Тег: децентрализация

Заметки о децентрализации, часть 2. Биткоин.

Сфера криптовалют — хорошая иллюстрация упомянутого в предыдущей заметке динамического равновесия между централизацией и децентрализацией.

Биткоин, первая из криптовалют, создан в качестве максимально децентрализованных денег, и призван служить цифровым кэшем. Но Биткоин это не просто монета, а монета со встроенной платёжной системой. Для того, чтобы простые пользователи могли передавать друг другу биткоины, нужны как минимум 1) узлы сети, соблюдающие совместимые правила верификации транзакций, 2) майнеры, добавляющие блоки с транзакциями в блокчейн, и 3) кошельки, позволяющие подписывать транзакции. Вообще говоря, эти функции можно объединить: каждый узел может майнить, и каждый пользователь может использовать в качестве кошелька приложение для полного узла с функцией майнинга. По такому принципу работает Монеро, и в целом справляется, обеспечивая очень высокий уровень децентрализации, однако Биткоин призван в будущем стать мировыми деньгами, ему нужен очень высокий сетевой эффект, а значит, необходим крайне низкий порог входа, чтобы его мог использовать буквально кто угодно, как с точки зрения необходимого уровня технических знаний, так и с точки зрения стоимости и компактности необходимого оборудования.

С этой целью вокруг Биткоина выросла целая экосистема сущностей, увеличивающих удобство его использования: биржи, обменники, номинированные в биткоине банковские карты, надстройки для программирования смарт-контрактов, сервисы кредитования в стейблах под залог битка, токенизированные биткоины на иных блокчейнах, протоколы анонимизации транзакций, протоколы для микроплатежей и много ещё всякого. Большая часть этих сущностей уже требует доверенного посредника, то есть более централизованная, чем чистый Биткоин. Однако вся эта пёстрая сложность обеспечивает богатый выбор вариантов использования битка под самые разные запросы. Многие из этих сервисов окажутся невостребованными, и их разработчики закроют свои проекты. Многие соскамятся, и их разработчики более или менее безнаказанно утекут с деньгами пользователей. Многие будут взломаны, и с деньгами пользователей утекут взломщики (а разработчиков будут подозревать в аффиляции со взломщиками). Но это обычный процесс конкуренции, которая и обеспечивает прогресс в уровне принятия Биткоина массами пользователей. Лишь бы базовый протокол устоял. Но он вроде стоит, и с каждым годом линди-эффект Биткоина всё мощнее.

Опять же, когда к Биткоину выдвигаются претензии на предмет того, что он неудобен для какой-то задачи, немедленно оказывается, что есть целый букет других криптовалют, которые заточены именно под эту задачу. Вот вам крипта для смарт-контрактов, вот вам крипта для токеномики, вот вам с быстрыми транзакциями, вот с дешёвыми, вот с анонимными, вот для хранения в блокчейне данных, вот с откатываемыми операциями и возможностью заморозки аккаунтов — и так далее. Разумеется, каждая такая криптовалюта это компромисс. Многие недостаточно децентрализованы, многие недостаточно безопасны, есть с безумно огромным блокчейном, есть с безумно дорогими транзакциями — но никто уже, похоже, и не надеется, что нечто универсальное, превосходящее конкурентов вообще по всем мыслимым параметрам, вообще возможно. Это рыночек, и то, как он решает проблемы, часто вводит в ступор сторонников тщательного планирования и управляемого развития.

Подобно тому, как идея, что контент может создаваться не создателями сайтов, а их пользователями, породила веб2, идея о том, что в интернете могут децентрализованно передаваться не только контент, но и ценности, породила веб3. Однако есть альтернативное видение того, чем именно должен стать веб3, и я надеюсь посвятить этому следующую заметку.

