Самая недооценённая опасность – вирусное уничтожение человечества как результат насильственных склонностей человека

В современном мире борьба с таким явлением, как насилие, играет критически важную роль, поскольку мы вполне можем столкнуться с применением вооружения крайне разрушительных масштабов. И я говорю далеко не о ядерном оружии. Даже самой сильной ядерной боеголовки хватит лишь для разрушения и радиационного загрязнения небольшого города и его окрестностей, и даже множественное использование ядерных зарядов в худшем случае уничтожит лишь часть человечества, повысит уровень онкологических заболеваний, снизит качество жизни и на время остановит технологический прогресс, но немало людей переживут подобное и у них будет шанс справиться со сложившейся ситуацией.

Не нужно также думать, что вооружение, действительно способное уничтожить человечество – это лишь перспектива будущего, к которой нам ещё далеко. Обычно такое вооружение представляют в виде очень мощного источники энергии, например антивещества, которого даже в небольшом количестве хватит, чтобы полностью уничтожить биосферу целой планеты. Конечно, с насильственными склонностями у людей стоит бороться и ради того, чтобы в будущем не было психов, способных такое устроить, хотя при настолько развитых технологиях скорее всего не будет проблемы с проведением генетической терапии и модификации эмбрионов, нацеленных на борьбу с насильственными склонностями как с врождённым заболеванием, чем при нынешнем уровне прогресса заняться невозможно. Тем не менее это нужно и против угрозы, которая существует сейчас.

Но что это за угроза? Довольно очевидная, но многими недооцениваемая угроза вирусного уничтожения человечества. Посмотрите на то, что происходит сейчас. Даже относительно слабого коронавируса, уровень заразности и летальности которого и близко не достигает значений, способных поставить человеческую цивилизацию перед катастрофическими потерями, и уж тем более её уничтожением, всё же хватило, чтобы устроить немалый переполох и продемонстрировать неспособность людей справиться с вирусной угрозой достаточно эффективно. Кроме того, не забываем, что производство вакцины в целом дело очень требовательное к времени и ресурсам.

Однако, при чём здесь насильственные склонности людей? При том, что в современных условиях устроить искусственную пандемию, даже намного серьёзнее коронавирусной, вовсе не составляет труда. В исследовательских лабораториях хранятся разнообразные образцы вирусов, в том числе и довольно опасных. Кроме того, у них есть возможности создания искусственных (синтетических) вирусов, более заразных и смертоносных чем те, что возникли в естественной среде.

Теперь представим несколько сценариев, способных привести к непоправимой катастрофе. Например, работник одной из таких лабораторий, имеющий агрессивные склонности, осознает доступную ему силу, захватит образцы вирусов, спрячет их в разных местах и будет угрожать тем, что выпустит их, если человечество не пойдёт на его уступки. Или же лаборатория будет захвачена группой людей, тоже имеющих интерес подчинить всех своим условиям, или, что хуже, исполнить пророческий сценарий об апокалипсисе какого-нибудь фанатика. И не нужно говорить, что эта проблема решится, как только правительства осознают всю опасность подобных сценариев и решат значительно усилить охрану подобных объектов. Мобилизация силы только продемонстрирует всем заинтересованным и имеющим агрессивные склонности лицам то, где они могут получить силу для реализации своих планов, также усиление контроля повысит уровень стресса у населения и работников объекта, что лишь усилит подобный риск. Не забываем и о том, что правительства могут переживать кризисы, и кто-то может воспользоваться ослаблением контроля и суматохой во время одного из них. Также кто-то может попытаться собрать набор патогенов медленно, но уверенно, в разных местах и разных удобных ситуациях, храня их у себя в течении длительного времени до тех пор, пока не наберётся необходимое их количество.

Дальше дело не особо сложное – псих, захвативший образцы вирусов, либо добивается, фактически, всеобщего рабства перед его силой и установления тоталитарных насильственных порядков, либо же выпускает их на свободу. Если возбудители будут не особо опасными по отдельности, но их будет очень много, и они будут выпущены в разных местах, то людям придётся бороться одновременно со всеми ними. А теперь представьте, насколько это сложно, если борьба даже с одним коронавирусом потребовала множества усилий и, тем не менее, не была достаточно эффективной, чтобы избавиться от него хотя бы в какой-то мере в течении уже около десяти месяцев с начала пандемии.

