Тег: насилие

Этология Homo sapiens: почему твой мозг сильнее твоего «хочу»

Есть одна вещь, которая очень раздражает наших скептиков: они обвиняют нас в «биологизаторстве», когда мы говорим, что насилие и агрессию можно эффективно сдерживать, воздействуя на механизм ингибирования насилия. Они возмущаются: «Как же так? Если человек хочет совершить насилие, это выгодно, не несёт рисков, и ничто не мешает, неужели вы верите, что какая-то нейробиология его остановит?» Конечно же остановит! Потому что это не «какая-то нейробиология», это самая настоящая биологическая стена, которую не пробить даже самой железной силой воли.

Сразу отметим: этология – это не только про животных. Человек, Homo sapiens, это такое же животное, как и все остальные. Да, мы гордимся тем, что умеем строить ракеты и писать философские трактаты. Но под капотом у нас сидит та же звериная «прошивка». Хотя из-за развитого неокортекса мы способны строить крайне сложные представления о мире, нашим поведением часто управляют глубоко спрятанные нейробиологические механизмы, до которых сознание дотягивается с огромным трудом. Или вообще не дотягивается.

Приведём небольшой список того, что контролирует твоя внутренняя «биология», или эдакий «этологический стек»:
– Насилие и его ингибирование,
– Депрессия, тревожность и страхи,
– Привязанность к детям и партнёру,
– Пищевое поведение и жажда,
– Половое влечение,
– Сон, бодрствование и биологические часы,
– Температура тела,
– Склонность к риску и авантюрам,
– Мотивация и апатия.

А теперь проведём небольшой мысленный эксперимент. Представьте себе, что мужчина сильно хочет физической близости с женщиной, но его организм почему-то «не хочет». Ну, бывает. И тут возникает вопрос: может ли он, используя только силу мысли, заставить себя захотеть? Как говорится, «не будем называть конкретный бренд», но все знают, что в такой ситуации без специальных препаратов не обойтись. Почему? Потому что сознание не управляет нейробиологией напрямую. И его влияние на фактические реакции и поведение сначала проходит через ту самую звериную «прошивку».

Давайте теперь предложим открытый вызов скептикам: когда сможете понизить температуру своего тела на пару градусов исключительно силой воли – приходите, обсудим и сценарий, при котором нейробиологический ингибитор насилия может вдруг «не сработать» у психически здоровой и непсихопатичной личности, в которую заложено рефлекторно испытывать сильное внутреннее отторжение к причинению людям вреда. А до тех пор давайте признаем: биология часто оказывается сильнее разума. Это не фатализм, а трезвый взгляд на то, кто мы такие на самом деле. Это понимание своих естественных границ и возможностей, а также поиск путей воздействия на них. И в конце концов, осознание своей биологии – это и есть настоящий путь к свободе!

P.S. Признаюсь честно – интерес к этологии появился у меня задолго до запуска нашего проекта по ингибитору насилия и связан он был с личной историей моего друга детства, который получил серьёзное заболевание из-за «неправильного дизайна», если так можно выразится, одного нейробиологического механизма, упомянутого выше в списке (к насилию вообще не имеет отношения). Нужно понять и принять, что эволюция вырабатывает признаки (механизмы) всегда с компромиссами и «костылями», которые, к сожалению, могут быть неизбежны и безальтернативны. Наверняка и у ингибитора насилия есть что-то подобное. Однако нужно всегда смотреть на соотношение пользы/вреда и не отвергать механизм, дающий огромную пользу для подавляющего большинства людей гарантией ненасильственной кооперации между ними, но возможно негативно повлиявшего на судьбу одного человека из миллиона. Это также относится и к другим приведённым выше механизмам. Хаять всегда легко, но попробуйте-ка разработать с нуля тот же ингибитор насилия или что-то ещё из «этологического стека» на других принципах, без компромиссов, на которые пошёл естественный отбор?! Слишком сложно? Так давайте ценить то, что дала нам природа, ведь даже с компромиссами лучше, чем вообще без ничего!

Волюнтарист, Битарх

Топливо насилия: скрытая история этилированного бензина

Представьте себе – кто-то изобретает вещество, которое полезно на практике, но также крайне токсичное и оказывает на людей серьёзные негативные эффекты, включая проблемы со здоровьем, психические расстройства и даже насильственность. Впрочем, создатель этого вещества, несмотря на полную осведомлённость о таких последствиях, решает скрыть эту информацию, и тем самым отравить весь мир. История кажется фантастической, однако это то, что когда-то произошло в действительности.

