Встречайте новый ролик на канале Libertarian Band! В рамках второй части цикла рассказов о либертарианстве мы добрались до такого важного термина, как NAP, или принцип ненападения. Разбираем, как он появился из доктрины сдерживания, как эволюционировал, куда предположительно будет эволюционировать, и какие у него есть ограничения (а то в либертарианской среде есть много желающих построить на базе NAP вообще всё).
Конечно, в шесть минут не вместишь полный и доскональный разбор, но мы постарались не занимать ваше драгоценное внимание слишком долго. О других аспектах жизни в обществе поговорим в следующих роликах. Работа над новым видео – про институт репутации – уже начата.
Летом на просторах ютуба появился очередной небольшой канал LibertyUKR, хоть и иностранный, но русскоязычный. Интересен тем, что там последовательно выкладывается видео с разбором либертарианства в рамках панархизма. Над подачей материала ещё работать и работать, зато темп появления контента несколько повыше, чем на том, с которым я сама сотрудничаю.
Недавно на канале появился ролик про авторское и патентное право, это уже седьмое видео в общем цикле. Мне перед съёмками присылали его текст, чуточку подправить. Я попробовала. В результате появилось совершенно самостоятельное произведение, которое я либо как-нибудь выложу отдельной статьёй, либо мы сделаем из него свой ролик. Так что сотрудничество с каналом как-то не задалось, но он и самостоятельно справится.
С экономикой все понятно – на основе блокчейн. А с идеологией как? Не в смысле партийных различий, а как самоорганизовываться? Кто производит политику?
Gastello
Если государства не будет, по каким законам будут судить преступников? И кто будет издавать законы?
Bvl72
С точки зрения устроителей государства, оно должно быть монополией на легитимное насилие и монополией на принятие окончательных решений. Это требуется для того, чтобы осуществлять две ключевых функции государства: грабёж и самоуправство, сиречь налогообложение и нормотворчество. И если в сфере экономики в общем-то понятно, что без грабежа лучше, чем с грабежом, и все экономические блага, которые тщится предоставить государство, частник на свободном рынке предоставит лучше и дешевле, то с нормотворчеством многие встают в тупик: кто же обеспечит соблюдение всеми единых правил?
К счастью, эту задачу и не нужно решать. Правила не обязаны быть едиными, они обязаны быть удобными. Представление о правилах вшито в человека буквально на биологическом уровне. Правила вырабатывают даже маленькие дети для игры в песочнице. Чем более устоявшейся оказывается компания, тем более чёткие и проработанные в ней правила. Правила появляются в любом чатике или ином клубе, и к ним реально апеллируют даже с большей серьёзностью, чем к государственным законам, потому что государственные законы пусть, вон, юристы изучают, а правила самим нужны.
Правила могут существовать в виде текста или просто множества умолчаний. За соблюдением правил может следить специально назначенный модератор, а могут просто все подряд. Правила могут быть неизменны, а могут регулярно пересматриваться. За нарушение правил могут выгнать из коллектива, двинуть по лбу канделябром или пробить одиннадцатиметровый по воротам. Но вот что точно никому не придёт в голову без государства, так это собрать в единый свод вообще все правила, от футбола и преферанса до порядка выноса мусора и мытья посуды в семье.
Тем не менее, для пущей технологичности создания правил, в основу их составления обычно закладываются некоторые общие принципы. Так, если в коллективе есть разные роли, для них могут быть предусмотрены разные типовые полномочия, а вот в рамках одной функции удобнее, чтобы её носители подчинялись одинаковым нормам, будь то футбол или организация производства. При организации состязания уместно озаботиться равенством условий для состязающихся, будь то преферанс или аукцион. Новичку уместно растолковывать действующие нормы, а пока не освоил, уместно не спрашивать с него по всей строгости, будь то стажировка на производстве или смягчённые уголовные наказания для подростков. Если для отслеживания соблюдения правил заведён судья, он не должен иметь интереса в судимом им процессе, либо он не должен иметь права судить самого себя.