Кроме того, псих может выпустить лишь один вирус, однако уже лабораторной разработки. Представьте, допустим, лабораторную модификацию ВИЧ, способную выживать вне человеческого организма, а значит передаваться через касания, общее пользование вещами и воздушно-капельным путём. Учитывая, что у такого вируса, как и у ВИЧ, будет довольно большой инкубационный период, может пройти много времени, пока его заметят, однако из-за эффективных путей распространения будет уже поздно – почти все уже станут заражёнными.

На мобилизацию ресурсов ради разработки вакцины и эффективного лечения тоже надеяться не стоит. В случае борьбы с большим количеством вирусов одновременно придётся вести сразу множество исследований и разработок при наличии одной и той же ресурсной базы, что сильно снизит эффективность каждого исследования по отдельности. А сценарий одного искусственно выведенного опасного вируса может быть катастрофическим из-за самой природы вируса, трудно поддающейся исследованию и лечению. Не забываем, что природа того же ВИЧ не позволяет изобрести против него вакцину уже в течении десятков лет, поскольку он поражает иммунные клетки, которые в случае других вирусов используются для борьбы с ними, но не могут противостоять ВИЧ из-за собственной заражённости. Единственный случай излечения произошёл во время пересадки костного мозга заражённому от человека, имеющего врождённую мутацию, не позволяющую закрепляться ВИЧ на иммунных клетках. Однако таких людей совсем мало, полученного с них материала не выйдет использовать для массового лечения. Поэтому, собственно, не сработает и сценарий из многих фильмов о пандемии, в которых после нахождения «нулевого» пациента используются антитела, выработанные в его организме, для излечения всех, так как, опять же, количество материала очень и очень ограничено, а вирус тем временем убивает тысячи заражённых и ещё тысячам и миллионам людей передаётся.

При очень стремительной и разрушительной пандемии невозможность противостоять ей обуславливается ещё и тем, что в таких условиях инфраструктура производства и поставки необходимых для этого средств сильно пострадает, а то и вовсе будет разрушена. Даже если учёные в лаборатории и те, кто их охраняет, не разбегутся от страха и паники, у них будут трудности с получением необходимых для проведения исследований и разработки материалов, возможно у них даже возникнет дефицит базовых благ, например еды, что сделает невозможным дальнейшее ведение их деятельности.

Думаю, больше не должно быть сомнений перед тем, насколько угроза вирусного уничтожения человечества реальна и катастрофична. Если какой-то из перечисленных мною сценариев совершится, то 99% людей ждёт вымирание, а оставшийся 1% хорошо спрятавшихся или имеющих врождённую защиту вряд ли сможет возродить человеческую цивилизацию, даже если эти люди выживут, им придётся начинать свой путь с самого нуля да и ещё в мире, в котором повсюду лежат остатки патогенов.

Именно поэтому необходимо бороться с насилием как явлением в целом, результатом чего станет искоренение насильственных склонностей у всего человечества. Важно продвигать идею вирусного уничтожения человечества, чтобы люди уже сейчас понимали серьёзность положения и могли начать действовать. Возможно избавиться от насильственных склонностей получится с помощью биологических технологий, например той же генетической терапии, нацеленной на искоренение насильственных склонностей так же само, как вакцинация нацелена на защиту от заражения вирусом. Однако данный метод сомнителен из-за недостаточного уровня развития технического прогресса в данный момент. Поэтому наиболее реалистичным сценарием будет выравнивание Баланса Потенциала Насилия – достижение состояния, в котором разные субъекты имеют приблизительно одинаковые возможности в нанесении друг другу неприемлемого (в том числе и летального) ущерба. В таких условиях люди, не имеющие сильных насильственных склонностей, смогут продолжать свою жизнь, и у них будет меньше стимулов склоняться к проявлению актов насилия. А те, кто без насилия жить не может – полезут своим же нападением на других людей на рожон, будут ликвидированы и не дадут потомства. Этот сценарий исходит из схемы, выведенной этологом Конрадом Лоренцом, с которой вы можете подробно ознакомиться здесь.

Под конец не забуду сказать, что достичь избавления от насильственных склонностей нужно успеть до того, как кому-то, имеющему доступ к лабораторным вирусам или возможность их захватить, придёт в голову идея использовать их в своих целях. Иначе катастрофа неизбежна.

