Летом на просторах ютуба появился очередной небольшой канал LibertyUKR, хоть и иностранный, но русскоязычный. Интересен тем, что там последовательно выкладывается видео с разбором либертарианства в рамках панархизма. Над подачей материала ещё работать и работать, зато темп появления контента несколько повыше, чем на том, с которым я сама сотрудничаю.
Недавно на канале появился ролик про авторское и патентное право, это уже седьмое видео в общем цикле. Мне перед съёмками присылали его текст, чуточку подправить. Я попробовала. В результате появилось совершенно самостоятельное произведение, которое я либо как-нибудь выложу отдельной статьёй, либо мы сделаем из него свой ролик. Так что сотрудничество с каналом как-то не задалось, но он и самостоятельно справится.
Некая анонимная организация с невыразительным названием “Ячейка анархического действия” распространяет по различным окололибертарианским ресурсам такой вот манифест (извините, ребята, орфографию я вам поправила, иначе это было невозможно читать):
Революционный анкап, или р-анкап
Идеология стоящая за активное участие анархистов в революционной борьбе с государством и полицией.
Р-АНКАП провозглашает такие идеи:
1) Активный НАП. Если человек становится анкапом, готов принять НАП как договор о неагрессии, то он должен признать, что как только он принял НАП как идею, он должен соблюдать его. Но, препятствование этому со стороны государства, так как оно больше всех нарушает НАП, а значит после принятия, любые насильственные действие направление от государства, могут рассчитываться как проявление ярко выраженного несогласия на соблюдение этого договора, а это значит, что можно предпринимать насильственные действие по отношению к государству, и присваивать его имущество себе, делая его частным, а также оказывать сопротивление законам, полиции, чиновникам и т.д.
2) Агоризм. Революционный анархо-капитализм признаёт агоризм – как основу сопротивления государству. Сопротивление ему и игнорирование, вместо легального рынка – теневой рынок, союзы сквотов, образующих районы, которые являются своей закрытой системой с экономикой и правилами в виде договоров. Также создание собственной валюты или способа обмена.
3) Для достижения своих целей иногда надо идти на союз с другими анархистами, образуя солидарность и толерантность между анархистами, иногда и на полноценные союзы, где не берётся сейчас во внимание экономическая повестка, а только политическая и социальная, а именно – уничтожение государства и выступление против принуждения со стороны других людей.
4) Активное вооружение. Наша цель – проявить готовность, и активно вооружаться, чтобы оправдывать наши возможности, для собственной охраны и других людей в любых случаях. А это значит только одно, создание дружин для защиты демонстрантов и частной собственности, на которую посягает государство.
5) Вместо прав. Утилитарную этику также называют телеологической (от древнегр. «телеос» – цель). Кроме непосредственного удовольствия, целью морально правильного выбора может служить любая польза. Чем больше польза, тем правильнее поступок. Но, стремясь к пользе для себя или своих близких, человек может нанести вред другим людям. Поэтому следует поступать так, чтобы принести наибольшую пользу для наибольшего числа людей. А моральные принципы? Им нужно следовать, но там, где они идут вразрез с практическими соображениями, необходимо признать их условность. Мы можем защищать свои возможности, гарантируя их союзами, договорами и собственной силой, как физической, так и интеллектуальной.
6) Прямые действия. Действия, предпринимаемые личностями или группами для достижения политических, экономических или социальных целей средствами, исключающими необходимость в посредниках. Другими словами — действия, направленные на решение проблемы непосредственно своими силами.
Идеальный пример устройства – это коммунитарная конфедерация, когда коммуны объединены в конфедерацию.
НАП же относится только к нападению, и только насильственному, или тому, которое привело к самоубийству. Второе только при наличии существенных доказательств.
Отношение к партиям. За полный отказ от политических партий, даже либертарианских, считая их предателями и выступая только за ассоциации и политические клубы по интересам.
Комментарий Анкап-тян
Как неоднократно упоминал в своих выступлениях Михаил Светов, если власть не слышит тех, кто выступает с относительно умеренных позиций, им на смену приходят настоящие радикалы. И когда эти радикалы перехватят повестку, то поздно будет говорить о люстрациях, в моду войдут дефенестрации. На примере вышеупомянутого манифеста мы видим один из ранних примеров меняющейся риторики протеста.