Вопрос о том, как быть, если у разных групп будут разные правила, также надуман. Правила футбола и шахмат не конфликтуют, каждые созданы для своей игры, а если футболист и шахматист идут в бар, то они соблюдают уже правила поведения в баре. Если же вдруг оказалось, что люди находятся в ситуации, когда правил нет, или каждый привык руководствоваться своими, то они либо стараются друг друга не задевать, либо вырабатывают общие нормы. Так, молодожёны быстро отставляют в сторону то, чему их учили собственные родители, и формируют собственные нормы. Так, встретившись на горной тропинке, люди переглядываются и молча решают, кому прижаться к скале, а кому протискиваться мимо него ближе к обрыву. Так, фермеры договорятся между собой, сколько ждать, пока объявится хозяин заброшенного участка, прежде чем его уместно будет присвоить соседу, и как поступить, если прежний хозяин после этого всё же объявится.
Но, разумеется, в сложном и глобальном мире вполне могут существовать единые нормы для миллионов человек, или даже для всего населения Земли. Так, у популярных языков есть сотни миллионов пользователей, во всём мире прижилось совсем немного стандартов разъёмов для подключаемых к компьютерам внешних устройств, и всего один язык разметки для веб-страниц. Глобальные правила могут быть довольно детальными, и их выработкой могут заниматься целые консорциумы, в которые входит множество компаний. Соблюдаться же такие стандарты будут просто потому что так удобнее.
Некоторые толковые нормы содержатся и в существующих законодательствах отдельных государств, Некоторые из них продолжат существование и после государства, если использовать готовое окажется удобнее, чем разрабатывать с нуля.
Спорим, вы за пять минут сочините отличные правила для игры с этой картинки?
Меня немного перемкнуло, и хочется как-то относительно быстро разрешить это противоречие в голове 😀 В чём отличие минархиста от либерала (кроме запрета на агрессивное насилие в случае первого)? Ведь не каждый либерал, например, “за” государственную социальнуюю поддержку, абсолютно положительно относится к самому государству. В общем, был бы рад услышать вразумительный ответ.
анонимный вопрос
Вообще, конечно, если хочется получить ответ относительно быстро, то самое надёжное – это сопроводить вопрос донатом)
Минархизм это результат непрерывного развития идей классического либерализма, так что между ними трудно провести чёткую границу, с которой согласились бы все носители либерального дискурса. Я бы подходила к разграничению с позиции того, какими базовыми ценностями руководствуется человек, на которого мы пытаемся приклеить ярлык.
Если речь идёт прежде всего о защите частной собственности и общественном договоре, благодаря которому для защиты института частной собственности создаётся правительство – то перед нами скорее классический либерал. Он склонен оценивать государство именно по критерию того, эффективно оно защищает частную собственность – или нет, и готов выплачивать некоторые минимальные разумные и справедливые налоги (не спрашивайте!) при условии, что работа по защите собственности будет добросовестно выполняться. В противном случае, если долгая череда злоупотреблений со стороны правительства заставит его предположить, что это уже какая-то тирания, он оставляет за собой право это правительство свергнуть и переучредить.
Если же человек в основном делает акцент на неагрессии и на добровольном характере формирования комплекса правительственных услуг, когда действия частных лиц могут как-то принудительно регулироваться, но лишь при условии компенсации неудобств, при этом правительство чётко позиционирует себя как сервис, то человек скорее руководствуется не Локком и отцами-основателями, а Робертом Нозиком, и тогда он скорее минархист.
Наконец, человек может в принципе отрицать государство, каким бы минимальным оно ни была, но считать, что для сохранения гражданского мира необходим ряд социальных гарантий, и разумные люди вполне в состоянии профинансировать их на добровольной основе, потому что в конечном счёте им это выгодно. Тогда это левый рыночный анархист, бывают и такие.
Чайный клуб прислал мне три изданных им книжки: “Дорога к рабству” Хайека, “Демократия: низвергнутый бог” Хоппе и “От диктатуры к демократии” Шарпа. Я планирую написать обзоры всех трёх, а вы можете выбрать, с какой мне начать.