«Месть — рискованное дело, потому что, если враг настолько опасен, что причинил тебе вред, вряд ли он примет наказание без сопротивления.» Стивен Пинкер.

Битарх и Волюнтарист после консультации с профессиональным биологом

Бить будем по паспорту, а не по морде

В связи с последними публикациями от Битарха насчёт построения ненасильственного общества хотелось бы порекомендовать всем к просмотру аниме-сериал Психопаспорт. Вышло три сезона, плюс какие-то боковые сюжеты, я пока отсмотрела только первый.

Главный герой сериала — околоминархистское общество, в котором разработан эффективный метод профилактики насилия, только не через генную модификацию и БПН, как предлагает Битарх, а через создание Большого Брата, умеющего в экспресс-диагностику склонности к насилию. Во всё остальное государство по сюжету особенно не вмешивается, хотя в области материального производства там непонятно, то ли рыночек, то ли социализм — в условиях роботизированного изобилия легко перепутать.

Сериал — умный. Цитируются Вебер, Шекспир, Паскаль, Фуко, обсуждаются Уильям Гибсон и Филипп Дик — короче, такое и Екатерине нашей Шульман не стыдно порекомендовать, хотя она и предпочитает продукцию студии Пиксар. С непривычки смотреть может быть тяжеловато, я втянулась со второй попытки — но это определённо стоит потраченного времени.

Корпорации против насилия

Многие считают что проведение эффективных кампаний по искоренению агрессивного насилия из общества невозможно лишь за счёт деятельности волонтёров. Однако искоренение насилия выгодно не только тем, для кого оно является личным интересом, это также выгодно высокотехнологичным предпринимателям и корпорациям. Сейчас мы разберёмся почему они обязательно вложатся в подобную инициативу.

Перед тем, как ответить на данный вопрос, нам стоит разобраться с текущим положением дел касательно Научно-Технического Прогресса (НТП). Можно перечислить три дальнейших сценария:

1) Отказ от НТП. В таком случае ограниченных ресурсов нашей планеты не хватит для обеспечения потребностей человечества, даже если количество людей сократится и они станут меньше потреблять. Всё равно ресурсы закончатся, просто немного позже. Кроме того, существованию Земли отведено ограниченное время. Отказ от НТП в любом случае означает вымирание человечества.

2) Продвижение НТП без искоренения насилия. Но НТП неизбежно связан с ростом потребляемой энергии и созданием потенциально-опасных технологий. Можно ожидать, что в будущем это приведёт к массовому распространению очень ёмких, но при этом опасных источников и носителей энергии, например, атомных батареек, или даже антивещества. Очевидно, в таком случае любой человек сможет устроить локальную, а то и даже глобальную катастрофу.

3) Продвижение НТП неразрывно связано с искоренением насилия. Опасные и энергоёмкие технологии больше не угрожают людям, наоборот – они служат их развитию и выживанию человечества в целом.

Очевидно, приемлемым может быть только и только третий сценарий. Но при чём здесь предприниматели и корпорации? А всё просто. Им этот сценарий тоже самый выгодный, притом даже чисто в денежном плане. На продаже продуктов, в основе которых лежат опасные технологии, можно заработать очень большое состояние. Представьте сами, сколько прибыли принесёт, допустим, продажа летающих автомобилей со встроенным ядерным реактором, синтезаторов ДНК (хоть эта технология не грозит большим взрывом, но с её помощью можно вывести какой-нибудь смертельный вирус), или же частного транспорта для космических путешествий?

Конечно, кто-то скажет, что до таких технологий ещё далеко. Но вовсе не важно, близки ли мы к этому, или далеки. Всё равно момент, когда к подобным изобретениям останется сделать лишь один шаг, рано или поздно наступит, а возможно он наступил уже сейчас. Преградой дальнейшему прогрессу станут государственные регуляции, да и в целом страх перед катастрофическими последствиями введения новых технологий в эксплуатацию. Критически важный для выживания человечества НТП прекратится.

Но что ещё важно, в рамках рассматриваемой нами темы, так это потеря прибыли предпринимателями и корпорациями. Они не смогут продавать то, что нельзя продавать из-за запретов или страхов. Но от потенциальной прибыли отказаться они не смогут. Именно поэтому можно уверенно ожидать, что инициатива по искоренению насилия найдёт среди них поддержку, они обязательно вложат в такое дело много средств, поскольку в итоге это всё с лихвой окупится!