Да, вполне может оказаться, что за этим манифестом стоит ещё одно Новое величие, и через некоторое время силовики просто срубят ещё одну палку. А может быть, и нет.
Ну а теперь немного о том, что не так с изложенными идеями. Я не буду рассуждать о том, что НАП – не договор, потому что это неважно. Не буду говорить о том, что нельзя оказывать силовое сопротивление любым попыткам государственной агрессии. Разумеется, можно. Не буду спорить о том, какой способ устройства общества идеален. Разумеется, для каждого свой, анкап просто подразумевает ненасильственность при вступлении в ассоциации, а там уж пусть рыночек порешает. Лучше поговорю об утилитаризме.
Логика человеческой деятельности подсказывает, что если есть цель, для неё следует подобрать средство. Если цель – уничтожение государства, напрашивается решение: создать организацию по уничтожению государства. Отсюда идеи про революционные ячейки и всё такое. Проблема в том, что организацию легко создать, да сложно распустить. Сперва ты делаешь исламскую революцию, потом у тебя корпус страже исламской революции. Чем сильнее режим, тем сильнее нужна организация по его свержению, тем меньше эта организация будет склонна распускаться, и тем больше – терроризировать мирных граждан после своей победы.
Поэтому весь смысл тактик по достижению анкапа в том, чтобы ослаблять государство, а не ломать его сразу. Минархисты уменьшают его полномочия. Панархисты аккуратно разрезают государство вдоль волокон, чтобы начало гнуться и удовлетворять разнообразным частным запросам. Агористы подгрызают корни, не дают государству жрать, и этот паразит дохнет от небрежения. А если начать ломать силой, то вместо отсутствия государства в лучшем случае выходит failed state. Проходили.
В ЖЖ-блоге писателя-фантаста Александра Розова (известного главным образом своим Меганезийским циклом) был опубликован интересный пост про идею «прививки от насилия», применяемой этносом Сенои в Малайзии. По остальным постам его блога можно легко сделать вывод, что Розов симпатизирует идее доктрины сдерживания (ДС) — её проявления упоминаются у него с завидной регулярностью.
В чём же для нас представляет интерес культура Сенои? Это крайне примитивный в технологическом плане этнос, где в качестве оружия до сих пор используются духовые трубки с отравленными стрелами. Тем не менее, малайцы в конце 19 века, по свидетельству Миклухо-Маклая, явно опасались их трогать. Дело в том, что с самого раннего детства каждый сеноиец учится нетерпимости к насилию. На любую инициацию агрессии в свой адрес он обязан применить контрнасилие, вместо того чтобы апеллировать к постороннему авторитету. Внушение этой идеи происходит на протяжении всей жизни — семьи сенои каждое утро за завтраком рассказывают друг другу свои сны, и как противостояли опасности, если она в них была.
Розов
выделяет основные моменты общества
Сенои:
1. С одной стороны – сенои явно не те люди, которые склонны терпеть насилие над собой (малайцы не стали бы иначе бояться оружия этих почти первобытных персонажей, и не стали бы рассказывать о том, через сколько времени умирает человек, пораженный боевым элементом оружия сенои).
2. С другой стороны, внутриплеменные обычаи сенои явно не агрессивны и не строятся на насилии.
3. Миклухо-Маклай полагал, что сенои – вымирающий этнос (поскольку они стояли явно на менее высоком уровне социально-технического развития, чем окружающие малайцы). Но сейчас, через 150 лет после исследования Миклухо-Маклая, численность сенои примерно та же, что тогда. Иначе говоря, это вполне стабильная популяция.
И
делает основной вывод:
«Активное противостояние угрозе. Как оказывается, это свойство вовсе не противоречит мирным неагрессивным обычаям. Напротив, это дополняющий элемент. Тому, кто умеет и готов защищаться — проще быть не агрессивным.»
