Рубрика: Битарх

Авторская колонка Битарха

Телефон в клетке или как можно защититься от слежки

Мало кто станет спорить, что очень важной является тема слежки спецслужб за активистами через мобильники. На дворе 2025 год, но всё по-прежнему: власти практически всех государств не любят свободу и готовы хорошенько постараться, чтобы заглянуть в ваш смартфон. Даже если вы супер-конспиратор, завели «одноразовый» телефон с симкой «на бомжа» и сидите дома, аккуратненько строчите постики в Телеграм или используете этот аппарат как точку доступа в интернет – остаётся риск, что однажды к вам постучится дядя в погонах.

Как это возможно, спросите вы? Просто: есть старый добрый метод «триангуляции». Если телефон подключён к сети, даже без GPS и Wi-Fi, спецслужбы могут вычислить примерное местоположение устройства по уровню сигнала от ближайших вышек. Делается это не мгновенно, но постепенно можно сузить зону поиска до подъезда, а то и конкретной квартиры. Помните, как вычисляли Джохара Дудаева в Чечне? Ну вот, примерно так же, только теперь это работает ещё быстрее и дешевле.

Но без паники! Есть одно простое решение: клетка Фарадея для телефона. Звучит футуристично, да? На деле это просто чехол или сумка из специальной ткани, которая не пропускает вообще никакие радиосигналы и продаётся на всех маркетплейсах. Телефон внутри такой штуки как будто исчезает из реальности: никакие сотовые сети, Wi-Fi, GPS или Bluetooth его больше не видят. Представьте себе «режим полёта», только стопроцентно надёжный.

И вот тут самое главное: если держать телефон в клетке Фарадея большую часть времени (когда он не используется), вычислить его местоположение почти невозможно. Ведь ни одно правительство мира не станет тратить огромные ресурсы на постоянную триангуляцию какого-то рядового активиста. Такую роскошь спецслужбы позволяют себе только в отношении лидеров повстанцев, а простые активисты уж точно не находятся в списке VIP-персон для стационарного бандита.

Конечно, после покупки обязательно нужно перепроверить чехол Фарадея! Качество не всегда соответствует описанию. Для проверки используется исключительно ваш личный телефон, чтобы не создавать для спецслужб цепочку связей со своим анонимным аппаратом. Поместите личный телефон в сумку и попробуйте на него позвонить с другого телефона (например, телефона друзей или родителей, но не своего анонимного телефона). Если звонок не проходит, значит, чехол годный!

Ещё один совет – всегда стоит использовать платный VPN с высоким рейтингом приватности, как на телефоне, так и ПК, даже если телефон используется как точка доступа в интернет. VPN поможет скрыть реальный IP и усложнит задачу тем, кто хочет отследить ваши действия в сети. Также важно регулярно проверять настройки конфиденциальности телефона и приложений. Не забывайте выключать геолокацию, Bluetooth и Wi-Fi, если они вам не нужны прямо сейчас. Это поможет избежать случайных утечек данных и сделает аппарат менее заметным для сбора информации. Помните, что современные телефоны даже в «спящем» режиме продолжают периодически отправлять запросы и соединяться с вышками и сетями. Не стоит забывать и о физической безопасности: нельзя брать телефон, используемый для активизма, на реальные встречи, а если всё же нужно его переместить – его нужно заранее выключить и поместить в чехол Фарадея. Помните, безопасность – это не просто набор технических действий, а привычка и образ жизни.

Конечно, никакие технологии не могут сделать человека абсолютно невидимыми. Но при должной осторожности можно стать настолько скучным и неинтересным для следящих органов, что они предпочтут потратить силы на что-нибудь повеселее. Берегите себя и оставайтесь свободными!

Волюнтарист, Битарх

Открытость голосования против тирании большинства

Друзья-либертарианцы, давайте поговорим прямо: тайное голосование – это не защита свободы, а вполне себе уютная ширмочка для тех, кто хочет под шумок протащить свои желания за чужой счёт. А если уж ты решил через бюллетень протолкнуть новые налоги, запреты и прочие «подарки» обществу, будь любезен не прятаться за анонимностью и отвечать по полной.

Представьте мир, где голосование перестало быть тайным. Хочешь протащить через бюллетень закон о повышении налогов для соседа – пожалуйста, но будь готов к ответной реакции с его стороны, которая может закончиться для тебя плохо. Да-да, звучит страшновато, но это честно. Ведь бюллетень – это не безобидный листочек, а оружие, с помощью которого государство применяет насилие к тем, кто не согласен с вашим мнением. Тот, кто готов отстаивать свою позицию, должен быть готов и к репутационным издержкам. Голосуешь за закручивание гаек – пожалуйста, все знают, кто автор этих новых цепей. Соседи отворачиваются, друзья перестают звать на пиво, коллеги косо смотрят в офисе – справедливость!

