Автор: Анкап-тян

Аргумент об экономической невозможности анкапа

Здравствуйте, у меня возник спор с человеком, который утверждает:

«Для того, чтобы получить совершенный рынок, потребуется, во-первых, создать абсолютно симметричное информационное пространство, во-вторых, исключить из экономической системы неисключаемые и неконкурентные блага, в-третьих, исключить внешние эффекты, в-четвёртых, полностью убрать дифференцированную продукцию, в-пятых, каким-то образом поддерживать все вышеуказанные (сами по себе фантастические) условия, в-шестых, не допустить умышленного нарушения установленного порядка со стороны.

Совершенный рынок — это рынок в вакууме, упрощённая модель для графиков и наглядного объяснения теорий. Потому переход к «прекрасному анкапу» невозможен не в силу «вездесущего этатизма», а просто в силу того, что условия его существования в том виде, в котором он вам представляется, невыполнимы»

Как следует доказать, что рынок реален, может быть, посоветуете статьи на эту тему?

Игорь

Здесь имеет место классический риторический приём «соломенное чучело», когда опровергается не тот тезис, который выдвигает оппонент, а тот, который удобно опровергать. Совершенный рынок (или совершенная конкуренция) — это термин из неоклассической экономической теории, а анкап базируется в основном на австрийской школе. Нечто схожее с моделью совершенного рынка описывает в Человеческой деятельности Мизес, вводя такую умозрительную конструкцию, как равномерно функционирующая экономика. В такой экономике все агенты обладают всей полнотой информации, и выполняются все прочие описанные вашим оппонентом условия. В результате такая экономика абсолютно предсказуема, и в ней невозможно предпринимательство. Эта умозрительная конструкция вводится ровно для одного: чтобы продемонстрировать отличие реальной экономики от равномерно функционирующей и тем самым показать, в чём состоит роль предпринимателя (а она состоит как раз в получении прибыли за счёт использования неопределённости будущего) и роль инвестора (она состоит в том, чтобы сохранить некоторый запас капитальных благ в прошлом ради употребления их в будущем). Точно так же в физике есть понятие равномерного прямолинейного движения, в разных школах танцев и боевых искусств базовые стойки, базовые шаги, и так далее. Говорить, что идеальный рынок есть рынок совершенной конкуренции — это как утверждать про идеальный танец, что это движение пары базовыми шагами из базовой стойки, в то время как вся суть танца как раз в импровизации на основе той самой базы.

На мой взгляд, эту подмену делают излишне часто в том числе из-за неудачности самого термина «совершенный рынок» — он содержит манипуляцию, заставляющую думать об этом явлении как о чём-то желательном, ведь кто же не мечтает о совершенстве! Между тем, совершенный рынок вообще неотличим от совершенной плановой экономики, где тоже всё рассчитано и задано наперёд. Точно так же мы могли бы говорить о совершенном коммунизме, когда абсолютно все материальные предметы находятся в общественной собственности, и абсолютно все действия совершаются только с всеобщего согласия после всестороннего и полного обсуждения. И действительно, такая умозрительная модель совершенного коммунизма используется теоретиками, когда они показывают необходимость самопринадлежности.

Кто вас учил так танцевать? Где правильная стойка?

Революционный анкап

Некая анонимная организация с невыразительным названием «Ячейка анархического действия» распространяет по различным окололибертарианским ресурсам такой вот манифест (извините, ребята, орфографию я вам поправила, иначе это было невозможно читать):

Революционный анкап, или р-анкап

Идеология стоящая за активное участие анархистов в революционной борьбе с государством и полицией.

Р-АНКАП провозглашает такие идеи:

1) Активный НАП. Если человек становится анкапом, готов принять НАП как договор о неагрессии, то он должен признать, что как только он принял НАП как идею, он должен соблюдать его. Но, препятствование этому со стороны государства, так как оно больше всех нарушает НАП, а значит после принятия, любые насильственные действие направление от государства, могут рассчитываться как проявление ярко выраженного несогласия на соблюдение этого договора, а это значит, что можно предпринимать насильственные действие по отношению к государству, и присваивать его имущество себе, делая его частным, а также оказывать сопротивление законам, полиции, чиновникам и т.д.

2) Агоризм. Революционный анархо-капитализм признаёт агоризм — как основу сопротивления государству. Сопротивление ему и игнорирование, вместо легального рынка — теневой рынок, союзы сквотов, образующих районы, которые являются своей закрытой системой с экономикой и правилами в виде договоров. Также создание собственной валюты или способа обмена.

3) Для достижения своих целей иногда надо идти на союз с другими анархистами, образуя солидарность и толерантность между анархистами, иногда и на полноценные союзы, где не берётся сейчас во внимание экономическая повестка, а только политическая и социальная, а именно — уничтожение государства и выступление против принуждения со стороны других людей.

