Тег: анкап

Вот есть Сингапур. Это птица в золотой клетке. Но живут они лучше США, и никакой коррупции. Анкап vs Сингапур?

Некто Неизвестный

Сингапур – государство с очень сильно урезанными личными свободами и с весьма значительным уровнем экономической свободы. Фактически, это государство, организованное, как коммерческая компания, где вся жизнь регламентирована в рамках логики бизнес-процессов. Разумеется, эта модель не может подразумевать никакой политической конкуренции. Вроде как, помимо правящей партии “Народное действие”, в Сингапуре для приличия существует ещё и оппозиционная Рабочая партия. Даже по названию уже можно предположить, что её роль – что-то вроде прикормленного профсоюза, который уж точно не может претендовать на управление предприятием, но теоретически может дать менеджменту некоторую обратную связь, если он начнёт лажать с управленческими мерами.

Если какой-нибудь Советский Союз можно было условно назвать диктатурой пролетариата, то Сингапур, в рамках марксистской терминологии – это диктатура буржуазии. Всё для бизнеса, всё для экономического роста! Лозунг примерно того же толка, как “всё для фронта, всё для победы”.

Мог ли вместо того Сингапура, который мы видим сейчас, возникнуть город с анархо-капиталистическими порядками? Вообще говоря, да. Если бы те самые инвесторы, за которыми гонялся с увещеваниями Ли Куан Ю, явились сами и навели свои порядки, сперва скупив на корню местных крайне недорогих чиновников, а потом и вовсе упразднив государственную власть за ненадобностью, имели бы мы сейчас на этом месте самоуправляемый город с очень компактной администрацией, существующей за счёт эндаумент-фонда, доля малого и среднего бизнеса в его крайне динамичной экономике составляла бы примерно четыре пятых, был бы он немного беднее, немного грязнее, бедных там было бы больше раза в три, а счастливых – больше на порядок. Откуда я беру свои прикидки? В основном списываю с Гонконга, с учётом местных особенностей и того факта, что в Гонконге какое-никакое государство всё равно есть.

Главная проблема таких городов со свободной экономикой в том, что их слишком мало, они чертовски привлекательны, и оттого переполнены толпами желающих поселиться в этом замечательном месте. Между тем, для того, чтобы ненасильственно тиражировать удачную модель, нужен свободный рынок земли. Тогда никаких проблем, инвесторы из условного Сингапура организуют консорциум, выкупают удобную территорию у какого-нибудь государства – и развивают её. Но для государств территория слишком часто оказывается какой-то сакральной ценностью, за которую они готовы класть миллионы людей, и ну их нафиг, этих сумасшедших, с такими заскоками. Вот и теснятся жаждущие свободы и процветания люди на крохотных территориях, здорово переплачивая за такую редкую возможность.

Но вся экономическая история говорит нам, что это совершенно нормально: некий товар сперва является премиальным, постепенно тиражируется, и его стоимость снижается до приемлемой, а потом он и вовсе становится сущим ширпотребом. Свобода в данном случае – это пример подобного товара. Спрос на неё есть, он растёт, а значит, предложение будет расширяться.

Big brother is watching you!

Вопрос по поводу лекарств от редких заболеваний.

Какие есть гарантии, что при анкапе люди, болеющие редкими заболеваниями (которыми болеют менее 200000 человек) не останутся без лекарств из-за того, что их будет просто не выгодно разрабатывать и продавать (такому небольшому количеству потребителей)?

анонимный вопрос

Отвечает Алекс Мурин

Самый странный вопрос, который я когда-либо встречал. А почему государствам выгодно финансировать ученых, которые ведут такие исследования? Может быть потому что вообще ученых финансировать выгодно? Они делают полезные открытия, при том за последние 100 лет все чаще, все полезней и интересней.

Фирма, которая разрабатывает новое лекарство, получает известность. Это в настоящий момент лучшая реклама фармацевтической компании, которую можно придумать. Можно нанять сотню пиарщиков, которые будут писать, что аскорбинка и подорожник от этой компании самые лучшие в мире. Но много кто продает аскорбинку и сборы лекарственных трав. Так что большую часть времени пиарщики будут производить информационный мусор. А можно нанять еще десяток ученых, которые разработают лекарство от редкого заболевания. Посмотреть и рассказать об открытии соберутся журналисты многих изданий, название компании попадет в топ новостей всех сайтов на пару дней и еще на месяц в топ специализированных изданий. Помимо той редкой таблетки компания делает еще сотни всяких менее редких. Открытие – это новые клиенты, уважение врачей, внимание их пациентов.

