Пользуясь случаем, хочу сказать спасибо за регулярные репосты моих материалов в твиттере)))
Что касается вопроса, то, полагаю, причина примерно та же, по которой в Калифорнии от землетрясений гибнет гораздо меньше людей, чем на Гаити. От бедности, которая, в свою очередь, проистекает из дурной организации общества.
Причём я говорю даже не о размере государства, потому что трудно навскидку сказать, в какой стране государство больше вмешивается в жизнь людей – в Швеции или в России, в Калифорнии или на Гаити. Всякое общество имеет тем больше государства, чем хуже ему сопротивлялось, и в основном в тех сферах, где сопротивление было особенно неэффективным.
В России основной стратегией сопротивления государству всегда было бегство, поэтому люди тут эффективны в том, чтобы что-нибудь собрать и быстро использовать – хоть грибы из государственного леса, хоть станки с государственного завода на металлолом – а владение недвижимостью это всегда зона уязвимости, так что к ней не привязываются и её не берегут. Кто и зачем будет беречь государственные леса? Кто и зачем будет их тушить?
В той же Швеции от государства не побегаешь, и за землю приходилось цепляться. Зато в результате там государство эффективнее в сборе налогов, ведь все чинно сидят по местам, все посчитаны, все учтены. Жизнь встаёт в копеечку и вся расписана, зато леса не горят.
Я сейчас переехала в страну, где, с одной стороны, частная собственность неплохо защищена, причём дело не столько в государстве, сколько в том, что таковы интересы общества – людям выгодно задорого продавать её иностранцам. С другой стороны, государственное вмешательство терпят довольно неохотно, и довольно часто оно делает хорошую мину при плохой игре, просто легализуя со временем то, что люди сделали сами для себя на свой страх и риск. Леса здесь пока ещё время от времени горят, но постепенно бесхозного барахла становится всё меньше.
Если рассуждать именно о лесе, то для уменьшения числа пожаров очень важно, чтобы он был не просто частным, но ещё и принадлежал не слишком крупным владельцам. Крупный владелец в лучшем случае наделает квартальных просек, а если повезёт, то ещё и будет пахать противопожарные полосы. Если совсем повезёт, будет проводить выборочные рубки и вывозить сухостой. Но вообще-то для него эффективна концентрация производства и квадратно-гнездовое мышление. А мелкий хозяин сам будет жить в лесу, и проложит к своему хутору асфальтированную дорогу. Такая дорога не только выполнит роль противопожарной полосы, но ещё и позволит почти мгновенно доставить куда угодно всю необходимую технику, чтобы потушить возгорание. А раз тушить пожар будет экономически эффективно, то его и будут тушить.
В первом отчёте я давала первые впечатления о стране и строила планы на её дальнейшее изучение.
По деньгам. Как я и ожидала, главной тратой стало приобретение скутера. Если изначально я закладывала на это примерно 500 евро, то в итоге оказалось, что пришлось раскошелиться на 750 за саму технику, а с оформлением и услугами посредников вышло вовсе 860 евро. За жильё отдала положенные 120 евро, также стало понятно, почём обходится электричество. Недёшево: 22 евро (10 центов за киловатт-час). магазины встали в 100 евро, зато аж 78 отдала в различных заведениях, то есть, опять же, есть куда экономить. Телефон переключила на более дешёвый тариф, было 15 евро в месяц, стало 10. 30 евро ушло на тряпочки, десятка на автобусы и 32 – на бензин. Бензин здесь безумно дорогой, 1.4 евро за литр, но скутер жрёт мало, и потраченных денег мне хватило на то, чтобы объехать полстраны, если не больше. Всего пришлось потратить 1360 евро, и я рассчитываю, что это уж точно последний месяц, когда приходится тратить настолько помногу. Доход за это время составил всего 280 евро(((
Работа на Монтелиберо. За это время фирма была зарегистрирована, но я всё ещё не оформлена как сотрудник и не получила боравак. Однако процесс запущен, так что мне хотя бы не приходится больше платить туристичку таксу. Начато строительство дороги, так что я время от времени езжу и отслеживаю процесс, после чего может потребоваться, скажем, подбодрить подрядчика, чтобы действовал чуть менее полако. Приезжало несколько участников проекта, желавших ознакомиться со страной в рамках чисто туристического визита. От меня требовалось пересекаться с ними, показывать участок и вообще как-то помогать впечатляться об страну, если им это требовалось. Здесь наиболее удачно получилось с Валерием Утросиным, который по итогам экскурсии на участок даже решил докупить себе ещё землицы.