Заметки о децентрализации, часть 1

У меня давно бродит мысль подробно изложить свои соображения о таком феномене, как децентрализация, однако тема слишком обширна, чтобы уместиться в одну статью, пусть даже и лонгрид, и не укладывается у меня в голове, по крайней мере, пока, в некую структуру, чтобы имело смысл писать об этом книжку. Так что собираюсь постепенно публиковать серию постов, которые вряд ли будут соединены некой единой нитью повествования. Я не знаю, сколько получится постов, и пойму ли я в какой-то момент, что тема раскрыта достаточно, или просто постепенно её заброшу. Посты будут нумероваться чисто хронологически, и если материал когда-нибудь станет основой для книги, возможно, порядок рассуждений поменяется. Ладно, завязываю с дисклеймерами и приступаю.

У либертарианцев есть свои фетиши. Поскольку для них индивидуальные интересы по умолчанию всегда важнее групповых, они при прочих равных всегда предпочтут децентрализованные структуры и механизмы. Более или менее понятно, как это работает в сфере координации усилий: если есть некая задача, достаточно важная для участников сообщества, то они как-нибудь сумеют её совместно решить, хотя и будут спорить в процессе о том, кто, что и в каком порядке делает. Однако им обычно проще договариваться о таких вещах, чем назначать главного, который будет распоряжаться чужими усилиями.

Но это относится прежде всего к краткосрочным проектам, когда, совместно решив задачу, люди возвращаются к своим собственным делам. Как только речь заходит об инфраструктурных вопросах, требующих постоянных усилий, такие сиюминутные договорённости начинают работать плохо. В результате на первый план выходит частная инициатива, когда решением вопроса занимается тот, кому больше всех надо, или же тот, кто рассчитывает как-то монетизировать ту пользу, которую он тем самым приносит другим.

То, какое решение выгоднее, централизованное или децентрализованное, во многом определяется эффектами масштаба, а они могут быть как положительными, так и отрицательными. В этом контексте наиболее интересна не физическая, а именно цифровая инфраструктура, потому что там отрицательные эффекты масштаба довольно малы, а положительные весьма велики. В результате бизнес, основанный на предоставлении некой цифровой платформы, будет укрупняться до тех пор, пока не переварит всю доступную клиентскую базу. Пределы укрупнения будут определяться в основном конкурентным давлением. Помимо увеличения числа клиентов, платформа будет стремиться получить максимум пользы от каждого клиента. Для этого платформа, с одной стороны, будет стремиться оказывать услуги в самых разных сферах. (в моём старом посте на примере парочки платформ показывается, что это приводит к нарастанию неэффективности). С другой стороны, платформа может оказывать услуги одним своим клиентам за счёт других. Классический пример — когда соцсети торгуют данными об активности аккаунтов, манипулируют алгоритмами выдачи и так далее.

Образуется некое динамическое равновесие между централизованными и децентрализованными цифровыми сервисами, которое может смещаться в ту или иную сторону благодаря государственным регуляциям (например, требованиям цензуры соцсетей и банковских операций) или рыночным инновациям.

На этом пока всё. Направление дальнейших размышлений: 1) рассмотреть основные рыночные инновации, призванные увеличить децентрализацию информационного обмена, в том числе обмена титулами собственности на редкие ресурсы; 2) рассмотреть подходы к децентрализации права — ключевой анкап-технологии, без которой общественный строй вообще не может именоваться анкапом; 3) обзор децентрализации коммунальных сервисов; 4) обзор децентрализованных подходов к ведению войны. Вполне может оказаться, что следующий пост вообще не будет иметь отношения к обозначенным пунктам, но всё-таки забросить для себя какие-то зацепки на будущее кажется полезным.

Почему проект Монтелиберо такой невнятный?

Активист Монтелиберо Стас Каркавин дал интервью изданию Плот, где ответил на ряд вопросов о сообществе, что, в свою очередь, натолкнуло меня на некоторые размышления.

Когда мне попадались крупицы информации о деятельности Free State Project в Нью Хэмпшире, меня поначалу удивляла рыхлость сообщества: вот, вроде у них есть крупный фестиваль PorcFest, есть некоторое влияние на местный политикум, выражающееся в избрании участников проекта в местные представительные органы — но нет никакой чёткости. Неясно, сколько народу участвует в проекте, кто его публичные лица, где прочитать внятную летопись его реализации и как приобрести франшизу.