Дружелюбные туземцы и их смертельное оружие
Описанный пример показывает, что для успешной реализации доктрины сдерживания совсем не обязательны суперсовременные дроны размером с пчелу или ядерные ракеты. Нужна лишь готовность как можно большего числа людей в обществе применять контрнасилие, повышая издержки инициации агрессии. Чем конкретно они будут повышаться, не имеет большого значения. Даже лёгкое осмеяние, плевки, косой взгляд, игнорирование, бойкот, шейминг и прочие действия вообще без какого-либо насилия, но применяемые большим количеством людей, сделают жизнь любого политика невыносимой и заставят его перестать работать на стационарного бандита (в терминах доктрины сдерживания: издержки от контрнасилия превысят выгоду от инициации насилия, условную зарплату, получаемую от стационарного бандита, который, в свою очередь, получил эти средства через принуждение граждан к уплате налогов).
Можно даже вывести зависимость: чем больше людей в конкретном обществе нетерпимо к насилию, тем менее мощное (и, соответственно, технологически сложное) оружие необходимо для успешного сдерживания агрессора. Если в какой-то стране только один (!) человек готов применить контрнасилие против агрессора уровня США, то единственный вариант сдерживания — ЯО с cистемой автозапуска «мёртвой рукой» (что крайне сложно и безумно дорого), но если 90% населения готовы применять контрнасилие, хватит и духовых трубок. Война в Сомали (вторжение и последующее бегство армии США) это прекрасно показала.
Картинка кликабельна. Единицы мощности условные, математический аппарат для доктрины сдерживания в этом направлении не разрабатывался
Вопрос о допустимых методах исполнения (энфорсмента) контрактов был затронут на лекции Михаила Светова в Новосибирске. Светов в очередной раз недвусмысленно высказал свою позицию — нельзя применять физическое насилие (принуждение). Максимум, что можно сделать против нарушителя — остракизм.
К сожалению, не все люди признают такую моральную позицию, поэтому постараюсь объяснить её, опираясь на утилитаризм и теорию игр. Описанный ниже пример является авторской иллюстрацией к описанию тезисов исследования корпорации RAND О доктрине сдерживания, глава “Локальный баланс сил: важный, но не всегда решающий фактор”.
«Допустим, я заключил с вами контракт и решил самостоятельно его разорвать. Вы упёрлись и начали мне угрожать «спецназом», который силой заберёт мою собственность. Предположим, вы можете отправить десять бойцов, но я могу гарантированно уничтожить одного из них. Я чётко даю понять, что готов идти до конца. Чтобы бойцы согласились на такой риск, вам придётся предложить каждому из них по $10M. Предположим что сумма контракта составляет $100K, а у меня в наличии имеется имущество, которое можно реализовать всего за $1000. Вы оцениваете соотношение выгод и издержек – и говорите мне что-то наподобие такого: «Пошёл вон, не хочу больше с тобой иметь никаких дел, правильно люди говорят, что говно лучше не трогать!». После этого мы расстаёмся, и вы со мной больше не заключаете никаких сделок. При определённых обстоятельствах вы можете отомстить, разместив информацию о моём поведении в публичном доступе и тем самым побудив остальных людей присоединиться к остракизму.»
Как видно из примера выше, исполнение контрактов с помощью физического принуждения становится невозможным в обществе, где имеется хоть какой-то баланс потенциала насилия (отличный от условного «нуля» у граждан и «бесконечности» у государства, как это обычно бывает в этатистских обществах).
В своей
книге «К новой свободе» Мюррей Ротбард
приводит исторические примеры,
подтверждающие описанную теорию и
показывает свою симпатию к ней.
«Дело в том, что в Средние века и вплоть до 1920 года торговцы полагались исключительно на силу остракизма и бойкота со стороны других местных торговцев. Иными словами,если кто-то отказывался подчиниться решению арбитра или игнорировал его решение, другие торговцы доводили этот факт до всеобщего сведения и все отказывались иметь дело с бунтарем, что быстро ставило того на колени. Характерный пример этого приводит Вулридж:
“Торговые суды были эффективны, потому что торговцы договаривались о том, что их решения будут исполняться. Того, кто отказывался подчиниться, не отправляли в тюрьму, но и торговцем после этого он оставался недолго. Влияние его коллег и партнеров оказывалось более действенным, чем физическое принуждение. Возьмите Джона из Хоминга, который зарабатывал на жизнь оптовой торговлей рыбой. Джон продал партию селедки, которая вся должна была быть такой же, как в предъявленных покупателю трех бочках, но, как вскоре выяснилось, в действительности была гнилой, да еще и смешана с колюшкой. Ему пришлось быстро все возместить покупателю под страхом остракизма со стороны других торговцев.”