4) Активное вооружение. Наша цель — проявить готовность, и активно вооружаться, чтобы оправдывать наши возможности, для собственной охраны и других людей в любых случаях. А это значит только одно, создание дружин для защиты демонстрантов и частной собственности, на которую посягает государство.

5) Вместо прав. Утилитарную этику также называют телеологической (от древнегр. «телеос» – цель). Кроме непосредственного удовольствия, целью морально правильного выбора может служить любая польза. Чем больше польза, тем правильнее поступок. Но, стремясь к пользе для себя или своих близких, человек может нанести вред другим людям. Поэтому следует поступать так, чтобы принести наибольшую пользу для наибольшего числа людей. А моральные принципы? Им нужно следовать, но там, где они идут вразрез с практическими соображениями, необходимо признать их условность. Мы можем защищать свои возможности, гарантируя их союзами, договорами и собственной силой, как физической, так и интеллектуальной.

6) Прямые действия. Действия, предпринимаемые личностями или группами для достижения политических, экономических или социальных целей средствами, исключающими необходимость в посредниках. Другими словами — действия, направленные на решение проблемы непосредственно своими силами.

Идеальный пример устройства — это коммунитарная конфедерация, когда коммуны объединены в конфедерацию.

НАП же относится только к нападению, и только насильственному, или тому, которое привело к самоубийству. Второе только при наличии существенных доказательств.

Отношение к партиям. За полный отказ от политических партий, даже либертарианских, считая их предателями и выступая только за ассоциации и политические клубы по интересам.

Комментарий Анкап-тян

Как неоднократно упоминал в своих выступлениях Михаил Светов, если власть не слышит тех, кто выступает с относительно умеренных позиций, им на смену приходят настоящие радикалы. И когда эти радикалы перехватят повестку, то поздно будет говорить о люстрациях, в моду войдут дефенестрации. На примере вышеупомянутого манифеста мы видим один из ранних примеров меняющейся риторики протеста.

Да, вполне может оказаться, что за этим манифестом стоит ещё одно Новое величие, и через некоторое время силовики просто срубят ещё одну палку. А может быть, и нет.

Ну а теперь немного о том, что не так с изложенными идеями. Я не буду рассуждать о том, что НАП — не договор, потому что это неважно. Не буду говорить о том, что нельзя оказывать силовое сопротивление любым попыткам государственной агрессии. Разумеется, можно. Не буду спорить о том, какой способ устройства общества идеален. Разумеется, для каждого свой, анкап просто подразумевает ненасильственность при вступлении в ассоциации, а там уж пусть рыночек порешает. Лучше поговорю об утилитаризме.

Логика человеческой деятельности подсказывает, что если есть цель, для неё следует подобрать средство. Если цель — уничтожение государства, напрашивается решение: создать организацию по уничтожению государства. Отсюда идеи про революционные ячейки и всё такое. Проблема в том, что организацию легко создать, да сложно распустить. Сперва ты делаешь исламскую революцию, потом у тебя корпус страже исламской революции. Чем сильнее режим, тем сильнее нужна организация по его свержению, тем меньше эта организация будет склонна распускаться, и тем больше — терроризировать мирных граждан после своей победы.

Поэтому весь смысл тактик по достижению анкапа в том, чтобы ослаблять государство, а не ломать его сразу. Минархисты уменьшают его полномочия. Панархисты аккуратно разрезают государство вдоль волокон, чтобы начало гнуться и удовлетворять разнообразным частным запросам. Агористы подгрызают корни, не дают государству жрать, и этот паразит дохнет от небрежения. А если начать ломать силой, то вместо отсутствия государства в лучшем случае выходит failed state. Проходили.

Обгрызаем кору и ждём, пока засохнет

Прививка от насилия. Пример этноса Сенои.

Колонка Битарха

В ЖЖ-блоге писателя-фантаста Александра Розова (известного главным образом своим Меганезийским циклом) был опубликован интересный пост про идею «прививки от насилия», применяемой этносом Сенои в Малайзии. По остальным постам его блога можно легко сделать вывод, что Розов симпатизирует идее доктрины сдерживания (ДС) — её проявления упоминаются у него с завидной регулярностью.

В чём же для нас представляет интерес культура Сенои? Это крайне примитивный в технологическом плане этнос, где в качестве оружия до сих пор используются духовые трубки с отравленными стрелами. Тем не менее, малайцы в конце 19 века, по свидетельству Миклухо-Маклая, явно опасались их трогать. Дело в том, что с самого раннего детства каждый сеноиец учится нетерпимости к насилию. На любую инициацию агрессии в свой адрес он обязан применить контрнасилие, вместо того чтобы апеллировать к постороннему авторитету. Внушение этой идеи происходит на протяжении всей жизни — семьи сенои каждое утро за завтраком рассказывают друг другу свои сны, и как противостояли опасности, если она в них была.