Кстати, по перечисленным выше причинам корпорациям невыгодно самим становится насильственными агентами (например, государствами) ибо это неизбежно приведёт к применению опасных технологий, что, в свою очередь, уничтожит весь их бизнес.

Битарх

Хотел бы узнать про внешнюю политику анархо-капиталистического общества. Я читал Механику свободы, но всё равно недостаточно хорошо понял.

анонимный вопрос

Фридман посвятил проблеме территориальной обороны от агрессора типа «национальное государство» две главы Механики свободы, с интервалом в сорок лет. В первой части он прикидывал шансы анархоСША, отбиться от ядерной агрессии Советского Союза, и констатировал, что ради обороны от столь серьёзного агрессора он согласен смириться с существованием государства. Во второй части, когда СССР был уже надёжно мёртв, он облегчённо выдохнул и принялся фантазировать на тему того, как территориальная оборона обеспечивается без государства.

На мой взгляд, Фридман уделяет излишне много внимания территориальному аспекту проблемы. Так, когда он отметает модель финансирования обороны через страховку, он ставит телегу впереди лошади и предполагает, что клиентам будут пытаться впарить именно национальную оборону (а те будут надеяться сэкономить в расчёте на то, что её купит сосед). Но клиенту не нужна национальная оборона. Ему нужна уверенность в том, что если лично с ним произойдёт страховой случай, он получит деньги. А будет он при этом на территории неподалёку от того места, где купил полис, или на другом конце планеты, ему неважно. И какими именно средствами компания будет снижать для себя риски того, что придётся выплачивать страховку, его тоже не волнует, лишь бы не мошенничала.

Так что, если организация территориальной обороны действительно уменьшает шансы нападения внешнего агрессора типа «государство», страховые компании в силах рассчитать, сколько в неё вложить, чтобы это оставалось выгодным, и как взаимодействовать с другими страховыми компаниями, чтобы разделить с ними траты, например, пропорционально клиентской базе.

Также Фридман приводит интересный тезис о том, что само по себе отсутствие единой юрисдикции над некой территорией не является гарантией от претензий агрессора. И когда условный СССР приходит в область, где царит анкап, ему достаточно раздолбать один город ядерной бомбой и заявить что-нибудь вроде: вот, смотрите, здесь был Альдераан, больше его нет. Если жители Явина не желают той же участи, с них стопицот милллионов кредитов послезавтра, и нас не волнует, что у них нет ни единой администрации, ни налогообложения; жить захотят — как-нибудь договорятся.

Фактически, он предполагает, что когда стационарному бандиту накладно расширять территорию, у него остаётся опция действовать в её отношении в качестве кочевого бандита. Дальше, как вы понимаете, всё зависит от того, насколько скоординированным будет ответ. Если сообщество способно достичь уровня координации, достаточного для выплаты крупной дани, то разумно предположить, что и дальнейшее сопротивление будет скоординировано на уровне как минимум не меньшем. А это означает, что вторая звезда смерти будет-таки уничтожена, не сделав ни единого выстрела, в отличие от первой, которой хватило аж на три.

При этом отметим, что именно свободный рынок способствует наиболее быстрому научно-техническому прогрессу. И если на начальном этапе анкапа за счёт разницы в масштабах государства ещё будут в состоянии что-то противопоставить сетевым рыночным структурам, то по окончании переходного периода технологическое отставание государств станет уже слишком очевидным, и им придётся сосредоточиться скорее на том, чтобы удержать остатки власти над собственными подданными.

Возможно, под внешней политикой анкапа вы имели в виду не оборону. Но, поскольку для анкапа государство это не более, чем бандит, то и отношения с бандитом сводятся не более чем к удержанию его от бандитизма в свой адрес, а прочая дипломатия сводится именно к этому аспекту. Визовый режим? Это о том, чтобы бандит не нападал на путешественников. Таможенный режим? Это о том, чтобы бандит не грабил корованы. Регуляторный режим? Это о том, чтобы бандит не вмешивался в договоры. Все эти переговоры будут сводится к тому, что интересант потратит деньги на откуп. Пока эти деньги будут меньше, чем деньги на сковыривание бандита, у того будут шансы выжить.