Со временем остракизм стал еще более эффективным средством, поскольку сложилась ситуация, когда тот, кто однажды не подчинился решению арбитра, уже не мог рассчитывать, что с ним будет иметь дело еще какой-либо посредник. Промышленник Оуэн Д. Янг, глава корпорации General Electric, пришел к выводу, что моральная цензура, осуществляемая другими бизнесменами, действует куда эффективнее, чем официальная судебная система. Современные технологии, компьютеры и кредитные рейтинги делают угрозу общенационального остракизма еще более действенной, чем когда-либо в прошлом.»
В медицине существует такой класс заболеваний как аутоимунные. Это мышечная слабость (миастения гравис), сахарный диабет 1-го типа, рассеянный склероз и прочие. Суть данных заболеваний в том, что антитела (киллерные клетки) начинают распознавать ткани организма хозяина (человека, животного) как вредоносные и атакуют их. Чаще всего это происходит после заражения определённым вирусом, который в плане узнаваемости иммунитетом хозяина похож на здоровые ткани (говоря простым языком). Антитела просто не видят различия кого атаковать — вирус или здоровые ткани – и убивают всех.
Аутоиммунное поражение можно наблюдать в любой сложной системе, не только биологической. Например, многим пользователям компьютерных антивирусов известна проблема удаления нормальных файлов, которые антивирус принял за вредоносные. Кто использует браузерные расширения для блокировки рекламы (AdBlock), хорошо знают, что из-за них часто нарушается нормальная работа сайта. Это происходит как раз из-за принятия блокировщиком нормального кода сайта за рекламу – и его удаления.
Государство также представляет из себя сложную систему и может быть легко подвергнуто аутоиммунной атаке. При этом получается интересная ситуация — чем больше у государства силовиков и различных служб, тем эффективнее будет аутоиммунный удар. Данная стратегия действует в обход известного утверждения «государство сильнее, оно вас легко раздавит, поэтому силовая борьба бесполезна», поскольку для силовой борьбы с государством использует силу самого государства.
Как
же может быть реализован аутоимунный
удар по государству? Способов много,
главное понять общий смысл. Вот некоторые
примеры:
1) Реалистичные силиконовые маски лиц чиновников, силовиков и прочих врагов свободы (далее – этатистов). В них делаем что угодно, чтобы подставить этатистов под других силовиков.
2)
Имитация отпечатков пальцев известных
этатистов. Кидаем бутылку в окно ФСБ,
«набутыливают» кого нам надо.
3) Внедрение троянских коней на компы этатистов, которые будут проксировать трафик. С них можно, например, заниматься кардингом, воруя деньги у госбанков и прочих организаций, связанных с бандитами, и тратя это на продвижение либертарианства. «Придут» как раз за этатистами (или не придут, решив, что эти этатисты имеют право тырить деньги у государства, тут главное, чтобы от этого не пострадал очередной Магнитский или даже Навальный – примечание Анкап-тян).
4)
Заказывать наркотики в даркнете на
адреса этатистов и стучать куда надо.
5) Не
брезговать анонимными доносами по
любому поводу на этатистов: курение в
неположенном месте, парковка под знаком,
жестокое обращение с собственными
детьми, выгул собаки без намордника,
встречи с девушками моложе 16 лет,
несоблюдение правил пожарной
безопасности/охраны труда/САНПиН/налоги/нелегальные
иммигранты и прочие нарушения на
предприятиях, принадлежащих этатистам.
6) Оформить СИМ-карту на имя этатиста и совершить несколько «преступлений» без жертв с нигде ранее не использовавшегося смартфона.