Кстати, любители обязательного AML/KYC при покупке крипты – вот вам аргумент на миллион: если вы считаете нормальным раскрывать личность при каждой сделке на пару сотен баксов, то почему же выборы – гораздо более опасное дело, способное привести к приходу откровенно тиранической власти – должны проходить анонимно? Тиран на троне гораздо опаснее пары парней, которые меняют биток на USDT без паспорта. Серьёзно, кто-нибудь слышал про геноцид, устроенный «теневой экономикой»? А вот у государств по всему миру таких историй целый том!

Кто-то может сказать: «А если работодатель будет угрожать мне увольнением?» Только вот если речь идёт лишь об одном работодателе, то есть ещё возможность подумать: «а может, ну его?». А при риске, что от человека отвернётся, а то и начнёт мстить всё его окружение, он скорее предпочтёт не делать какой-то политический выбор в принципе и вообще не голосовать. И это великолепно! Почему? Потому что меньше голосующих – меньше легитимности у власти. Власть, которую никто не выбирал, выглядит жалко и беспомощно, и ей сложнее ограничивать наши свободы очередными идиотскими законами. Чем меньше людей голосует, тем меньше у власти развязаны руки. Именно этого и добиваются либертарианцы!

Некоторые люди ломают голову над ещё одним вопросом: как Швеция, страна с такими космическими налогами, умудряется оставаться чуть ли не образцом личной свободы? А фишка тут простая, хоть и неожиданная – «полуоткрытое» голосование, которое в Швеции просуществовало аж до 2019 года. Представьте себе картину: приходите вы на участок, а там стопки бюллетеней лежат прямо перед всеми. Берёшь листок обычных умеренных партий – и весь город уже знает твои предпочтения. Решил дерзко потянуться к бумажке ультралевых или ультраправых? Будь готов словить на себе косые взгляды всей очереди. В итоге в Швеции не завелись местные «Трампы» или «Орбаны». Свобод там настолько много, что их хватает и в личной жизни, даже при высоких налогах в экономике.

Получается интересная штука: открытость выбора с чёткими репутационными последствиями – это как хороший тормоз на скользкой дороге. Держит всю систему от радикального заноса в авторитаризм! А значит открытое голосование – это не шаг назад, а гигантский прыжок к свободе. Кто боится открытости, пусть сидит дома и не размахивает бюллетенем как дубиной над другими. А кто готов открыто поддерживать какие-то позиции, особенно посягающие на свободы его соседей, тот пусть, как взрослый человек, несёт ответственность за свой выбор. Иначе ему в принципе нечего делать на голосовании и стоит заняться чем-то более полезным!

Волюнтарист, Битарх

Тюрьмы надоели всем – даже американцам

Представьте, что вы застряли в лифте с незнакомцем, который верит, что сажать людей в тюрьму и подольше – отличная идея для решения всех проблем общества. Как он считает, люди должны находиться под страхом такого исхода, и тогда преступности не будет. Вы, закатив глаза, отвечаете: «Ну да, очень помогает, особенно если тебе нужен новый криминальный приятель или бесплатный курс о выживании, когда все вокруг – волки».

А теперь сюрприз: всё больше людей начинают думать так же, как и вы. Например, как показывает свежее исследование Университета Цинциннати, американцы, которые десятилетиями верили, что тюрьма – лучшее средство от преступности, наконец-то перестали быть фанатами массовых посадок. Исследование подтверждает: большинство граждан США предпочитают направлять ненасильственных преступников на программы реабилитации, лечение или общественные работы.

Теперь американцы не хотят строить больше тюрем и многие из них считают тюремную систему несправедливой. Да, те самые люди, которые когда-то голосовали за законы типа «Три предупреждения – и ты в тюрьме пожизненно», теперь признают, что массовые посадки – это не круто, дорого и совсем неэффективно.

А как там в других странах? Ещё лучше! Посмотрите на Нидерланды. Там за последние 20 лет закрыли около 20 тюрем. Голландцы уже буквально не знают, что делать с пустующими тюрьмами. Там открывают отели и творческие пространства. Представьте: тур по бывшей тюрьме с коктейлями и современным искусством. Почему же такое происходит? Потому что поняли: отправлять в тюрьму человека за мелкую кражу или наркотики – примерно то же самое, что тушить костёр бензином. Из человека после тюрьмы редко получается святой. Чаще всего тюрьма не исправляет человека, а портит его окончательно.

В Германии уже большинство правонарушений наказываются штрафами. Немцы рассуждают просто: зачем тратить деньги налогоплательщиков на содержание мелких нарушителей? Пусть лучше нарушители пополняют бюджет штрафами, чем отсиживают за решёткой за наш счёт. А страны Скандинавии пошли ещё дальше. Там тюрьмы и вовсе называют «школами жизни»: заключённым помогают социализироваться, дают образование и работу, а когда преступность снижается, тюрьмы просто закрывают.