Баланс Потенциала Насилия

Баланс Потенциала Насилия (БПН), точнее, равномерное распределение потенциала насилия — это определённое состояние в обществе, при котором любой человек способен нанести другому неприемлемый ущерб в локальной стычке. Для простоты, БПН можно рассматривать как максимально-всеобщую вооружённость в обществе, где абсолютно каждый житель определённой территории имеет оружие для личной самообороны, например, пистолет или даже такое эрзац-оружие как ослепляющий лазер или дротик с ядом, желательно несколько единиц, чтобы было невозможно кого-либо обезоружить. Предполагается, что жители данной территории имеют возможность (скорее обязанность в форме культурной нормы) иметь оружие, основываясь на своих физиологических возможностях без каких либо юридических барьеров (например, возраста, гражданства, «судимостей» за нежелательную с точки зрения государства деятельность) и финансовой нужды (волонтёры и высокотехнологические корпорации помогут бедным получить оружие бесплатно, как сейчас помогают с вакцинацией в бедных странах, ведь это выгодно для них самих в том числе).

Зачем нужен БПН? Для искоренения физического насилия из общества. Это позволит значительно повысить качество жизни и благосостояние населения, убрать тиранию как стационарного бандита (государства), так и преступной мафии и гастролирующих бандитов, дать спокойно развиваться научно-техническому прогрессу, не опасаясь глобальной катастрофы.

Каким путём БПН уменьшит/искоренит насилие? Множеством различных способов:

1) Классическая доктрина сдерживания («deterrence by punishment») против рациональных агрессоров. Зная что жертва насилия может нанести агрессору неприемлемый ущерб, в том числе даже убить, агрессор хорошенько подумает и решит, что выгода от насилия будет меньше издержек и в конечном счёте откажется от насилия.

В дикой природе есть хороший пример такой модели — дикобразы. В местах обитания дикобразов также часто проживают гепарды, которые по физической силе превосходят их в сотни раз. Но вот что удивительно: гепард теоретически может загрызть и съесть дикобраза, но практически никогда этого не делает. Бывают отдельные глупые особи которые на это решаются, но в результате либо погибают, либо получают такие повреждения что больше никогда не осмеливаются повторить попытку.

2) Сдерживание через недопущение («deterrence by denial») против государств-захватчиков. Власти такого государства ставят конкретную цель — завоевать территорию и подчинить её жителей. Агрессор конечно может сбросить ядерную бомбу, но радиоактивная земля без жителей не стоит ровно ничего. А вот для политической элиты агрессора это конец ибо собственное население разорвёт их на куски за такой поступок. Также это создаст опасный прецедент допустимости применения ОМП против мирных жителей и легитимизирует создание стратегического оружия сдерживания всеми, кто на это способен (уже сейчас даже студент-биохакер способен размножить смертельный вирус и не делает этого лишь по моральным соображениям).

3) Невозможность создания и поддержания насильственно-иерархической структуры в обществе с БПН. В таком обществе становится невыгодным применение насилия локально между людьми, соответственно, нельзя создать и поддерживать более крупную иерархию доминирования (например, государство) путём последовательной аккумуляции ресурсов в формате «военного гегемона».

Например, агрессор Вася, имея всего лишь пистолет нападает на Петю, чтобы использовать его ресурсы для покупки автомата Калашникова. С помощью него можно напасть с удвоенной силой на Сашу, купив на отнятые у него ресурсы танк. Используя этот танк можно с утроенной силой атаковать миллиардера Ваню, который даже может позволить себе серьёзную охрану, и на полученные ресурсы нанять крупную армию для завоевания всей страны. Но в случае всеобщей вооружённости (равномерного БПН) Вася будет уничтожен в самом начале своего кровавого пути.

Вот представьте, что было бы если «инопланетяшки» в 1960-е устроили бы «дождь из пистолетов» над Питером? Подросток Пыня, который был склонен к насилию от рождения, с вероятностью близкой к 100% погиб бы в стычке на следующий день и вопрос как с ним бороться сейчас просто не стоял бы на повестке. 

