Сегодня у меня необычный формат. По сути, речь не об ответе на вопрос, а о рецензии на полноценное развёрнутое предложение. Поэтому я хотела бы разбить тему на два поста. В сегодняшнем будет изложено само предложение, а в завтрашнем я бы хотела дать развёрнутый обзор темы репутации и построения репутационных систем. Обсуждение в комментариях всячески приветствуется.
Как мы все понимаем, при анкапе значимую роль будет играть институт репутации. Представим себе, что какой-то человек ещё мало известен в общине или хочет искупить свои прошлые “грешки”, создав или восстановив репутацию. Существует организация или блокчейн-проект, в который данное лицо может сделать пожертвование и получить взамен ID с баллами репутации. Его он может показывать другим людям при совершении с ними сделок для повышения доверия с их стороны. Если он обманул, жертва сможет подать жалобу в эту систему, и мошенник потеряет репутационные баллы, за которые он раньше сделал пожертвование (точнее, его ID с негативными отзывами будет бесполезен для заключения сделок в будущем). Чтобы исключить мошенничество со стороны жертвы, репутационный сервис может потребовать от неё также сделать пожертвование на аналогичную сумму (и она также сделает свой репутационный ID бесполезным, если соврёт и на этом попадётся). В итоге получается система репутации, в которой сторонам не выгодно обманывать друг друга с точки зрения теории игр. Полученные пожертвования можно направить на финансирования общественных благ (школы, больницы, дороги, наука, экология и т.п.), заодно окончательно разбив главный аргумент этатистов против либертарианцев: “Если у человека нет страховки и друзей, кто о нём позаботится в старости, предоставит лечение, бесплатное обучение детям и прочее?”.
Я бы сказала, что как раз “левое движение” является типично эклектичным течением, ведь это набор совершенно не сочетаемых понятий. Тут вам и свобода самовыражения, и политкорректность. И отсутствие эксплуатации, и высокие налоги. И право на труд, и война штрейкбрехерам. И свобода совести, и шариат. И диктатура пролетариата, и парламентская демократия.
Точно так же эклектичным является и анархизм, если рассматривать его без уточняющих терминов через дефис. Общее у всех анархистских течений только одно: указание на возможность и желательность освобождения общества от государства. В остальном же у анархистов полный компот, от “собственность священна” до “собственность есть кража”, от апологетов трудовой теории стоимости до маржиналистов, от тех, кто видит основу всяческого благосостояния в разделении труда, до тех, кто видит в нём же корень всех бед.
Анархо-капитализм вполне наглядно можно изобразить как пересечение множеств. Ну, знаете, все эти кружочки с заштрихованными областями, напоминающие модных нынче разноцветных колобков. От анархизма берётся всё, что не противоречит экономической теории, от капитализма всё, что не противоречит NAP. На выходе имеем вполне стройное учение, практически очищенное от эклектики. Это легко проверяется: задавайте одинаковые вопросы самым разным анкапам, и будете получать весьма близкие по содержанию ответы. С эклектичными учениями такой номер не прокатит.
Можно было нарисовать двух колобков, которые дружат организмами, но лень
Знаете, можно было бы банально ответить, что государство не нужно, потому что – и дальше длинный перечень проблем, которые от него есть. Можно было бы сослаться на то, что чем меньше размер госвмешательства, тем больше цветёт и пахнет экономика. Но ценности субъективны, и за всех так или иначе не получится ответить, что государство не нужно. Любителей сапога в жопе в данный момент полно, и многие требуют засунуть им его туда ещё глубже. Им недостаточно минархии, подавай социализм, их в школе учили, что при социализме свобода, равенство и братство, ну или по крайней мере порядок и безопасность.
добровольно и с песней!
Тем не менее, такой подход тоже не канает за аргумент. В обществе всегда высок процент комформистов, которые будут одобрять статус кво, каким бы странным он ни был, так что утверждать, что большинство прямо искренне и активно желает государства, да так, что и на его защиту выйдет, тоже будет опрометчиво.