У нас, конечно, своя атмосфера. Исторически посадки были распространённым в России делом. В 2000 году у нас было более 700 заключённых на 100 тысяч жителей – рекордный уровень для развитой страны. К счастью, к 2023-му году показатель снизился до 300. Это уже лучше, хотя всё ещё очень много!

Почему общество поворачивается спиной к тюрьмам? Причин много. Например, тюрьмы стоят бешеных денег. Гораздо дешевле и разумнее вложить средства в образование и профилактику преступности. Также тюрьма не исправляет людей, а чаще превращает их в рецидивистов. Человек выходит с испорченным резюме, нарушенной психикой и криминальными знакомствами. Не совсем тот результат, который нужен обществу. Кроме того, важной причиной является гуманизм – люди осознали, что преступник тоже человек, и его не надо мучить в тюрьме. Наказание должно быть не местью, а возможностью что-то исправить.

Какие есть альтернативы? Хороших решений полно. В первую очередь это восстановительное правосудие – преступник напрямую возмещает ущерб жертве. Работает лучше тюрьмы и стоит дешевле. Также стоит рассмотреть пробацию и общественные работы – человек находится под строгим контролем, но остаётся в обществе. Так он не выпадает из жизни и чаще исправляется. Кроме того, отличной альтернативой будет лечение – даже насильственные преступники не заслуживают негуманного отношения и вместо репрессивного подхода куда эффективнее будет исправить у них дисфункцию механизма ингибирования насилия терапевтическими методами, тем самым полностью исключив рецидив.

Тюрьмы уже выглядят как старомодное наказание из прошлых веков. Тратить миллиарды и получить кучу озлобленных людей обратно? Даже бывшие ярые сторонники карательных мер начинают понимать: чтобы побороть преступность, недостаточно просто запереть людей и забыть о них!

Волюнтарист, Битарх

Технологии рождаются в гаражах, а не в казармах: правда о роли ВПК

Давайте поговорим о распространённом мифе, который наверняка слышал каждый: «без военных разработок мы бы сидели без интернета, смартфонов и GPS». Иначе говоря, считается, что война и оборонка – главный двигатель технического прогресса. Но так ли это на самом деле?

Взять тот же интернет. Нам говорят, его якобы изобрёл Пентагон на случай ядерной войны, но факты этого не подтверждают. На самом деле ARPANET (предок современного интернета) изначально был гражданским проектом, которым занимались различные американские университеты, просто он финансировался из бюджета военных. Военные дали деньги, а всю работу сделали университетские учёные и программисты. А знаменитый протокол HTTP, на котором мы сейчас с вами читаем этот пост, вообще придумали в Европе физики из CERN – чисто ради удобства обмена научными статьями. Армия тут совершенно ни при чём!

Что насчёт GPS? Да, тут реально военные запускали спутники, чтобы ракеты точнее падали. Но почему GPS стал доступен всем? Потому что гражданские сделали из военной игрушки «народную» технологию. Президент Рейган открыл GPS для всех после трагедии с корейским лайнером, чтобы повысить безопасность полётов, и в итоге гражданские разработчики превратили систему навигации из военной тайны в популярное приложение для поиска ближайшей пиццерии.

А знаете, кто создал первый микропроцессор? Нет, не генералы и не спецслужбы – его разработала компания Intel для калькулятора. Тем временем армия делала свои закрытые разработки, которые мир увидел бы не раньше, чем через 30 лет, если бы не гражданские инженеры. Пока военные думали, как не выдать секреты, рынок уже вовсю использовал коммерческие процессоры.

Космос? Казалось бы, здесь-то уж точно военные впереди планеты всей. Да, ракеты сначала создавались как боевые, но реальные космические достижения происходили в основном благодаря гражданским программам NASA, а сегодня частным компаниям вроде SpaceX и Blue Origin. Пока армия спорит о том, как лучше стрелять из космоса, Илон Маск уже запустил ракету, которая сама возвращается обратно.

Почему же военные не всегда самые крутые инноваторы? Потому что у военных главный приоритет – надёжность. Они предпочитают проверенные технологии и избегают рисков. Попробуйте предложить генералу экспериментальную технику на поле боя – он посмотрит на вас, как на сумасшедшего. А вот предприниматели и учёные рисков не боятся, именно поэтому большинство настоящих прорывов происходит в гаражах Кремниевой долины, лабораториях и университетах, а не в засекреченных подвалах спецслужб.

История СССР – яркий пример того, как ставка исключительно на оборонку ведёт к технической отсталости в повседневной жизни. Помните шутку: советская микроволновка настолько надёжна, что в неё можно спрятаться при ядерном ударе – потому что это секретный оборонный прибор весом в полтонны. Гражданская экономика лучше справляется с инновациями, потому что конкуренция и свобода создают мощные стимулы для прорывов. Военные же технологии обычно только догоняют уже созданное гражданскими.