По поводу продажи: продавать лекарства всегда выгодно. И как было выгодно в первобытном обществе, когда охотник приносил шаману лучший кусок мяса за горшок с волшебным снадобьем, так и в постиндустриальном, когда сотни фармацевтических компаний делают аспирин, а миллионы аптек продают. Возможно, редкое лекарство не выгодно будет хранить в аптеке, но никто не мешает его заказать. Сейчас ограничение на интернет-торговлю лекарствами создают государства.

В чем роль государства в производстве лекарств от редких болезней, пока не очень очевидно. В финансировании ученых? Их могут финансировать благотворительные фонды и страховые компании. Страховщику всегда выгодно, чтобы его пациент был здоров, исправно платил взносы, а не лежал при смерти.

Кстати, знаменитую директиву ЕС 141/2000 (уменьшение регуляций при разработке орфанных препаратов) приняли именно благодаря частной инициативе, а вовсе не с подачи какого-либо из государств. EURORDIS, ассоциация по поддержке больных с редкими заболеваниями – одна из организаций, которая способствовала разработке и принятию такой инициативы.

Очень редкие таблетки

Такое при анкапе будет в порядке нормы?

анонимный вопрос

https://www.youtube.com/watch?v=9CoAlxgwXcM

Норма в данном случае вообще не имеет отношения к тому, анкап на дворе или социализм. Есть большой мировой тренд по снижению агрессии, в том числе в отношении детей. Читаешь какого-нибудь Кассиля – там описываются куда более жестокие нравы, как между детьми, так и между детьми и взрослыми. Подозреваю, что в те времена подобный эпизод вовсе не привлёк бы хоть какого-то внимания. Не убил, не покалечил, просто заставил подняться капризного ребёнка, и повёл за ручку, что такого-то? Прошло сто лет, и этот эпизод уже воспринимается как явная грубость нравов, но всё же не настолько вопиющая, чтобы вместо продолжения съёмки выскакивать во двор и немедленно вступаться за ребёнка, или, скажем, чтобы высунуться из окна с винтовкой и потребовать немедленно прекратить.

Очень сложно предсказать, каковы будут нормы в отношении насилия над детьми в обозримом будущем. Тренд может продолжиться, и тогда идеи, продвигаемые в данный момент, скажем, проектом Доброум, со временем станут казаться банальными, а то и самоочевидными. Или тренд может развернуться, и тогда наша эпоха будет казаться потомкам временем мягкотелости и вырождения.

При этом анкап может развиться в рамках любого течения указанного тренда. Если мир станет более ненасильственным, то ключевым в отношениях с детьми будет принцип неагрессии. Ребёнок же не нападал? Нет, просто валялся и не хотел вставать. Как его можно бить? Как вообще можно бить детей? Если нормой станет большее насилие, то акцент будет смещён в сторону правосубъектности. Ребёнок неправосубъектен? Значит, находится в зоне ответственности опекуна. Увидели, как бьют ребёнка? Ну, поинтересуйтесь, чей он. Если опекун и бьёт – ну, наверное, за дело бьёт. Если бьёт не опекун, это покушение на чужую собственность, непорядок, стоит пресечь, например, вышибив агрессору мозги.

Мне, конечно же, кажется более естественным и вероятным первый сценарий. Тренд на ненасилие сопровождается всё большей ценностью человеческой жизни и во многом именно этим и обусловлен. Анкап предполагает устранение государства, которое в числе прочего является системным фактором, снижающим ценность человеческой жизни (во-первых, оно производит насилие, а значит, насилие оказывается обыденностью, во-вторых, оно делает людей беднее, тем самым снижая ценность жизни). Значит, при анкапе ценность жизни вырастет, и насилия станет меньше.

Но, увы, причины тренда до конца не ясны, и гарантировать в этом вопросе я ничего не могу. Всё-таки смягчение и ожесточение нравов в ходе мировой истории подчиняется явно не простой линейной зависимости.

P.S. Когда пост уже был готов к публикации, пришла новость, что дочь Анастасии Шевченко умерла в реанимации. Для тех, кто не знает: мать обвинили в членстве в нежелательной организации и посадили до суда под домашний арест, лишив права на общение с дочерью. Дочь тяжело болела и нуждалась в постоянном уходе. Суд, выбирая меру пресечения, проигнорировал это обстоятельство.