Комментарий Анкап-тян
Рассмотренная выше тактика – это ещё один инструмент из агористского тулбокса против государства, наряду со столь неоднозначно воспринятым вами убер-возмездием, ведь агоризм не сводится к одной только контрэкономике. Контрэкономика важнейшая его часть, поскольку претендующие на жизнь без государства должны уметь продемонстрировать, что они способны обеспечивать себя без государства всеми важнейшими благами цивилизации. Однако государство нужно не только низводить, но и курощать, иначе домомучительница не сгинет.
Алло, правительство, у нас на крыше нелегальные мигранты!
В ролике про анархо-капитализм я фантазировала на предмет того, что безопасность на улицах могла бы обеспечивать убер-полиция.
Разумеется, прямо сейчас такой сервис имеет мало перспектив для того, чтобы быть реализованным, потому что государство трепетно оберегает свою монополию на полицейские функции. Ничто не помешает полицейским провокаторам задидосить сервис ложными вызовами, или даже использовать парамилитарес для того, чтобы расправляться с доброхотами, спешащими на помощь по вызову – неважно, по зову сердца ли, или по зову наживы. Да и сам сервис вряд ли сумеет получить достаточное количество пользователей, будучи на нелегальном положении.
Однако кое-какие анархо-капиталистические сервисы по частному производству безопасности можно организовать уже сегодня в рамках чисто агористских практик. И прежде всего речь об убер-возмездии.
Представьте себе мобильное приложение со следующим функционалом.
Пользователь запускает приложение и анонимно загружает через него информацию о некоей несправедливости, сопровождая её должной доказательной базой: фото, видео, ссылками на независимые свидетельства и так далее. Затем указывает, какое именно наказание он считает приемлемым для виновника, а также сумму, которую он готов предложить тому, кто возьмётся это наказание обеспечить.
Другой пользователь имеет возможность посмотреть в этом приложении, какими несправедливостями полнится мир, и при желании добавить свои средства к тем, что уже обещаны по тем или иным кейсам.
Третий пользователь имеет возможность, выбрав себе дело по душе, совершить запрошенное возмездие – и приложить пруфы. Далее любой желающий может независимо проверить, действительно ли возмездие имело место, и оставить своё мнение об этом. Те, кто резервировал свои деньги для свершения правосудия, могут либо совершить проверку самостоятельно, либо довериться мнению сторонних экспертов, либо предоставить право распоряжения призовым фондом кому-то ещё, например, автору изначального описания несправедливости – но не обязательно ему, и об этом ниже.
По мере того, как все, кто поместил свои деньги в призовой фонд, убеждаются, что возмездие и впрямь свершилось, они отпускают свои деньги, и их биткоины уходят в кошелёк того, кто указал себя как того, кто свершил это самое возмездие. Тут можно заморочиться со смарт-контрактами, мультиподписями, можно использовать принцип работы openbazaar или же банальный механизм централизованного эскроу, хотя последнее нежелательно, поскольку будет означать, что призовые деньги хранятся на кошельках сервиса, и это потенциально небезопасно. Я не настолько компетентна в криптотехнологиях, чтобы однозначно указать на наилучшую желаемую реализацию этого конкретного механизма.
Ну и в качестве дополнительного функционала приложение могло бы включать в себя возможность приватной переписки между пользователями сервиса, систему рейтинга для тех, кто вершит возмездие, систему всяких медалек и прочих поглаживаний для тех, кто помогает в софинансировании восстановления справедливости, поиск по карте, по категориям злодеяний, и так далее.
Как нетрудно видеть, сервис довольно универсален и при должном качестве исполнения позволяет сохранить анонимность всем, кроме объекта возмездия, а также жертвы (которая, однако, может утверждать, что она вообще ни сном ни духом, и никакого возмездия не заказывала, что вполне может соответствовать действительности). Также объект возмездия может, обнаружив объявление, где на его голову призываются всяческие кары, анонимно связаться с заявителем и попытаться договориться по хорошему. Хотя нельзя исключать и попытки договориться по плохому или вовсе устранить заявителя – и как раз на этот случай полезно, чтобы через приложение можно было делегировать право совершения оплаты некоему стороннему аудитору – тогда дополнительное насилие в адрес потерпевшего никак не обезопасит агрессора, ведь потерпевший уже не вправе остановить запущенный механизм воздаяния.