4) Форсирование естественного отбора, удаляющего склонных к насилию из популяции. Проанализировав множество различных видов, биолог Конрад Лоренц нашёл интересную закономерность — у видов животных, имеющих сильную врождённую вооружённость (например, ёжиков, ядовитых змей и насекомых), дающую возможность очень эффективно наносить неприемлемый ущерб любому противнику в стычке, выработалась врождённая внутривидовая мораль неагресии (если точнее — инстинкт отвращения к инициации физического насилия против особи собственного вида), поскольку иначе выживание вида находилось бы под угрозой. Это произошло в результате того, что наиболее склонные к насилию особи были уничтожены во время проявления актов агрессии и тем самим не смогли дать потомства. У человека же такой морали неагрессии не выработалось, поскольку он не является сильно вооружённым от природы видом, смертность драк лишь на голых кулаках без использования каких-либо дополнительных средств очень низка, поэтому отсутствовало давление естественного отбора на выработку данного признака. Если точнее, такой нейробиологический механизм у вида homo sapiens тоже присутствует, только в очень слабой форме. Но если выровнять БПН в обществе, то давление естественного отбора усилит его и у homo sapiens до уровня высоковооружённых видов, ведь носители вариантов генов, которые в меньшей степени вызывают у человека отвращение к инициации насилия, будут удаляться из популяции даже не успев передать их следующему поколению.

Битарх

Механика свободы, Глава 66

Всё, публикую последнюю главу Механики свободы, Добро пожаловать в будущее, ура! Здесь Фридман рассуждает о том, что обеспечивает цифровую приватность и что мешает её широкому внедрению, почему анонимные альткоины обеспечивают меньшую анонимность, чем биткоин-миксеры, ну и касается темы, которую я поднимала в Цифровой идентичности — что неважно, насколько сильны твои шифры, если наблюдатель вездесущ.

Мне осталось отредактировать и выложить приложения. Дальше нужно будет пройтись по всему тексту, чтобы внести финальные правки — перевод длился больше года, так что некоторый стилистический разнобой пока что неизбежен. Затем надо будет сверстать текст в формате электронных книг, а также для печати. После этого выложить всё это богатство на сайт, отправить Фридману, предложить версию для печати обеим ЛПР и Чайному клубу — короче, пусть расходится как можно шире, всем нам на радость.

Чтобы радость была полнее, можете закинуть мне поощрительную порцию битков. Ах, да, надо будет не забыть оформить в готовой книге страничку с благодарностями: тем, кто вкидывал донаты, тем, кто переводил, тому, кто раздобыл у автора полный вариант текста — пусть, короче, никто не уйдёт обиженный.

Беларусь 4

Это четвёртый мой текст про Беларусь (остальные ищутся по хэштегу #Беларусь), и на сей раз он вызван просмотром беседы между Михаилом Световым, Романом Попковым и Еленой Боровской, а также постом Романа по итогам стрима у себя в канале.

Рассказ Романа Попкова о том, в каком состоянии сейчас находится белорусское гражданское общество, был очень познавательным и объяснял то, почему дела идут именно так, как идут, но мне сейчас хочется поговорить о другом.

Роман во время беседы упрекал москалей в излишне технологичном мышлении. Особенно досталось Понасенкову с его Die erste Kolonne marschiert, die zweite Kolonne marschiert, но заодно прилетело и согласившемуся с Понасенковым Светову. Я, впрочем, хоть и живу, отделённая от Москвы нехилым расстоянием и Уральским хребтом, а всё равно из этих самых москалей, и потому у меня также сугубо технологический подход к этой политологической задаче: как обеспечить транзит от нелегитимной диктатуры к переходному правительству, конституционной реформе и новому легитимному правительству. И вариантов я вижу ровно два.

Вариант первый. Хотите как на Украине?

Если раньше у диктатора хватало сил для того, чтобы выпалывать боевые организации (привет Роману Попкову и его НБП) на корню, то сейчас, когда происходит постоянный уличный протест, довольно легко замаскировать тренировки по боевому слаживанию под эпизодическую спонтанную координацию. Десятки тысяч человек ежедневно ищут самые действенные способы ресурсно вымотать противника, знакомятся друг с другом, узнают, кто на что способен, и если градус гнева продолжит нарастать, то в какой-то момент поминаемые Романом сотни трупов перестанут казаться им серьёзным ограничением на пути к свержению диктатуры.