Но когда мы начали делать Монтелиберо, быстро стало понятно, что эти особенности — не то, чтобы баг, и не то, чтобы фича, а скорее граничные условия. Чем сильнее пытаться вогнать проект в рамки единой организации или хотя бы просто всех пересчитать, тем сильнее его участники будут этому сопротивляться. Просто потому что они добровольцы, а значит, никому ничем не обязаны.

Ещё чуть позже, после ознакомления с «Искусством быть неподвластным» Джеймса Скотта, мне стало понятно, что эта тактика уклонения от того, чтобы быть учтённым, подсчитанным, приписанным к начальнику и снабжённым начальственными предписаниями — присуща человечеству ещё со времён Неолитической революции и является неизменным ответом людей на потенциальную возможность применения к ним власти.

Именно по этой причине я, в отличие от Стаса, не верю в Ассоциацию Монтелиберо — нормальный либертарианец не пойдёт добровольно записываться в какую бы то ни было юрисдикцию, какой бы контрактной она себя ни называла — особенно если этот контракт нельзя по первому же капризу расторгнуть. Либертарианцу не нужна власть над другими людьми, даже в форме соучастия во власти над общественным ресурсом. Ему нужно, чтобы к нему не могли произвольно применить власть.

При этом всём либертарианец прекрасно умеет добровольно ассоциироваться с людьми по тем конкретным вопросам, которые ему интересны. Например, на сайте упомянутого ранее FSP можно увидеть календарь с расписанием самых разных ивентов, проводимых самыми разными организациями, бизнесами и инициативными группами. Выглядит весьма стихийно и децентрализованно (если не считать того, что вся эта информация представлена на едином сайте, и это, конечно, потенциальная точка отказа). Точно так же со временем я ожидаю какого-то подобного календаря и на сайте Монтелиберо, чтобы желающий мог быстро свериться: а я вот завтра еду из Будвы в Бар, нет ли у них там чего интересного — в Первом клубе, в Тихом Омуте, в баре Тортуга или ещё в паре не слишком засвеченных локаций.

На МТЛ-Фесте, который в этом году будет проходить с 4 по 6 октября, Стас будет выступать от имени Монтелиберо. Это не означает, что он в Монтелиберо главный, что он всё знает, и что он всеми уполномочен. Нет, просто он из Монтелиберо, он хороший рассказчик, и он согласен выступить. Точно так же будут выступления Сондре Бьеллоса из Либерштада и Юрия Полозова из Фри Стейт Проджект — и они оба выступают от лица своих проектов, но смогут рассказать лишь малую часть того, что там происходит, причём наверняка кому-то из соответствующих проектов эти рассказы могут показаться некорректными. Делов-то: покажутся — будет, что обсудить.

В ближайшие дни я собираюсь кратко рассказать обо всех шести выступающих на МТЛ-Фесте: кем мне представляются докладчики, и чего я жду от их выступлений.

Дуров

В связи с арестом Дурова в сети продолжается активная дискуссия.

Для нас, либертарианцев, позиция проста: государства по самой своей природе осуществляют агрессивное насилие, и потому не имеют права на существование. (Частные лица, предоставляющие любые мыслимые сервисы, которые предоставляет или когда-либо предоставляло государство, но делающие это на добровольных началах — право на существование имеют)

Мир, однако, состоит не из одних либертарианцев. Есть многочисленные представители идеологий, утверждающих право коллективов нарушать любые мыслимые права индивидов ради блага этих или иных коллективов, в том числе таких умозрительных коллективов, как, например, «человечество будущего». С ними иногда можно вести осмысленные дискуссии на тему «а как именно вот это конкретное нарушение индивидуальных прав поможет достижению вашей прекрасной коллективистской цели, и не смешно ли вам самим так много ресурсов кидать на задачи со столь крохотным отношением эффективности к цене, если вот вам навскидку куда более эффективные решения вашей же задачи с куда меньшей необходимостью нарушения индивидуальных прав». Как только собеседник начинает гневно отвергать подобный экономический анализ, разговор можно сворачивать, мол, приходи, когда поумнеешь, а пока говорить не о чем.