Наконец, ничто не мешает и любому служителю закона, обнаружив информацию о некоем злодеянии, счесть её заявлением о преступлении – и подкалымить. Это будет вполне в духе агористской доктрины растления государевых слуг, чтобы привыкали работать на людей, а не на официальное начальство.
Вместе с тем по закону будет крайне проблематично привлечь к ответственности кого бы то ни было из цепочки пользователей приложения, если, конечно, они не попадутся с поличным.
Разумеется, такое приложение вряд ли получится разместить в официальных магазинах, так что придётся ограничиться кругом пользователей андроида, и предлагать скачивать APK с сайта проекта – но это пустяковое неудобство. Опять-таки, весь функционал прекрасно можно предоставлять и через сайт, чтобы вообще не привязываться к телефону.
Осталось придумать название. Я бы, не особо напрягая фантазию, назвала его просто и понятно для всех потребителей голливудской продукции, то есть для всех обитателей земного шара: Wanted.
Помимо сервиса, позволяющего организовывать децентрализованное возмездие, полезно также иметь функционал, позволяющий собирать доказательный материал: иметь способ буквально по одной кнопке начать писать видеоряд в облако, а желательно ещё и стримить, и к тому же делать всё это в фоновом режиме с выключенным экраном. Конечно, важно при этом фиксировать время съёмки и геолокацию, а также иметь возможность подавать сигнал тревоги по смс группе контактов. Пригодятся всякие обманки, позволяющие имитировать удаление информации с телефона, ложные пароли, секретное дисковое пространство и так далее. Похожие приложения есть, и как раз им-то ничто не мешает быть выложенными в магазине – но чтобы весь такой функционал был собран в один удобный продукт, я пока не слышала. Подобное приложение я бы назвала красочно: Наших бьют!
Если вы слышали о том, чтобы кто-то разрабатывал что-то подобноее, сообщите, пожалуйста. Если есть идеи по реализации – можно обсудить.
16 октября в Новосибирске прошла лекция Михаила Светова, на зал для которой я недавно просила вас скинуться деньгами. Огромное спасибо всем, кто откликнулся на призыв!
Потратить эти деньги целевым образом у организаторов лекции не вышло, потому что абсолютно все площадки, с которыми они пытались договориться, слились. Насколько я поняла, теоретически можно было ввести собственников площадок в заблуждение и не сообщать им, что выступать будет Светов – тогда мы бы насладились отключениями света, визитом полиции в разгар лекции, какой-нибудь пожарной тревогой – или просто закрытием дверей площадки за полчаса до начала. Вместо этого всем сразу говорили все детали, и площадки честно отказывались от сотрудничества. Имело ли смысл действовать именно так, оставлю на совести организаторов.
Так или иначе, лекцию в итоге пришлось проводить на площадке штаба Сергея Бойко. В офис площадью около сотни квадратов набилось стоя полторы сотни человек (на таймпаде было более восьмисот регистраций), было очень душно, один человек упал в обморок, я тоже была к этому близка, звукоусиление отсутствовало – в общем, впечатление осталось не очень.
Краткий финотчёт: Всего удалось собрать 42570 рублей. На аренду сцены, печать, транспортные расходы и частичную компенсацию федеральным организаторам тура стоимости билета ушло 15560. Остаток денег вернётся генеральному спонсору или будет пущен им на иные проекты.
Зато у Libertarian band вышла на удивление приличная запись лекции – в кои-то веки выступление Светова можно смотреть, не напрягаясь, даже вопросы из зала нормально слышны. Так что я сейчас пересмотрела выступление уже в человеческой обстановке, и хотя бы могу высказаться по его содержанию.
Вкратце, посыл Светова таков: России совершенно не подходит единое законодательство для всех регионов, такая большая и разномастная страна может быть только федерацией. Но бессмысленно ждать, пока федерализация будет спущена из Москвы: как спустят, так и отберут потом при желании, мы это проходили при Ельцине. Запрос за федерализацию должен звучать снизу, в идеале Москва должна быть просто поставлена перед фактом: у нас, мол, такие порядки, такая-то экономическая политика, а теперь давайте договоримся, платим мы вам хоть какие-то налоги, или вовсе посылаем лесом. Хотите налоги – давайте представительство и гарантии автономии, как-то так. Разумеется, это всё моя трактовка, Светов выражался аккуратно, чтобы не наговорить на статью.