Розов выделяет основные моменты общества Сенои:

1. С одной стороны — сенои явно не те люди, которые склонны терпеть насилие над собой (малайцы не стали бы иначе бояться оружия этих почти первобытных персонажей, и не стали бы рассказывать о том, через сколько времени умирает человек, пораженный боевым элементом оружия сенои).

2. С другой стороны, внутриплеменные обычаи сенои явно не агрессивны и не строятся на насилии.

3. Миклухо-Маклай полагал, что сенои — вымирающий этнос (поскольку они стояли явно на менее высоком уровне социально-технического развития, чем окружающие малайцы). Но сейчас, через 150 лет после исследования Миклухо-Маклая, численность сенои примерно та же, что тогда. Иначе говоря, это вполне стабильная популяция.

И делает основной вывод:

«Активное противостояние угрозе. Как оказывается, это свойство вовсе не противоречит мирным неагрессивным обычаям. Напротив, это дополняющий элемент. Тому, кто умеет и готов защищаться — проще быть не агрессивным.»

Дружелюбные туземцы и их смертельное оружие

Описанный пример показывает, что для успешной реализации доктрины сдерживания совсем не обязательны суперсовременные дроны размером с пчелу или ядерные ракеты. Нужна лишь готовность как можно большего числа людей в обществе применять контрнасилие, повышая издержки инициации агрессии. Чем конкретно они будут повышаться, не имеет большого значения. Даже лёгкое осмеяние, плевки, косой взгляд, игнорирование, бойкот, шейминг и прочие действия вообще без какого-либо насилия, но применяемые большим количеством людей, сделают жизнь любого политика невыносимой и заставят его перестать работать на стационарного бандита (в терминах доктрины сдерживания: издержки от контрнасилия превысят выгоду от инициации насилия, условную зарплату, получаемую от стационарного бандита, который, в свою очередь, получил эти средства через принуждение граждан к уплате налогов).

Можно даже вывести зависимость: чем больше людей в конкретном обществе нетерпимо к насилию, тем менее мощное (и, соответственно, технологически сложное) оружие необходимо для успешного сдерживания агрессора. Если в какой-то стране только один (!) человек готов применить контрнасилие против агрессора уровня США, то единственный вариант сдерживания — ЯО с cистемой автозапуска «мёртвой рукой» (что крайне сложно и безумно дорого), но если 90% населения готовы применять контрнасилие, хватит и духовых трубок. Война в Сомали (вторжение и последующее бегство армии США) это прекрасно показала.

Картинка кликабельна. Единицы мощности условные, математический аппарат для доктрины сдерживания в этом направлении не разрабатывался

Аргументы для благонамеренных этатистов

Частенько приходится употреблять подобную фразу в споре с непробиваемыми этатистами:

«Поддерживая государство, ты инициируешь насилие, в том числе против меня, поэтому к тебе будет применяться ДС, пока не прекратишь!»

Можешь написать пост на эту тему, в котором аргументируешь, почему это именно так и есть?

Битарх

Позволю себе две цитаты. Первая из фильма «Брат-2»: «Сила в правде». Вторая, из Михаила Светова: «Ты можешь быть тысячу раз прав, но что с этого толку, если ты бессилен?»

При этом персонаж, произносивший первую тираду, предпочитал утверждать свою правду применением силы, а автор второго высказывания ограничивается исключительно донесением своей правды до людей в вербальной форме. Оба, несмотря на видимое противоречие между словом и делом, преуспели в своих начинаниях.

О чём это должно нам сказать? О том, что — и тут я приведу третью цитату, автором которой по преданию, является Аль Капоне: «Добрым словом и пистолетом вы можете добиться гораздо большего, чем одним только добрым словом».

Так вот. Когда вы угрожаете этатисту доктриной сдерживания, вы как бы говорите ему: «чувак, у меня есть пистолет, поэтому я прав». При этом он уверен, что сила в правде, правда же в том, что он лично против вас агрессию непосредственно не инициировал, а всего лишь вербально поддержал государство. То есть вы угрожаете человеку расправой за слова, к тому же с довольно невнятными претензиями, ведь поддержкой государства можно объявить всё, что угодно. Вон, многие украинцы обвиняют русских в поддержке российской агрессии на Украине просто по факту российского подданства (ну и неправильного употребления предлогов, разумеется).

В результате этатист напрягается и ищет на вас управу, например, в лице государства. И, подозреваю, вам будет особенно обидно, если ему управу на вас найти удастся, а вам на него — нет. Иначе говоря, вы мало того, что угрожали человеку пистолетом, так ещё и пистолетом, которого у вас не было. И тут я позволю себе четвёртую цитату, совсем обидную, от персонажа комедии «Спиздили»: «Как и положено безмозглому хую — ты не разбираешься в ситуации, а теперь ты начинаешь сморщиваться, и твои яйчишки начинают сморщиваться вместе с тобой — и это потому, что на боку твоего пистолета написано — МУЛЯЖ, а на боку моего пистолета написано DESERT EAGLE .50».

