Владимир Золоторев после долгого перерыва опубликовал очередную главу перевода книги Дэвида Фридмана Правовые системы, сильно отличающиеся от нашей. Итого на сегодня вразнобой переведено четыре главы. Сегодняшняя посвящена правовой системе возлюбленных Михаилом Световым амишей.
По тексту чувствуется, что эти дауншифтеры симпатичны не только многим американцам, но и самому Фридману. Интересно, возникают ли у них сейчас проблемы из-за поддержки Трампа…
Английский оригинал я выложила к себе на сайт где-то в конце августа. Та же судьба постигает и перевод по мере его публикации на mises.in.ua. Обычно в перевод вносятся исправления мелких огрехов, но в целом нет большой разницы, читать его у меня или у Владимира.
На первый взгляд, у свободного, не ограниченного государством, капитализма есть одна фундаментальная особенность – неизбежная концентрация всего капитала в одних руках. Что приводит к ситуации ничуть не лучше “государственного капитализма” в СССР (условно говоря, если сейчас 1% владеет 99% капитала, то понятно, что со временем 0.1% будет владеть 99.9% и так далее). То есть отсутствие государственного вмешательства в рынок ведёт к появлению такого всемогущего монопольного капиталиста, что государство покажется меньшим злом.
Где почитать, если есть, 1) Опровержение (желательно эмпирическое) тезиса о концентрации капитала. 2) Что может остановить концентрацию, кроме неэкономического (читай, государственного) вмешательства?
Вопрос сопровождается донатом в размере 0.00080000 BTC
К сожалению, любые попытки эмпирического подтверждения или опровержения тезиса о неизбежной концентрации капитала при капитализме наталкиваются на искажающее влияние государства. Можно приводить примеры того, как капитал концентрируется, потому что крупные капиталисты успешно лоббируют свои интересы, и в результате в государстве принимаются регуляции, выгодные крупному бизнесу и невыгодные мелкому. При этом остаются за кадром рыночные причины концентрации капитала. Можно демонстрировать, как государственные антимонопольные службы мешают пресловутой концентрации капитала, и при этом остаются за кадром чисто рыночные механизмы, которые также ей противостоят. Поэтому я бы хотела сосредоточиться именно на рыночных механизмах, работающих в том или ином направлении.
Концентрация капитала
Главная рыночная причина концентрации капитала – положительный эффект масштаба. Крупная компания может позволить себе использование большего количества капитальных благ, повышающих производительность труда, что позволяет получать больше прибыли и вкладывать её, опять же, во всё более капиталоёмкие факторы производства.
Также стоит отметить, что потребительские блага усложняются, и производство многих из них непременно требует вовлечения серьёзного капитала. Так, мелкая судоверфь не построит круизный лайнер, а маленькая студия не снимет блокбастер.
Размывание капитала
Теперь посмотрим на причины, способствующие уменьшению концентрации капитала.
Во-первых, помимо положительного эффекта масштаба есть и отрицательный. Чем крупнее структура, тем больше издержек приходится на паразитные процессы. Приказы по цепочке руководства идут дольше, чем от при её отсутствии. Приказ в цепочке руководства с большей вероятностью исказится, чем в условиях, когда индивидуальный предприниматель ставит задачи сам себе или непосредственным исполнителям. Сотрудники в крупных структурах мотивированы уже не прибылью компании, на которую они влияют весьма опосредованно, а искусственными KPI. В результате они больше сосредоточены на достижении KPI, а не на интересах бизнеса. Всё это снижает маржинальность. При определённой величине структуры отрицательный эффект масштаба оказывается сильнее положительного. Разросшийся выше оптимального размера бизнес начинает проедать капитал, уступая долю рынка более мелким конкурентам.
Во-вторых, именно малый бизнес внедряет львиную долю инноваций. Даже в крупной компании опытное производство сравнительно невелико по размеру и опирается на небольшое число дефицитных специалистов. Почуяв сверхприбыль в результате внедрения своей задумки, такой специалист довольно легко покидает компанию и открывает собственный стартап, который и снимает сливки с рынка. Удачные стартапы растут, доля старых капиталов снижается.
В-третьих, ради снижения рисков крупный предприниматель предпочтёт не складывать все яйца в одну корзину, и вложит деньги в несколько компаний. Так размывается структура владения компаниями, собственник уже не может пристально следить за развитием своего бизнеса, ответственность перекладывается на менеджмент, и именно топ-менеджеры становятся главными выгодоприобретателями процесса, а относительный доход инвесторов падает.