Есть три дороги: к демократии, от демократии, и к рабству. По какой сами пойдёте, по какой мамку поведёте?
Обзор какой книжки вы бы хотели увидеть первым?
Хайек, Дорога к рабству 47%, 58 голосов
58 голосов47%
58 голосов - 47% из всех голосов
Хоппе, Демократия: низвергнутый бог 41%, 51 голос
51 голос41%
51 голос - 41% из всех голосов
Шарп, От диктатуры к демократии 12%, 15 голосов
15 голосов12%
15 голосов - 12% из всех голосов
Всего голосов: 124
08.11.2019 - 07.04.2020
Опрос закрыт
Есть три книжки: к демократии, от демократии и к рабству. Какую обозреть первой?
Против Михаила Светова возбудили уголовное дело за пост в инстаграме 2012 года. Учитывая, сколь пристальным был интерес к нему у российских силовиков, совершенно очевидно, что дело возбудили тогда, когда сочли, что момент наиболее подходящий.
Могу предположить, что момент сочтён подходящим по одной простой причине: на недавно прошедшем съезде ЛПР Михаил Светов вышел из состава руководящих органов партии. Силовики могли вполне резонно решить в связи с этим, что Михаил потерял общественную поддержку, и можно будет свести с ним счёты без особого скандала. Придётся дать им понять, что они серьёзно ошиблись.
ЛПР призывает выходить с одиночными пикетами в поддержку Михаила к зданию московского следственного комитета. Это хороший шаг, но можно сделать больше. Совсем недавно Михаил Светов посетил с лекциями 30 городов по всей западной и центральной части России. Таким образом, буквально у каждого посетителя лекции (или у тех, кто хотел на неё попасть, но из-за рвения местных силовиков не поместившийся в зал) теперь есть отличный повод тоже выйти с пикетом уже к зданию СК в своём городе, с плакатом, мол, знаком со Световым лично, считаю порядочным человеком, дело шьют, хорош позориться, прекращайте этот фарс.
Люди регистрировались на лекции через таймпад, оставляя свои контактные данные. Организаторам лекций есть смысл сделать рассылку по собранным данным и предложить выразить Михаилу поддержку. В конце концов, на самих лекциях Михаил говорил, что ездит по городам не столько для того, чтобы его послушали люди – выслушать могут и на ютубе. Главной его целью было то, чтобы люди в регионах посмотрели друг на друга и поняли, насколько они не одиноки в своём недоверии к государству. Ну так вот – новый отличный повод собраться и посмотреть друг на друга.
Народу должно выйти достаточно много, и пусть тогда обеспокоенные силовики срочно передают руководителю СК Бастрыкину, что ошибочка вышла, не стоило трогать, лучше замять этот скандал, пока не разгорелся.
Здравствуйте, у меня возник спор с человеком, который утверждает:
“Для того, чтобы получить совершенный рынок, потребуется, во-первых, создать абсолютно симметричное информационное пространство, во-вторых, исключить из экономической системы неисключаемые и неконкурентные блага, в-третьих, исключить внешние эффекты, в-четвёртых, полностью убрать дифференцированную продукцию, в-пятых, каким-то образом поддерживать все вышеуказанные (сами по себе фантастические) условия, в-шестых, не допустить умышленного нарушения установленного порядка со стороны.
Совершенный рынок – это рынок в вакууме, упрощённая модель для графиков и наглядного объяснения теорий. Потому переход к “прекрасному анкапу” невозможен не в силу “вездесущего этатизма”, а просто в силу того, что условия его существования в том виде, в котором он вам представляется, невыполнимы”
Как следует доказать, что рынок реален, может быть, посоветуете статьи на эту тему?