Спрашивать представителей государства о том, нужно ли государство, и как насчёт вот тут немного подвинуться и освободить деляночку под анкап – ну это было бы совсем наивно.
Так что для получения корректного ответа на вопрос о том, нужно ли государство, придётся сперва добиться-таки появления где-нибудь нормального относительно чистого анкапа, а вот дальше пусть решает рыночек в лице миграционных и денежных потоков. Если при анкапе будут стабильно появляться желающие to make the state great again, значит, государство нужно. Например, просто потому, что нужно иметь возможность на кого-нибудь поворчать. Ну а если через поколение жизни при анкапе государство будет восприниматься как странный древний варварский институт вроде ордалии или ещё какой-нибудь омерты, значит, оно всё-таки не нужно человеку как таковое, просто сейчас оно по факту есть, и многие с ним мирятся.
Недавний опыт “Кэшбери” показывает, что институт репутации тут не особо работает, и люди, несмотря на очевидные факты, продолжают нести туда деньги.
анонимный вопрос
Сошлюсь на классика. Сергей Мавроди, запуская очередную свою поделку, подробно рассказывал, что существующие деньги – это финансовая пирамида, и то, что он делает – это точно такая же пирамида, только лучше, потому что приносит больший процент. Так что нельзя сказать, что те, кто вкладываются в хайпы (High Yield Investment Project), о чём-то там не осведомлены. Наоборот, существует довольно широкий круг лиц, которые увлечённо этим всем занимаются, рыская по сети в поисках свежих пирамид, чтобы войти в них как можно раньше и успеть соскочить до того, как случится скам. Тут же начинают мутиться сетки рефералов, через некоторое время идут первые радостные отзывы тех, кто сумел отбить депозит, ну а ещё через некоторое время всё это заканчивается, и люди ищут что-нибудь новенькое.
Азартные игры – это классно, они приносят людям радость и ощущение полноты жизни. Рыночек всегда решает за азартные игры, они прорастают сквозь асфальт даже в ситуации полного и безусловного запрета. Просто не нужно им мешать, пусть себе спокойно конкурируют с другими видами дорогостоящего досуга. Все эти соображения в полной мере относятся и к такой разновидности азартных игр, как финансовые пирамиды или лотереи.
Вернёмся к анкапу. Эмиссия ценных бумаг, токенов, долговых обязательств, лотерейных билетов – никак не регулируется. То есть для всевозможных хайпов полное раздолье. Те, кому именно это и нужно, ни в какой защите не нуждаются, они и так в курсе, что это высокий риск. Вопрос, таким образом, сводится к тому, как изменится ситуация при анкапе, в сравнении с текущим положением дел, для кейса “человек ищет надёжный инвестиционный инструмент и пытается не нарваться на хайп”.
Знаете, в плане инструментов, при помощи которых одни инвестиционные продукты отличаются от других, изменится мало что. Точно так же нужно будет внимательно изучать каждое предложение, включать логику, исследовать пресловутую репутацию и так далее. Может, рыночек порешает за множество рейтинговых агентств, в том числе работающих на заказ, а может, за такие вещи платить будут не готовы, и придётся всю информацию собирать самому.
Но самый громкий звоночек, говорящий инвестору, что сюда лезть не надо, это, конечно, реферальная программа. Если проект платит за привлечение клиентов, вероятность того, что это не пирамида, ненулевая, но раз вы ищете именно инвестиционный проект, зачем вам вообще эта байда, где основная прибыль ожидается с привлечения новых людей, а не с собственно инвестиций. Шлите агитатора в пень и высматривайте что-то ещё.
Также довольно популярный вопрос, ранние ответы ищутся по тегу “суд”, сложно будет выдать что-то новое, по постараюсь.