Наконец, никуда не исчезает и фактор размывания капитала при наследовании. Чем крупнее компания, тем больше шансов на то, что в завещании будет упомянута куча народу, а также разнообразных фондов, в то время как мелкое предприятие скорее достанется одному наследнику.
И о чём нам это говорит?
Да ни о чём. Оптимальный размер бизнеса для каждой отрасли, а часто также и для каждого региона свой и постоянно меняющийся, он определяется уровнем развития технологий, которые могут способствовать как увеличению отдачи от централизации (например, автомастерские были быстро вытеснены автозаводами после внедрения конвейера), так и увеличению отдачи от децентрализации (так широкополосный интернет резко увеличил число производителей контента и уменьшил средний размер редакции).
Концентрация капитала в руках немногих может и расти, и снижаться, это, в сущности, неважно. Важно то, что на свободном рынке благосостояние наиболее бедных растёт даже тогда, когда благосостояние наиболее богатых растёт ещё быстрее. И вот на эту тему как раз есть множество эмпирических исследований (хотя, конечно, и тут приходится помнить о том, что эмпирика будет неизбежно искажена государственным вмешательством). Подробнее об этом можно почитать в одной из глав переводимой мною Механики свободы за авторством Дэвида Фридмана, которая так и называется: Богатые богатеют, и бедные богатеют. Вожделенная эмпирика там тоже есть.
… когда обнищания рабочего класса всё никак не происходит…
Основной источник дохода государства – налоги, и вероятно, что для уплаты процентов по облигациям государство прибегнет к повышению долговой нагрузки. Неудачные размещения облигаций с точки зрения государства – сигнал, что ему не доверяют настолько, насколько дешево оно хочет привлечь средства, и это может стать причиной сокращения госрасходов.
В то же время невозможность занять может способствовать залезанию в карман через налоги. Я склоняюсь к тому, что лучше не давать в долг государствам, но с эгоистической позиции такое решение кажется не всегда оптимальным – ставки бывают вкусными, а риски низкими по сравнению с другими предложениями на рынке.
Но если с государством не хочется иметь дел и по этическим причинам, то с госкорпорациями всё как-то сложнее.
Частный банкир™
Я долго не бралась ответить на этот вопрос, потому что всё-таки в области финансов слабо подкована. Точно так же, например, в своём недавнем интервью с Алексеем Марковым говорит Григорий Баженов: не моя, дескать, сфера, поэтому здесь я никому не отвечаю, а сам спрашиваю. Конечно, мне проще, потому что вопрос касается не доходности и надёжности тех или иных инвестиций, а этической стороны вопроса, этическое же суждение способен сформулировать кто угодно.
Но даже для того, чтобы ответить с позиций этики, хочется быть уверенной, что не попадёшь пальцем в небо. Собственно, в чём состоят мои сомнения? Допустим, я говорю, что ссужать государству это фу, и надо нести деньги в банк. И это окажется тупой дилетантский совет, потому что банки не только платят меньшие проценты, так ещё и покупают на полученные от граждан деньги всё те же самые облигации госкомпаний. Или я называю какую-нибудь частную компанию, чьи облигации покупать не зазорно, а окажется, что её контрольный пакет принадлежит какому-нибудь упырю, активно сотрудничающему с государством, в том числе для того, чтобы щемить своих конкурентов.
Но если упорно стараться блюсти чистоту мантии, то куда вкладывать? В биткоин? Если речь о том, чтобы отложить на старость, то – однозначно в биткоин. Но если хочется хотя бы частично жить на пассивный доход, то уже хочется выбирать из инструментов, обеспечивающих кэшфлоу. В недвижимость, как завещал Кийосаки? Можно подумать, застройщики в России – меньшие упыри, чем топ-менеджмент госкорпораций. Да, собственно, и с биткоином не всегда понятно, откуда монеты. Может, ты помогаешь чиновнику отмыть взятку? Конечно, наиболее этически безупречные инвестиции – это агористский бизнес. Но о какой надёжности тут может идти речь?