В 1921 году инженер Томас Миджли обнаруживает, что вещество под названием тетраэтилсвинец (ТЭС) можно использовать как антидетонатор для существенного улучшения свойств топлива. После этого крупнейшие американские корпорации «Дженерал Моторс» (на которую работал Миджли), «Дюпон» и «Стандарт Ойл» создают совместное предприятие для производства и продажи антидетонатора с ТЭС, который получает простое название «Этил». И в последующие несколько десятилетий основная доля транспорта в США и во всём мире начинает пользоваться так называемым этилированным бензином.

Казалось бы, мир получил отличное топливо, и все должны от этого выиграть. Только вот от общественности решили скрыть важный факт – ТЭС чрезвычайно токсичен для человеческого организма. Уже в 1924 году случился инцидент, когда на одном из предприятий в течение нескольких дней погибло 5 и стали инвалидами 35 рабочих в результате отравления. Мало того, в этом же году отравился даже сам Миджли, из-за чего ему пришлось уйти в длительный отпуск. Однако он решил скрывать этот факт и заявлять на публику, что контактировать с ТЭС абсолютно безопасно и не причиняет организму никакого вреда.

Конечно же, со временем опасность становилась всё более очевидной для общественности. Первым забил тревогу геохимик Клэр Паттерсон, который в 1940-х годах обнаружил, что абсолютно вся поверхность Земли, включая воздух, оба полюса и воды мирового океана загрязнены продуктами сгорания ТЭС. Позже он также собрал данные, что содержание свинца в организмах людей повысилось в десятки и сотни раз в сравнении с уровнем, наблюдаемым в останках тех, кто умер до массового использования ТЭС.

Разумеется, после множества исследований, доказывающих серьёзную опасность этилированного бензина, он постепенно был выведен из производства во всём мире. Однако катастрофические последствия ещё долго давали о себе знать. В 1970-х годах исследователь Герберт Нидлман обнаружил, что повышенный уровень свинца в организме детей связан со сниженной академической успеваемостью. Производители ТЭС пытались всячески его дискредитировать, ставя под сомнение научность его исследований, однако со временем его репутация была очищена.

Хоть и свинец является токсичным для многих органов человеческого тела, особенное внимание привлекло его влияние на мозг. И речь идёт не только о снижении интеллекта и психических расстройствах. Исследователи заметили существенный рост уровня насилия в индустриализированном мире, и в итоге даже разработали свинцовую теорию преступности. Было обнаружено, что кривая насильственной преступности практически повторяла кривую использования этилированного бензина с отставанием в 22 года. Вывод получился простой – токсичное воздействие свинца в детстве приводит к совершению насилия во взрослом возрасте, и во время популярности этилированного бензина произошло именно это.

Всего этого можно было бы избежать, если бы не наглая и аморальная ложь производителей ТЭС, включая Миджли, который даже сам серьёзно пострадал в результате своих действий, но решил это скрыть. Это ещё раз напоминает нам, насколько важны прозрачность и независимые экспертизы. Кроме того, современные исследователи наверняка бы оценили такую историю как результат корпоративной психопатии, когда личности с психопатическими предрасположенностями готовы осознанно причинить любой вред другим людям и хоть всему миру ряди своей собственной выгоды. Это опасность, о которой все должны быть осведомлены, чтобы вовремя её замечать и эффективно ей противодействовать.

Волюнтарист, Битарх

Еда против насилия: как исправить домашнего тирана через желудок

Кому-то может быть знакомой следующая ситуация: приходит он (или она, тут без дискриминации) с работы, лицо кирпичом, ищет повод поругаться. И мелочи хватает, чтобы в доме уже через 10 минут стоял настоящий ад. Кто виноват? Стресс, усталость, характер, детские травмы? Окей, возможно. А если всё гораздо… банальнее? Например, в тарелке.

Давайте обратим внимание на «кукурузную теорию» преступлений. Ещё в 70-х исследователи Энтони Моусон и Кит Джейкобс удивили научное сообщество простеньким, но жутковатым наблюдением: в обществах, где народ налегал на кукурузу, наблюдался более высокий уровень убийств. Суть проблемы при этом проста: в диете, преимущественным продуктом питания которой является кукуруза, не хватает триптофана. Нет триптофана – нет серотонина. Нет серотонина – нет настроения, импульсивность и дисфункция механизма ингибирования насилия.

Сегодня мы знаем больше. Современные крупные исследования подтверждают, что проблемы настроения, раздражительность и агрессивность часто упираются в элементарные нутриенты. Омега-3, витамины группы B, клетчатка – и вот, вместо рыкания дома снова уют, разговоры и даже улыбки.

Как это работает на практике? Представь, есть у тебя дома такой скрытый тиранчик, который каждую мелочь превращает в драму. Можно потратить годы на убеждения, терапию и даже гипноз. А можно… хитрее. Просто готовь «правильную еду». Без громких заявлений и душных лекций.