Так вот: при анкапе такое не только не будет нормой, но и станет вовсе невозможным. Государство – убивает. Это не просто машина насилия, но ещё и совершенно безответственная машина.

Что думаешь об агоризме? Есть ли различия между анархо-капитализмом и агоризмом?

Классический либерал

Различие между анкапом и агоризмом достаточно простое. Анкап – это состояние общества, в котором отсутствует институциализированное принуждение, а агоризм – это стратегия достижения анкапа. В одном из своих ранних постов “Анкап или минархизм?” я назвала этот метод контркультурным, в противовес политическому, но готова согласиться, что термин так себе, язык об него сломаешь, в дальнейшем буду использовать именно слово “агоризм”.

Агоризм предполагает, что единственной действенной стратегией достижения анкапа является прямое действие. Нужен тебе анкап – живи по анкапу, не пытайся торговаться с государством и применять одобренные государством механизмы взаимодействия с государством, потому что эта практика, сомнительная в плане защиты прав, укрепляет сами эти механизмы, и государство вместе с ними.

Агоризм – это чёрный рынок, частное образование, криптоэкономика, горизонтальные связи, добровольная взаимопомощь. Как нетрудно видеть, за последние годы агористы достигли неплохих успехов в деле развития необходимой инфраструктуры, и не планируют останавливаться.

Вот только нетрудно видеть, что наибольший интеллектуальный вклад в развитие агористских механизмов всё-таки вносится людьми, проживающими в относительно свободных государствах, а агористы в каком-нибудь Китае сидят тихо, как мышки. Так что для того, чтобы агоризм вообще появился как идеологическое направление, и стабильно развивался, а не представлял собой спонтанные легко подавляемые акты неповиновения насилию, необходим некоторый базовый уровень политических и экономических свобод, а этот уровень достигается именно политическими методами.

С другой стороны, скажем, экономическая трансформация от плановой к рыночной экономике в России произошла во многом благодаря уже развившемуся в позднем Советском Союзе чёрному рынку, не будь которого, частную собственность пришлось бы создавать совсем на пустом месте, и это было бы не в пример сложнее.

Наконец, отмечу, что для появления рынка необходим некоторый минимальный уровень доверия в обществе, без которого издержки по обеспечению безопасности просто съедают всю выгоду от большинства сделок, что делает рыночные отношения маргинальными, а на первый план выходит натуральное хозяйство и разные сорта принуждения. Лучший же механизм появления доверия – это успешный опыт совместной деятельности. И тут в равной степени годится и политическая деятельность, и какая-нибудь кооперативная экономика, и благотворительность, и даже спортивные состязания или массовые праздники.

Так что и агоризм, и политическое либертарианство успешно работают на одну и ту же цель. Чем больше политических прав при неразвитых экономических, тем актуальнее агоризм. Чем больше экономических прав при неразвитых политических, тем актуальнее политическая деятельность, хотя она также может приобретать весьма причудливые формы – ещё бы, если партии не регистрируют и в бюллетени не включают. Ну и в ситуации, когда нет ни политических, ни экономических прав, уж извините, но самый прямой путь – это бегство из этого ада, либо вооружённое восстание.

Ещё один подводный камень агоризма: сходство методов с левыми анархистами может порождать миграцию в сторону их идеологии. Аккуратнее с этим.

Как думаешь, может ли образоваться полноценный анкап в процессе колонизации планет?

анонимный вопрос

Теме взаимоотношений между Землёй и её инопланетными колониями посвящено огромное множество фантастических произведений. Теме устройства общества в инопланетных колониях в подобных вещах также уделяется немало внимания. В сущности, всё упирается в то, какие именно фантастические предположения легли в основу того или иного сюжета.

Нам предлагается пойти от обратного: понять, какие минимальные фантастические (а ещё лучше – реалистичные) предположения следует сделать, чтобы образовавшееся в инопланетной колонии Земли общество было анархо-капиталистическим. Что же, давайте порассуждаем.

По идее, конечно, к моменту появления инопланетных колоний на Земле уже должен быть анкап, соответственно, и для колонии будет достаточно естественным сохранить именно этот тип общественных отношений. Но это слишком тривиальное допущение, хотя и вполне реалистичное.