Для того, чтобы этатист если не встал на вашу сторону, то хотя бы признал ваше право на критику государства, вам нужно в первую очередь продемонстрировать, чем конкретно оно вас ущемило. Причём предъявы в духе «я, конечно, уклоняюсь от уплаты налогов, но вот НДС всё равно включен в цену некоторых покупаемых мной товаров» — это для него, разумеется, неубедительно. Точно так же и указания на то, что вашего дедушку расстреляли при Сталине, подойдут лишь в качестве вспомогательного довода: во-первых, это случилось не с вами, а с человеком, которого вы даже лично не знали, а во-вторых, всегда можно сослаться на то, что это было другое государство. Идеальным будет подобрать историю, когда государство ущемило именно ваши права, причём по беспределу, в нарушение собственных законов, причём правды у других государственных органов найти не удалось. «Меня повязали на несанкционированном митинге и сломали ногу» — опять же, подходит хреново, если вы не Константин Коновалов — вот для него это прямо-таки идеальный кейс: не имел никакого отношения к акции, был задержан за три часа до её начала, с нарушением закона о полиции, получил телесные повреждения — и в довершение всего суд его же и оштрафовал. Если у вас найдётся нечто столь же убедительное, симпатии этатиста, конечно, будут на вашей стороне. Для начала вам важно продемонстрировать, что государство это не просто бандит, а бандит-беспредельщик, действующий не по понятиям.

Далее неплохо было бы сказать что-нибудь вроде «да ты и сам прекрасно всё понимаешь, наверняка у тебя тоже случалась подобная хуйня», и пусть он тоже расскажет что-нибудь из своей практики. В России принято прибедняться и жаловаться на жизнь, так что собеседник скорее почувствует себя неловко, если окажется, что именно его государев сапог обошёл своим вниманием, и либо что-нибудь присочинит, либо вспомнит произошедшее со знакомыми, или просочившееся в прессу.

А вот затем уже имеет смысл подводить собеседника к мысли, что если бандит не живёт по понятиям, то какое он имеет право требовать, чтобы по понятиям обращались с ним самим. А потому и утаить от него бабло — доблесть, и помочь другим, нагнутым по беспределу — хорошее начинание, и поддерживающие этих отморозков — суки позорные.

Ну и на закуску можно посмаковать истории о том, как людей штрафуют за благоустройство собственных кварталов, как панки ремонтируют детские площадки, как основатель Вымпелкома финансировал науку, а его объявили иностранным агентом — короче, подвести бывшего этатиста к мысли, что государевы люди умеют только ленточки перерезать, а по факту-то все блага люди обеспечивают себе сами, да ещё вынуждены обходить капканы, расставленные теми самыми государевыми людьми.

Не бывает непробиваемых этатистов. По крайней мере, в России.

В амперах, брат

Happy Bitcoine’en!

Сатоши Накамото был столь любезен, что подгадал публикацию своей статьи «Bitcoin: A Peer-to-Peer Electronic Cash System» именно к Хэллоуину, так что мы можем отмечать два праздника сразу, обращаясь со своим неизменным trick or treat не к офлайновым соседям, а ко всему интернету.

Так что давайте восславим в этот вечер святого Сатоши нашу возможность совершать онлайновые пиринговые финансовые транзакции, без которой настоящий хардкорный агоризм сегодня просто непредставим! Ну а государство пусть боится, это оно умеет лучше, чем что-либо ещё, так что, не будь биткоина, оно бы всё равно нашло, чего бояться.

Персональная доктрина сдерживания

Колонка Битарха

Сразу отмечу, что это мысленный эксперимент и проверка философской концепции, но никак не обсуждение технологической реализации.

Смысл идеи очень простой. Имеется потенциальный агрессор в виде группы людей (ОПГ). Наверное, вы уже догадываетесь о ком идёт речь. Хотя кроме вестфальского государства ей также может быть агрессивная ЭКЮ или территориальная община. ОПГ противостоит человек-одиночка, обладающий технологией, которую мы условно назовём MinMAD.

Эта технология обеспечивает взаимное гарантированное уничтожение (MAD) всего лишь двух лиц — если жертва агрессии умирает, тут же умирает один человек из ОПГ (например, случайный госчиновник, вне зависимости от его отношения к конкретному делу). Жертва агрессии может использовать обычное оружие для противостояния с ОПГ (например, расстрелять из пулемёта отряд полиции, направленный для его задержания) и оставаться живым до тех пор пока его не уничтожит агрессор. Но если после этого в его дом запустят крылатую ракету и он погибнет, моментально умрёт случайный член ОПГ. Также он может самостоятельно активировать MinMAD, например, если его захватили в плен. В таком случае немедленно умрёт он сам и один случайный участник ОПГ.