Вот здесь я определяла суд как правовой институт, в рамках которого конфликт между сторонами разрешается третьим лицом, с уточнением, что при анкапе суд может разрешать конфликты только в рамках полномочий, которые ему делегировали стороны конфликта. Также мне уже приходилось обращаться к юридическому принципу о том, что никто не может быть судьёй в собственном деле.
Таким образом, формально, самосуд не является правовой процедурой, и на этом вопрос можно было бы закрыть, но реальный мир вносит свои коррективы.
Во-первых, человек полностью вправе учинить самосуд над собой. Раскаялся за какие-то свои старые поступки и свёл счёты с жизнью. Или решил отдать десяток биткойнов на благотворительность. Или вознаградил себя парой коктейлей за то, что уложился в дедлайн. Это самосуд: человек сам дал оценку своим поступкам, сам назначил меру воздаяния, сам привёл приговор в исполнение.
Во-вторых, в ситуации конфликта одна сторона может отдать себя на суд второй стороны. Вот, я накосячила, отдаю себя на твой суд, рассуди по справедливости, чем мне возместить ущерб. Это может быть и актом доверия, укрепляющим дальнейшие отношения, и актом безрассудства, который заложит основу для будущей тяжёлой обиды, и тонкой манипуляцией, призванной пронять вторую сторону и вынудить её к прощению – всё зависит от кучи обстоятельств, но так или иначе подобная сделка также остаётся добровольной, а значит, правовой, и это также можно назвать самосудом.
В-третьих, одна из сторон конфликта может принять решение нанести второй стороне некий ущерб и на том успокоиться. Меня обсчитали в ресторане, нахамили в ответ на замечание, я спокойно выхожу наружу, разбиваю витрину и удаляюсь. Это тоже самосуд: ресторан был приговорён мною к уничтожению витрины. Правовая ли это процедура? Нет. Возможна она при анкапе? Да. Будет ли конфликт исчерпан после применения этой процедуры? Вполне возможно, если пассивная сторона конфликта по здравому размышлению сочтёт, что и хрен с ним, так оно дешевле, чем судиться.
Надеюсь, что вы уже понемногу готовитесь к Чтениям Адама Смита, которые пройдут в Москве 4 ноября. Мало того, что это крупнейшая российская ежегодная либертарианская конференция, так в этом году у неё юбилей, она празднует свою десятую годовщину, и должна пройти на особенно высоком уровне. Так что, если у вас есть такая возможность, непременно съездите, не пожалеете. Послушаете Екатерину Шульман, лучшего российского популяризатора политологии, Наталью Зубаревич, великолепно знающую и умеющую рассказывать о ситуации в российских регионах, и Веру Кичанову, наш ответ урбанистам-государственникам. Ну и ещё несколько хороших парней)))
Ну а пока Чтения ещё не начались, обязательно подпишитесь на YouTube-канал Чтений, где хранятся не только записи предыдущих Чтений, но и некоторые другие, не менее интересные выступления.
Хочу порекомендовать вам оттуда несколько записей, которые лично на меня произвели большое впечатление, и кажутся мне очень важными.
Во-первых, это, конечно, Дмитрий Бутрин, “Некооперативные игры”, доклад на седьмых Чтениях 2015 года. Очень освежающий холодный душ для всех, кто занимается политикой. Может вызвать отторжение, но постарайтесь переварить. Особенно актуально для тех, кто увлечён партстроительством.
Ну и в-третьих (три – это сакральное для России число), назову для разнообразия оптимистичный доклад Сергея Селеева “Гаражная экономика в российской провинции”, прочитанный на восьмых Чтениях в 2016 году. К сожалению, качество записи неважное, и презентация не попала в кадр. Можете считать это аллегорией анкапа, который в нынешних условиях как правило выглядит довольно неказисто.
Надеюсь, предложенная подборка не только позволила вам как-то иначе взглянуть на окружающую действительность, но и расскажет кое-что обо мне.
В завершение упомяну о том, что на проведение Чтений требуются деньги. Как нетрудно видеть, в кошельке для пожертвований пока негусто, всего 6 транзакций на общую сумму 0.01429703btc. Призываю вас добавить туда ещё, по мере возможности.
