Я, разумеется, не про то, что происходит в Украине – там происходит война. Я про спецоперацию, проведённую Екатериной Шульман по эвакуации в Германию “на стажировку”.

Екатерина Михайловна долгое время категорически отрицала возможность собственной эмиграции, потому как она политолог, специалист по российскому законотворческому процессу, и отъезд для неё означает уход с площадки для исследований. Разумеется, это довольно смешные отмазки, потому что она же сама неоднократно заявляла, что всегда опирается только на открытые источники, а не на какие-то мутные инсайды, доступ же к открытым источникам из Берлина ничуть не хуже, чем из Москвы. Мы имеем классическую легенду прикрытия, чтобы враг ничего не заподозрил, пока не станет поздно.

Сейчас она заявляет, что стажировка не является бессрочной, она всего лишь на год, а там либо шах сдохет, либо ишак, либо в результате стажировки подвернётся новая интересная исследовательская задача, например, в Латинской Америке – но вы не сомневайтесь, возвращение в Россию неизбежно, так что оставшихся в России родственников не надо репрессировать, уважаемые сотрудники органов.

Я очень прошу тех, кому трудно решиться на отъезд, брать на вооружение опыт Екатерины Шульман. Главное: коли вас так пугает эмиграция, не называйте это эмиграцией. Как Шульман неоднократно заявляла, сейчас люди не уезжают в никуда. Можно перебазироваться в другую страну, продолжая поддерживать с оставшимися в России не менее тесное общение, чем до отъезда. Можно продолжать удалённо работать на Россию. Можно не распродавать имущество, а просто законсервировать жильё или сдать его. Можно оставить надёжным людям доверенности, позволяющие им при необходимости совершать от вашего имени любые транзакции. И самое главное – можно сразу примерно обозначить сроки или условия возвращения. Всё, вы просто едете сменить обстановку, а не бросаетесь в омут неизвестности. Согласитесь, звучит куда менее пугающе.

Тем не менее, пожалуйста, не будьте излишне легкомысленны. Изучите опыт зажравшихся москвичей, которые помчались из страны, как ошпаренные, и с удивлением обнаружили, что за границей, конечно, приятно и спокойно, но вообще-то хрен пробьёшься. Многие старательно приобретённые в России навыки оказываются ненужными, работодатели не стоят в очереди, чтобы вас трудоустроить, да ещё и все эти досадные бытовые мелочи, вроде непривычной кухни или недостаточно насыщенной культурной жизни.

Вдали от привычной деловой и языковой среды, вдали от привычного быта и старых друзей может быть трудно. Вам придётся доказать уйме людей, которые знать вас не знали до сей поры, что вы им нужны достаточно сильно, чтобы платить вам. Возможно, вам придётся заниматься совершенно неквалифицированным трудом, по крайней мере, какое-то время. Возможно, вас будут посещать мысли о том, что вы используете себя совершенно нерационально, ведь в России ваш труд был куда более эффективен, чем тут, на новом месте. Да, это может быть так. Но там ваш труд приносил пользу прежде всего тем, кто убивает людей в Украине. Поэтому ваш отъезд – это подвиг. Это ваш посильный вклад в поражение путинского режима. Это не единственно возможный путь, но вполне достойный.

Вместо этого можно сесть в России в тюрьму. Режим будет кормить вас, а новобранцу еды достанется меньше. Можно заниматься пропагандой и саботажем. Режим будет кормить орду следователей, которых вы обеспечите работой, и денежное довольствие российских контрактников будет скромнее. Можно зарабатывать в России и донатить украинской армии или иным организациям, ведущим войну с Россией. Это всё – тоже достойный выбор.

Недостойных выборов, собственно, только два. Это уход во внутреннюю эмиграцию, когда вы живёте в РФ, как ни в чём ни бывало, закрывшись от внешних раздражителей. И это поддержка российского режима. В первом случае вы легитимная мишень для экономических санкций. Во втором вы также легитимная мишень и для силовых акций.

Пожалуй, разверну немного последний пункт. Либертарианцы так-то выступают в защиту частной собственности. Но если вам взбредёт в голову пометить свою частную собственность той же символикой, что помечают российскую военную технику – вы помечаете себя как цель для партизанской войны. Причём лёгкую, плохо охраняемую цель. Вы комбатант, участник организации, инициировавшей насилие против широкого круга лиц, и ваша собственность теперь обременена требованиями репараций. Радуйтесь, если всего лишь порежут шины.