Поэтому давайте я отвечу так. Само желание размышлять о том, какие инвестиции более этичны, а какие менее – прекрасно. Стремление наказывать компании или правительства за неэтичные поступки сбросом их бумаг – мощный репутационный инструмент, им стоит пользоваться. Но в условиях, когда трудно найти полностью чистые активы, можно, по крайней мере, практиковать умное голосование: покупать тех, кто относительно приличен, в ущерб тем, кто совсем отморозки. При прочих равных – предпочитать частников госкорпорациям. Если есть выход на мировые фондовые рынки, то присматриваться к бумагам правительств и компаний из более прилично себя ведущих стран. Но, разумеется, при этом не забывать о рисках и прибыли.
Выкладываю предпоследнюю главу Механики свободы, Внеклассное обучение: либертарианский подход к детям. Фридман подробно рассказывает, как кидался книгами в своих детей, наблюдая, какие прилипнут, и прочие приколы, милые сердцу каждого анкапа. Если в первых главах книги, написанных, пока автор ещё не успел обзавестись собственными детьми, он агитировал за вполне вегетарианскую идею о внедрении школьных ваучеров, то в дальнейшем заделался куда большим экстремистом и начал посягать на школы как таковые.
В США прошли довольно грязные выборы в коллегию выборщиков, и какое бы решение электоры в итоге ни приняли насчёт кандидатуры президента, его легитимность будет под большим вопросом.
В ЛПР окончательно оформилось разделение на две независимых партии. Обе провели свои съезды, избрали руководящие органы, скорректировали уставные документы – и намерены конкурировать за людей, желающих вступить в либертарианскую партию.
ЛПР – это ориентир для системы управления США. Точно так же, как совсем ещё недавно было в ЛПР, США расколоты примерно пополам, а это означает, что каждая из сторон вынуждена тратить несоразмерные усилия по навязыванию своей повестки второй стороне, а та лишь ждёт удобного момента, чтобы после очередных выборов поотменять это всё к чёртовой матери. На выборы в США было потрачено несколько миллиардов долларов, этого бы хватило для реорганизации единого дисфункционального правительства в систему из двух контрактных юрисдикций, каждая из которых могла бы свободно конкурировать за налогоплательщиков.
В ЛПР есть региональные отделения, почти в полном составе ушедшие в один из форков партии, а есть колеблющиеся штаты, где в итоге образовалось по два полноценных отделения. Схожим образом должно получиться и в США: крупные города почти в полном составе уйдут под демфорк, глубинка под респфорк, а где-то образуется достаточная чересполосица, чтобы для смены юрисдикции не нужно было даже переезжать в соседний квартал, потому что представительства обеих расположены в одном квартале.
Хочу пожелать США не останавливаться на достигнутом расколе и продолжить его углубление, не скатываясь в гражданскую войну. Хочу пожелать ЛПР бурного развития, подстёгиваемого конкуренцией. Хочу пожелать читателям видеть в происходящем ростки прекрасного будущего, а не закат цивилизации.
Не секрет, что Михаил Светов раздербанил ЛПР с единственной целью: избавиться от тягостной обязанности принимать участие в организации чтений Адама Смита и без помех провести свой стрим, посвящённый выборам в США. Поэтому чтения в 2020 году пройдут в странном формате, когда лекторы будут выступать перед гигантской аудиторией аж в тридцать человек, а основной акцент будет перенесён на онлайн-трансляцию.
Исторически с трансляцией у чтений вечно возникали какие-то проблемы. Вот и сейчас, хотя они начнутся уже завтра, ссылки на стрим до сих пор не светят. Её обещают за час до начала трансляции выдать тем, кто совершит дополнительное бессмысленное действие – зарегистрируется в таймпаде мероприятия. Разумеется, этого делать не требуется – вот вам ссылка. Впрочем, любим мы чтения не за странную политику проведения стримов, а за интересную программу. Посмотрим, что нам приготовили на этот раз.
Экономическая секция «Богатство народов»
12:05 — 12:45 Григорий Баженов, экономист, Sensory order Фридриха фон Хайека. Ранее выступал IX чтениях с докладом о том, возможна ли этически нейтральная экономическая наука. Сейчас ведёт ютуб-канал Furydrops. 12:45 — 13:30 Валерий Кизилов, экономист, Экономика коронакризиса: старое и новое. Не знаю, выступал ли ранее на чтениях Адама Смита, но вот в качестве примера его лекция на прошлогодней конференции “Конституция свободы”. 13:30 — 14:10 Фарид Хусаинов, экономист, Железнодорожная отрасль и невидимая рука рынка. Вот пример его предыдущего выступления: Как государство завладело железными дорогами – IX чтения.