(сейчас это называется сервитут, т.е. владелец частной земли обязан по закону обеспечить проход/проезд через свою собственность для транзитного трафика, прокладки водопровода, канализации, доступа к воде и т.п.)
Сам думаю что будет аналог концепции нейтральных (международных) вод в морском праве для транзита по земле, но как будут решать какую часть земли можно считать сервитутом?
Довольно легко можно представить себе, как в условиях абсолютизации прав частной собственности на землю некий землевладелец требует абсолютной неприкосновенности земли, не идя ни на какие переговоры. Человек имеет право на мизантропию, пока готов её оплачивать и не посягает на чужую собственность.
Однако очень сложно представить себе, чтобы подобной мизантропии придерживались коммерческие компании, особенно имеющие несколько собственников. Как правило, задачей компании является получение прибыли, а не доминирование и самоутверждение. Так что, если есть спрос на прокладку коммуникаций по территории компании, будь то кабель или дорожка, это, как правило, будет восприниматься как возможность нажиться на обеспечении спроса.
При анкапе легитимны любые добровольные транзакции, что же касается принудительных, то они также запросто могут происходить, но за них по умолчанию предполагаются извинения и компенсации.
Дэвид Фридман в “Механике свободы” приводит в качестве примера вполне оправданного поведения то, как заблудившийся путешественник вламывается в чей-то пустой дом, чтобы оттуда позвонить и вызвать помощь, но на прощание оставляет в доме наличные на сумму, достаточную для компенсации причинённого неудобства.
Но нам не нужно так далеко ходить, когда своя тайга под боком. Любое зимовье в тайге – это частная собственность, но двери туда не запираются, и там всегда хранится некоторый запас дров, круп и прочего снаряжения. Переночевать в зимовье может любой случайный прохожий, а перед уходом он подновляет запасы для следующего визитёра. Таков сложившийся спонтанный порядок. Никто специально не занимается принуждением к его соблюдению, просто эти правила приличия помогают людям жить. Общество, не вырабатывающее подобных порядков, менее успешно.
Тепло, сытно и спонтанный порядок
Точно так же и в Риме само понятие сервитута было изобретено без всякого государства, в рамках частного права, и нет никаких предпосылок к тому, чтобы считать, будто безгосударственное общество будущего окажется менее здравомыслящим, нежели безгосударственное общество прошлого.
Таким образом, при анкапе в слабозаселённых областях на страже потребностей людей в вопросах о транзитных территориях будет стоять умозрительный “медведь прокурор”, который блюдёт “закон тайга”, а в густозаселённых – стремление получать рыночную выгоду от обеспечения транзита через свою территорию. Участки же немногочисленных мизантропов, которые, хотя и будут неизбежно встречаться, как любые другие грубияны, в подавляющем большинстве случаев могут быть обойдены какими-либо альтернативными маршрутами.
Чем отличается человек-сосед от других раздражающих факторов, таких как гроза, автострада под окнами, пролетающие самолёты, лающие собаки и тому подобное? Только тем, что с ним можно попробовать договориться, в то время как наиболее реалистичный способ избежать остальных раздражающих факторов – это звукоизоляция.
Но сосед, в свою очередь, также понимает, что, являясь к нему и требуя прекратить шум, вы демонстрируете двойные стандарты, поскольку если бы вы деятельно обезопасились от шума прочих вышеперечисленных источников, то и шум из-за стенки вас бы не волновал, поскольку его уровень оказался бы ниже порогового.
Таким образом, выслушав ваши пожелания насчёт снижения уровня громкости, он будет рассчитывать на сделку. Предмет сделки может оказаться самым неожиданным.
Вы можете заявить, что, раз они тут так бурно празднуют, что хрен заснёшь, то пусть и вам нальют – и присоединитесь к гулянке.
