Если конкретнее, то вы согласны с мнением, что Израиль в современной истории защищался от агрессии соседей и был скорее жертвой, чем агрессором (насколько вообще можно считать государство жертвой)? Какое наиболее оптимальное и политически осуществимое решение способно остановить конфликт в регионе, и что мешает его осуществлению?

Вопрос от Zigoter

Начав писать книгу по либертарианской теории войны, я с некоторым недоумением поняла, что при всём своём методологическом индивидуализме никак не могу строить корректные описания без оперирования такими фиктивными сущностями, как коллективные субъекты. Эти умозрительные субъекты были названы мной духами.

Еврейский народ весьма древен, и умудрился выживать на протяжении тысячелетий, поскольку имел и старательно сберегал очень сильного духа богоизбранности народа. Ничто не могло поколебать верности евреев своему духу, но 19 век принёс им сильное искушение: родились духи национализма — явление, получившее название Весна народов. От связи духа богоизбранности и духа национализма родился дух сионизма. Одержимые этим духом предприняли усилия для того, чтобы создать национальное еврейское государство, которое могло бы стать домом для любого представителя богоизбранного еврейского народа.

Государство Израиль в ранний период своего существования на духовном плане представляло собой очень причудливое сочетание: старый еврейский дух богоизбранности, новый еврейский дух сионизма, новый мировой дух социализма, зрелый европейский дух индивидуальной свободы, да ещё и родившийся в ходе Холокоста дух народа-жертвы. Эти духи в чём-то поддерживали друг друга, но во многом враждовали. Получилось динамичное экспансивное государство, которое не только привычно выживало во враждебном окружении, как выживал еврейский народ во враждебном окружении в течение многих веков, но ещё и активно раздвигало свои границы, создавая внутри переваренного пространства зону весьма неплохой безопасности.

Сейчас в Израиле дух народа-жертвы полностью исчерпал свой потенциал, а позиции духа социализма несколько ослабли, в остальном же картинка осталась прежней. До тех пор, пока окружение Израиля остаётся враждебным, отказ от экспансии для него чреват уничтожением: пассивная оборона в условиях прогресса технологий не позволяет эффективно сдерживать врагов.

А почему, собственно, окружение Израиля к нему настолько враждебно? Поначалу Израилю противостояли духи национализма, а они в арабском мире довольно слабы. Поэтому Израилю было достаточно одерживать над той или иной коалицией государств убедительную военную победу, чтобы обстановка заметно успокаивалась. И лишь получивший заметную силу на излёте 20 века дух ислама сделал ситуацию по настоящему сложной, потому что этот дух имеет сильную низовую поддержку, что, собственно, и делает его настоящим духом, а не пропагандистской вывеской, как какое-нибудь православие в РФ.

Покончив с историей, перейдём к либертарианским рецептам. Прежде всего, риторика «мы наносим превентивные удары, потому что иначе нас уничтожат» уже заходит потребителям пропаганды со скрипом, даже если она правдива. Зато именно сейчас на подъёме риторика «свобода наступает», грех не воспользоваться. Вовне Израилю нужно апеллировать не к духу своей богоизбранности, он сработает только на еврейскую диаспору, и то плохо. И не к Холокосту, который как инфоповод уже не продаётся (сейчас вместо него уже приходится использовать 7 октября). И уж тем более не к социализму, грешно гордиться своими внутренними болезнями. А вот лозунг «Мы расширяем пространство свободы» — это не только достойно, но и действенно. «Мы не потому уничтожаем террористические режимы в Газе, Сирии, Ливане и Иране, что они против Израиля, а потому что они террористические. Они направлены против всех свободных людей, хоть внутри контролируемых ими стран, хоть вовне. Ислам — это не религия рабства. Он вполне совместим с идеями свободной торговли. И те политические режимы, которые готовы к торговле, а не к войне, и в которых собственные граждане наслаждаются свободой, Израиль приветствует.»

Разумеется, не нужно путать свободу с демократией, эта ошибка дорого обошлась США, незачем её повторять. Важно не то, как занял должность политический лидер, и есть ли он вообще, а то, насколько свободны люди в рамках этого политического режима, точка. Но, разумеется, такая риторика накладывает ограничения и на внутреннюю политику Израиля, что, впрочем, только к лучшему.