Кстати, если вы думаете, что армия финансирует фундаментальную науку, то снова мимо. Военным нужны гарантированные решения здесь и сейчас, а не исследования, которые дадут результат через 30 лет, да ещё и не факт, что пригодный для боя. Фундаментальными исследованиями занимаются университеты и частные лаборатории. Именно они дают миру квантовые компьютеры, новые лекарства и материалы будущего. А армия просто берёт готовые технологии с полки.

Ещё один пример: IBM, Apple и Google ежегодно регистрируют тысячи патентов, а оборонные ведомства – считанные единицы. Коммерческие компании соревнуются в инновациях, а у военных конкуренция зачастую ограничивается бюджетными тендерами, где главное – не качество, а дружба с нужными людьми в министерствах. Поэтому, когда кто-то скажет вам, что прогресс невозможен без войны, напомните ему: настоящая движущая сила человечества – это мирное любопытство, творческая свобода и нормальная рыночная конкуренция, а не ракеты и танки.

Волюнтарист, Битарх

Как государство задушило 23andMe и убивает биотех будущего

Когда-то тест от компании 23andMe был как iPhone от мира ДНК: слюну в пробирку – и через пару недель ты знаешь, какие болезни тебе грозят, какой у тебя ген кофеиновой зависимости и кто твои предки. За 99 долларов, без врачей и больниц, что было революцией. После запуска компании в 2007 году следовал бешенный успех, все были в восторге, покупали тесты пачками, также компания получила крупные инвестиции. Казалось бы, это победа.

Но тут в кадр входит американский регулятор FDA и говорит: «Погодите. А где доказательства, что ваши тесты точны? А вдруг люди не так поймут результаты своих тестов и навредят себе?» Как результат – в 2013-м году 23andMe запрещают показывать отчёты о здоровье, оставляя только скучные данные и генеалогию. Считайте это, как если бы Netflix оставили без сериалов – только со списками актёров. Компания пытается выжить и танцует с бюрократией: одобряет тесты по одному, ждёт годами, переписывает интерфейсы. В 2017-м ей наконец разрешают вернуть часть функций – но уже не 254 заболевания, как раньше, а всего 10. И стоимость теста становится уже не 99, а 199 долларов.

Очевидно, что для потребителя это выглядит уже далеко не так привлекательно. Конечно, надежды ещё оставались, и в 2021-м году 23andMe вышла на биржу с оценкой в 6 млрд. долларов. Но уже в 2024 году – обвал на 98%, угрозы делистинга, увольнения. Также произошла хакерская атака, миллионы генетических профилей утекают в даркнет. Финальный аккорд – банкротство в 2025 году.

А теперь вопрос на засыпку: где во всей этой истории был потребитель? Хотел он знать о рисках болезни Альцгеймера? Хотел. Мог он адекватно воспринять цифры? Может быть. Но государство решило, что он не готов, что ему рано, что это опасно. И прикрутило гайки, потому что «так безопаснее». И проблема не только в FDA. В Европе, конкретнее в Германии и Франции, вообще запрещены прямые генетические тесты, то есть ты сам не имеешь права узнать своё ДНК без врача. Прямо как в старые времена, когда библиотека была под замком и с привратником.

Компания 23andMe не была идеальной. Да, она экспериментировала, монетизировала данные, совершала ошибки. Но её прикончили не конкуренты, не рынок, а регуляторная машина, которая тормозила каждую инновацию, требовала доказательств там, где шёл прогресс, и мешала миллионам людей узнать больше о себе. А ведь можно было иначе – можно было доверять человеку. Давать информацию с пометкой «не диагноз», как делают Google и Википедия. Можно было создать рынок с конкуренцией, с рейтингами, с развитием. Вместо этого – страх, запреты и «пока нельзя».

Всё это касается не только 23andMe. Это история о будущем биотеха. Препараты генной терапии, персонализированная медицина, профилактика по ДНК – всё это требует свободы действий и гибкого управления, которое помогает, а не душит. Пока же, увы, реальность такова: технологии бегут вперёд, а регуляторы стоят с флажками «стоп».

Представьте себе мир, где можно заранее узнать о своих слабых местах и вовремя принять меры. Где врач лечит не симптомы, а причины, основываясь на вашей уникальной генетике. Где болезни можно не просто лечить, а предотвращать. Это будущее, которое уже могло наступить, если бы стационарный бандит чуть-чуть ослабил хватку. Вместо этого мы живём в мире, где прорывы постоянно натыкаются на бюрократическую стену. Стартапы и инновации вынуждены годами доказывать очевидное, пока технологии устаревают, а деньги инвесторов тают.

И напоследок. Чья это информация – гены человека? Кто должен решать, можно ли знать человеку о своих рисках, мутациях, шансах? Сам человек или чиновник в галстуке, который считает, что «гражданин не поймёт»?