Конечно, они не прут голым пузом на административные здания, а, как мы это видели в Украине, захватывают военные склады и оружейные комнаты в отделениях милиции. После этого переход к горячей фазе уличных боёв неизбежен, даже если при захвате оружия никто не пострадает. А уличные бои неизбежно закончатся свержением диктатора.

Вариант второй. Как зовут президента Швейцарии?

Дальнейшее — фантастический рассказ, не воспринимайте, как прогноз.

Тихановская приезжает на инаугурацию Байдена. Это отличный предлог для того, чтобы обсудить, как именно свергать Лукашенко. Вариант со вторжением отметается, и предлагается более дешёвый. Лукашенко объявляется в международный розыск, за добычу его живым или мёртвым назначается серьёзное по белорусским меркам вознаграждение, какие-нибудь условные сто миллионов долларов. Одновременно с этим в дело вступает второй очень важный человек, его зовут Ги Пармелон. Это вице-президент Швейцарской Конфедерации, который к моменту инаугурации Байдена будет новым президентом (привет Михаилу Светову с его постоянным риторическим вопросом, как зовут президента Швейцарии). Швейцария — нейтральная страна с очень стабильной политической системой. Только она может дать Лукашенко гарантию пожизненного политического убежища (Россия или США — не могут).

Всё, дальше засекаем время и следим за тем, что случится раньше: один из охранников Лукашенко предъявит его голову и потребует награды — или Лукашенко обратится за гарантиями к господину Пармелону и покинет страну немедленно после их подтверждения.

Чтения Адама Смита, запись

Когда шли Чтения Адама Смита, я комментировала их текстом в телеграме и фейсбуке, ну а теперь организаторы выложили уже чистовые записи к себе на ютуб-канал, так что желающие могут глянуть конкретные лекции прицельно, а не смотреть сплошную запись трансляции.

Лично мне были наиболее интересны лекции Людмилы Петрановской про этические аспекты ковидных дискуссий, а также Евгения Варшавера про интеграцию мигрантов. Пишите в комментах, что понравилось вам.

В защиту линукса

Вчера я опубликовала пост с описанием моего скромного пользовательского опыта по установке одной-единственной программы на линуксе. Вердикт сводился к тому, что для большинства, будь они хоть трижды либертарианцы, удобство здесь и сейчас запросто может оказаться важнее абстрактных идеалов. Это верно далеко не только когда вы выбираете между графическим интерфейсом и консолью. Точно так же люди пренебрегают ношением средств самообороны, не ставят пароль на телефон и занимаются сексом без презерватива.

Разумеется, пост вызвал много споров, потому что война между адептами разных подходов к взаимодействию с компами тянется с глубокой древности. Ну и, насколько я поняла, каждое оживление этой вечной перебранки всегда состоит минимум из двух постов, первый в порицание линукса, и второй в его защиту. Сегодня время для второго.

Я ставила версию линукса, которую мне позиционировали, как довольно близкую к винде по интерфейсу. Встала она легко и непринуждённо. Все типовые приложения, вроде офиса, браузера, телеграма или менеджера паролей, устанавливаются без всякой консоли через графическую оболочку. Если бы передо мной стояла задача перевести всю свою повседневную работу на открытый софт, я бы переехала на линукс без проблем и не особенно замечала бы разницы. Между тем есть множество нетипичных задач, для решения которых мне и под виндой потребовалась бы помощь человека, обладающего более глубоким знанием системы.

Мир полон технически сложных устройств, которые каждому нет ни малейшей нужды досконально изучать. Магия разделения труда в том и состоит, что каждый сосредотачивается на том, в чём имеет относительное преимущество. Свои тонкости есть в каждом предмете, и некоторые люди специализируются на них, чтобы увеличить свою ценность. Но при этом обычному пользователю, по большому счёту, нет разницы, под какой системой выполнять большую часть задач, ему подойдёт любая.

Так что я уточню свой вчерашний ответ на вопрос о том, почему либертарианцы не сидят на открытом софте. Да, они сидят на том, что удобно, но часто большая часть удобства сводится к сетевому эффекту. Если реклама услуг компьютерных мастеров будет упоминать не настройку винды и установку антивируса, а подбор дистрибутива линукс и конфигурацию системы под задачи пользователя, если инфа на государственных ресурсах будет лежать не в docx, а в odt, если в салонах связи будут продавать аппаратные биткоин-кошельки — это будет наглядным свидетельством работы сетевого эффекта в пользу открытого софта и децентрализованных денег.