Скутер. В принципе, в Черногории очень неплохие дороги, но ездить всё равно исключительно трудно: горы, крутые повороты, узко, с окрестных скал могут сыпаться камни. Я дважды падала. Первый раз отделалась разбитым зеркалом, а вот во второй здорово побилась сама, сейчас выздоравливаю, а скутер ждёт меня в Херцег Нови. Впредь, видимо, ограничу свою активность относительно несложными дорогами, где моих навыков вождения будет хватать для безаварийной езды.
Черногорская медицина. Оставила самые неприятные впечатления. Скорая не приедет, надо самостоятельно добираться до клиники. Врачи первым делом смотрят не на проблему человека, а на его документы. Рентген – и то есть не в каждом городе, в итоге я так и не узнаю, сломала я себе чего-нибудь, или просто ушибла. Поскольку на то, как в местных клиниках накладывают гипс, также есть множество нареканий, не вижу смысла платить за рентген, всё равно кроме гипса, никакого дополнительного лечения в случае перелома не предполагается.
Поездки по Черногории. После покупки скутера их география сильно расширилась. Я побывала в Улцине, на Аде Бояне, на Скадарском озере, проехала по долине Морачи до самых верховий, побывала в Жабляке и нацпарке Дурмитор, видела прекрасное солёное озеро под Никшичем, Боку Которску и Херцег Нови. Страна хоть и маленькая, однако до Жабляка я добиралась 7 часов, и эти 200км для меня, видимо, предел дальности поездки. Категорически рекомендую всем, кто поедет в Черногорию хотя бы на недельку, не ограничиваться одним-единственным прибрежным городом, а покататься по стране, она очень разнообразна и красива. Мне особенно понравились старый Улцинь и Дурмитор, но свой особый шарм есть буквально почти у каждого городка и уголка.
Подробные отчёты о поездках я выкладываю у себя на платном личном канале – они имеют мало отношения к анкапу, зато создают хороший бонус для тех, кто считает уместным меня профинансировать.
Через месяц, возможно, размещу ещё третий месячный отчёт, а затем точно завяжу с этим делом, чтобы не впадать в однообразие.
Есть хардкорные сторонники возврата к золотому стандарту со 100% резервированием. Аргументы этого лагеря хорошо изложил Уэрта де Сото в книжке “Деньги, банковский кредит и экономические циклы”. Вкратце: есть срочные вклады, где человек положил деньги на определённый срок, и банк имеет право вкладывать их, куда сочтёт нужным, платя за это проценты” – а есть депозит до востребования, где человек кладёт деньги на сохранение, сохраняя право забрать их в любой момент – и тут уже он должен платить за удобный сервис, а банк не имеет право делать с такими депозитами ничего, кроме хранения. Если же отданные до востребования деньги даются банком кому-либо в кредит, то это мошенничество, и на головы владельцев банка да снизойдут кары небесные. Таким образом, исходя из этого сугубо юридического подхода, сторонники золотого стандарта требуют, чтобы вернулось хождение монетарного золота, а также обеспеченных золотом банкнот и обеспеченных золотом расчётных счетов – тогда кредитная экспансия, проводимая центробанками, закончится, и будет человечество иметь единую дефляционную валюту, как сравнительно недолго имело её в 19 веке, и неплохо ведь развивалось.