История 23andMe – это не просто падение стартапа. Это напоминание: свобода, в том числе генетическая, не даётся легко, за неё тоже надо бороться. А иначе мы рискуем остаться в мире, где технологии есть, а пользоваться ими нельзя. В мире, где будущее постоянно откладывается из-за бесконечных «нельзя». Давайте не допустим, чтобы это стало нашей реальностью!

Волюнтарист, Битарх

Прочитай и умри: как длинные контракты крадут твою жизнь

Знаешь, что общего у твоей ипотечной бумаги, лицензионного соглашения на смартфон и дьявольского договора с мелким шрифтом от банка? Верно, их невозможно прочитать и понять, не пожертвовав парой лет жизни и нервных клеток. Скажем прямо: это не случайность. Это кража твоего времени и права на осознанный выбор!

Сегодня обычный договор с банком выглядит как злодейский план Джокера: тысяча страниц, заумный язык, «звёздочки», мелкий шрифт. Тебя убеждают, что «так надо», а потом делают круглые глаза: «Ты разве не читал на 843-й странице о том, что ставка плавающая и может вырасти в три раза?» А помнишь ипотечный кризис 2008 года? Миллионы людей подписали договоры с «плавающей ставкой». Большинство даже не представляли, что это значит. И что в итоге? Когда ставка рефинансирования резко взлетела, семьи оказались на улице, а мировая экономика рухнула в жесточайшую депрессию.

А знаешь, что самое страшное? По неформальным опросам, немалая часть людей думает, что если ипотечная ставка 20%, это значит квартира будет дороже всего на 20%, а не на 20% каждый год. И если такие элементарные вещи непонятны многим, то как вообще можно ожидать, что они осилят договор на тысячу страниц, который даже профильные специалисты читают с трудом?

Другие примеры несправедливых договоров:

– Страховка, где тебе не покрывают почти ничего, потому что на странице 58 написано про «исключения».
– Лицензия на ПО, которая даёт компании право следить за твоими действиями на устройстве.
– Мобильный тариф с «безлимитным интернетом», у которого скорость падает почти до нуля после первых 10 ГБ.
– Трудовые контракты, которые запрещают тебе работать в той же сфере после увольнения, чтобы ты не создавал лишней конкуренции.

Давайте назовём вещи своими именами: это не добровольное соглашение. Это мошенничество, прикрытое юридическим языком. Такое же, как если бы тебе продали машину, которая сама собой взрывается через год. Просто потому, что где-то на 287-й странице было написано мелким шрифтом: «Внимание, может взорваться!».

Предлагаю простое правило: любой договор длиннее 4 тысяч слов или написанный языком, который Васян из подъезда не поймёт с первого раза – ничтожен. Всё просто. Не можешь уложиться в понятные пару экранов – значит, хочешь что-то спрятать. Спрятал? Договор не работает. Это справедливо ко всем – даже к банкам, даже к ипотеке. Представь, банк решил хитро вставить пункт о повышении ставки на 999-й странице? Поздравляем, квартира твоя, платить больше не нужно. Сам виноват – хотел нагреть человека на его времени и нервах, теперь платишь по справедливости!

Кстати, даже сейчас во многих странах с независимой судебной системой есть шанс создать прецедент ничтожности какого-либо контракта, даже ипотеки. Можно ссылаться именно на кражу времени и мошенничество, так как банк сознательно подсунул договор, который обычный человек без профильного образования не смог бы понять при всём желании.
Идея на будущее: создать сообщество аудиторов, которые выпускают «значок простоты» (аналог SSL-сертификата). Увидел такой значок – будь уверен, договор понятен и не содержит скрытых подвохов.

Всё это будет возвратом к сути добровольного обмена: люди должны понимать, на что соглашаются. Если человек тратит полжизни, чтобы понять, на что он согласен, то это уже никакой не свободный рынок, а узаконенный рэкет. Мир после этого изменится лишь в лучшую сторону. Банки и компании начнут конкурировать за понятность и прозрачность договоров. Рынок очистится от паразитов, которые кормятся на непонятных бумагах. И наконец, люди вернут себе право осознанного выбора, а значит, и свободу!

Волюнтарист, Битарх

Как государство помогает хакерам красть наши данные

Кому-то может казаться, что регулирование безопасности – необходимое для общества дело. Однако в реальности из-за действий регуляторов всё происходит с точностью до наоборот – бесконечные проверки и отчёты по безопасности, которые вроде должны нас защищать, на самом деле делают ровно обратное. Компании тратят бешеные деньги и кучу времени, чтобы казаться защищёнными перед чиновниками. А на настоящую защиту данных уже не хватает ни сил, ни нервов, ни бюджета. Результат? Очередной взлом, очередная утечка.

Например, вспомним 23andMe. Крутые ребята делают тесты ДНК, чтобы ты узнал, что ты на 3% монгол, на 5% швед, а на 92% – обычный человек, которому просто нечем заняться вечером в пятницу. Казалось бы, должны охранять данные как Форт-Нокс. Только вот в позапрошлом году хакеры вытащили почти половину всех пользовательских данных, и теперь миллионы генетических профилей гуляют по интернету.