Вот секретное оружие против домашнего насилия и агрессии:

1) Жирная рыба (лосось, скумбрия, сардины). Омега-3 в ней действует почти магически, снижая раздражительность. Попробуй заменить один-два ужина в неделю на что-нибудь рыбное. Можешь сказать, что это ради твоего здоровья, так меньше подозрений!

2) Яйца и молочка с пометкой «богато омега-3/DHA». Скрытая добавка, про которую никто не догадается. Идеальный вариант, если рыба вызывает протест.

3) Отруби, овсянка, семена чиа. Чем больше клетчатки – тем лучше бактериям в кишечнике, вырабатывающим триптофан, и тем лучше человеку. Серьезно, микробиота кишечника сильно влияет на наше настроение и даже психическое здоровье.

4) Грецкие орехи. Идеальная закуска. Просто поставь миску с орехами на столе. Прямо под сериал. Работает безотказно.

5) Углеводы с низким гликемическим индексом (цельнозерновой хлеб, бобовые, ягоды), помогающие избегать скачков сахара, а значит и скачков настроения.

А что не стоит давать? Много сахара и быстрых углеводов (кондитерские изделия, белый хлеб), излишки алкоголя (тут даже объяснять не нужно), ну и, разумеется, однообразную «кукурузную» диету или любые монодиеты.

Работает ли это на самом деле? Актуальные исследования показывают, что даже простой приём добавок с омега-3 может снижать уровень как реактивной (импульсивной), так и проактивной (умышленной) агрессии на 30%, притом работает это среди представителей любых групп людей. Аналогично и с триптофаном – по данным исследований он снижает враждебность и агрессивность, а также повышает доверие и щедрость.

А как быть со сладкоежками и фастфудом? Отказываться полностью не обязательно, но можно хитро заменить вредное на более полезное: домашние десерты с минимальным количеством сахара, фрукты вместо конфет, горький шоколад с высоким содержанием какао. Самое главное – обеспечить наличие в диете достатка овощей, фруктов, рыбы, молока и мяса.

Подобный подход также полностью совместим с либертарианской философией. Смотри, никто никого не заставляет. Ты просто ставишь правильные блюда на стол и даёшь свободу выбора. Хотите – ешьте, хотите – нет. Никакого насилия и давления. Это не нотация «что есть, чтобы не быть психом». Это тихий, незаметный и ненавязчивый способ изменить атмосферу в семье. А дальше – выбор каждого.

Так что в следующий раз, когда на горизонте замаячит домашняя ссора, попробуй сначала пожарить рыбку, а потом уже доставать дипломатические таланты. Кто знает, может, лучшая профилактика насилия – это не полиция, не государство и даже не психотерапевты, а просто тарелка вкусной и правильной еды.

Ну что, проверим?

Волюнтарист, Битарх

Мир враждебен по своей природе, и все вокруг – враги?

Сразу дадим короткий ответ для тех, у кого нет времени читать весь пост: те кто так считают, с высокой вероятностью сами являются психопатическими личностями и скорее всего ещё страдают дисфункцией механизма ингибирования насилия. Далее разберём почему это так более подробно на основе научной публикации.

Некоторые люди склонны придерживаться такого взгляда на мир, что он является враждебным по своей природе. Они также склонны считать действия других людей как более нацеленные на причинение вреда, чем они являются на самом деле. Таким образом, они могут видеть угрозу даже в тех ситуациях, в которых её на самом деле нет. Всё это описывается понятием под названием враждебная атрибуция предвзятости.

Конечно, никто не обязан беспечно относиться к другим людям, а во многих ситуациях проверка каждого человека на отсутствие потенциально враждебных и вредных намерений является абсолютно нормальным делом. Но мы должны понимать – это делается по причине того, что некоторые люди действительно хотят причинить вред, и на таких всегда можно наткнуться. В то же время считать плохими людей и мир в целом вряд ли является адекватным взглядом. И, возможно, некоторые характеристики личности могут быть с таким взглядом значительно связаны.

Исследование, проведённое Университетом Алабамы, рассмотрело связь враждебной атрибуции предвзятости с психопатическими предрасположенностями. В результате эта связь оказалась умеренно выраженной. Значит, вполне можно ожидать, что люди с высокими общими показателями психопатии, а также, в частности, такого её фактора, как расторможенность (указывающего на наличие проблем с контролем импульсивных реакций), чаще остальных будут склонны оценивать действия других людей в непонятных для них ситуациях как враждебные. Кроме того, враждебная атрибуция предвзятости была умеренно связана со всеми формами агрессии – как проактивной (умышленной), так и реактивной (импульсивной). Это показывает, что индивиды с её повышенными уровнями склонны отвечать на воспринимаемую ими враждебность, прибегая к агрессивным действиям различных типов, в том числе можно наблюдать связь с проявлением физической агрессии. Не забываем, что все формы агрессии тоже значительно связаны с психопатическими предрасположенностями.