Из условия задачи понятно, что ОПГ и жертва не анонимны. Допустим что на определённой территории хотя бы 10-20% жителей имеет MinMAD. Вопрос: возможно ли сохранение институционализированного принуждения (государства) на этой территории?

Моё предположение — абсолютно точно «нет»: никто не захочет участвовать в ОПГ (государстве), зная, что он с очень большой вероятностью может умереть. Соответственно, достигается необходимый сдерживающий эффект, благодаря которому госчиновники вынуждены отказаться от принуждения и искать иные способы заработка, не основанные на грабеже (чем фактически являются «налоги»).

Комментарий Анкап-тян

По поводу перспектив такой доктрины мы с Битархом поспорили, и теперь выносим обсуждение на ваш суд.

Я полагаю, что мы уже живём в обществе, где этот эксперимент был поставлен и привёл к результатам, сильно отличающимся от задуманных. Раньше государство было относительно компактным, а тех, кто против него выступал, казнило. Это привело к появлению тактики индивидуального террора со стороны сопротивления, что сильно демотивировало государственных служащих исполнять свои обязанности. Но с тех пор государство приспособилось к этой угрозе, и, во-первых, чрезвычайно расширило число госслужащих, бюджетников и прочих бенефициаров существующей системы, а во-вторых, прекратило убивать своих противников, предпочитая более вегетарианские методы, с небольшими тюремными сроками и штрафами. Таким образом, с одной стороны, сопротивляющийся демотивирован к самопожертвованию, ведь ему грозит только временное неудобство — а с другой стороны, риск смерти для госслужащих стал существенно меньше, ведь госслужащих теперь миллионы.

Так что — нет. Современная доктрина сдерживания должна подразумевать устранение именно того, кто отдаёт приказ об инициации насилия, и чем выше его пост в государственной иерархии, тем лучше. Также современная доктрина сдерживания должна по возможности выводить из под удара того, кто её практикует, вместо гордого самопожертвования. Доктрина сдерживания на минималках — это для государства как прививка от болезни, вместо собственно болезни.

P.S. Кстати, раз уж так вышло, что в творчестве Битарха доктрина сдерживания настолько выражена, он запилил отдельный паблик вконтакте, куда складывает все материалы по этой тематике, чтобы доступ к ним был более удобен.

Доктрина сдерживания анархизма)

И снова про монополию

Вопрос навеян статьей на хабре и соответственно комментариями. Суть: есть яндекс — у них есть поисковик. В поисковике они продвигают свои другие продукты, таким образом ограничивая конкуренцию. Насколько это правильно? В самой статье и комментариях довольно много доводов ЗА антимонопольное законодательство. Что думаешь?

анонимный вопрос

В связи с этим вопросом я бы хотела порекомендовать вам лекцию Вячеслава Кострова «Платформенная экономика и хайековский рыночный процесс», прочитанную им на конференции «Капитализм и свобода в 2019 году.

Лекция очень сумбурна и не содержит выводов, зато помещает тот вопрос, который вы задаёте, в более широкую рамку — рассматривается уже не конкретный кейс использования доминирующего положения на рынке, а принципы функционирования платформенной экономики как таковой.

Рассмотрим такую платформу, как поисковик. По задумке это сервис, ищущий упоминания в сети информации о том, что интересно пользователю, по неким вводимым пользователям исходным данным. Заманив удобством сервиса и качеством поиска достаточно большое число пользователей, владелец поисковика может ставить вопрос о монетизации платформы.

Самый прямой способ монетизации сервиса в его исходном виде — это пожертвования клиентов. Такой способ реализован википедией, и он позволяет ей сосредоточить усилия на полноте контента и на аккуратности его подачи, то есть на совершенствовании ровно тех потребительских качеств поставляемого товара, ради которых пользователь и пришёл на эту платформу. Конечно, википедия это не поисковик в чистом виде, но теоретически ничто не мешает использовать эту же модель и для классических поисковиков. Мой канал практикует этот способ монетизации.

Также поисковик мог бы продавать заинтересованным клиентам аналитику по поисковым запросам пользователей. Это также достаточно травоядный способ заработать, и, как и в случае с вики, вряд ли принесёт мегабабки. Такой способ монетизации мой канал тоже в каком-то смысле практикует — это ответы на вопросы с прикреплёнными донатами и статьи на заказ.

Далее начинаются способы заработка, применение которых ухудшает собственно продукт.

Во-первых, это реклама. Помимо выдачи пользователю того, что ищет он сам, поисковик подсовывает ему в выдачу то, с чем его хотел бы познакомить рекламодатель. Таким образом, для пользователя продукт становится хуже, в силу меньшей релевантности результатов, зато владелец платформы получает профит. Такой способ я уже не практикую, и если появляется запрос о продаже рекламы на канале, стараюсь переключить запрашивающего на один из способов монетизации, указанных выше.