Думаете, это исключение? Нет, это скорее правило. Возьмём наш Сбер. Казалось бы, крупный банк, законы жёстче стали, необходимо постоянно отчитываться. А тут – бац, утечка данных 52 миллионов клиентов. И это только из программы лояльности «Спасибо». Видимо, клиенты сказали банку спасибо, но кое-кто решил, что «на здоровье» – это про то, что их данные разлетелись по даркнету.

Но и это не всё. Помните «Яндекс.Еду»? Там вообще был анекдотический случай: доставили пиццу кому-то в секретную квартиру сотрудника ФСБ. Утечка данных из сервиса раскрыла адреса известных людей и сотрудников силовых структур. Так государство ненароком само себе наступило на хвост. Получилось даже смешно, но не тем, чьи адреса стали общедоступны.

Почему так выходит? Потому что регуляторы любят ставить галочки. Они обожают бумажки и отчёты. Условный Вася из отдела безопасности тратит 70% времени на отчётность, и только 30% на борьбу с реальными угрозами. И вот хакеры ломают защиту, которую никто не успел укрепить, пока Вася пытался понять, как заполнить очередную форму в Роскомнадзор. Получается замкнутый круг: взломали → штраф → ещё больше отчётов → снова взломали.

А государство только подбрасывает дровишек. Помните «пакет Яровой»? Телеком-компании вынуждены хранить гигантские объёмы данных, тратя миллиарды рублей. А теперь угадайте, кто слизывает слюнки, глядя на эти огромные массивы данных? Правильно – хакеры. Потому что собрать всё это в одном месте – это как поставить огромный сейф посреди города и повесить записку: «Дорогие воры, тут ценности, мы их не охраняем, потому что деньги ушли на покупку сейфа».

Конечно же, в США картина примерно такая же. Утечки медицинских данных там уже стали народным спортом. За прошлый год слилось столько записей, что их можно подарить каждому американцу по несколько штук на человека. Взлом Equifax, гиганта по кредитным историям – это вообще «классика жанра». 147 миллионов записей уплыли в руки преступников, а компания получила штраф в $700 млн. Представляете, на сколько бы можно было улучшить безопасность, если бы эти деньги заранее пустили в дело, а не в бумаги и штрафы? Мораль тут простая: чем больше стационарный бандит насильно «защищает» наши данные, тем чаще эти данные теряются.

Итак, что же делать? Наверное, меньше заставлять компании тратить силы на бессмысленное заполнение бумажек. Вместо сотен обязательных проверок пусть будет один чёткий стандарт: «Защити данные или плати, но уж не отчётами, а деньгами». И компании сами найдут лучший способ. А то сейчас получается анекдот про слона в посудной лавке: государство топает ногами, посуда разбивается, а виноват, конечно, слон. Поэтому необходимо обходиться лишь простыми и понятными правилами. Регуляторы всё равно приходят и уходят, а наши данные почему-то остаются гулять по сети навсегда!

Волюнтарист, Битарх

Какие моральные ценности более склонны отвергать психопаты

По определению психолога Джонатана Хайдта, мораль – это взаимосвязанные наборы ценностей, добродетелей, норм, практик, идентичностей, институтов, технологий и эволюционно развившихся психологических (нейробиологических) механизмов, которые работают вместе, чтобы ограничивать или регулировать личные интересы и делать возможными кооперативные сообщества. Также Хайдт выделяет пять различных моральных оснований:

1) Вред/забота — данное основание представляет опасения касательно насилия и страданий других, включая сострадание и заботу;
2) Справедливость/взаимность — представляет нормы взаимных отношений, равенства, прав и справедливости;
3) Внутригрупповая направленность/лояльность — охватывает моральные обязательства, связанные с членством в группе, такие как лояльность, предательство и предпочтительное отношение к членам внутренней группы по сравнению с членами внешних групп;
4) Авторитет/уважение — представляет моральные обязательства, связанные с иерархическими отношениями, такие как послушание, долг, уважение к начальству и защита подчиненных;
5) Чистота/святость — представляет моральный идеал возвышенной, благородной и менее плотской жизни, основанный на интуиции о божественности, чувстве морального отвращения, чистоте тела, разума и души.

Первые два основания можно назвать индивидуализирующими, поскольку они нацелены на защиту блага и интересов отдельных индивидов. Остальные основания являются сплачивающими, поскольку они в первую очередь нацелены на некий групповой интерес. И что нам сейчас важно узнать, так это как к различным моральным основаниям относятся психопаты, а конкретнее – индивиды, имеющие повышенные показатели первичной психопатии, состоящей из таких черт, как бессердечность, безразличие и неэмпатичность к другим людям, склонность манипулировать ими и причинять им вред в преследовании своих собственных интересов.