Как мы видим, индивиды, которые имеют психопатические предрасположенности и склонны к проявлению любых форм агрессии, чаще других видят угрозу там, где её попросту не существует. Мир им чаще кажется враждебным местом, а все люди вокруг – теми, кто однозначно хочет им навредить. Конечно, среди нас действительно существуют психопатичные индивиды, которые легко, не испытывая никакого психологического дискомфорта и внутреннего сопротивления, могут даже совершать убийства, и опасаться их будет вполне разумно. Но большинство людей всё же ненасильственны и не стремятся причинять кому-либо вред. А если кто-то считает иначе, если кто-то обозначает людей как в целом прирождённо враждебными и агрессивными существами, то вполне обоснованно будет подумать, не судит ли этот человек других по самому себе.

Волюнтарист, Битарх

Зачем вообще нужно ингибиторное оружие и чем оно лучше классического летального?

К сожалению, наши скептики до сих пор могут не понимать, в чём вообще смысл идеи о необходимости разработки боевых средств для усиления ингибитора насилия. Они предлагают «не заниматься фигнёй», развивать классическую армию и вкладываться в традиционное летальное оружие. Но разберём по пунктам, почему они не правы.

1) Увеличение на несколько порядков мобилизационного потенциала – в отличие от того, что типично наблюдается за большинством солдат, вооружённых летальным оружием, дротиками с таким средством в небо никто не станет стрелять, даже обладатели сильного варианта ингибитора насилия от рождения! И это даже более актуально для оппозиционных сил чем армий государств, ибо среди анти-авторитаристов определённо будет меньше психопатичных личностей, готовых легко убивать, чем в силовых гос. структурах, защищающих статус-кво.

2) Большая общественная поддержка у себя и меньше возмущений о жестокости со стороны сочувствующих противнику, что особенно важно для более слабой стороны.

3) Возможность применения ингибиторных средств в гражданской жизни против бытовых насильников, в отличии от полной бесполезности классического вооружения типа танков и артиллерии в мирное время (на чьё производство, обслуживание, обучение экипажей ежегодно уходят миллиарды из налогов, а обществу это никакой пользы не приносит, да и особенно тяжело обходится более свободным обществам в сравнении с авторитарными).

4) Безопасность изготовления для самих производителей – ингибиторные препараты никак не могут случайно взорваться в процессе изготовления, перевозки или хранения, даже случайное попадание в организм рабочих ничего плохого не сделает им.

5) Даже ОМП может быть гуманным. Реплицируемые («заразные») векторные вакцины уже испытывались на животных и была признана их эффективность, а значит нет технологических препятствий для разработки «заразной» генотерапии для усиления ингибитора насилия. Конечно, такое решение очень рисково, но поверьте, любой бы скорее выбрал поймать «новую простуду», чем попасть под поражение классическими видами ОМП типа ядерки или газа VX.

6) Крайне низкая стоимость и простота производства дозы ингибиторного препарата. Конечно, разработка первой дозы может обойтись в миллиарды и требовать сложного оборудования, но себестоимость воспроизводства каждой последующей будет на уровне текущей стоимости дозы популярных векторных вакцин. Потребность оборудования и материалов для воспроизводства не идёт ни в какое сравнение с необходимым оборудованием для производства классического вооружения (оборудование легко помещается в квартире, тогда как заводы по производству артиллерийских снарядов или танков занимают квадратные километры и легко уязвимы для ударов с неба).

7) Крайне малый вес «боевой части» и не требуется много энергии для успешного поражения (достаточно лишь проколоть кожу в любой части тела). В теории возможно создание дрона размером с пчелу, что уже реальная технология, а не фантастика!

8) Гуманные мины-ловушки без проблемы разминирования – после войны классические мины способны оставаться опасными для гражданского населения многие десятилетия, тогда как ингибиторные препараты в ловушках быстро нейтрализуются под влиянием факторов окружающей среды.

Напоследок – почему не транквилизаторы для временного усыпления противника? Действительно, в научной фантастике часто встречается сюжет, когда вместо летального оружия применяют дротики с транквилизаторами. Только вот в реальной жизни и тем более в боевой обстановке это труднореализуемо, ибо слишком малая доза любого транквилизатора не даст эффекта, а слишком большая окажется летальной, причём дозу нужно рассчитывать для каждого человека индивидуально, прежде всего учитывая его массу тела. С другой стороны, для большинства ингибиторных препаратов терапевтическое окно (эдакий «динамический диапазон», когда доза уже даёт эффект, но ещё не является летальной) будет максимально-широкое и можно смело применять одну дозировку для любого человека.