Наконец, есть реалисты. Они снисходительно объясняют, что ценности потому так и зовутся, что имеют цену. Что купить можно любого. Что Дуров уже неоднократно шёл на компромиссы с весьма отвратными политическими режимами. И если эти режимы путём угроз создателям Телеграма легко делают его оружием на стороне зла, то глупо требовать, чтобы менее отвратные политические режимы не использовали угрозы создателям Телеграма, чтобы сделать его оружием на стороне добра (или, если угодно, меньшего зла). Очень чётко и последовательно эту позицию выразил в своём ролике Майкл Наки.

Он, фактически, утверждает, что, во-первых, даже если Дурова действительно арестовали и будут с нарушением любых правовых норм обвинять во всей той чуши, о которой стоит столько звона в сети, то это оправдано, коль скоро результатом станет его активная помощь антипутинской коалиции в войне на стороне Украины. А во-вторых — что арест выглядит инсценировкой, и куда больше похоже на то, что это Дуров так попросился под защиту Запада и фактически сам пообещал помощь в войне в обмен на защиту от давления со стороны диктаторских режимов, и в первую голову путинского.

К чему подобное может привести, сам же Майкл вполне трезво и выводит: дальше, дескать, Телеграм начнут использовать уже против Трампа. И тут же отвечает на это соображение: а минусы-то, дескать, будут? Иначе говоря, то, что можно применять по экстраординарным поводам, легко будет применено по любому поводу. Война это продолжение политики, и если Телеграм можно брать под контроль в тотальной войне, то отчего бы завтра не брать его под контроль и для влияния на процесс выборов, что вы жеманитесь, ведь Трамп, по мнению Майкла, это фашист, и он точно так же достоин того, чтобы ему объявили тотальную войну. А послезавтра берётся на вооружение китайский опыт, и что такого, ведь честному человеку скрывать нечего. В мире столько ужасных вещей, достойных объявления им тотальной войны: наркоторговля, траффикинг, государство, правда, Майкл? А, что, государство в этот список не входит? Странно, странно.

Реалисты прекрасно понимают, что их позиция логически уязвима, поскольку непоследовательна. Им пофигу, поскольку логические построения — это идеальная конструкция, а не реальная. Одни сиюминутные хотелки объявляются ими высшей ценностью, другие — бессмысленными капризами, одни методы берутся на вооружение, о других только сладко мечтается — и единственным критерием для оправдания такого подхода оказывается результат. Хорошо, если результат заранее заявлен, но это тоже не обязательно, ведь мишень можно нарисовать уже вокруг точки попадания пули.

Что можно противопоставить реалистам? Только изменение реальности. Мы слишком долго жили в мире централизованных систем, и поэтому легко увлекаемся героями, ища надежду то в Дурове, то в Маске. Но реальную надежду приносит другой тип героя — аноним Сатоши. Тот, кто открывает новую технологию и делает её всеобщим достоянием. Мы слишком долго опирались на централизованные системы, ведь это быстро, дёшево и удобно. А ещё их можно быстро, дёшево и удобно сломать. Пора осознавать, что мы не настолько богаты, чтобы покупать дешёвые вещи.

Маленькая централизованная системка, конкурирующая на свободном рынке с миллионом схожих систем — почему бы и нет. Но когда речь идёт о глобальном обмене ценностями или мнениями — забываем про централизацию. Биткоин и его расширения — в качестве протоколов для передачи ценности. Ностр или что-нибудь в этом духе — в качестве протокола для передачи высказываний. Некая ещё не получившая распространения сущность — в качестве протокола для правовых транзакций (надо же и эту функцию Левиафана заменить чем-то децентрализованным). В новом мире будет меньше героев, а значит — меньше возможных точек отказа. На одном конкретном человеке не будет висеть чёртова уйма ответственности. А значит, Дурова не будет смысла арестовывать.