Есть сторонники фрибанкинга. Они утверждают, что главное отменить центробанки и вообще регуляцию банковской сферы, пусть банки сами решают, какие деньги эмитировать, и чем их обеспечивать, а дальше пусть рыночек решает, какие валюты реально людям удобнее. В немного разных формах эту идею отстаивали Фридрих Хайек в книжке “Частные деньги” и Дэвид Фридман в “Механике свободы” тоже немножко на эту тему проехался (впрочем, он не относится к АЭШ). Прогнозы сторонников фрибанкинга тоже немного разнятся. Одни утверждают, что в итоге всё придёт к тому же самому золотому стандарту со 100% резервированием, потому что те, кто захочет мошенничать, быстро столкнутся с тем, что у них начнут таять резервы по мере потери доверия к их валюте. Другие говорят, что именно 100% резервирование никому никуда не упёрлось, и если к валюте прилагается удобство расчётов в ней и разумные темпы эмиссии, то никто не будет заморачиваться набегами на банки.
Наконец, есть пророки гипербиткоинизации, из которых помяну Сайфеддина Аммуса и его книжку “Биткоиновый стандарт”. Он утверждает, что за счёт постепенного роста сетевого эффекта, а также соотношения запаса к притоку биткоин станет мировой мерой ценности. Дальше, опять же, возможны варианты. Первый – не будет ничего, кроме биткоина, великого и пресветлого, разве что ходить он будет в разных слоях протокола по несколько разным правилам. Второй вариант – сохранятся альтернативные платёжные средства, но в основе их ценности будет лежать обеспечение биткоиновыми резервами. Может, резервирование будет 100%, а может, и нет. Главный довод в пользу именно этого сценария состоит в том, что здесь никто не отменяет центробанки никакими декретами, сами, дескать, отомрут.
Я очень долго подбиралась к написанию очередного раздела своей книжки про анкап, и, наконец, соорудила две главки про власть. Главное их достоинство – они потрясающе короткие, считаю это большим своим достижением. Всегда бы получалось так ёмко излагать…
Надеюсь, в следующий подход я тему власти закрою, а может, и вовсе покончу с первой частью книги, которая, в сущности, должна вместить в себя кратко всю теорию анкапа. Дальше соберу коллекцию основных интересных практических кейсов и поговорю о путях реализации всего этого великолепия.
В предыдущем выпуске я пугала вас фоточками зарослей – дескать, участок-то мы под либертарианский кондоминиум покупаем, к нему не то что дороги нет, так даже по тропкам не проберёшься. С тех пор многое поменялось.
Сначала была полная самодеятельность: на ходу учась орудовать бензопилой и триммером, мы расчистили пешеходную тропу к нашим участкам, а также проходы вдоль их границ. После этого приглашённый геометр вынес точки кадастрового плана на местность и вручил нам элаборат – официальную, имеющую юридическую силу, схему участков, а также муниципальной земли, зарезервированной под дорогу.
Далее был нанят подрядчик для первого этапа строительства дороги. Предполагается, что будет выровнена при помощи экскаватора четырёхметровая полоса длиной 900м – таким образом, дорога, проходящая через наши участки, будет соединять нижнюю трассу из Бара в Улцинь с верхней трассой из Бара в Шкодар. Не везде, однако, ширины полоски муниципальной земли хватает для прокладки там четырёхметровой дороги. В одном месте с владельцем участка удалось договориться, и там дорога уже проложена. В другом переговоры ещё ведутся. Если не преуспеем, то будет небольшой кусочек дороги шириной в два с половиной метра, что тоже, в общем, не смертельно.
Так выглядит будущая дорога после первичной расчистки зарослей и выравнивания трассы
Соседи, понимая, что прокладка дороги мимо их территорий означает повышение цены, радуются и даже начинают помогать. Возле нижнего конца дороги они оплачивают благоустройство, с бетонированием участка дороги и площадки под парковку. А ещё один сосед предложил щебень для отсыпки самовывозом – тоже, скорее всего, воспользуемся этим предложением. Короче говоря, этой осенью, вполне вероятно, на самих участках уже можно будет разворачивать строительство.