Игорь
Здесь имеет место классический риторический приём “соломенное чучело”, когда опровергается не тот тезис, который выдвигает оппонент, а тот, который удобно опровергать. Совершенный рынок (или совершенная конкуренция) – это термин из неоклассической экономической теории, а анкап базируется в основном на австрийской школе. Нечто схожее с моделью совершенного рынка описывает в Человеческой деятельности Мизес, вводя такую умозрительную конструкцию, как равномерно функционирующая экономика. В такой экономике все агенты обладают всей полнотой информации, и выполняются все прочие описанные вашим оппонентом условия. В результате такая экономика абсолютно предсказуема, и в ней невозможно предпринимательство. Эта умозрительная конструкция вводится ровно для одного: чтобы продемонстрировать отличие реальной экономики от равномерно функционирующей и тем самым показать, в чём состоит роль предпринимателя (а она состоит как раз в получении прибыли за счёт использования неопределённости будущего) и роль инвестора (она состоит в том, чтобы сохранить некоторый запас капитальных благ в прошлом ради употребления их в будущем). Точно так же в физике есть понятие равномерного прямолинейного движения, в разных школах танцев и боевых искусств базовые стойки, базовые шаги, и так далее. Говорить, что идеальный рынок есть рынок совершенной конкуренции – это как утверждать про идеальный танец, что это движение пары базовыми шагами из базовой стойки, в то время как вся суть танца как раз в импровизации на основе той самой базы.
На мой взгляд, эту подмену делают излишне часто в том числе из-за неудачности самого термина “совершенный рынок” – он содержит манипуляцию, заставляющую думать об этом явлении как о чём-то желательном, ведь кто же не мечтает о совершенстве! Между тем, совершенный рынок вообще неотличим от совершенной плановой экономики, где тоже всё рассчитано и задано наперёд. Точно так же мы могли бы говорить о совершенном коммунизме, когда абсолютно все материальные предметы находятся в общественной собственности, и абсолютно все действия совершаются только с всеобщего согласия после всестороннего и полного обсуждения. И действительно, такая умозрительная модель совершенного коммунизма используется теоретиками, когда они показывают необходимость самопринадлежности.
Кто вас учил так танцевать? Где правильная стойка?
Некая анонимная организация с невыразительным названием “Ячейка анархического действия” распространяет по различным окололибертарианским ресурсам такой вот манифест (извините, ребята, орфографию я вам поправила, иначе это было невозможно читать):
Революционный анкап, или р-анкап
Идеология стоящая за активное участие анархистов в революционной борьбе с государством и полицией.
Р-АНКАП провозглашает такие идеи:
1) Активный НАП. Если человек становится анкапом, готов принять НАП как договор о неагрессии, то он должен признать, что как только он принял НАП как идею, он должен соблюдать его. Но, препятствование этому со стороны государства, так как оно больше всех нарушает НАП, а значит после принятия, любые насильственные действие направление от государства, могут рассчитываться как проявление ярко выраженного несогласия на соблюдение этого договора, а это значит, что можно предпринимать насильственные действие по отношению к государству, и присваивать его имущество себе, делая его частным, а также оказывать сопротивление законам, полиции, чиновникам и т.д.
2) Агоризм. Революционный анархо-капитализм признаёт агоризм – как основу сопротивления государству. Сопротивление ему и игнорирование, вместо легального рынка – теневой рынок, союзы сквотов, образующих районы, которые являются своей закрытой системой с экономикой и правилами в виде договоров. Также создание собственной валюты или способа обмена.
3) Для достижения своих целей иногда надо идти на союз с другими анархистами, образуя солидарность и толерантность между анархистами, иногда и на полноценные союзы, где не берётся сейчас во внимание экономическая повестка, а только политическая и социальная, а именно – уничтожение государства и выступление против принуждения со стороны других людей.
4) Активное вооружение. Наша цель – проявить готовность, и активно вооружаться, чтобы оправдывать наши возможности, для собственной охраны и других людей в любых случаях. А это значит только одно, создание дружин для защиты демонстрантов и частной собственности, на которую посягает государство.