Вы можете спросить, когда ожидается конец банкета, и, получив ответ, объявить, что до этого времени согласны потерпеть, но если они продолжат после, то пусть будут готовы к самым суровым санкциям, от “насру под дверью” до “разнесу дверь топором”.
Вы можете договориться о денежной компенсации, которой хватит, чтобы переночевать в тихой гостинице неподалёку…
В общем, вариантов масса.
Но, конечно, вы можете и не договориться. Это будет означать, что вам с соседом не повезло друг с другом: у вас возникла претензия, вы инициировали конфликт, конфликт не был урегулирован, в будущем возможна его эскалация, что чревато издержками для обеих сторон. И никакие папа-мама-государство не помогут, большие уже, пора самим учиться договариваться.
Тут мне очень хочется начать с развёрнутой цитаты из источника, на который я и так постоянно ссылаюсь – нашей Политология-тян, Екатерины Шульман:
Что касается реального положения вещей, то, вообще говоря, русский человек стихийный либертарианец, но не знает об этом и никогда себя таковым не назовет. На самом деле, он очень склонен к либертарианским ценностям, а именно: он не доверяет государству, государственным институтам, правоохранительным органам. Он вообще не доверяет никому, кроме личных знакомых. Он склонен рассчитывать только на себя и на своих ближайших родственников. Соответственно, он хотел бы, чтобы как-то к нему никто не лез, и ему бы дали жить спокойно и не указывали, как ему жить. То есть вот эти либертарианские ценности, они очень сильны в русских людях.
Вместе с тем, совершенно оправдан и противоположный взгляд: Россия – страна укоренившихся социал-демократических ценностей, и идеал государства для большинства русских – это скандинавские страны, с низким уровнем неравенства, с комфортными тюрьмами, с чиновниками на велосипедах, с широким общественным обсуждением всех вопросов, короче, нормальная такая советская власть, какой она и должна быть, согласно проектной документации. Высокие налоги и суровые регуляции, прилагающиеся к этой модели, воспринимаются как вполне оправданная цена за этот патерналистский рай.
И, наконец, странно будет не отметить и такую точку зрения, что русский человек – это лох и терпила, отягощённый стокгольмским синдромом и синдромом выученной беспомощности. Его девиз это “инициатива наказуема”, причём не “наказуема поручением исполнить инициативу”, как в идеальном конфуцианском Китае”, а, буквально, палкой по башке наказуема, чтобы не высовывался. Он не питает иллюзий по поводу благости государственной власти, но оправдывает действия чиновников тем, что и сам бы на их месте вёл себя так же.
Первая категория – это наши естественные союзники. Они, может, и не окажут деятельной поддержки, потому что заняты своими мирными анархо-капиталистическими делами, но по крайней мере в нужный момент отвернутся и не донесут на людей за их мирные анархо-капиталистические дела.
Вторая категория – это наши естественные союзники. Они понимают важность совместного решения локальных проблем, умения договариваться, стремления объединяться вокруг общих интересов, а не просто по принципу “свои против чужих”.
Третья категория – это наши естественные союзники. Постепенно до них доходит, что чиновник это не какая-то неумолимая сила, всемогущая и всеведущая. Чиновник это смешное мудило, которое само не смеет шагу ступить без инструкции, но при этом относится к приказам по принципу “погоди исполнять – отменят” и “можешь спихнуть ответственность – спихни”. Наконец, до этих людей доходит, что чиновник немедленно теряет весь свой начальственный гонор, оказываясь один на один с толпой. И тогда чиновников могут мирно закидывать снежками, как в Волоколамске, могут устраивать им мусорные люстрации, как в Украине, но если сильно припечёт, то могут дойти и до дефенестраций, которые так любили применять братья-славяне в Чехии.
мм, люстрации!