Волюнтарист, Битарх

Технологии рождаются в гаражах, а не в казармах: правда о роли ВПК

Давайте поговорим о распространённом мифе, который наверняка слышал каждый: «без военных разработок мы бы сидели без интернета, смартфонов и GPS». Иначе говоря, считается, что война и оборонка – главный двигатель технического прогресса. Но так ли это на самом деле?

Взять тот же интернет. Нам говорят, его якобы изобрёл Пентагон на случай ядерной войны, но факты этого не подтверждают. На самом деле ARPANET (предок современного интернета) изначально был гражданским проектом, которым занимались различные американские университеты, просто он финансировался из бюджета военных. Военные дали деньги, а всю работу сделали университетские учёные и программисты. А знаменитый протокол HTTP, на котором мы сейчас с вами читаем этот пост, вообще придумали в Европе физики из CERN – чисто ради удобства обмена научными статьями. Армия тут совершенно ни при чём!

Что насчёт GPS? Да, тут реально военные запускали спутники, чтобы ракеты точнее падали. Но почему GPS стал доступен всем? Потому что гражданские сделали из военной игрушки «народную» технологию. Президент Рейган открыл GPS для всех после трагедии с корейским лайнером, чтобы повысить безопасность полётов, и в итоге гражданские разработчики превратили систему навигации из военной тайны в популярное приложение для поиска ближайшей пиццерии.

А знаете, кто создал первый микропроцессор? Нет, не генералы и не спецслужбы – его разработала компания Intel для калькулятора. Тем временем армия делала свои закрытые разработки, которые мир увидел бы не раньше, чем через 30 лет, если бы не гражданские инженеры. Пока военные думали, как не выдать секреты, рынок уже вовсю использовал коммерческие процессоры.

Космос? Казалось бы, здесь-то уж точно военные впереди планеты всей. Да, ракеты сначала создавались как боевые, но реальные космические достижения происходили в основном благодаря гражданским программам NASA, а сегодня частным компаниям вроде SpaceX и Blue Origin. Пока армия спорит о том, как лучше стрелять из космоса, Илон Маск уже запустил ракету, которая сама возвращается обратно.

Почему же военные не всегда самые крутые инноваторы? Потому что у военных главный приоритет – надёжность. Они предпочитают проверенные технологии и избегают рисков. Попробуйте предложить генералу экспериментальную технику на поле боя – он посмотрит на вас, как на сумасшедшего. А вот предприниматели и учёные рисков не боятся, именно поэтому большинство настоящих прорывов происходит в гаражах Кремниевой долины, лабораториях и университетах, а не в засекреченных подвалах спецслужб.

История СССР – яркий пример того, как ставка исключительно на оборонку ведёт к технической отсталости в повседневной жизни. Помните шутку: советская микроволновка настолько надёжна, что в неё можно спрятаться при ядерном ударе – потому что это секретный оборонный прибор весом в полтонны. Гражданская экономика лучше справляется с инновациями, потому что конкуренция и свобода создают мощные стимулы для прорывов. Военные же технологии обычно только догоняют уже созданное гражданскими.

Кстати, если вы думаете, что армия финансирует фундаментальную науку, то снова мимо. Военным нужны гарантированные решения здесь и сейчас, а не исследования, которые дадут результат через 30 лет, да ещё и не факт, что пригодный для боя. Фундаментальными исследованиями занимаются университеты и частные лаборатории. Именно они дают миру квантовые компьютеры, новые лекарства и материалы будущего. А армия просто берёт готовые технологии с полки.

Ещё один пример: IBM, Apple и Google ежегодно регистрируют тысячи патентов, а оборонные ведомства – считанные единицы. Коммерческие компании соревнуются в инновациях, а у военных конкуренция зачастую ограничивается бюджетными тендерами, где главное – не качество, а дружба с нужными людьми в министерствах. Поэтому, когда кто-то скажет вам, что прогресс невозможен без войны, напомните ему: настоящая движущая сила человечества – это мирное любопытство, творческая свобода и нормальная рыночная конкуренция, а не ракеты и танки.