5) Вместо прав. Утилитарную этику также называют телеологической (от древнегр. «телеос» – цель). Кроме непосредственного удовольствия, целью морально правильного выбора может служить любая польза. Чем больше польза, тем правильнее поступок. Но, стремясь к пользе для себя или своих близких, человек может нанести вред другим людям. Поэтому следует поступать так, чтобы принести наибольшую пользу для наибольшего числа людей. А моральные принципы? Им нужно следовать, но там, где они идут вразрез с практическими соображениями, необходимо признать их условность. Мы можем защищать свои возможности, гарантируя их союзами, договорами и собственной силой, как физической, так и интеллектуальной.
6) Прямые действия. Действия, предпринимаемые личностями или группами для достижения политических, экономических или социальных целей средствами, исключающими необходимость в посредниках. Другими словами — действия, направленные на решение проблемы непосредственно своими силами.
Идеальный пример устройства – это коммунитарная конфедерация, когда коммуны объединены в конфедерацию.
НАП же относится только к нападению, и только насильственному, или тому, которое привело к самоубийству. Второе только при наличии существенных доказательств.
Отношение к партиям. За полный отказ от политических партий, даже либертарианских, считая их предателями и выступая только за ассоциации и политические клубы по интересам.
Комментарий Анкап-тян
Как неоднократно упоминал в своих выступлениях Михаил Светов, если власть не слышит тех, кто выступает с относительно умеренных позиций, им на смену приходят настоящие радикалы. И когда эти радикалы перехватят повестку, то поздно будет говорить о люстрациях, в моду войдут дефенестрации. На примере вышеупомянутого манифеста мы видим один из ранних примеров меняющейся риторики протеста.
Да, вполне может оказаться, что за этим манифестом стоит ещё одно Новое величие, и через некоторое время силовики просто срубят ещё одну палку. А может быть, и нет.
Ну а теперь немного о том, что не так с изложенными идеями. Я не буду рассуждать о том, что НАП – не договор, потому что это неважно. Не буду говорить о том, что нельзя оказывать силовое сопротивление любым попыткам государственной агрессии. Разумеется, можно. Не буду спорить о том, какой способ устройства общества идеален. Разумеется, для каждого свой, анкап просто подразумевает ненасильственность при вступлении в ассоциации, а там уж пусть рыночек порешает. Лучше поговорю об утилитаризме.
Логика человеческой деятельности подсказывает, что если есть цель, для неё следует подобрать средство. Если цель – уничтожение государства, напрашивается решение: создать организацию по уничтожению государства. Отсюда идеи про революционные ячейки и всё такое. Проблема в том, что организацию легко создать, да сложно распустить. Сперва ты делаешь исламскую революцию, потом у тебя корпус страже исламской революции. Чем сильнее режим, тем сильнее нужна организация по его свержению, тем меньше эта организация будет склонна распускаться, и тем больше – терроризировать мирных граждан после своей победы.
Поэтому весь смысл тактик по достижению анкапа в том, чтобы ослаблять государство, а не ломать его сразу. Минархисты уменьшают его полномочия. Панархисты аккуратно разрезают государство вдоль волокон, чтобы начало гнуться и удовлетворять разнообразным частным запросам. Агористы подгрызают корни, не дают государству жрать, и этот паразит дохнет от небрежения. А если начать ломать силой, то вместо отсутствия государства в лучшем случае выходит failed state. Проходили.
В ЖЖ-блоге писателя-фантаста Александра Розова (известного главным образом своим Меганезийским циклом) был опубликован интересный пост про идею «прививки от насилия», применяемой этносом Сенои в Малайзии. По остальным постам его блога можно легко сделать вывод, что Розов симпатизирует идее доктрины сдерживания (ДС) — её проявления упоминаются у него с завидной регулярностью.
В чём же для нас представляет интерес культура Сенои? Это крайне примитивный в технологическом плане этнос, где в качестве оружия до сих пор используются духовые трубки с отравленными стрелами. Тем не менее, малайцы в конце 19 века, по свидетельству Миклухо-Маклая, явно опасались их трогать. Дело в том, что с самого раннего детства каждый сеноиец учится нетерпимости к насилию. На любую инициацию агрессии в свой адрес он обязан применить контрнасилие, вместо того чтобы апеллировать к постороннему авторитету. Внушение этой идеи происходит на протяжении всей жизни — семьи сенои каждое утро за завтраком рассказывают друг другу свои сны, и как противостояли опасности, если она в них была.