И, наконец, владельцы поисковика могут начать зарабатывать не только на чужой рекламе, но и заманивать пользователя на свои собственные дочерние сервисы, прямого отношения к поисковику не имеющие. Ровно это мы видим в обсуждаемой статье. В результате подобной политики результаты поиска становятся для пользователя ещё менее релевантными, и он начинает смотреть куда-нибудь в сторону duckduckgo, но пока пользователь ещё не окончательно убежал с поисковика, дочерние платформы за счёт инерции человеческого мышления сумеют набрать собственную базу клиентов. Такое я тоже не практикую, но вполне могу представить себе блогера, периодически рекламирующего в канале какой-то собственный бизнес.

В результате развития такой мегаплатформы через некоторое время оказывается, что одни бизнесы под общим брендом более прибыльны, другие менее, некоторые вовсе убыточны. Но при этом принимать решения об оптимизации структуры активов довольно сложно, потому что они оказывают влияние друг на друга. Платформа барахтается, принимая всё менее взвешенные решения, пока, наконец, не накрывается медным тазом. Как раз сравнительно недавно обанкротился один такой мастодонт платформенной экономики — контора Кука, которая просуществовала более полутора веков. Она первая внедрила пакетный принцип организации туристических поездок, за счёт чего быстро стала мировым гегемоном туриндустрии, и погорела в конечном итоге ровно на этом: слишком многие её активы вместо реакции на рыночные стимулы занимались тем, что обслуживали другие дочерние компании холдинга. Свои авиакомпании, свои отели, свои туроператоры, казалось бы, вот она монополия, стриги ренту — ан нет, не угнались за прогрессом и проиграли условному букинг.ком — платформенному бизнесу следующего поколения

Вот ровно та же судьба постигнет и яндекс, без всяких антимонопольных органов.

Энфорсмент контрактов

Колонка Битарха

Вопрос о допустимых методах исполнения (энфорсмента) контрактов был затронут на лекции Михаила Светова в Новосибирске. Светов в очередной раз недвусмысленно высказал свою позицию — нельзя применять физическое насилие (принуждение). Максимум, что можно сделать против нарушителя — остракизм.

К сожалению, не все люди признают такую моральную позицию, поэтому постараюсь объяснить её, опираясь на утилитаризм и теорию игр. Описанный ниже пример является авторской иллюстрацией к описанию тезисов исследования корпорации RAND О доктрине сдерживания, глава «Локальный баланс сил: важный, но не всегда решающий фактор».

«Допустим, я заключил с вами контракт и решил самостоятельно его разорвать. Вы упёрлись и начали мне угрожать «спецназом», который силой заберёт мою собственность. Предположим, вы можете отправить десять бойцов, но я могу гарантированно уничтожить одного из них. Я чётко даю понять, что готов идти до конца. Чтобы бойцы согласились на такой риск, вам придётся предложить каждому из них по $10M. Предположим что сумма контракта составляет $100K, а у меня в наличии имеется имущество, которое можно реализовать всего за $1000. Вы оцениваете соотношение выгод и издержек — и говорите мне что-то наподобие такого: «Пошёл вон, не хочу больше с тобой иметь никаких дел, правильно люди говорят, что говно лучше не трогать!». После этого мы расстаёмся, и вы со мной больше не заключаете никаких сделок. При определённых обстоятельствах вы можете отомстить, разместив информацию о моём поведении в публичном доступе и тем самым побудив остальных людей присоединиться к остракизму.»

Как видно из примера выше, исполнение контрактов с помощью физического принуждения становится невозможным в обществе, где имеется хоть какой-то баланс потенциала насилия (отличный от условного «нуля» у граждан и «бесконечности» у государства, как это обычно бывает в этатистских обществах).

В своей книге «К новой свободе» Мюррей Ротбард приводит исторические примеры, подтверждающие описанную теорию и показывает свою симпатию к ней.

«Дело в том, что в Средние века и вплоть до 1920 года торговцы полагались исключительно на силу остракизма и бойкота со стороны других местных торговцев. Иными словами,если кто-то отказывался подчиниться решению арбитра или игнорировал его решение, другие торговцы доводили этот факт до всеобщего сведения и все отказывались иметь дело с бунтарем, что быстро ставило того на колени. Характерный пример этого приводит Вулридж:

«Торговые суды были эффективны, потому что торговцы договаривались о том, что их решения будут исполняться. Того, кто отказывался подчиниться, не отправляли в тюрьму, но и торговцем после этого он оставался недолго. Влияние его коллег и партнеров оказывалось более действенным, чем физическое принуждение. Возьмите Джона из Хоминга, который зарабатывал на жизнь оптовой торговлей рыбой. Джон продал партию селедки, которая вся должна была быть такой же, как в предъявленных покупателю трех бочках, но, как вскоре выяснилось, в действительности была гнилой, да еще и смешана с колюшкой. Ему пришлось быстро все возместить покупателю под страхом остракизма со стороны других торговцев.»

