Анонимный вопрос
Иногда стоит отвечать и на вопросы не о политике)
Думаю, понял бы он многое, но то, как именно он бы понял эти мысли, женщину бы немало удивило. Для мужчины, грубо говоря, «50 оттенков серого» — это про сорвавшуюся сделку, а не про гордость и предубеждение, а «Источник» — про архитектуру, а не про смысл жизни.
Михаил Светов выпустил новое видео, в котором в краткой форме сформулировал свои неоднократно повторяемые в лекциях мысли: открытые границы нарушают свободу ассоциации, мир без границ это мир, в котором некуда бежать, и прочий свой известный набор парадоксальных умозаключений. Но не успела я сформулировать, что же не так с его концепцией, как это сделала Вера Кичанова — тян, которая довольно долго сама была медийным лицом ЛПР, потом эмигрировала, и через некоторое время на освободившемся месте воцарился вернувшийся из-за границы Михаил Светов.
Таким образом, перед нами идеологическое противостояние двух медийных тяжеловесов, и уж, конечно, оно стоит внимания.
Вера отмечает два логических противоречия в ролике Михаила: во-первых, государство создаёт не открытые, а закрытые границы, открытые же границы существуют по умолчанию, без всякого государства; во-вторых, свобода ассоциации это в первую очередь всё-таки право ассоциироваться, а не отгораживаться, и закрытые границы нарушают это право.
В сущности, в дискуссии участвует несколько пониманий слова «границы». Во-первых, граница как линия, через которую перемещаются люди, товары и деньги. Во-вторых, граница, как линия, разграничивающая территории с разными порядками. Михаил пугает тем, что везде установятся единые порядки (мир, в котором некуда бежать) и ради этого призывает закрывать границы для перемещения людей (а меркантилисты вторят ему и предлагают заодно ограничить движение товаров и денег). Вера же предлагает полностью устранить границы первого типа, но ничего не имеет против вторых, потому что это и есть проявление свободы ассоциации.
Извините, если выразилась достаточно сложно, но и тема не самая тривиальная.
Анонимный вопрос
Если мы рассматриваем сценарий «либертарианцы пришли к власти», значит, имеет место следующая картинка: в более или менее либеральном государстве более или менее демократическим путём появилось правительство, которое декларирует цель перехода к минархистскому государству.
Сложно сказать, что такое правительство сделает сразу, а что чуть позже. Понятно, что реформы нужно делать как можно быстрее, но во многом скорость будет определяться кредитом доверия этого самого минархистского правительства.
Поскольку кредит доверия не абсолютный, важно не растратить его на всякие малозначительные вещи, как это сделал какой-нибудь Ющенко после оранжевой революции.
Я бы начала со следующих мер:
И вот если моё правительство сумеет не только всё это быстро провернуть, но и удержаться у власти, то тогда уже можно будет заняться менее срочными вещами, вроде отмены возраста согласия и декриминализации продажи тяжёлых наркотиков, но это всё равно будет менее приоритетной задачей, чем, например, отмена НДС, судебная реформа и многое-многое другое.
Ну а если речь не о правительстве минархистов, а об эволюционном переходе к анкапу, минуя стадию минархизма, то там сам термин «придут к власти» попросту некорректен.
Анонимный вопрос
Дороги это легко доступный обыденному пониманию пример общественного блага, которое обеспечивается государством за счёт:
В общем, дороги это большое, сложное и дорогостоящее нечто, но при этом любой владелец автомобиля может выехать на дорогу и бесплатно по ней ехать. А если делать платные дороги, которые будут принадлежать разным хозяевам, то мысленному взору рядового автовладельца немедленно предстают бесчисленные шлагбаумы, очереди к ним и тому подобные неуклюжие интерфейсы по отъёму бабла. Нафиг-нафиг — думает автовладелец — лучше уж налоги.
То, что строительство платных дорог может быть выгодным, не доказывает преимуществ анкапа. Преимущество анкапа доказывает то, что выгодным может быть строительство бесплатных дорог.
Дорога не ведёт из пустоты в пустоту. Она соединяет участки земли, повышает этим их транспортную доступность, а значит, и коммерческую ценность. Именно ради повышения ценности своей земли её владельцы кровно заинтересованы строить к ней дороги. И это вам подтвердит любой владелец дачи в дачном кооперативе.
Анонимный вопрос
Кто вообще занимается в Анкапистане прививками? Очевидно, те, кому это выгодно. Но если все вокруг привиты, а ты нет, то вероятность заразиться оказывается ничтожной. Возникает эффект безбилетника: каждому выгодно не быть привитым самому (не надо тратиться на прививку, не надо сталкиваться с побочными эффектами), но каждому выгодно, чтобы привились все остальные. Этатисты пугают нас тем, что без благого государева кнута никто вследствие этого эффекта и не привьётся.
Наиболее очевидным выгодоприобретателем от того, что люди массово прививаются, становятся страховые компании: люди меньше болеют, а значит, меньше размер страховых выплат. Поэтому в нашем любимом Анкапистане именно они весьма заинтересованы в том, чтобы стимулировать людей прививаться. Можно просто ставить наличие прививок условием покупки полиса, но проще снижать цену полиса для тех, кто привился.
В результате, во-первых, появляется экономический стимул для создания другим положительной экстерналии, а во-вторых, те, кто не прививается, менее всего заинтересованы в том, чтобы кучковаться. Наоборот, в их интересах рассеяться как можно равномернее, чтобы получить выгоду от общественного иммунитета.