Конечно, порой с такими союзниками не надо и врагов. Конечно, таких союзников слишком легко увлечь коммунистическими лозунгами, и тогда они пойдут бить либерастов и буржуев. Поэтому, как бы это ни было неприятно, но приходится выполнять важную работу по созданию в головах этих людей правильного образа врага. Именно поэтому Михаил Светов, со своей пропагандой ненависти к номенклатуре, тоже делает важную работу, я бы так не смогла, мне куда приятнее рассказывать всякие оптимистичные байки о том, как нам обустроить нас.
Как бы ни хотелось всегда идти к цели прямыми путями, но если в голове собеседника уже сформировалась жопа с винтом, то вбивать туда что-то прямое бессмысленно, надо вкручивать.
Здесь нам на помощь приходит маркетинг со всеми его приёмами, направленными на увеличение продаж. Например, имеет смысл понять, какая именно боль стоит за мамиными возражениями. Потому что какой смысл рассказывать про социалку в частных компаниях на свободном рынке в зажиточном обществе, если у неё болит не от гибели советской социалки, а, скажем, от накоплений, сгоревших в какой-нибудь финансовой пирамиде, или от перестрелок на улицах. Затем работаем с этой болью.
Пирамиды
Объясняем, что важнейшей причиной бурного взлёта пирамид была потребность как-то защитить свои накопления от гиперинфляции, а гиперинфляция была вызвана бешеной эмиссией денег государством. Потребители никогда не предъявляют спроса на инфляционные деньги, им куда милее стабильность, или даже дефляция, чтобы можно было просто положить деньги в кубышку, и они сохраняли там свою ценность на десятилетия.
А это биткойн, мама. Спроектирован хардкорными анкапами специально для этой самой цели. Даже золото в качестве инструмента сохранения ценности на долгосрок работает хуже, потому что у золота можно нарастить добычу в случае взлёта спроса, а с биткойном такой фокус не провернёшь. Ну а если есть криптовалюты, то можно смело избавляться от всех этих центробанков, ура.
Перестрелки
Объясняем, что в лихие девяностые государство отнюдь не перестало регулировать вопросы гражданского оружия и устанавливать правила разрешения конфликтов. Милиция охотно прессовала законопослушных граждан, не давая им ни эффективно противостоять бандитам, ни судиться с ними, но при этом охотно пасовала перед мало-мальски наглым гопником. Естественно, это создавало мощный экономический стимул к криминальному поведению, и не давало никакого вознаграждения за стремление к мирному решению вопросов. Фактически, это означает, что государство в девяностых всей своей хилой мощью работало на агрессоров, пока не сумело худо-бедно отжать у частных агрессоров преимущественное право на бандитизм.
Вот скажи, если тебя сейчас прижмут на улице с требованием кошелька, а ты достанешь из сумочки глок и расстреляешь грабителей, может, тебя похвалят за избавление общества от опасных преступников? Нет, тебя привлекут за нелегальное ношение оружия и превышение пределов самообороны, и надолго посадят проедать в тюрьме деньги налогоплательщиков. А если не расстреляешь, а только припугнёшь, то привлекут лишь за ношение оружия, и всё равно посадят. Ну и на кой тебе такой защитничек, это вот самое государство?
А, ты не хочешь носить глок, хочешь, чтоб не нападали? А ты можешь пойти в страховую и застраховаться от ограбления? Нет. Потому что компании начнут от такого страховать лишь в том случае, если они будут иметь право следить за порядком и эффективно противодействовать бандитам. А ровно этого-то и нельзя – госмонополия. Куда ни ткнись, как ни попытайся обезопасить свою жизнь – упираешься в тот или иной государственный запрет.
Вам лучше знать, что там в голове у мамы пока что, вместо анкапа. Действуйте исподволь, подкидывайте отдельные кейсы, как по государственному беспределу, так и (это гораздо важнее!) по эффективному решению важнейших вопросов без государства или даже вопреки ему. И в конце концов она даже сама не заметит, как начнёт в разговоре с соседками обсуждать с ними эти вещи, ведь люди очень падки на тайное знание, недоступное простым смертным, как же не поделиться им с этими тёмными людишками?