Со временем остракизм стал еще более эффективным средством, поскольку сложилась ситуация, когда тот, кто однажды не подчинился решению арбитра, уже не мог рассчитывать, что с ним будет иметь дело еще какой-либо посредник. Промышленник Оуэн Д. Янг, глава корпорации General Electric, пришел к выводу, что моральная цензура, осуществляемая другими бизнесменами, действует куда эффективнее, чем официальная судебная система. Современные технологии, компьютеры и кредитные рейтинги делают угрозу общенационального остракизма еще более действенной, чем когда-либо в прошлом.»

Почему, обсуждая представительную демократию, мы всегда имеем ввиду upvote? Сегодня, когда все всем врут и все всех покупают, downvote значительно продуктивнее.

анонимный вопрос

Для чего сегодня в политике в основном используется downvote? Это дизлайки под вредными законопроектами, петиции за отмену вредных законов, митинги с требованем отставки правительства, акции типа закидывания яйцами и так далее. То есть это обычный инструмент прямой, а не представительной демократии.

Попробуем представить себе, как выглядели бы последствия внедрения downvote для представительно демократии.

Выборный орган, баллотируется десяток кандидатов, все они красуются в бюллетене, избиратель приходит на участок и расставляет им дизлайки — всем, кого заведомо не желает видеть на означенном посту. Побеждает кандидат с минимальным числом дизлайков.

Каковы минусы у такой системы?

  1. Резко повышается шанс победы неуловимого Джо, который никому не успел насолить, потому что его вообще никто толком не знает. Политики будут состязаться за имидж самого безликого ноунейма.
  2. Ноунейм может оказаться несубъектным, и просто передаст рычаги реального управления своему кукловоду. Получим те же яйца, только сбоку, и даже с ещё большим размыванием ответственности за политические решения.

Какие плюсы?

  1. Исчезает понятие испорченного бюллетеня. Пустой бюллетень — все кандидаты нравятся. Исчирканный — все не нравятся.
  2. Не пройдёт ни один кандидат с мало-мальски высоким антирейтингом, то есть непопулярные меры на предыдущем посту эффективно убивают публичную политическую карьеру, даже при наличии значимой группы поддержки.
  3. Резко повышается явка на выборах: ради удовольствия поставить публичному политику дизлайк на участок припрутся даже паралитики.
  4. Боязнь резких мер будет способствовать тому, что государство окажется куда более бездеятельным, а нам, либертариям, только того и надо.

Так что я одобряю предложенную систему совершенствования представительной демократии. Жаль только, жить в эту пору прекрасную уж не придётся ни мне, ни тебе…

Допустимо ли либертарианской партии становиться вождистской партией с сильной вертикалью?

Судя по уставу, который Светов хочет принять на съезде, это именно так.

Анонимный вопрос. К вопросу приложен донат на сумму 0.00099851btc

Этот вопрос оказался на сегодня рекордсменом среди вопросов с приложенным донатом по тому времени, которое мне потребовалось на ответ: обычно, если ответ оплачен, я отвечаю в тот же день. Дело в том, что к либертарианской партии России я не имею никакого отношения, так что мне пришлось прошерстить оба ваших устава — тот, что действует сегодня, и тот, что Михаил Светов рассчитывает принять на съезде ЛПР, который состоится 2 ноября в Москве (мне прислали ссылки на облако, но для сохранности я предпочла переложить документы к себе на сайт). Чтиво было не из лёгких, так что заранее прошу прощения у тех, кому и ответ покажется скучноватым, больно уж специфический вопрос.

Так вот, если полагаться на букву уставов, то и сейчас, и в прекрасной световской ЛПР будущего у вас типичная олигархическая партия, где вся реальная власть находится в руках комитетов, имеющих в своих руках контроль над механизмами собственного переизбрания. Изменения, которые предполагается внести, носят, в сущности, косметический характер:

  • региональным отделениям запрещается предпринимательская деятельность (очень странно для партии, которая по идее должна носиться с предпринимательством как с фетишем).
  • зато региональным отделениям разрешается своя символика, хотя и по согласованию с федеральным комитетом (я и не знала, что раньше у вас по уставу была одна символика на всю партию, эта норма нарушалась направо и налево).
  • общее собрание регионального отделения теряет право исключать из партии (вся власть комитетам!).
  • общее собрание регионального отделения теряет право рассматривать апелляцию на исключение из партии руководящим комитетом отделения (власть комитетов неоспорима!) .
  • мораторий на возвращение в партию ранее исключённых членов увеличивается с трёх до пяти лет (это мне напоминает постоянное продление сроков действия прав Диснея на Микки-Мауса — такое ощущение, что из ЛПР исключили кого-то, кого очень не хочется возвращать, и теперь продляют срок, в течение которого этого будет нельзя сделать).
  • раньше федеральный комитет распускался, если из него выходило больше трети состава, в новой редакции — больше половины (если доминирующая фракция имеет абсолютное большинство, оппозиция оказывается в принципе не в состоянии заблокировать работу комитета).
  • вводится ограничение на максимальную численность комитетов (повышение административного веса каждого члена комитета)
  • федеральный комитет сможет приостанавливать полномочия отдельных своих членов и увольнять председателя партии (расширение власти доминирующей фракции).
  • апелляция в этический комитет становится платной. Выиграл суд — залог вернули. Проиграл — деньги уходят в казну партии. Санкций для тех, кто принял неправомерное решение, по которому выиграна апелляция, не предусмотрено (очень удобно, например, выгнать из партии всю оппозицию перед съездом, а пока и если этический комитет всех восстановит, поезд уйдёт, все решения на съезде уже приняты, профит).

Наверняка я обратила внимание далеко не на все изменения, но вряд ли упустила что-то сильно принципиальное. Ещё одна особенность световского устава в том, что уставов в нём целых два: первая часть работает до тех пор, пока партия не зарегистрирована, вторая часть заменяет первую в случае официальной государственной регистрации партии.

Объём документов весьма велик. Текущий устав имеет 44 страницы, предлагаемый Михаилом Световым — 78 страниц. Обычно, когда люди составляют настолько обстоятельные договоры о совместной деятельности, это говорит об огромном недоверии, которое они испытывают друг к другу, и о некоей внешней силе, к которой всегда можно апеллировать, если в совместной деятельности что-то пошло не так. Устав важен именно внешнему судье, который ничего не знает о том, что творится в организации, и для которого карта равна территории. Организациям, которые создаются естественным путём ради максимальной эффективности совместной деятельности, и которые не рассчитывают опираться на чью-то внешнюю легитимность, не свойственно расписывать внутренние нормы в таких талмудах.

Для естественной организации характерно сперва обходиться исключительно неформальными договорённостями, потом по мере роста вводить какие-то писаные нормы, потом сводить их в уставы. Неестественная, соблюдающая российский закон о политических партиях, вынуждена брать шаблонный устав и демонстрировать государству, что живёт по нему. По факту же она всё равно будет работать в рамках неких неформальных договорённостей.

А теперь я позволю себе отвлечься от уставов и процитировать фрагмент лекции Михаила Светова, прочитанной им 16 октября 2019 года в Новосибирске:

Либертарианская партия России сегодня единственная организация, которая всерьёз говорит о том, что регионам нужно дать широкие полномочия, передать их таким образом, чтобы из Москвы их больше отобрать было — невозможно.

Михаил Светов

Про то, что регионы должны навязать Москве новый федеративный договор, Михаил говорит уже несколько месяцев, и особенно часто — в последний месяц, в рамках своего беспрецедентного тура по всей стране. Так навяжите!

Региональное отделение партии объединяет местных политиков, которые непосредственно взаимодействуют с местными политиками, представляющими другие политические силы. Именно с ними они входят в коалиции и союзы, договариваются о распределении кандидатов по округам и о порядке выступлений на митингах, о том, чтобы взять погонять оборудование или воспользоваться офисом. Москва во всей этой реальной региональной политической деятельности — дезорганизующий фактор, который может способствовать лишь срыву заботливо выстроенных на местах договорённостей, но почти никогда не в состоянии помочь. Особенно это актуально для партий без централизованного финансирования сверху. Если главный источник денег партии — взносы рядовых членов, то насколько же надо быть контуженными вертикалью власти, чтобы вообще обращать хоть какое-то внимание на хотелки московского начальства! Кто не ужинает девушку, тот её не танцует.

Либертарианской партии Российской Федерации не нужен устав. Ей нужен федеративный договор. Я позволю себе снова процитировать фрагмент из той же лекции:

В чём критика либертарианцами демократии? В том, что демократия принимает равные неудобные законы для всех. Нету такого закона, который в равной степени подходит москвичам, новосибирцам и жителям Южно-Сахалинска.

Михаил Светов

Ну, нету, значит, нету. Скажите спасибо Михаилу за полезную лекцию, и сделайте, как он предлагает. Сумеете навязать новый федеративный договор Москве в рамках партии — это станет первым шагом к тому, чтобы навязать его Москве и в рамках государства. Сумеете ограничить такого мягкого и интеллигентного вождя, как Михаил Светов — это станет первым шагом к тому, чтобы ограничить такого брутального и неприятного типа, как Владимир Путин.

Михаил Светов и новый федеративный договор