Розов
выделяет основные моменты общества
Сенои:
1. С одной стороны – сенои явно не те люди, которые склонны терпеть насилие над собой (малайцы не стали бы иначе бояться оружия этих почти первобытных персонажей, и не стали бы рассказывать о том, через сколько времени умирает человек, пораженный боевым элементом оружия сенои).
2. С другой стороны, внутриплеменные обычаи сенои явно не агрессивны и не строятся на насилии.
3. Миклухо-Маклай полагал, что сенои – вымирающий этнос (поскольку они стояли явно на менее высоком уровне социально-технического развития, чем окружающие малайцы). Но сейчас, через 150 лет после исследования Миклухо-Маклая, численность сенои примерно та же, что тогда. Иначе говоря, это вполне стабильная популяция.
И
делает основной вывод:
«Активное противостояние угрозе. Как оказывается, это свойство вовсе не противоречит мирным неагрессивным обычаям. Напротив, это дополняющий элемент. Тому, кто умеет и готов защищаться — проще быть не агрессивным.»
Дружелюбные туземцы и их смертельное оружие
Описанный пример показывает, что для успешной реализации доктрины сдерживания совсем не обязательны суперсовременные дроны размером с пчелу или ядерные ракеты. Нужна лишь готовность как можно большего числа людей в обществе применять контрнасилие, повышая издержки инициации агрессии. Чем конкретно они будут повышаться, не имеет большого значения. Даже лёгкое осмеяние, плевки, косой взгляд, игнорирование, бойкот, шейминг и прочие действия вообще без какого-либо насилия, но применяемые большим количеством людей, сделают жизнь любого политика невыносимой и заставят его перестать работать на стационарного бандита (в терминах доктрины сдерживания: издержки от контрнасилия превысят выгоду от инициации насилия, условную зарплату, получаемую от стационарного бандита, который, в свою очередь, получил эти средства через принуждение граждан к уплате налогов).
Можно даже вывести зависимость: чем больше людей в конкретном обществе нетерпимо к насилию, тем менее мощное (и, соответственно, технологически сложное) оружие необходимо для успешного сдерживания агрессора. Если в какой-то стране только один (!) человек готов применить контрнасилие против агрессора уровня США, то единственный вариант сдерживания — ЯО с cистемой автозапуска «мёртвой рукой» (что крайне сложно и безумно дорого), но если 90% населения готовы применять контрнасилие, хватит и духовых трубок. Война в Сомали (вторжение и последующее бегство армии США) это прекрасно показала.
Картинка кликабельна. Единицы мощности условные, математический аппарат для доктрины сдерживания в этом направлении не разрабатывался
Частенько приходится употреблять подобную фразу в споре с непробиваемыми этатистами:
“Поддерживая государство, ты инициируешь насилие, в том числе против меня, поэтому к тебе будет применяться ДС, пока не прекратишь!”
Можешь написать пост на эту тему, в котором аргументируешь, почему это именно так и есть?
Битарх
Позволю себе две цитаты. Первая из фильма “Брат-2”: “Сила в правде”. Вторая, из Михаила Светова: “Ты можешь быть тысячу раз прав, но что с этого толку, если ты бессилен?”
При этом персонаж, произносивший первую тираду, предпочитал утверждать свою правду применением силы, а автор второго высказывания ограничивается исключительно донесением своей правды до людей в вербальной форме. Оба, несмотря на видимое противоречие между словом и делом, преуспели в своих начинаниях.
О чём это должно нам сказать? О том, что – и тут я приведу третью цитату, автором которой по преданию, является Аль Капоне: “Добрым словом и пистолетом вы можете добиться гораздо большего, чем одним только добрым словом”.