Для интереса я бы, например, наоборот, предположила, что по какой-то загадочной причине уже и технологии для освоения иных планет все в наличии, а вот анкап до сих пор не завёлся. Мне не очень понятно, как такое может быть, поскольку нет никаких оснований для того, чтобы государства просуществовали настолько долго. Но мы же о фантастике, и вот такое вот у нас фантастическое допущение.

Едем дальше. Для того, чтобы в колонии был анархо-капитализм, требуется, чтобы там образовался свободный рынок. Если, скажем, вся колония представляет собой одну фирму, торгующую с Землёй, то отношения в ней скорее будут денежно-трудовые, и мы получим уже совсем другое общество. Так что необходима достаточная автономия колонистов, ведь если они во всём будут зависеть от централизованно распределяемых ресурсов, какая уж тут анархия. Значит, либо планета терраформирована, либо изначально пригодна для жизни, либо технологии обустройства жизненного пространства вокруг себя весьма недороги и доступны примерно каждому.

В результате имеем избыток жизненного пространства, позволяющий соседствовать лишь в тех случаях, когда это несёт выгоды, а не просто потому что тесно, и никуда не денешься. Это очень важно для появления пресловутой автономии личности и доминирования добровольных отношений – принуждение в такой среде попросту не нужно, да и очень малоэффективно.

В общем, с колонизацией такой планеты мы получаем ситуацию, похожую на опыт США, только без индейцев и рабов, этих двух родовых травм Соединённых Штатов, которые способствовали разрастанию полномочий федерального правительства и вели к внутренним войнам.

Фантастическое предположение о возможности межпланетных войн мы с брезгливостью отбросим: хорошо для блокбастера, но слишком уж невероятно. И это также работает на анкап: не нужно содержать оборону от космического вторжения, ведь из опасений чего-то в этом духе может ненароком и государство завестись, а потом вытравливай его из мозгов…

Как максимально приблизить анкап в странах с посткоммунистической экономикой?

В США все выглядит довольно гладко, но в бывшем СССР условия иные. Часто убыточные госпредприятия, моногорода, завязка экономики на ВПК, микрорайонная застройка мешают индивидуализму и невмешательству государства — устранение или минимизация государства и закрытие убыточных предприятий в короткие сроки приведут к безработице и вымиранию всех бюджетников, выжившие же повесят реформаторов, наплевав на NAP. Есть ли у России шанс на успешные либертарианские реформы?

анонимный вопрос

Отвечает Алекс Мурин

А зачем торопиться? Анкап и либертарианство – это идеология. Если люди ее разделяют, они будут ей руководствоваться. Если не разделяют, то не будут. Нельзя заставить людей жить без государства. Это свободные люди, они сами решают, как им жить. Только в моногородах, на убыточных госпредприятиях люди быстрее приходят к мысли, что правительство им не друг. Вместо магазинов с красивыми витринами начинают появляться ларьки с дешевым пивом, вместо подакцизной водки народ переходит на самогон. Вместо того, чтобы говорить “я честный налогоплательщик”, люди предпочитают прятать доходы и совершать сделки за наличные деньги без документов.

Высотная застройка, когда соседи не знакомы друг с другом, а понятие “свое” заканчивается на пороге квартиры – это серьезная проблема для свободного общества. Пока люди не станут хозяевами своей земли, не поймут, что их дом – это крепость, принадлежащая только им, трудно говорить о свободе, самоуправлении. Но у нас есть другой фактор, играющий нам на руку – бедность. Человек, которому нечего терять, скорее перестанет поддерживать того, кто его из года в год грабит, нежели человек, у которого есть свой дом, фирма, которому не стыдно сказать “мой дед и отец голосовали за республиканцев, я тоже их поддерживаю”. Есть много путей к свободному обществу, мы сами выбрали путь через бедность и крайнее социальное неравенство. И я не хотел бы называть сроки, я хотел бы обозначить направление.

Добавление от Анкап-тян

В период развала государства нам всем стоит брать пример с Венесуэлы. Пока официальная пропаганда там прославляла победы социалистической экономики, а инфляция била рекорды, люди вкладывались в то, что государству неподвластно – в биткойн. Объём сделок с боливаром на сервисе localbitcoins заметно превосходит, например, объём сделок с евро. Впрочем, русские не больно-то нуждаются в моих советах, ведь объём сделок в рублях на localbitcoins тоже превосходит объём сделок в евро. Так что даже тогда, когда государство демонстрирует крайнюю неэффективность, терять из-за этого всё совершенно не обязательно. Когда появляется шанс что-то поменять в стране, лучше иметь ресурсы, чем не иметь их.