Вообще, почти всегда проблемы, решаемые в условиях государства при помощи кнута, в Анкапистане решаются при помощи пряника. Переходите на нашу сторону, у нас есть пряники!
Анонимный вопрос
Да, действительно, собственностью может становиться только редкий ресурс. Пока информацией владеет десяток человек, это редкий ресурс. Когда информация известна всем, о какой редкости может идти речь? Между тем патентное право — это насильственное навязывание всем состояния, когда они знают нечто, но обязаны делать вид, что не знают. Это как если я сделаю прикольный принт на майке, буду её носить, а потом преследовать всех, кто вдохновится этим принтом и сделает себе такой же, или как-то творчески переработает идею.
Но вопрос был не в этом, а в том, как изменится скорость появления новых технологий, когда патентное право сдохнет.
Изменится сам способ появления новых технологий. Сейчас выгодно разрабатывать нечто изолированным коллективом, не зная, над чем работают конкуренты, тратить кучу ресурсов на защиту от утечек, затем получить патенты — и тем закрыть дорогу остальным. Всё, у тебя приоритет, можешь выдохнуть и спокойно пользоваться результатами, пока остальные пытаются найти обходные пути развития технологии, которые ты патентом не защитил.
При отсутствии патентов будет выгодно работать максимально открыто и обмениваться всеми промежуточными результатами со всеми желающими. Скорость разработки вырастет. Эффективность технологий вырастет, потому что не будет нужды пользоваться обходными незапатентованными путями.
Спрашивается, зачем производителям тогда вообще кормить своих разработчиков, не выгоднее ли сэкономить на них и пользоваться чужими разработками? Нет, не выгоднее, ведь максимум прибыли на рынке получит тот, кто первым успеет наладить производство и продажи, а для этого нужно очень плотно находиться в теме всех последних разработок. Поэтому собственная команда разработчиков — это не только элемент престижа, но и способность оставаться на переднем крае технологии.
В результате тем, кто захочет оставаться на месте, придётся бежать вперёд ещё быстрее, чем сейчас, ведь никакое государство не будет никому связывать ноги никаким патентным правом.
Анонимный вопрос
Многие полагают, что приручить можно любую тян: подсадить на спонсорское бабло, отдоминировать апэшечкой, взять в жёсткий рейдерский захват… Первый способ самый опасный, он действительно может сработать, если тот, кто приручает, будет действовать аккуратно. Очень надеюсь распознать подобные вещи вовремя. В сущности, для этого достаточно держать глаза открытыми и помнить о своих собственных ценностях: выбирая между достижением тактических целей и ценностями, всегда следует предпочитать ценности.
Анонимный вопрос
Возраст согласия — это просто произвольно взятый возраст, начиная с которого государство позволяет безнаказанно считать ответ «да» ответом «да», иначе говоря, это грубый и дорогой в обслуживании костыль здравого смысла. В отсутствие государства ничто не мешает человеку самостоятельно исходить из здравого смысла и самостоятельно взвешивать последствия своих действий.
Что касается ответа «нет», то либертарианство ни в каком возрасте не позволяет безнаказанно считать его ответом «да», что разрешает проблему насилия.
Анонимный вопрос
Вы о чём вообще? То, чем призваны распоряжаться государственные чиновники, вообще не является собственностью. Это просто ничейный ресурс. Лучше всех понимали, что такое государственное, советские люди, которые изобрели формулу «ты здесь хозяин, а не гость — тащи с работы каждый гвоздь». Между прочим, именно эта тактика по отношению к государству и привела к тому, что оно закончилось, его буквально растащили по гвоздю, и только после этого у людей появилось некоторое количество ранее недоступной им собственности.
Так что граффити на ничейных стенах — это просто украшение за свой счёт пространства вокруг себя.
P.S. По итогам обсуждения ответа добавлю. Граффити на госучреждении это не покушение на собственность (госучреждение не находится в собственности), но это покушение на привилегию госчиновников безраздельно распоряжаться стенами здания.
Анонимный вопрос
Как же не хватает в русском языке этой изящной разницы между can и may! Смочь-то он сможет, да кто ж ему такое спустит?
Это была боевая ситуация? Тот, кто стрелял — он, что, принял член за пистолет? Нет, сам-то он достал для выстрела вовсе не член. Угрозы жизни и безопасности ребёнка не было, угрозы экономического ущерба — тоже, при чём тут нарушение NAP? Налицо нарушение культурных традиций с точки зрения возмущённого родителя, и нарушение NAP с его стороны.
Можно ли в либертарианском обществе безнаказанно пренебрегать чужими культурными традициями? В теории — да. На практике это будет означать постоянные трения, вплоть до летального исхода, с неизбежными последующими урегулированиями. До тех пор, пока люди будут оценивать издержки от совместного проживания с представителями иных культур ниже, чем издержки размежевания, будет сожительство. Как только издержки сожительства покажутся выше, начнётся размежевание. Обычная праксиология, ничего сложного.
Может, вместо этого вернуться к центральному регулированию? Увы, это приводит к появлению привилегированных культурных групп, когда, скажем, условные поборники скреп имеют привилегию взыскивать ущерб за оскорбления общественной морали, а сторонники иных норм такой привилегии лишены. От этого куда больше трений в обществе, чем если вообще ничего не трогать.