А это означает, что самое время купить себе кусок земли в будущем кондоминиуме. Пока что большая часть территории принадлежит фонду Montelibero, и фонд готов уменьшать свою долю в земле путём продажи земельных токенов желающим поселиться в будущем посёлке. После финальной расчистки участка он будет нарезан на доли, которые уже можно будет оформлять себе полностью официально в частную собственность, однако чем раньше вы войдёте в токены MTLCITY, тем дешевле в конечном итоге вам обойдётся квадратный метр – что логично, потому что ранние инвесторы желают премию за риск. Инструкция по токеномике проекта и по вхождению в совладельцы доступна на его сайте.
Кстати, о фонде. Недавно на сайте проекта появился раздел с персоналиями. Там перечислены те соинвесторы проекта, кто уже сейчас готов об этом открыто заявить. Несколько инвесторов пока остаются анонимными.
Итак, кто-то сразу купил себе земельные токены MTLCITY, а кто-то вложился в фонд, который выкупил остаток этих токенов, чтобы вовремя закрыть сделку по покупке земли. Сейчас фонд продаёт лежащие у него на балансе земельные токены. Что он будет делать с вырученными деньгами? Конечно, вкладывать в какие-нибудь ещё бизнесы. Пока что сравнительно небольшая сумма инвестирована в трейдинговый проект, принадлежащий одному из основателей фонда. В результате фонд начал платить всем владельцам токенов MTL еженедельные дивиденды, которые образуются от прибыли с этой инвестиции. Инвестиции в трейдинг – высокорискованные, поэтому фонд вряд ли будет серьёзно наращивать свой вклад, и по мере появления денег от продажи земли начнёт инвестировать в компанию по её застройке. Впрочем, если у вас есть другие интересные предложения – обращайтесь в основной чат проекта, а дальше вас уже перенаправят в профильный по бизнес-идеям.
Также за прошедшее со старта проекта время Черногорию посетило с туристическими визитами уже довольно много либертарианцев, желающих присмотреться к стране и к нашему проекту, и они продолжают время от времени приезжать – но вразнобой и с собственной культурной программой: кому пляж, кому горы, кому тусовки. Мы очень надеемся, что страна им всем понравилась, и они вскоре переедут сюда уже на постоянку. Ну а для тех, кому понравилась страна, но по каким-нибудь важным причинам переехать не готов, мы планируем запилить регулярный фестиваль, чтобы впредь собираться уже не вразнобой. Идеи и предложения помощи по фестивалю также пишите в основной чат, а дальше переместимся в закрытый тематический.
Продолжается перевод фридмановской “Механики свободы” в формат аудиокниги. Уже полностью начитаны первая и вторая части, осталась сущая мелочь – ещё четыре части. Актуальная версия аудиокниги доступна в виде плэйлиста, а также соответствующие треки прикладываются к тексту каждой из глав.
Помимо этого Олег с небольшим запаздыванием выкладывает наговоренное ещё и в свой ютуб-канал. Там не только Фридман, так что он надеется, что канал может вас заинтересовать.
Мне понравился разбор: перечислены плюсы, минусы, подводные камни, ограничения, перспективы и так далее. Отдельно отмечу тейк о том, что не всякий практикующий методы контрэкономики – агорист. Так, например, на контрэкономике зарабатывает КНДР, но они нам не бро.
Мне кажется, что для успеха агоризму нужно совпадение двух факторов. Во-первых, в стране должна быть анократия (я бы даже сказала failed state, но у этого термина много отрицательных коннотаций, потому что это состояние в основном ассоциируется с презрением к частной собственности). Во-вторых, агоризм должен быть модным. В идеале – на уровне фильма Alongside Night. И если в плане ослабления государства мы мало что можем, то насчёт второго условия нам и карты в руки.
Если непонятно, где именно признаёшь – вот диалог в чате:
Фиолетовый дракон: @ancapsan, интересно, а если Битарх всё-таки изобретёт свою либертарианскую прививку, протестирует её и получит одобрение от независимых врачей, то ты привьёшься?