Волюнтарист, Битарх

Какие моральные ценности более склонны отвергать психопаты

По определению психолога Джонатана Хайдта, мораль – это взаимосвязанные наборы ценностей, добродетелей, норм, практик, идентичностей, институтов, технологий и эволюционно развившихся психологических (нейробиологических) механизмов, которые работают вместе, чтобы ограничивать или регулировать личные интересы и делать возможными кооперативные сообщества. Также Хайдт выделяет пять различных моральных оснований:

1) Вред/забота — данное основание представляет опасения касательно насилия и страданий других, включая сострадание и заботу;
2) Справедливость/взаимность — представляет нормы взаимных отношений, равенства, прав и справедливости;
3) Внутригрупповая направленность/лояльность — охватывает моральные обязательства, связанные с членством в группе, такие как лояльность, предательство и предпочтительное отношение к членам внутренней группы по сравнению с членами внешних групп;
4) Авторитет/уважение — представляет моральные обязательства, связанные с иерархическими отношениями, такие как послушание, долг, уважение к начальству и защита подчиненных;
5) Чистота/святость — представляет моральный идеал возвышенной, благородной и менее плотской жизни, основанный на интуиции о божественности, чувстве морального отвращения, чистоте тела, разума и души.

Первые два основания можно назвать индивидуализирующими, поскольку они нацелены на защиту блага и интересов отдельных индивидов. Остальные основания являются сплачивающими, поскольку они в первую очередь нацелены на некий групповой интерес. И что нам сейчас важно узнать, так это как к различным моральным основаниям относятся психопаты, а конкретнее – индивиды, имеющие повышенные показатели первичной психопатии, состоящей из таких черт, как бессердечность, безразличие и неэмпатичность к другим людям, склонность манипулировать ими и причинять им вред в преследовании своих собственных интересов.

Если говорить о связи сплачивающих оснований с психопатическими предрасположенностями, то обычно исследования показывают либо положительную связь, либо вообще её отсутствие, что не является однозначным результатом. Но что точно можно сказать о психопатичных индивидах, так это о наличии у них относительно большего предпочтения к сплачивающим моральным основаниям, нежели к индивидуализирующим. В основе индивидуализирующих моральных оснований лежит эмпатическая мотивация. А психопатичные индивиды, разумеется, имеют проблемы с ней – их мало волнуют такие вещи, как причинение людям вреда и страданий, взаимность отношений и т. п. Соответственно, исследования показывают, что за повышенными психопатическими предрасположенностями следует снижение предпочтения человека к индивидуализирующим основаниям.

Это очень важно учитывать при продвижении идей, нацеленных на расширение человеческих свобод и снижение причинения людям вреда, например, либертарианства. От психопатичных индивидов с меньшей вероятностью можно ожидать принятиях таких идей, либо же если они и будут ими приняты, то лишь в крайне извращённых формах, допускающих в преследовании каких-то интересов (в первую очередь их собственных) совершение насильственных нападений на людей, умышленное причинение им вреда и нарушение их прав. Снова же, психологически их не особо волнует проблема причинения людям вреда, и их мораль будет строиться соответствующим образом, допуская подобное.

Источники:

  1. Kirrane, M., Farqan, A., Cloak, E. (2024). Exploring a paradox: Psychopathy, Morality and Organisational Citizenship Behaviour.
  2. Glenn, A. L., Iyer, R., Graham, J., Koleva, S., Haidt, J. (2009). Are All Types of Morality Compromised in Psychopathy?
  3. Esser, M. (2022). An Investigation into whether psychopathic traits negatively contribute to moral judgements.

Волюнтарист, Битарх

Пусть у меня корова сдохнет, лишь бы у соседа сдохло две

Широко известно, что чем выше показатели психопатии у человека, тем меньше его волнует причинение другим людям вреда и честность. Но исследователей заинтересовало, каких ценностей в таком случае придерживаются психопатичные индивиды, и какая мотивация формирует их поведение. Для этого была проведена оценка 3521 взрослых добровольцев на их уровень психопатии (по тесту Левенсона), ценности, стремления, ориентацию на социальное доминирование, а также предпочтение абсолютного или относительного благосостояния.

В первую очередь, психопатичные индивиды показали большее стремление к достижению финансового успеха нежели к улучшению мира вокруг них. Также они, а особенно те из них, которые имели высокие показатели первичной психопатии (таких черт, как бессердечность и неэмпатичность), указали на материальное имущество как центральное благо в человеческой жизни и источник счастья, а также на то, что успех человека в жизни определяет количество имущества, которым он владеет.

Однако вряд ли подобные взгляды можно считать чем-то плохим, поскольку это выбор самого человека, какие ценности для него важны, пока они не состоят в причинении другим людям вреда. Но что действительно можно назвать проблемой, так это предпочтение психопатичных индивидов быть более обеспеченными, чем другие люди, даже если это означает иметь меньшее благосостояние в абсолютных значениях. В пройденных опросниках они выразили нежелание заполучить больший доход, лучшее образование и большее количество отдыха, если другие люди вокруг получат ещё больше этого всего и будут иметь социальный статус выше, чем у них. В абсолютных значениях они готовы иметь меньшее благосостояние, если у других людей оно будет ещё меньше, чем у них, и они получат более высокий социальный статус по сравнению с ними.