Так вот. Когда вы угрожаете этатисту доктриной сдерживания, вы как бы говорите ему: “чувак, у меня есть пистолет, поэтому я прав”. При этом он уверен, что сила в правде, правда же в том, что он лично против вас агрессию непосредственно не инициировал, а всего лишь вербально поддержал государство. То есть вы угрожаете человеку расправой за слова, к тому же с довольно невнятными претензиями, ведь поддержкой государства можно объявить всё, что угодно. Вон, многие украинцы обвиняют русских в поддержке российской агрессии на Украине просто по факту российского подданства (ну и неправильного употребления предлогов, разумеется).
В результате этатист напрягается и ищет на вас управу, например, в лице государства. И, подозреваю, вам будет особенно обидно, если ему управу на вас найти удастся, а вам на него – нет. Иначе говоря, вы мало того, что угрожали человеку пистолетом, так ещё и пистолетом, которого у вас не было. И тут я позволю себе четвёртую цитату, совсем обидную, от персонажа комедии “Спиздили”: “Как и положено безмозглому хую — ты не разбираешься в ситуации, а теперь ты начинаешь сморщиваться, и твои яйчишки начинают сморщиваться вместе с тобой — и это потому, что на боку твоего пистолета написано — МУЛЯЖ, а на боку моего пистолета написано DESERT EAGLE .50”.
Для того, чтобы этатист если не встал на вашу сторону, то хотя бы признал ваше право на критику государства, вам нужно в первую очередь продемонстрировать, чем конкретно оно вас ущемило. Причём предъявы в духе “я, конечно, уклоняюсь от уплаты налогов, но вот НДС всё равно включен в цену некоторых покупаемых мной товаров” – это для него, разумеется, неубедительно. Точно так же и указания на то, что вашего дедушку расстреляли при Сталине, подойдут лишь в качестве вспомогательного довода: во-первых, это случилось не с вами, а с человеком, которого вы даже лично не знали, а во-вторых, всегда можно сослаться на то, что это было другое государство. Идеальным будет подобрать историю, когда государство ущемило именно ваши права, причём по беспределу, в нарушение собственных законов, причём правды у других государственных органов найти не удалось. “Меня повязали на несанкционированном митинге и сломали ногу” – опять же, подходит хреново, если вы не Константин Коновалов – вот для него это прямо-таки идеальный кейс: не имел никакого отношения к акции, был задержан за три часа до её начала, с нарушением закона о полиции, получил телесные повреждения – и в довершение всего суд его же и оштрафовал. Если у вас найдётся нечто столь же убедительное, симпатии этатиста, конечно, будут на вашей стороне. Для начала вам важно продемонстрировать, что государство это не просто бандит, а бандит-беспредельщик, действующий не по понятиям.
Далее неплохо было бы сказать что-нибудь вроде “да ты и сам прекрасно всё понимаешь, наверняка у тебя тоже случалась подобная хуйня”, и пусть он тоже расскажет что-нибудь из своей практики. В России принято прибедняться и жаловаться на жизнь, так что собеседник скорее почувствует себя неловко, если окажется, что именно его государев сапог обошёл своим вниманием, и либо что-нибудь присочинит, либо вспомнит произошедшее со знакомыми, или просочившееся в прессу.
А вот затем уже имеет смысл подводить собеседника к мысли, что если бандит не живёт по понятиям, то какое он имеет право требовать, чтобы по понятиям обращались с ним самим. А потому и утаить от него бабло – доблесть, и помочь другим, нагнутым по беспределу – хорошее начинание, и поддерживающие этих отморозков – суки позорные.
Ну и на закуску можно посмаковать истории о том, как людей штрафуют за благоустройство собственных кварталов, как панки ремонтируют детские площадки, как основатель Вымпелкома финансировал науку, а его объявили иностранным агентом – короче, подвести бывшего этатиста к мысли, что государевы люди умеют только ленточки перерезать, а по факту-то все блага люди обеспечивают себе сами, да ещё вынуждены обходить капканы, расставленные теми самыми государевыми людьми.
Не бывает непробиваемых этатистов. По крайней мере, в России.