Что нужно для того, чтобы либертарианцы использовали открытый софт? Просто начать использовать открытый софт.

Этот пост написан под линуксом, и дальнейшие будут писаться под ним же. Незачем откладывать приобщение к полезным привычкам.

Полезные привычки

Опенсорс, либертарианство и лень

Почему либертарианцы не любят рассказывать об открытом программном обеспечении и его преимуществах? Разве либертарианец не должен пользоваться только свободным софтом (вместо Windows и MacOS — Linux, вместо Android и iOS — LineageOS), если он уважает собственную свободу и частную жизнь? Свободный софт помогает защититься от слежки государства и корпораций — обрести настоящую свободу. Или большинство либертарианцев не уважает свою частную жизнь? Если слишком сложно разобраться во всех технических тонкостях, почему не платить другим за создание доступных программ, учебных материалов?

Ричард Столлман

Меня попробовали недавно научить писать телеграм-ботов. Почему-то это означало, что нужно поставить линукс. Система встала без проблем, но дальше начались танцы с бубном. Ставим питон. Открой консоль, пиши такое-то заклинание. Сработало? Ну-ка, давай скрин. Ага, поправка, пиши вот такое заклинание. Теперь поставим такие-то библиотеки. Пиши такое-то заклинание. Всё, запускай пайчарм. Почему не с ярлыка на рабочем столе? Почему даже такое элементарное действие нужно делать из консоли? А теперь в пайчарме открой его внутреннюю консоль и пиши там такое-то заклинание, чтобы установить библиотеки. Стой, мы же их ставили! Неважно, их надо ставить локально под каждый проект. И ещё интерпретатор не забудь выбрать. Я уже в пайчарме, это среда разработки, зачем мне в ней десять интерпретаторов, выбирать из них? Что мешает сделать один по умолчанию и десять опциональных для извращенцев? Кто вам преподавал UX?..

Я ничего не имею против опенсорсного софта или контента. Залезла на википедию, внесла правки в статью про Дэвида Фридмана. Пять минут — и миллионы русскоязычных пользователей получают доступ к актуальной информации. Спонтанные порядки — это сила! Но если хэндмэйд одежда дорогая и неудобная, то ходить в ней будут только реконструкторы. Если опенсорсная ОС требует на простые вещи тратить гораздо больше усилий, чем проприетарная, то сидеть на ней будут только гики, угорающие по безопасности.

Тот, кто украдёт у майкрософта исходные коды винды и выложит их в открытый доступ на какой-нибудь максимально децентрализованной площадке, окажет человечеству огромную услугу. Потому что эта система совершенно заслуженно занимает свою долю рынка — даже несмотря на то, что проприетарная и шпионит за пользователем. Я неоднократно писала о том, что мы уже готовы жить в условиях новой искренности, когда все могут и имеют полное моральное право шпионить за всеми, так что шпионство системы не воспринимается, как нечто ужасное — пока она деньги не тырит и в следственный комитет на тебя не стучит (а вконтактике люди сидят, даже зная, что он стучит на пользователей). Есть много примеров того, как тот или иной софт некоторое время был проприетарным, а затем его выложили в открытый доступ, и дальше его развивает уже сообщество. Ну и понятно, что чем слабее будет даруемая айти-гигантам государственная защита, тем чаще подобное будет происходить.

Про Lineage OS я ничего не слышала, полезла смотреть, оказалось, что моя модель трубки не поддерживается. Так что, когда буду менять, куплю уже с прицелом на этот фактор (если поддерживаемые модели телефонов не окажутся несоразмерно дорогими), тогда и поглядим. Надеюсь, это будет больше похоже на опыт с википедией, а не с линуксом.

Сидеть на опенсорсном ПО — это как быть веганом. Если ты живёшь в Индии, то без проблем, кругом полно вкусной веганской хавки. Если в России — то ты бессмысленно обрекаешь себя на более дорогую жизнь более низкого качества, ради неких этических принципов. Чем дороже для тебя эти принципы, тем на большие жертвы ты пойдёшь ради их соблюдения. Свободное ПО — это круто, но удобное в использовании ПО для подавляющего большинства — гораздо круче. Рыночек порешал.

Прастити…