Похоже, поговорки наподобие «пусть у меня корова сдохнет, лишь бы у соседа сдохло две» или «пусть у меня сарай сгорит, лишь бы у соседа корова сдохла» не взялись с пустого места, а описывают предпочтения конкретной категории индивидов – психопатов. По-видимому, в первую очередь им важно самоутвердиться за счёт других и быть относительно лучше, чем они, а не заполучить какой-то конкретный уровень благосостояния. Большая склонность психопатичных индивидов к подобным ценностям в очередной раз отражает, насколько опасным является их психическое состояние, вызванное дисфункцией механизма ингибирования насилия. Нормальным людям их определённо стоит остерегаться, поскольку они способны и готовы на причинение любого вреда, если в относительных значениях это возвысит их над всеми остальными. А в долгосрочной перспективе такая патология, как мы уже многократно указывали, требует терапии.

Волюнтарист, Битарх

Запреты на оружие – ради гуманизма или доминирования?

Вы когда-нибудь замечали, как крупные державы вдруг становятся «гуманистами», когда дело касается оружия и методов войны? На бумаге всё красиво: «мы запрещаем химоружие, биологическое оружие, ядерное оружие, потому что мы хорошие». Но давайте взглянем на всё это дело без розовых очков. Не кажется ли вам, что подобные запреты – это вовсе не забота о человечестве, а хитрый трюк, чтобы сохранить мировую иерархию? Как если бы чемпион мира по боксу запретил всем соперникам использовать левую руку. Почему? А потому что ему так удобнее побеждать!

Взять хотя бы Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). Пять стран (США, Россия, Китай, Франция, Великобритания) официально получили право иметь ядерные арсеналы. Остальным сказали: «Нельзя! Это опасно!». Почему? Потому что когда у тебя есть атомная бомба, никто не рискует тебя трогать. Вспомним судьбу Ливии: Каддафи отказался от ядерной программы, а потом его режим разнесли в пух и прах. Северная Корея, в свою очередь, решила подобного избежать, и теперь у Ким Чен Ына ядерное оружие есть, и почему-то никто его не бомбит. Или вот химическое оружие. США десятилетиями закрывали глаза на химатаки союзника Саддама против Ирана, но резко вспомнили об этих злодеяниях, когда Ирак перестал быть другом. Похоже на избирательную амнезию.

Но ещё интереснее с правилами ведения войны. По международным законам повстанцам запрещено прятаться среди гражданских. Выглядит разумно: меньше жертв среди мирного населения. Но что делать бедному партизану, если у врага дроны, спутники, танки и самолёты? Выходить в поле с открытым забралом? Это гарантированный билет в один конец. Получается, великие державы говорят слабым: либо воюйте по правилам и гарантированно проигрывайте, либо воюйте как можете и вас объявят террористами.

Кстати, интересно, что «законный террор» бывает только у государства. Ковровая бомбардировка Дрездена во Второй мировой, ядерный удар по Хиросиме, попадания ракет НАТО в белградские мосты и телецентр в 1999 году – это не терроризм, а «военная необходимость». Но один взрыв от повстанцев – это уже страшнейший грех. Конечно, здесь никто не оправдывает насилие против мирных жителей, но почему государство может такое делать, а повстанец нет?

Вспомним и про гуманитарное право в конфликтах вроде Афганистана или Ирака. Западные страны всегда подчёркивают, что борются «чисто» и по правилам. Но как только правила мешают, они легко забываются. Помните Абу-Грейб? Пытки и издевательства над пленными, которые были «незаконными комбатантами». Правила вроде есть, но мы их к вам не применяем, потому что вы «не по форме одеты».

А есть ещё психо-химическое оружие – вещества, которые должны избирательно и временно воздействовать на мозг, не причиняя долгосрочного вреда здоровью противника. Типичный пример – инкапаситант BZ, над которым США экспериментировали во времена Вьетнама. Официально это «нелетальное средство подавления», но в большой дозе оно превращает человека в беспомощного зомби. Или берём гибриды опиоидов, применённые в 2002-м на «Норд-Осте»: заложников усыпили аэрозолем на основе фентанила – 130 человек задохнулись, однако формально это не «боевое отравляющее вещество», а спецсредство. Удобно: когда сильному нужна волшебная пыль, это «антитеррористический газ», а если то же попытается сделать слабый – мгновенно станет нарушителем всех конвенций.