Полагаю, именно по причине того, что любая конкретика подводит под статью, никакого плана действий по федерализации Светов не предлагает. По вопросу о методах он крайне лаконичен: делайте хоть что-нибудь.
Порадовало, что, стоя на фоне баннера про контрактные юрисдикции, Светов несколько раз упомянул в комплиментарном ключе те самые контрактные юрисдикции, что является дальнейшим развитием идеи федерализма. Также не могу не отметить тезис Светова про то, как именно ядерное оружие дало человечеству возможность практического воплощения либертарианских идей, поскольку делает бессмысленным концепт вестфальского государства – это либо прямое заимствование из нашей с Битархом статьи про доктрину сдерживания, либо независимое изобретение. Аналогично, тезис про церковь как пример контрактной юрисдикции либо прямо взят у Лакси Катала, либо также изобретён независимо. Таким образом, можно констатировать постепенное формирование вполне специфической русской школы либертарианства, которая не сводится к догматическому воспроизводству риторики отцов-основателей учения.
Основные мои претензии к излагаемым Световым соображениям касаются выражения “договор о неагрессии”, и особенно чудовищной фразы “ребёнок становится субъектом права, когда заключает договор о неагрессии”. Такая риторика хорошо подходит как материал для тупых мемов, а также для формирования вокруг себя секты, но уж точно не для осознанного принятия широким кругом лиц.
По окончании лекции Светов дал небольшое интервью Екатерине Худолеевой(На всякий случай – это не я! Да, тоже с Кузбасса, да, тоже журналистка, да, примерно ровесница, но не я). В интервью меня порадовал ответ про Нозика, где были достаточно внятно изложены претензии Светова к нозиковской аналитической философии. Надеюсь, в книге, которую Светов, по его словам, пишет, он развернёт их несколько подробнее.
3 сентября я выпустила интервью с Русским слоном, где почтенное животное подробно разъяснило цели проекта и максимально обтекаемо ответило на все остальные вопросы. В общем-то, это довольно корректная тактика подачи информации о проекте, работа над которым ещё идёт, и к которому требуется подогреть интерес. Ну а сегодня состоялся релиз проекта.
На сегодня на сайте Русского слона доступны только две возможности: пожертвовать денег на развитие проекта и создать страничку с кейсом для Слона. Для того, чтобы создать страничку, предполагается создать собственный аккаунт, а затем привязать его к своему твиттеру путём публикации сообщения со сгенерированным кодом. Таким образом, обозначенный Слоном принцип “Я тебя никогда не забуду, ты меня никогда не увидишь” будет работать в полной мере лишь в том случае, если твиттер будет анонимным – но это в свою очередь ставит под вопрос саму необходимость такой привязки. Короче, привязку к твиттеру я не поняла. Так или иначе, после успешной привязки у пользователя наконец появляется возможность загрузить на сайт свои материалы для последующей проверки и публикации.
Предполагается, что пользователь загрузит на сайт Слона одну или несколько фотографий, где изображён преступник, а также текстовое описание его преступления. Как я понимаю, желательно, чтобы событие преступления фигурировало и на фотографиях, иначе непонятно, почему Слон должен принимать информацию на веру.
Обещается, что скоро мы увидим и собственно базу данных с доказательствами тех или иных преступлений, ну а дальше и перечень успешных кейсов – того, без чего вся затея бессмысленна. Ну а пока давайте наполнять эту копилочку.
Недолюбливаю написание лонгридов (это не очень умно с моей стороны, потому что ими я зарабатываю больше). Поэтому я всегда радуюсь, когда кто-то создаёт развёрнутый текст, с которым я преимущественно согласна, и тем экономит мне массу усилий.