Анкап-тян: Тут важно понимать, какие именно изменения будут происходить в организме, и решать, исходя из конкретики. Если действие будет именно таким, как мечтается Битарху, и во что я не верю, потому что вроде бы генетика ни фига так не работает – то почему бы и нет, на возможностях самообороны это не скажется, а если мне потребуется именно насильственно отомстить, я бы и сейчас предпочла для этого не сама действовать, а нанять специалиста.
Сначала думала отшутиться, но отвечу, пожалуй, серьёзно.
Предмет моего главного разногласия с Битархом – моя неприязнь к оперированию холистическими конструкциями. Я предпочитаю рассматривать не насилие как явление, а насилие, которое проявляет один конкретный субъект в адрес другого конкретного субъекта. И уже это конкретное насилие рассматриваю в контексте либертарианской идеологии, которая провозглашает своей ценностью свободу. И эта самая свобода означает, что я оставляю за собой право в том числе и на месть, если так будет мне угодно. Разумеется, я при этом оставляю за окружающими право пытаться меня остановить и привлечь к ответственности.
Мои собственные моральные воззрения, которые могут побудить меня вступить в конфликт, в том числе насильственный, для меня выше абстрактного желания иметь мир, полностью лишённый агрессивного насилия. Попытки сманипулировать мной в духе “пока в мире остаётся насилие, человечество в опасности” могут привести разве что к хмыканью: “значит, пусть остаётся в опасности”. Я бы пожалуй, даже заострила тезис. Если допустить, что существует кнопка, нажатие на которую уничтожает человечество, я бы хотела её иметь. Не для того, чтобы нажать, а для того, чтобы знать, что могу это сделать. Это очень важный стимул для человека – расширение возможностей, то есть степеней свободы. Свободы.
И уж тем более для меня важно иметь возможность ответить на насилие в мой адрес, как непосредственно в момент атаки, так и постфактум, если мне так будет удобнее. Добровольно уничтожать в себе способность к подобному я не стану. Так что простите уж, в вышеприведённом диалоге я наврала.
При этом всём я глубоко ценю изыскания Битарха с Волюнтаристом, касающиеся исследования механизмов, влияющих на отношение людей к проявлению насилия. Более того, я уважаю стремление Битарха получить в своё распоряжение кнопку, которая истребляет в человечестве склонность к агрессивному насилию. В конце концов, чем это хуже желания иметь кнопку уничтожения человечества? Правда, он алчет этой кнопки для того, чтобы её нажать, и это немного меняет расклад: возможно, мне его ещё предстоит останавливать, как в классических боевиках останавливают сумасшедших учёных. Что ж, это будет интересно.
Если, допустим, взять анкап по Молинью, то неужели несколько мажоров, которые по пьяни или ширке устроили ДТП, пусть даже без погибших, или изнасиловали девушку, будут иметь возможность заплатить компенсацию, пусть и в десятикратном размере, и дальше гулять на свободе? Деньги деньгами, но опасность для общества всё равно никуда не исчезла. Вот ты бы сама, если, не дай бог, с тобой произошло вышеперечисленное, обратилась в государственный или частный суд, если, допустим, у нас минархизм с анкапскими замашками и есть право выбора между ними? Да, государственный суд вытрясет совсем крошечную компенсацию, как это обычно бывает, но изолирует насильников в колонии на 5-10 лет, с небольшим шансом, что они оттуда не вернутся, или вернутся измученными и больными людьми. Частный же суд вытрясет компенсацию, превышающую ущерб в десятки раз, но отпустит насильников на свободу, так как мы знаем, что цель наказаний при анкапе заключается не в исправлении, не в каре, а в возмещении ущерба. Что скажешь на этот счёт?
К счастью, я уже успела написать первые главы книжки про либертарианство, так что могу сразу отправить вас почитать про либертарианское право. Задача суда – не наказать преступника и не выбить из него максимум денег. Задача суда – разрешить конфликт. Даже если я не смогла прийти с насильниками к согласию насчёт того, в каком суде наш конфликт рассматривать, и суд окажется навязан стороне ответчиков, это не отменяет основной задачи суда. На выходе должна получиться ситуация, когда конфликт между мной и насильниками оказывается исчерпан.