Сторонники гуманитарного права говорят: «Да, правила неидеальны, но хоть какие-то стандарты есть». Но если правила работают только в одну сторону, в итоге возникает вопрос: а может, они созданы вовсе не для защиты слабых, а чтобы сохранять баланс сил в пользу сильных?!

P.S. Когда авторитарии называют либертарианцев «халявщиками», типа мы требуем, чтобы все «бесплатно» соглашались с нашими «хотелками» (соблюдали НАП), они должны задуматься, что невмешательство в их нервную систему, например, с помощью препаратов для принудительного усиления ингибитора насилия – это самоограничение и последняя попытка мирно наладить диалог, а не техническая невозможность!

Волюнтарист, Битарх

Взломай мозг агрессора, а не человечество: ошибки антиутопии Стивена Кинга

«Конец всей этой мерзости» Стивена Кинга – яркая антиутопия, которая предупреждает нас о классической ловушке благих намерений, вымощающих дорогу сами знаете, куда. Но давайте посмотрим глубже и трезво оценим главные ошибки персонажей и как можно было их не допустить.

Главный герой, Роберт, обнаружил, что вода в городке Ла-Плата обладает уникальными химическими свойствами, подавляющими агрессию и склонность к насилию. Движимый вполне искренней и понятной мечтой избавить человечество от насилия он решает распылить аналогичное вещество по всему миру, используя вулканическое извержение как средство доставки. Эксперимент поначалу кажется успешным – уровень насилия в мире падает до нуля. Однако вскоре обнаруживается ужасный побочный эффект: вещество вызывает необратимое снижение интеллекта, постепенно превращая людей в беспомощных существ, неспособных позаботиться о себе и сохранить цивилизацию.

Как видим, Роберт облажался по-крупному. Вместо того, чтобы разумно и осторожно протестировать свою идею, он взял и распылил малоизученный препарат на всё человечество разом, «залив» планету неизвестной химией через вулкан. Это примерно, как обнаружить в гараже старую канистру и без проверок сразу залить её в новый Мерседес. Естественно, что последствия оказались плачевными: агрессия-то исчезла, но и мозги поплыли следом.

Главная ошибка Роберта была не в желании изменить «природу человека», а в отсутствии элементарной осторожности и здравого смысла. В развитом обществе никто бы не стал применять радикальные методы без долгосрочных исследований, да и вообще – «принудительная терапия» для всего человечества противоречит самому духу либертарианства. Принуждение допустимо лишь по отношению к тем, кто уже нарушил НАП, совершив насилие. Именно на таких людях следовало начинать осторожные, постепенные и тщательно-контролируемые эксперименты.

Как бы это могло выглядеть на практике? Вместо того чтобы превращать всю планету в подопытных кроликов, можно было начать с небольших групп особо опасных преступников. Если уж общество в некоторых странах допускает казнь за тяжкие преступления, то почему не попробовать сначала куда более гуманную и перспективную альтернативу – препараты для усиления ингибитора насилия? Можно было постепенно, годами наблюдать за эффектами препарата, фиксировать побочки, улучшать формулу и только после полной уверенности расширять применение. И даже тогда в обязательном порядке, без права выбора, оно должно касаться исключительно тех, кто уже инициировал насилие.

Есть целый набор инструментов снижения катастрофических рисков, которые наш герой полностью проигнорировал. В первую очередь это этапность и постепенность – стоит начинать с малого, наблюдать и корректировать. «Семь раз отмерь, один отрежь», а не наоборот. После идёт точечное применение – стоит ограничить применение исключительно агрессорами, а не распылять «счастье» на всех подряд. Это банально этичнее и эффективнее. Дальше идёт независимый контроль и прозрачность – учёные, этики, наблюдательные советы как система сдержек и противовесов, чтобы исключить ошибки одного гения (как бы сильно он ни хотел всем добра). И наконец реверсивность – возможность откатить изменения или минимизировать ущерб при первых признаках проблемы. В конце концов, трансгуманизм – это не про то, чтобы сыграть в русскую рулетку с мозгами, а про контроль над биологией ради расширения свободы.

Проблема Роберта была не в том, что он пытался взломать природу человека, а в том, что делал это неаккуратно и поспешно. Когда речь идёт о таких мощных инструментах, как биохакинг или биотех, важна ответственность и осознание последствий. Тут действует принцип «не навреди» с поправкой на прогресс: меняй что угодно, но не ломай попутно всю планету. И вывод здесь стоит сделать простой: взламывать «человеческую природу» можно и даже нужно, особенно если это приносит больше свободы и меньше страдания, но делать это надо по уму, чтобы вместо прекрасного нового мира не оказаться в ловушке собственной самонадеянности.

Волюнтарист, Битарх