Если говорить о связи сплачивающих оснований с психопатическими предрасположенностями, то обычно исследования показывают либо положительную связь, либо вообще её отсутствие, что не является однозначным результатом. Но что точно можно сказать о психопатичных индивидах, так это о наличии у них относительно большего предпочтения к сплачивающим моральным основаниям, нежели к индивидуализирующим. В основе индивидуализирующих моральных оснований лежит эмпатическая мотивация. А психопатичные индивиды, разумеется, имеют проблемы с ней – их мало волнуют такие вещи, как причинение людям вреда и страданий, взаимность отношений и т. п. Соответственно, исследования показывают, что за повышенными психопатическими предрасположенностями следует снижение предпочтения человека к индивидуализирующим основаниям.

Это очень важно учитывать при продвижении идей, нацеленных на расширение человеческих свобод и снижение причинения людям вреда, например, либертарианства. От психопатичных индивидов с меньшей вероятностью можно ожидать принятиях таких идей, либо же если они и будут ими приняты, то лишь в крайне извращённых формах, допускающих в преследовании каких-то интересов (в первую очередь их собственных) совершение насильственных нападений на людей, умышленное причинение им вреда и нарушение их прав. Снова же, психологически их не особо волнует проблема причинения людям вреда, и их мораль будет строиться соответствующим образом, допуская подобное.

Источники:

  1. Kirrane, M., Farqan, A., Cloak, E. (2024). Exploring a paradox: Psychopathy, Morality and Organisational Citizenship Behaviour.
  2. Glenn, A. L., Iyer, R., Graham, J., Koleva, S., Haidt, J. (2009). Are All Types of Morality Compromised in Psychopathy?
  3. Esser, M. (2022). An Investigation into whether psychopathic traits negatively contribute to moral judgements.

Волюнтарист, Битарх

Хватит бояться метеоритов!

Представьте себе человека, который в жаркий летний день надел лыжный костюм, потому что «вдруг снег выпадет?» Да, безопасность важна, но если перестраховываться всегда и везде, рискуешь выглядеть как минимум странно, а как максимум – сгореть от перегрева. Конечно же мы, как либертарианцы, обожаем свободу выбора и личную ответственность. Но когда дело доходит до проектирования продукта, политики или очередного «революционного» стартапа, многие внезапно превращаются в апостолов страхования от вселенского потопа, буквально крича: «А что, если метеорит? Давайте срочно утроим бюджет на титановый купол!».

А давайте попробуем! Проблема? Ресурсы конечны. Вбухиваешь всё в один параметр – другие худеют, как студент к сессии. Как в классической байке про крепость: можно построить стены толщиной в два метра, а можно вырыть ров, а можно держать гарнизон. Сделать всё и сразу? Только если у тебя банковский счёт Саудовской Аравии. У остальных – неизбежный выбор лишь одного варианта.

Эволюция давно объяснила правило баланса. Посмотрите на павлина: хвост – гламурный, но летает он как мешок с картошкой. Павлин вложил «эволюционные очки» в маркетинг, а не в R&D перелётной авиации. Или страус: отказался от крыльев истребителей, зато бегает, как болид «Формулы-1». Каждому своё, но никто из них не пытался быть одновременно Бэтменом и Суперменом – это слишком дорого.

Теперь перенесёмся из саванны в современный мир. Взять хотя бы государственные структуры, которые любят «перестраховываться». В погоне за тотальной безопасностью и контролем они создают громоздкие законы и регламенты, превращая жизнь в бюрократический ад. Каков итог? Экономика «тяжелеет», становится малоповоротливой, а граждане – несчастными. Все ресурсы уходят на борьбу с воображаемыми и редко возникающими рисками, а стартапы бегут в соседние юрисдикции, где разрешают ошибаться – и расти.

В бизнесе та же песня. Компании, которые боятся рисковать и тратят все силы и деньги на страховки и перестраховки, почти никогда не становятся лидерами рынка. Их обходят те, кто умеет идти на разумные риски и понимает, что невозможно подготовиться ко всему сразу. Хочешь абсолютный аптайм сервера? Вливай деньги в избыточность, как в «прорывную» NFT зимой 2021-го. Но будь готов, что на UX, маркетинг и зарплаты уже ничего не останется.

Пока вы строите бункер на случай зомби-апокалипсиса, ваши конкуренты спокойно завоёвывают рынок. И если апокалипсис всё же случится, он вполне может выглядеть не так, как вы ожидали. Да и чёрт с ним – пусть зомби переживают теперь, как справиться с предпринимателями, привыкшими рисковать и адаптироваться быстрее всех!

Конечно, нельзя «игнорировать риски». Подсчитывать и учитывать их очень важно. Но не становитесь рабами одного-единственного кошмара. Парадокс: чем сильнее ты цепляешься к «worst-case» (наихудшему сценарию), тем ближе подплывает «second-worst» (второй по опасности сценарий), на который не хватило ни времени, ни нервов. Главное – помнить о балансе. Подготовка к худшему сценарию полезна и возможно даже необходима, но если делать ставку только на это – то велик шанс упустить массу возможностей и остаться у разбитого корыта. Жизнь, экономика, эволюция – всё это игры с ограниченными ресурсами. Успех ждёт тех, кто понимает, что невозможно быть готовым абсолютно ко всему.