Для меня крайне важно понимать, что вот этих я больше в жизни своей не увижу. Это позволит мне не вздрагивать, увидев боковым зрением невнятную фигуру (во всяком случае, надеюсь). Так что я бы настаивала на том, чтобы они получили предписание жить в каком-то конкретном известном мне городе, пусть даже довольно крупном. Соответственно, я в этот город ни ногой, а они оттуда. Разумеется, контроль за соблюдением ими этого пункта будет стоить денег – ничего не поделаешь, пусть раскошеливаются, для меня это важно.
У меня очень прочная психика, но когда я услышала в интервью Шульман, что у неё после нападения на мужа в течение года продолжался посттравматический синдром, я вынуждена признать и для себя возможность каких-то психических травм, нуждающихся в лечении. Так что вторым моим требованием, конечно, будет оплата моей реабилитации.
Также, разумеется, я бы хотела получить значительную денежную компенсацию, однако этот пункт я расположила третьим номером, потому что приоритеты мои вполне соответствуют правилам техники безопасности: сперва устраняется опасный фактор, и лишь затем оказывается помощь и выплачиваются компенсации.
Четвёртым пунктом я бы хотела, чтобы насильники также получили психологическое лечение, но если на это у них после выплат по предыдущим пунктам денег не останется, я не стану настаивать.
Если насильники были слишком бедны, чтобы сразу выплатить назначенную мне компенсацию и профинансировать прочие меры – что ж, им придётся влезть в кредит. Когда-нибудь расплатятся, это уже не моё дело, а их и банка.
Мне кажется, мои запросы достаточно скромны: я не настаиваю на кастрации или казни, не требую, чтобы они непременно томились в тесной камере и подвергались изнасилованиям в исполнении сокамерников. Мне не нужно, чтобы они теряли здоровье, а те, кто будут лишать их здоровья, теряли человеческий облик. Так что я надеюсь, что суд удовлетворит мои притязания. А если жертва насилия будет настаивать на всей фигне, которая описана в этом абзаце, я надеюсь, что суду удастся убедить её отказаться от подобных запросов. Если же суд назначит какое-нибудь суровое наказание в этом духе, для меня это будет чётким красным флагом: суд не либертарианский, я с ним добровольно не буду иметь дела никогда и других постараюсь отговорить.
Прежде чем ответить на вопрос о том, что будет в случае победы, важно понять, при каких условиях она вообще может состояться.
Часть 1. До выборов
Можно сочинить много сценариев разной степени невероятности, но все они будут содержать одну общую посылку: и Путин, и Навальный перед выборами физически выбывают из гонки. То есть не просто по той или иной причине не участвуют, но и не имеют ни малейших возможностей влияния. Проще говоря, умирают. Предположим достаточно топорный сценарий: Навальный погибает в колонии от ковида, Путин погибает от инсульта. Таким образом, мы не придумываем никаких террористических организаций или террористов-одиночек, а оставляем реализацию этой исторической случайности на волю матушки-природы. И.О. президента становится Мишустин, он пытается прибрать вожжи к рукам, не преуспевает, и федеральное собрание неожиданно принимает закон, в котором сводит прямо запрещает местоблюстителю баллотироваться. Мишустину хватает ума не накладывать вето.
Объявляются новые выборы. Им предшествует широкая общественная кампания по отмене закона, лишающего причастных к деятельности экстремистских организаций пассивного избирательного права. Кампания не приносит результата, и соратники Навального, от Волкова до Гуриева, оказываются невыбираемыми – кто по экстремизму, кто по ВНЖ. Оппозиция проводит праймериз, где легко отваливаются ещё живые старые демократы, и во втором туре Светов с минимальным перевесом побеждает Юнемана. Соратникам Путина тоже нелегко, и им тоже приходится устраивать праймериз, в которых Собянин проигрывает Шойгу, начинаются грязные скандалы о том, как за одного кандидата голосовали строем работники коммунальных служб, а за другого срочники. Не менее грязно получается и у коммунистов, где Зюганов так и не решился пустить никого вместо себя. В довершение всего от Родины зачем-то выдвигается Патрушев, а от СР Прилепин. Таким образом, к моменту старта компании по сбору подписей крупнейшие системные партии охвачены полным раздраем, к выборам приковано огромное общественное внимание, и ЦИК не хватает политической воли зарубить Светова на старте. Он получает довольно щедрое финансирование как от либеральных бизнесменов-политэмигрантов, вроде Чичваркина, Дурова и Ходорковского, так и от отдельных не сбежавших при Путине предпринимателей, начиная с Потапенко. Этого оказывается достаточно, чтобы собрать подписи и попасть в бюллетень.
