пересказывавшего модель Хиршлейфера с выводом условий устойчивости анархии. Однако в исходной модели всё отнюдь не сводилось к одному только БПН. Для устойчивости анархии по Хиршлейферу требуется низкая ожесточённость конфликтов, высокая дисперсия ресурсов и достаточно высокий доход от мирной деятельности.

Фактор ожесточённости это некий интегральный показатель, складывающийся из особенностей военных технологий, мотивации сторон и тому подобного. Напрямую он не вычисляется, поэтому скорее познаётся в сравнении между различными конфликтующими обществами. Дисперсия ресурсов обеспечивает трудность появления гегемонии благодаря контролю экономики. Высокий доход от мирной деятельности снижает мотивацию к войнам.

Что мы имеем в Сальвадоре? В анамнезе у него в 1969г. война с Гондурасом, потом гражданская война, длившаяся до 1992г., то есть можно предположить некоторую привычку к силовому решению вопросов, каковую институционалисты прослеживают с дремучих колониальных времён, и которая вообще довольно характерна для Латинской Америки. Ресурсы распределены весьма неравномерно: в крохотной густонаселённой аграрной стране сильный дефицит плодородной земли, и она вся сконцентрирована в горных районах. Уровень бедности и безработицы весьма высок, то есть в стране просто обязано быть большое количество дешёвых бойцов, которые неизбежно будут себя утилизировать, попутно кошмаря бизнес, и тем самым ещё усиливая бедность и безработицу.

Какие факторы должны приводить к уменьшению уровня насилия в Сальвадоре? Во-первых, пресловутый второй демографический переход. Меньше молодёжи — меньше бандитизма. Во-вторых, благодаря тому, что изрядную долю экономики составляют денежные переводы из-за границы, это увеличивает дисперсию ресурсов. Признание биткоина законным платёжным средством уменьшит комиссии на переводы, что увеличит доход от мирной экономической деятельности. Наконец, у страны есть недавний опыт перемирия между бандами и правительством, когда уровень убийств резко снижался. При желании могут повторить, это не только снизит уровень насилия, но ещё и увеличит децентрализацию власти.

Почему власть в Сальвадоре вполне может пойти на децентрализацию? Потому что есть соседний Гондурас, в недавнем прошлом военный противник. И он внедряет у себя панархические проекты, вроде чартерного города Просперы на острове Роатан, и ещё парочки поменьше. Маленький Сальвадор не может себе позволить тактику РФ в отношении соседей, предпринимающих попытки либерализации, потому что силёнок не хватит. Придётся вместо этого самим подтягиваться до их уровня. А зажиточные граждане — это куда более весомый фактор снижения насилия, чем какой-либо мифический БПН.

Чартерные города не помогут достичь свободного общества

Волюнтарист

Не так давно в либертарианском сообществе начали активно обсуждать проект «Проспера» – чартерный город на территории Гондураса. Также идея чартерных городов в целом является довольно популярной среди либертарианцев, многие из них рассматривают вариант автономных юрисдикций и свободных экономических зон, выделенных из-под юрисдикции какого-то государства, как реальную возможность достичь свободного общества.

Какие бы ни были связанные с идеями подобного рода мечты, но они разбиваются подобным образом тому, как разбивается идея систейдинга и создания юрисдикций вне территорий государств в целом (подробнее об этом вы можете узнать в материале «Почему не стоит рассчитывать на создание новых юрисдикций в океане или космосе»). Если насилие всё ещё является актуальным инструментом достижения целей и у новоиспечённой юрисдикции нет на вооружении никаких средств сдерживания нападения извне (признаемся честно: для маленькой КЮ против гигантского стационарного бандита единственным оружием сдерживания может быть только ОМП типа вирусов), то её автономия является лишь ничем не подкреплённой барской подачкой. Серьёзно, как вообще можно рассчитывать на создание свободной юрисдикции по милости стационарного бандита («государства»)?

Конечно, я не спорю с тем, что в определённый момент времени в правительстве конкретного государства могут находиться люди, которые абсолютно не против инициатив подобного рода и готовы выделить под них территорию на условиях максимальной автономности и возможности самостоятельного ведения внутренних порядков вплоть даже до создания собственных законов и правоохранительных механизмов. Но такая власть, как и любая другая власть, не может быть вечной. В любом случае рано или поздно в правительстве произойдут изменения, и где гарантии того, что новая власть не захочет ликвидировать такую автономию, ну или по крайней мере не начнёт сокращать её небольшими шагами, дабы резкими решениями не вызвать чрезмерное недовольство? Например, как правительство Китая в отношении Гонконга? Договорённости сами по себе в данном случае ничем не помогут, правительству на них может быть просто всё равно. В истории уже были сотни и тысячи примеров вольных городов и широких автономий разного рода, и где они все сейчас, помогли ли им соглашения с центральным правительством?

Конечно, представители подобной автономии могут создать свою политическую силу и с её помощью лоббировать свои интересы в центральном правительстве. Однако, таким образом они лишь ввяжутся в очередную борьбу за власть над инструментом государственного насилия. А это уже движение в совсем противоположную от достижения свободного ненасильственного общества сторону. Фактически это то же самое, что просто поменять власть ради силового навязывания обществу своих собственных норм – с либертарианством такое никак не может быть связано.

Надеяться на милость барина – глупая затея. Без устранения насилия как явления в целом или хотя бы без наличия оружия сдерживания, выделенная стационарным бандитом автономия ничего не стоит и ничем не подкреплена. А если средства подобного рода есть в наличии, то может тогда больше смысла в том, чтобы выйти из-под юрисдикции стационарного бандита в каком-то развитом месте, например на территории крупного города, а не на голой земле, где придётся ещё тратить миллиарды долларов на создание инфраструктуры и привлечение людей?

Проспера

Прочитала на RLN.Today завлекушку про чартерный город Просперу на гондурасском острове Роатан. Разумеется, все панархисты с большим интересом следят за этим кейсом, однако пока что излишний энтузиазм выглядит преждевременным. В Гондурасе уже была попытка построить чартерный город, но она сошла на нет, поскольку не удалось договориться с центральным правительством по ряду важных деталей. Сейчас решили попробовать ещё раз, и вроде бы продвинулись дальше, чем в первый раз. Однако если посмотреть буклет с гайдом по иммиграции, то по нему видно, что, по сути, вас приглашают не в особую политическую зону с полностью своим уставом, а просто в Гондурас, согласно гондурасским правилам иммиграции. Не самая плохая страна, более свободная, чем Россия — но всё-таки пока в обёртке вольного города собственно вольного города не видно.

Так что я бы не рекомендовала сейчас срываться и ехать обустраиваться на этом чудесном острове — без предварительного знакомства с инициаторами проекта, чтобы оценить, как далеко на самом деле продвинулись переговоры по политической и экономической автономии будущего города, и каковы будут гарантии её сохранения в будущем.

Впрочем, у Просперы сегодня есть шанс действительно быстро стать вольным городом — нужно всего-навсего открыть свободную иммиграцию для жителей Гонконга и дать новым гражданам возможность установить на новом месте свои гонконгские порядки.