Этическая секция «Нравственные чувства»
14:30 — 15:10 Людмила Петрановская, психолог, Этические аспекты дискуссий около COVID-19. На чтениях вроде бы ранее не выступала, в сети в основном лежат ролики про детскую психологию. 15:10 — 15:50 Алексей Ракша, демограф, Правда и смертность в эпоху Ковида. Вот пример его вчерашнего выступления на Эхе Москвы. Подозреваю, что оно будет сильно перекликаться с темой лекции. 15:50 — 16:30 Антон Кузнецов, философ, Свобода воли и наука. В сети висят в основном его выступления касательно проблемы сознания. Вот, например, прошлогоднее.
Политическая секция «Политическая риторика»
16:50 — 17:30 Александр Филиппов, социолог, Возрождение Левиафана как вызов и проблема. Вот пример его выступления в рамках проекта Открытый университет, о смысле государства. 17:30 — 18:10 Даниил Цыганков, социолог, автор телеграм-канала Комиссия по регуляторике, Российский фронтир: рождение поля политики из регуляторного гнета государства? В качестве примера его выступлений могу предложить интервью с Цыганковым на канале СВТВ – из тех ещё времён, когда Михаил Светов умел сотрудничать с Сергеем Бойко. 18:10 — 18:50 Евгений Варшавер, социолог, Интеграция мигрантов в России: теория и практика. Вот пример его выступления на Постнауке – как раз про интеграцию мигрантов.
В общем, если во время ночи выборов вам станет скучновато на световском стриме (или на конкурирующем стриме от Леонида Волкова), то у вас будет возможность заранее познакомиться с лекторами предстоящих чтений Адама Смита. Ну а я буду комментировать чтения в текстовом формате у себя в телеграм-канале (возможны ремарки в твиттере по ходу дела, хотя твиттером я толком не умею пользоваться).
С большим наслаждением послушала на канале Екатерины Шульман запись дискуссии о результатах цифровой революции, в коей она участвовала, будучи приглашённой, видимо, для исправления гендерного дисбаланса, в компанию из трёх представителей цифровой отрасли.
Особенно мне понравился момент, когда Андрей Себрант, отвечая на вопрос о том, кто будет нести ответственность за аварию беспилотного автомобиля, заявил, что для ответа просто нужно дождаться сотни таких аварий. Мол, на заре автомобилестроения превентивно предлагались совершенно удивительные меры регулирования, вроде бегущих перед авто мальчиков с флажками, а в итоге мы получили правила дорожного движения, разметку и так далее, чего никто себе заранее не мог и вообразить. Так же и с судами при анкапе, которые, конечно, ответят на вопрос о том, как они будут работать. После того, как заработают.
Обязательно посмотрите, там и сам формат дискуссии выбран довольно интересный, и эксперты в кои-то веки не затмеваются Екатериной Михайловной, и ведущая просто прелесть, мне бы такой шарм.
Как при анкапе обстоит вопрос с правами животных? В отличие от людей, у них нет возможности самообороны
Разжигатель ненависти к москалякам
Мне нечего добавить по этому вопросу ко всем моим ранним текстам по сабжу, так что я воспользуюсь поводом просто сослаться на них.
Либертарианство и охрана окружающей среды. Тут я рекомендую световский ролик про то, что если мы хотим больше животных, давайте их есть и всячески извлекать из них выгоду. Плюс упоминаю Остром, которая показывает, что делать с трагедией общин применительно к дикой природе.
Зоофилия. Здесь рассказывается про правовой статус животных, про мораль в качестве главного регулятора отношения к зверюшкам, а также неожиданно всплывает кот по имени Стаббс.
Права животных. Тут приводится одна из первых моих неуклюжих формулировок о том, что право есть претензия, которую терпят, и даются советы для фанатов древнего Рима.
Об убийстве животных в зоопарке. Начинаю с комариков, прохожусь по кейсу с одной неудачливой обезьяной и заканчиваю светлым прогнозом о том, как Землю поглотит девственная природа.
О правах разумных нелюдей. Показываю подходы к установлению правовых отношений с нечеловеческим разумом – на примере попугая.