После лекции Хоппе в Москве (жду появления записи, чтобы самой как-то сформулировать мнение о ней) среди авторов нескольких каналов и пабликов средней величины началась дискуссия, которая мне виделась довольно бесплодной: споры о терминологии, переход на личности, передёргивания – что может быть пошлее? Но я ошиблась. Дурацкий спор, ход которого я даже не стану здесь конспектировать, сподвиг Вэда Ноймана, автора моего любимого канала Антигосударство, соорудить отличную программную статью.
В статье доходчиво поясняется, что анкап не сводится к Ротбарду-Хоппе-Светову и построению общества на основе абсолютизации принципа неагрессии, а экономическая теория не сводится к классической АЭШ времён Мизеса. Даётся грамотная подводка к панархизму и вполне аргументированно поясняется, почему это перспективное направление для реальной работы.
Я надеюсь, что ещё через пару недель, когда породивший эту статью сетевой срач потеряет актуальность, автор перепишет её, убрав полемическую конкретику, поменяв название, но оставив смысловое наполнение, тогда получится совсем хорошо. Но статья определённо достойна прочтения уже сейчас.
Недели три назад мне случилось в числе прочего анонсировать ивент от Чайного клуба с длинным названием “Блеск и нищета, страх и ненависть монополий”. Тогда я ещё попеняла клубу на то, что их предыдущий ивент был хреново записан, и выразила надежду на то, что со второй попытки у них получится. В общем, у них получилось.
Записи выступлений всех пятерых докладчиков выложены и собраны в плэйлист на ютуб-канале Чайного клуба (кстати, подписывайтесь). Там только лекции, без ответов на вопросы, так что получилось компактно, и мотивирует всё-таки по мере возможности посещать подобные ивенты лично.
Очень кратенько изложу свои впечатления.
Александр Литреев. Монополия в сети. Рассказано, как государство в своих попытках монополизировать сферу интернет-цензуры постоянно размахивается на рубль, а ударяет не то чтобы на копейку, а скорее на миллионы рублей убытков для непричастных, при этом совершенно не достигая собственно поставленных целей. Рассказано бодро, узнала кое-что для себя новое, хотя в основном излагались известные вещи.
Сергей Жаворонков. Может ли монополия быть полезной. Растолковывается разница между рыночной и нерыночной монополией, и почему первые не страшны, а вторые не вылечишь антимонопольными законами. Впечатление смазанное: Сергей переврал фабулу батутного дела, перепутав Алтайский край и республику Алтай, площадь с торговым центром – короче, лучше бы ограничился простым упоминанием, без пересказа, а так начинают закрадываться подозрения, не ошибся ли он в деталях менее известных исторических анекдотов, а там и логику можно поставить под сомнение.
Матвей Цзен. Монополия на насилие. Самая длинная лекция, но наиболее насыщенная всякими малоизвестными историческими анекдотами. Рассказывается про разницу между позитивным и естественным правом, про разницу между законами и правоприменительной практикой, про то, почему Вебера, при всём уважении его заслуг как социолога, сейчас не особенно чтут в юридическом плане, но главное – почему государство так не любит низовые инициативы по помощи государству. Очень понравилось.
Егор Жигарев. Есть ли монополия на рынке видеоигр. Наиболее компактное выступление на наиболее узкоспециальную тему. Если вкратце, то отрасль высококонкурентная, и как бы ни старались рыночные агенты, а к монополии никто из них даже близко не сумел приблизиться.
Алексей Марков. Блеск и нищета монополий. Также очень насыщенное историческими анекдотами повествование. Рассказывается об истории самого понятия монополии, и о том, что изначально они воспринимались как безусловное благо, а идея благости конкуренции это уже заслуга позднейших экономистов. Разобраны кейсы нескольких монополий от Русской компании до Газпрома, и как они все загнивали. Затронут и такой частный случай монополии, как патентная, и к чему это может привести.
Одним словом, опыт получился очень удачным, и теперь организаторы хотят поставить дело на поток. Формат был назван TNT – Tea’n’talks. На свежесозданной странице TNT на сайте Чайного клуба уже выложен анонс второй части Монополий.
Чтобы не утомлять читателей, дальнейшие ивенты в этом жанре я, пожалуй, буду анонсировать крайне выборочно, так что дальше сами. Надеюсь, вам понравится.