Но достаточно ли такого расклада, чтобы либертарианец смог выиграть в России президентские выборы? Нет. Поэтому добавим ещё два фактора. Во-первых, чрезвычайно успешные либеральные реформы, например, в Казахстане, которые за пару лет до выборов в России обеспечили ему серьёзный рывок, и его успехи прямо сейчас очень сильно на слуху. Во-вторых, Светов анонсирует левый поворот, рассказывает байку о том, что во всех народных бедах виноваты сверхбогатые, и как он будет лишать их рычагов влияния на политику. Также он обещает передачу госкорпораций пенсионному фонду, обязуется ввести прогрессивный подоходный налог путём отмены НДФЛ для всех, кто получает меньше двух МРОТ, а для остальных оставив прежнюю ставку за вычетом из налогооблагаемой базы пресловутых двух МРОТ. Ещё, конечно же, анонсируется 30% сокращение расходов на армию за счёт упразднения всей системы срочной службы, и 90% сокращение расходов на спецслужбы – с переносом сэкономленного на социальные статьи бюджета. Короче, есть где разгуляться либертарианской фантазии при написании радикально левой программы.
На фоне этого зюгановские обещания национализации смотрятся как-то не только неубедительно, но и блекловато, а в способности Шойгу сократить армию закрадываются обоснованные сомнения – что ему раньше-то мешало? В довершение всего впервые за многие годы все кандидаты выходят на дебаты, и вот тут Светов рвёт всех, демонстрируя высочайший в Восточной Европе уровень дискуссии. Так о нём узнают бабушки в телевизоре, и это обеспечивает ему победу.
Часть 2. После выборов
Светов приходит к власти, но он президент без партии. Выборы в Госдуму состоятся только в 2026 году, а ему нужно показать хоть какие-то результаты. Кстати, о Госдуме. В 2021 году в ней образовалась очень маленькая межфракционная группа депутатов, умудрившихся попасть туда благодаря умному голосованию, и не предавших Навального анафеме за это, а даже худо-бедно работающих на избирателей. После световской победы их неформальное влияние серьёзно возрастает, и они становятся проводниками большого количества законопроектов, материализующих световскую программу. Тем не менее, все эти законопроекты идут трудно и медленно.
Зато очень быстро проводятся те меры, где президент может обойтись своими приказами как верховного главнокомандующего. Так что российские силовики начинают покидать Донбасс ещё даже до того, как дума утверждает нового премьера. Им, кстати, становится Дмитрий Потапенко – зря он, что ли, одним из первых начал заносить световскому штабу бабки. Навальнята требуют в правительство Милова и Гуриева. Милов получает пост министра энергетики, а Гуриев назначается рулить пенсионным фондом. На пост министра финансов триумфально возвращается Кудрин, и это становится залогом того, что Госдума оказывается немного сговорчивее. Екатерина Шульман становится министром просвещения. Министерств в России много, достойных людей ещё больше, фантазировать относительно прочих постов мне лень, но, так или иначе, правительство вскорости обновится. Также президент вносит законопроект о широкой амнистии по всем политическим статьям, а заодно и по статье 228. Законопроект буксует, и тогда политическим Светов просто выписывает помилование. Росимущество переходит в ведомство пенсионного фонда.
Что удаётся сделать в Думе?