Ну а пока — поднимаем вокруг нашего героя хайп и требуем его освобождения. Зачем? Странный вопрос. Давайте будем реалистами, это же так модно. Государства как способ принудительного объединения людей должны быть уничтожены. Что больше поспособствует смерти этого института — если Дурова будут держать в заключении, пока он не согласится на навязываемые ему условия — или если в результате кампании давления французское государство будет серьёзно дискредитировано и вынуждено своего узника отпустить? Конечно, второе. Но если даже давление не поможет целям освобождения — это не повод не давить. Морально опущенное государство наблюдать куда приятнее, чем гордое и торжествующее.

Учимся понимать децентрализованные системы

Волюнтарист, Битарх

Одной из ошибок, которые часто допускаются по отношению к концепциям некоторых систем, является неспособность понять их децентрализованную сущность. Приведу в пример абсурдный, но всё же нередко встречаемый вопрос про криптовалюты – а что будет, если «владелец» биткоина решит создать сколько угодно новых монет или ещё как-то изменить его систему? Здесь явно наблюдается неспособность понять то, как валюта может не иметь некого владельца. Традиционное понимание валюты всегда предполагает наличие конкретного эмитента, который выпускает новые денежные единицы и обладает на это исключительным правом. И многие действительно не представляют, как может быть иначе.

Пример с биткоином показателен, поскольку это уже работающая система без централизованного органа управления. Никакого эмитента в его случае нет, никто не может в одностороннем порядке принять какие-либо решения касательно работы его системы без прямого согласия держателей более 50% вовлечённых в неё вычислительных мощностей. Каждый такой держатель (майнер) обладает своей собственной копией узла сети, и каждая такая копия идентична. В этом и состоит децентрализация – никакого центрального узла и нет. Однажды будучи запущенной своим создателем, такая система, при вовлечении достаточного количества вычислительных мощностей, больше никогда не переходит в одностороннее управление.

А ещё большей децентрализации уже всей криптовалютной системе придаёт то, что каждый желающий может попытаться запустить новую криптовалюту со своими собственными принципами работы. Не существует такого правила (да и возможности его реализовать), чтобы в сети интернет существовала и использовалась только одна конкретная криптовалюта (как это чаще всего происходит с обычными валютами на территории государств). Их может быть столько, сколько люди сами решат использовать в тех или иных целях.

Если валюта может быть децентрализованной, то почему такими не могут быть и другие системы, например система общественного управления? Её традиционное понимание состоит в том, что на определённой территории должен существовать один-единственный орган (государство), обладающий «легитимным» правом навязывать всем один-единственный порядок, при необходимости прибегая к угрозе применения насилия. Но как вы думаете, не будет ли такой же ошибкой считать этот вариант единственным возможным, как и ошибка считать возможным существование валют только при наличии у них конкретных эмитентов?

Будет большой глупостью отбрасывать возможность достижения свободного ненасильственного общества, в котором параллельно существуют разные, свободные к выбору системы общественного порядка, лишь из-за принципиального нежелания понимать и принимать возможность существования децентрализованных систем в принципе. Тем, кто всё ещё продолжает мыслить сугубо «централизованным» образом, где у каждой системы должен существовать какой-то единый центр управления, стоит наконец-то научиться понимать возможность децентрализации тех или иных систем.

Е-карма

С большим интересом прочитала статью Латыниной про сабж. Кое в чём она перекликается с недавним роликом Libertarian Band о Метавселенной, но статья куда обстоятельнее ролика. С точки зрения экономики схема с е-кармой выглядит неплохо, хотя мне не вполне понятно, как она защищена от ботоферм. Тут мне уже не хватает квалификации в айти, чтобы оценить перспективность изложенной идеи, так что было бы здорово, если бы какой-нибудь айтишник сделал это в комментах.