Так что не стоит носить шлем из фольги, лучше проверить погоду, выбрать умеренный солнцезащитный крем и вперёд – строить. Да, вас могут обрызгать первой лужей. Но альтернатива – жить в скафандре, где и кофе не попьёшь. И если вдруг завтра всё-таки упадёт метеорит… по крайней мере, мы прожили день без лишнего титана на голове.

Волюнтарист, Битарх

От Наполеона к бану: маршрут токсичного комментатора

Все мы знаем такого персонажа: сидит себе за экраном, время 3 ночи, а он всё никак не угомонится. Оставит язвительный комментарий, в котором мало или вовсе отсутствуют аргументы по существу, проверит, ответили ли ему, ещё язвительнее ответит обратно, и так до бесконечности. Кажется, даже кофе ему уже не нужен – он бодрится от чистого негодования.

Почему важно обратить на это внимание? Сетевые тролли – не просто скучающие любители острых ощущений. В реальности это люди с целым набором психологических «спецэффектов». Психологи давно выяснили, что интернет-тролли нередко обладают целым букетом неприятных качеств: нарциссизмом, психопатией и даже садизмом. У такого «комментатора» обычно чрезмерно раздуто эго, он считает себя абсолютно правым и умнее всех остальных. Доказывать что-то такому человеку – то же самое, что объяснять коту правила этикета: можно попробовать, но результат предсказуем.

Подобным троллям глубоко плевать на чувства других, зато им очень нравится выводить людей из себя и наблюдать за их страданиями. Эдакие эмоциональные вампиры, которые питаются вашим негодованием. А самое интересное – у них часто развивается своеобразная зависимость. Каждый новый комментарий, каждая реакция «жертвы» – это для них дофаминчик в чистом виде. Тролль бросает «наживку» и ждёт реакции, как рыбак на зорьке. Вот и объяснение тому, почему они буквально живут в комментариях: их самооценка и удовольствие от жизни напрямую зависят от того, сколько людей удастся разозлить сегодня. Интересно, кстати, что по данным исследований нарциссизм связан с зависимостью от социальных сетей.

Их навязчивая потребность оставить последнее слово в споре доходит до абсурда. Даже если все давно разошлись по домам, тролль вернётся и напишет еще один комментарий. Потому что надо. Потому что он может. А главный козырь троллей – анонимность. Если в реальной жизни так можно легко потерять друзей и быть остракированным, в сети никаких последствий нет. Тролль защищён ником, аватаркой и возможностью создать еще пару десятков фейковых аккаунтов. Он как Джеймс Бонд в мире форумов: никто не знает его в лицо, и он всегда возвращается.

Зачем некоторые люди занимаются бесконечным троллингом? Вариантов масса. Например, в жизни у таких людей обычно немного власти. Зато в комментариях он может почувствовать себя Наполеоном – пусть даже его «империя» ограничивается парой обсуждений в Телеге. Также для некоторых троллинг – это как экстремальный спорт. Им просто скучно жить без драмы. А иногда причиной становятся личные обиды. Вот не дали ему спокойно поспать соседи, теперь он не даст спокойно поспать всему интернету.

Интересный нюанс: многие тролли маскируют своё поведение под свободу слова. Они любят говорить: «Я просто выражаю своё мнение!» Но между конструктивной критикой и агрессивным троллингом – огромная пропасть. Свобода слова – это право высказывать своё мнение, а не право безгранично оскорблять и унижать других в их же сообществах. Тролли, прикрывающиеся либеральными/либертарианскими идеями, по факту дискредитируют саму суть свободы слова и лишь способствуют усилению цензуры и контроля. Ирония в том, что их поведение лишь приближает то, с чем они якобы так яростно борются.

А что с этим делать? Владельцам ресурсов и администраторам стоит быть жёстче на своей частной территории. Тролля, который пытается выводить и оскорблять других, лучше отправлять в режим «только для чтения» – пусть понаблюдает со стороны за адекватным общением. Иногда это единственный способ вернуть здоровую атмосферу в комментарии и дать понять остальным, что правила приличия существуют даже в сети.

А главный совет простым пользователям: не кормите троллей. Им жизненно важна ваша реакция. Лучшее наказание для тролля – игнор. Тролль без внимания – это как рок-звезда без публики: грустно и бессмысленно. Ну и помните: по ту сторону экрана сидит чаще всего несчастный и закомплексованный человек! Это не оправдывает его, но объясняет. Иногда достаточно просто вспомнить об этом, чтобы спокойнее относиться к таким провокациям.

Волюнтарист, Битарх