Вообще, при сочинении очередного вопроса очень рекомендую предварительно заглядывать на страничку навигации и проходиться поиском по предполагаемым ключевым словам вашего вопроса. Вполне вероятно, что вы получите довольно разноплановый ответ на ваш вопрос по уже опубликованным материалам.
Для кого-то девушка из lofi radio, а для кого-то иллюстрация права животных валяться на кровати
Глава 64, Некорректное использование аргументов об экстерналиях, посвящена вопросу о том, как мозг даже самого непредвзятого исследователя склонен подвёрстывать факты под готовую концепцию, когда дело касается поиска аргументов для тех или иных целенаправленных действий. И это не говоря уже о затруднительности отнесения тех или иных возможных последствий к положительным или отрицательным, а также возможном сознательно предвзятом подборе фактов. Всё это здорово выбивает почву из-под утилитарных соображений, которыми оправдывается та или иная политика, а потому в таких вещах уместнее руководствоваться скорее общетеоретическими, правовыми и этическими критериями, а спекуляции о том, что если немедленно не пойти строем в нужном направлении, то случится конец света, оставить демагогам.
В Петрозаводске недавно отменили правила размещения вывесок и, скорее всего, предприниматели вновь начнут вешать очень яркие баннеры, дабы заявить о своем заведении, правда, обычным людям такой расклад явно не очень будет нравиться. Что будет с дизайн-кодом вывесок (и с фасадами зданий, ведь по-разному застекленные балконы, да кондиционерные блоки, портят внешний вид объекта) при анкапе?
анонимный вопрос
Это типичный пример вопроса об экстерналиях. Кто оплатит собственнику исторического здания аккуратную реконструкцию вместо дешёвого и качественного современного ремонта? Кто запретит уродовать фасад удобными и полезными кондиционерными блоками? Кто побудит делать баннеры и вывески радующими придирчивый вкус эстета, а не увеличивающими продажи? Кто, если не государство?
Вы, конечно, заранее знаете, что на этот вопрос должен ответить любой анкап. “Конечно, рыночек”, – ответит анкап. Но как рыночек всё это сделает? У него нету ручек. Есть у рыночка невидимые ручки, не беспокойтесь. Сейчас поясню, откуда они растут.
Сначала невидимые ручки берут экономику за шкирку и вытаскивают из очевидной жопы. Если никакое государство не будет при этом цепляться за экономику, то рыночку будет легче её вытащить. Каждый предприниматель будет сам решать, ориентируясь на местные культурные нормы и собственные представления о допустимом, какого размера и какой кислотности цветов здесь уместна вывеска, чтобы получить максимум прибыли. И чем лучше защищено его право собственности на то, что под вывеской, тем в более долгосрочной перспективе эта прибыль будет рассматриваться.
Бедный купит квартиру подешевле, по возможности вместительную и не слишком далеко от работы. Зажиточный купит просторную и уютную. Богатый построит красивый дом, в котором каждая деталь будет радовать лично его глаз. Где-то между зажиточностью и богатством о такой архаичной проблеме, как торчащий на видном месте кондиционерный блок, уже будет как-то странно вспоминать.
Какие-то исторические здания будут снесены ради объектов, которые принесут больше дохода. Когда этот доход превратится в богатство и процветание, оставшиеся исторические здания окажутся дорогими и престижными – в их бережную реконструкцию вложатся те, кто захочет жить в исторических зданиях сам или селить там туристов. А кому не хватит старых исторических зданий, найдёт классного архитектора, и тот построит новое здание, которое станет не менее историческим – несмотря на то, что в нём-то будут предусмотрены ниши для кондиционерных блоков. И вывески на нём будут смотреться солидно и благородно. А может, сочно и неоново, если таков окажется дух квартала. Потому что зачем вешать вывеску, нарушающую дух места, особенно если ты не стеснён в средствах? Она будет не столь эффективна.
А где-то вместо таких тонких материй, как дух, будут строгие правила, предписанные собственником территории – или товариществом собственников. Они в своём праве, но скорее всего и они будут своими правилами добиваться того, чтобы их земля стоила дороже, район считался престижнее, а арендатор не слишком пугался ненужных строгостей. У них для этого будет куда более непосредственная мотивация, чем у чиновников из какого-нибудь градостроительного управления.