Во-первых, в очередной раз поменять закон о выборах, продолжая добрую традицию не проводить двух выборов по одним и тем же правилам. Законопроет пишется “Голосом”, вносится президентом. Возвращены избирательные залоги, порог входа в для партий понижен до 3%, подписи за регистрацию кандидатов разрешено собирать в электронном виде через аккаунты на госуслугах, отменено электронное и многодневное голосование, расширены права наблюдателей, ну и, конечно, отменены люстрационные нормы для судимых, обладателей иностранных ВНЖ и двойного гражданства, и для причастных к экстремизму.
Во-вторых, президент гарантирует наложение вето на любой закон, принятый с нарушением регламента. Никакого ускоренного рассмотрения в трёх чтениях сразу.
В-третьих, резко падает доля секретных статей в бюджете. За бюджет в думе идут серьёзные публичные баталии. Добиться сокращения бюджета на силовые ведомства удаётся лишь частично, а сэкономленное действительно перенаправляется на образование со здравоохранением. Радикально сокращены расходы на госпропаганду, и это оказывается проблемой – как и во времена Ельцина, президента начинают мочить по частным каналам, а он противопоставляет им свои стримы.
Что не удаётся? Разумеется, проваливаются все планы по люстрации. Не удаётся отменить НДФЛ для малоимущих. Не удаётся отменить даже транспортный налог, хотя такая мелочь, казалось бы.
После этого в 2025 году президент распускает Думу и объявляет досрочные выборы. В Думу проходит полтора десятка партий, в том числе одна либертарианская. Самую большую фракцию имеют коммунисты – двенадцать процентов. Темп реформ после этого ускоряется, но незначительно, потому что фактически команде реформаторов приходится формировать свою коалицию под каждый новый законопроект. Уже под занавес своего первого срока Светову удаётся добиться принятия конституционной нормы о том, что каждый новый федеральный закон или иная норма, кроме конституционных, обязаны содержать указание на срок окончания своего действия, который не может превышать десять лет. Если до окончания срока действия норма не будет продлена или как-то модифицирована, она автоматически прекращает своё действие. Заодно, коли уж править конституцию, принята вторая важная правка: отныне президент может править в течение только одного шестилетнего срока.
Что удаётся сделать во внешней политике?
Прекращается выдача кредитов иным странам. Выводятся все войска из-за рубежа. Украинцы радуются, армяне грустят. Крым объявляется свободной экономической зоной, которая вправе в любых вопросах выбирать, какими именно законодательными нормами руководствоваться – российскими или украинскими. Украинские граждане получают право свободного поселения в Крыму с наделением их избирательными правами на выборах всех уровней вплоть до президентских. Украинские политические партии получают право деятельности на территории Крыма. Жители Крыма с российским гражданством получают право участвовать в парламентских и президентских выборах в Украине. Граница между Россией и Украиной на Донбассе передаётся под контроль Украины. Украина надолго получает себе на голову головную боль в виде бывших народных республик, которые нужно как-то приводить в человеческий вид. Благодаря этому компромиссу Россия постепенно выходит из-под большей части зарубежных санкций – всех, кроме ограничений на поставки высокотехнологичного вооружения. Собственные санкции она, разумеется, снимает сразу же.
Либерализован рынок внешних поставок углеводородов. Покупатель покупает их на российской бирже или напрямую у производителя, после чего сам выбирает, каким именно способом обеспечить их доставку. Таким образом, объём прокачки нефти и газа через Украину теперь определяется только тем, насколько конкурентные тарифы за транзит устанавливает украинская сторона.
Итоги правления
Россия встала на мирные рельсы и прекратила дурить во внешней политике. Внутренняя политика также была избавлена от диктата силовиков. Сильная левая оппозиция в парламенте не позволила серьёзно снизить налоговое бремя и государственные расходы, однако их характер поменялся на более социальный. Россия при Светове осталась страной с низким уровнем государственного долга и профицитным бюджетом.
В 2030 году Михаил Светов уходит с поста Президента и в том же году избирается в парламент, где возглавляет либертарианскую фракцию. В 2035 году покидает парламент, покупает домик на Камчатке, поселяется там со своей юной супругой и ведёт частную жизнь.