Неидеальные люди и общественный идеал

Вы в своих постах нередко заявляете, что при анкапе все люди (или большинство) будут не склонны к насилию (а склонных можно будет «перепрошить»), что позволит построить свободное от насилия общество. Но погодите! Ведь при идеальных людях можно строить идеальное общество на основе почти любой идеологии — да хоть коммунизм в его ранних идеализированных представлениях. Любая же современная общественная структура строится, исходя из факта, что люди почти всегда неидеальны — эмоциональны, глуповаты, агрессивны, жадны, трусливы и так далее — и общественный строй должен обезвреживать людские недостатки. Каким образом может существовать анкап в обществе неидеальных людей, если даже сейчас преступники достаточно глупы, чтобы воровать иногда прямо под камерами, а при отсутствии общепризнанной полицейской силы они вконец оборзеют и их отлов/отстрел силами ЧОПов станет затруднён из-за массовости преступности и перегрузки судов? Не приведёт ли это к быстрому скатыванию общества в дикое состояние, когда даже адекватные люди вынуждены быть в вечном состоянии войны против всех?

Анонимный вопрос

Вы правы, из идеальных людей можно много чего построить. Именно поэтому Битарх с Волюнтаристом — авторы регулярно появляющихся на этом канале постов о построении ненасильственного общества — не заморачиваются построением именно анкапа, для них экономическая модель второстепенна, и отсутствие центральной власти второстепенно, а первостепенная ценность именно ненасилие, в его узком понимании отсутствия физического принуждения.

Доктрина анархо-капитализма предполагает, что человеческая склонность к физическому принуждению не претерпит серьёзных изменений. Единственное, что требуется для её торжества — это появление критической массы технологий, делающих децентрализованное производство и торговлю более экономически выгодными, чем централизованное — это если мы исходим из позиций материализма, где бытие определяет сознание, а базис надстройку. Если же мы полагаем, что, напротив, сознание формирует бытие, то для торжества анкапа требуется критическая масса людей, для которых идеи либертарианства имеют значимую ценность. Мне, по сути, без разницы, с какого конца грызть этот батон, он с обоих концов одинаково вкусный.

Когда децентрализованные технологии доминируют в быту, это означает, что убер-полиция приедет быстрее, а обслужит дешевле и качественнее, чем наряд полиции от МВД, а потому МВД проиграет экономическую конкуренцию за клиента и сдохнет. И если люди воруют прямо под камерами, то децентрализованные технологии скорее обеспечат возможность прямо под этими же камерами выписывать им штраф. А если они вместо этого помашут в камеру ручкой и заявят, что я, дескать, беру этот автомобиль в аренду, то вместо непропорционально большого штрафа с них в пользу хозяина авто будет списываться скромная арендная плата. А может, я говорю глупости, и рыночек порешает как-то иначе.

Когда либертарианские идеи доминируют в обществе, то даже в условиях технологически обусловленной централизации большого количества производств люди всё равно будут сравнительно выше ценить фриланс или подобные фрилансу отношения, и владельцу производства придётся подстраиваться под этот запрос, если он желает обеспечить себя рабочей силой. Люди будут наниматься в полицию, но всё равно рассматривать свой патрульный экипаж как автономную предпринимательскую единицу, с собственными постоянными клиентами и обязательствами перед ними, значащими куда больше, чем формальная субординация в полицейском управлении.

Самое страшное для либертарианства — это повышение эффективности централизации насилия. В середине 20 века такая эффективность была максимальной, человечество воевало многомиллионными армиями, а для построения либертарианского общества не было ни малейших перспектив. Сейчас уже стотысячная армия считается крупной, и хочется верить, что разукрупнение пойдёт и дальше ускоряющимися темпами. Дешёвое и эффективное децентрализованное насилие, крайне плохо масштабирующееся при увеличении численности вовлечённых лиц или вложении дополнительного капитала — это ровно то, что требуется для того, чтобы даже в случае возникновения вооружённых конфликтов они быстро гасли без дальнейшей эскалации.

Как видите, совсем не обязательно предаваться пустым мечтам о том, как чипирование сделает всех лапочками и душками. Можно вместо этого предаваться пустым мечтам о том, как лапочками и душками всех сделает тотальная вооружённость ручным оружием, эффективно и по возможности безболезненно выводящим человека из строя, но имеющим низкую летальность. Ну а в свободное от пустых мечтаний время я предпочитаю строить локальное либертарианское сообщество, где все необходимые навыки взаимодействия между людьми приобретаются простой привычкой — и эти привычки будут очень сильно входить в конфликт с привычками повиноваться государству или иной централизованной силе.

Левиафан никому не нужен. Гоббсу грустно.

Пара лекций по крипте

Екатерина Шульман в своей передаче вводит различие между новостями, то есть тем, что привлекает внимание, и событиями, то есть тем, что имеет последствия. Вот, например, когда я анонсировала дебаты Литреева и Милова, это была новость, а дебаты так и не состоялись, потому что Навальный вернулся в Россию, и всем стало не до мелочей.

Несколько позже я анонсировала дуплет из лекций Алексея Нефедова и Александра Котова в рамках уральского либертарианского лектория. Трансляции лекций в день проведения не было, и я вскоре благополучно о них забыла. Но это событие имело последствия: спустя изрядное время на канале либертарианцев Урала тихонько выложили записи лекций, и я наконец-то их посмотрела.

1. Алексей Нефедов. Биткоин и теория денег.

В лекции сперва было разобрано, для чего в человеческих коллективах вообще появляются деньги, какую функцию они несут, какие деньги получают более широкое распространение, а какие держатся только на государственном принуждении. Дальше коротко описывалось, как спроектирован биткоин, и почему эта конструкция обеспечивает его широкое распространение и рост цены. Наконец, объяснялось, почему биткоин так и не стал собственно деньгами, а превратился вместо этого в защитный финансовый актив.

Там, где про экономику, мне было достаточно понятно и интересно. Там, где про технологии, я не сильно вникала, стараясь не пугаться фраз типа «квантовая суперпозиция». Узнала отдельные новые для меня детали, вроде того, каким образом происходит изменение правил работы сети биткоина, или как на базе модели stock-to-flow был построен прогноз цены.

Мне показалось, что имело смысл несколько шире раскрыть тему альткоинов, но Алексей биткоин-максималист и, видимо, считает, что если о них не говорить, то они сами уйдут.

2. Александр Котов. Технологические решения социальных проблем.

Я надеялась услышать в лекции готовые рецепты, но она оказалась скорее философской, чем практической. Интересно, что Александр полагает, будто действия государства не являются причиной таких проблем, как, скажем, цензура в соцсетях, а это чисто социальные проблемы. Мне кажется, что всё-таки в отсутствие государства эти проблемы как минимум были бы менее острыми, потому что попытки затыкания ртов оппонентам связаны именно с задачей политического доминирования, а это всё-таки государственный феномен. Тем не менее, в лекции прозвучало несколько интересных рецептов, например, по модерации в крупных соцсетях, которая бы существенно снизила социальное напряжение — через подписку на рейтинговые агентства, которые бы действовали независимо от администрации соцсети, а оказывали услуги непосредственно её клиентам.

Лекция оказалась достаточно отрезвляющей, мне стало гораздо понятнее, с чем связано столь низкое проникновение в массы распределённых соцсетей, и теперь я уже совершенно не уверена, что сама хочу с этим заморачиваться — по крайней мере, до тех пор, пока централизованные решения обеспечивают хоть какое-то пространство манёвра.

Под занавес Александр продемонстрировал, как работает аппаратный кошелёк, это было любопытно, но не очень понятно, однако видно, что это достаточно параноидальная железка, которая вряд ли позволит пользователю потерять свои деньги слишком уж глупым образом. У меня, увы, не столько денег, чтобы так сильно угорать по безопасности, но посмотреть было интересно.

Какие реформы, меры, методы надо предпринять, чтобы постсоветская страна стала реально децентрализованной на 100 %?

Пересiчний украiнець

Для выполнения этой задачи недостаточно просто, скажем, дать громадам право оставлять себе большую часть налогов: такие права легко дать и легко забрать. Важно, чтобы реформы было очень трудно обернуть вспять. То есть они должны очень быстро и очень сильно улучшить жизнь людей.

Как быстро улучшить жизнь людей в самой бедной стране Европы? Только открыв страну для очень широкого потока инвестиций. Так что буквально первый пакет предлагаемых реформ — это серьёзное сокращение государственного вмешательства в регуляцию экономики.

Прямо вот самое первое — упразднение таможни, вместе с пошлинами. Хотят другие государства ограничивать экспорт товаров в Украину или импорт товаров из Украины — их право. А в Украине некому заниматься этой ерундой, хотят люди торговать — и торгуют.

Второе — присвоение громадам права забирать в свою компетенцию вообще любые государственные функции. Желают сами собирать все налоги и устанавливать их размер — на здоровье. После этого пусть торгуются с центром, сколько денег они готовы ему отдать в приданое к тем вопросам, которые они самостоятельно не потянут. Не желают сами ничего решать — на здоровье, из центра назначат людей, назовут налоговые ставки и будут осуществлять полное администрирование, пока громадяне не соберутся на сход и не заявят о том, что приятно отдохнули и вновь готовы к самоуправлению.

Как выбирать президента? Не надо его выбирать, продавайте эту неоплачиваемую должность с аукциона, на один год без права продления, а из полномочий оставьте только право ветирования законов, принимаемых Верховной Радой. Но это уже несрочно, это уже украшательство. Не хотите зарабатывать на продаже президентской должности — сделайте, как в Швейцарии, там тоже неплохо.

Ну а что с юго-востоком? А там создаётся Донецкая Сечь. Раз уж страна децентрализованная, то мало какая громада решится содержать серьёзные вооружённые силы, а тут район, где это жизненно необходимо. Значит, нужен сафари-парк, куда будут ехать все, кому интересно поохотиться на сепаров, а также представители волонтёрских организаций, которые будут следить, чтобы охота велась без браконьерства. Приехал, оплатил путёвку — и вперёд. Сколько добудешь — всё твоё. Задача руководства Сечи — организовывать взаимодействие, чтобы друг друга не постреляли, на то и деньги собираются. Ну и оперативно проводить демаркацию тех районов, жители которых решили из охотугодий переквалифицировать себя в полноправную территорию Сечи, выдали своих сепаров на суд, отрядили выборных в сечевое самоуправление — и всё, жители территории приобрели обратно статус людей. Не знаю, насколько эффективно это будет сокращать размер охотугодий, но вопрос-то был о том, какие меры нужны для обеспечения децентрализации. Так вот, без децентрализованной волонтёрской армии вы децентрализованную страну не удержите.

Даже этот термин я, оказывается, не изобрела. Не удивлюсь, если и все прочие советы окажутся сущей банальностью.

Митинг за свободу интернета

Смотрю сейчас трансляцию московского митинга. И параллельно приходят новости вроде «в Питере
активисты заблокировали здание Роскомнадзора».

Это парадный вход, анус Роскомнадзор блокирует себе сам

Каждый, как водится, мнит себя стратегом, видя бой со стороны, но мне кажется, что это неправильно — устраивать одновременные акции в разных городах. Ну кто сегодня будет внимательно следить за Питером, когда есть Москва? Зато, представляете, как было бы круто, если бы каждый день одна крупная, крутая, хорошо подготовленная акция проходила в новом городе! Пусть акции будут разными по стилю, по формату, пусть люди стараются перещеголять друг друга. Пусть говорят: ну, в Питере было ничо так, но вот потом в Краснодаре ваще отвал башки! При этом люди в каждом конкретном городе к тому моменту, когда снова дойдёт очередь до их города, успеют отдохнуть, скопить денег, набраться энтузиазма, насмотрятся на чужие креативные идеи, придумают свои.

Так, перенося фокус с места на место, можно было бы замутить действительно бессрочную общероссийскую общественную кампанию, а не очередное «поорали и разошлись».

Это не митинг, это очередь на митинг