Разумеется, биткойн – это не единственное возможное неподвластное государству вложение. Ещё более важными являются инвестиции в горизонтальные связи. Вы можете и не быть гражданским обществом, если полагаете, что политические методы в данный момент неэффективны, или презираете политические методы как таковые. Но будучи атомизированными одиночками, вы без государства не выживете. Так что известный коммунистический лозунг с призывом к объединению мирового пролетариата также стоит принять к сведению и творчески переработать для себя, попросту выкинув оттуда ограничения на классовый состав вашего сообщества.

Наконец, если даже по какой-то причине вы бюджетник и получаете копейки за бессмысленную и неэффективную работу на государство, то глупо отговаривать вас от этой работы – вы бы и сами давно свалили с неё, если бы могли. Но не стоит зацикливаться на ней. Говорят, в позднем Советском Союзе, состоявшем из бюджетников чуть более, чем полностью, необычайную популярность имели такие отсутствующие в социалистической политэкономии термины, как шабашка, калым и тому подобные наименования контрэкономических феноменов. Вот и сейчас – хороший левак при социализме укрепляет не брак, а личный бюджет. Зарплату можно получать и от государства, а тратить основные силы лучше на подработки.

А как при анкапе будут обстоять дела с качеством и безопасностью продуктов питания?

анонимный вопрос

Вопрос очень удачно дополняет мой вчерашний пост про движение по бесплатной раздаче уценённой еды, поэтому я выбрала из очереди именно его.

То ли в самом конце 19, то ли в самом начале 20 века в США было поветрие на разоблачительные публикации в прессе. Специализирующихся на этом журналистов называли разгребателями грязи, и они сломали тогда не одну карьеру. В основном грязь следовало трактовать в переносном смысле как политическую нечистоплотность, но сегодня нас интересует кейс, когда грязь фигурировала в публикации в своём прямом значении. Речь идёт о серии публикаций про ужасные антисанитарные условия на бойнях, колбасном производстве и так далее. Развёрнутая в прессе кампания привела к тому, что федеральное правительство принялось вводить санитарные нормы на пищевом производстве, и действительно, граждане США сегодня являются обществом, уделяющим огромное внимание качеству и безопасности продуктов.

В Соединённых штатах начала прошлого века, стране с огромной долей нищих иммигрантов, приезжающих за своей американской мечтой, к еде у подавляющего большинства населения было простое требование: она должна быть дешёвой и продаваться в изобилии. Государство сперва стало регулировать качество еды, а на рубеже тридцатых годов добралось до регулирования как цены, так и количества, в результате чего во время Великой Депрессии правительственные агенты занимались уничтожением продуктов в огромном объёме, чтобы не допустить их удешевления. Так что благими намерениями, как обычно, оказалась вымощена дорога к рабству.

Но как мог бы вместо этого сработать на улучшение качества еды свободный рынок? Конечно, через эксплуатацию таких низменных человеческих качеств, как тщеславие и алчность. Разгребатели грязи публикуют репортажи об антисанитарии на бойнях. Предприимчивый алчный мясопромышленник открывает бойню, содержащуюся в такой чистоте и порядке, что там даже крысы повязывают салфетки перед едой, приглашает туда газетчиков и оплачивает серию рекламных репортажей: покупайте мясо только у Butcher & Co, держателей самой чистой бойни в обоих Америках! Мясо продаётся в фирменном магазине по тройной цене, тщеславные нувориши (Америка страна возможностей!) закупаются только там, мистер Батчер постепенно расширяет производство, его начинают поджимать конкуренты, и спустя каких-нибудь лет пять мысль о том, что на бойнях может быть срач, уже кажется совершенно немыслимой.

Я, конечно, утрирую, но, согласитесь, можно привести множество примеров того, когда свободная конкуренция приводила к повышению качества, а стремление сохранить при этом низкие издержки – к развитию технологий, и уж конечно не с чего пищевому производству являть собой какое-то странное исключение. Сперва некий товар или услуга появляется как предмет роскоши, но спустя некоторое время, благодаря конкуренции и расширению сбыта, становится совершеннейшей обыденностью и непременным атрибутом цивилизации.

Красота!

Готовность к анкапу

1. Какие качества нужны человеку для жизни в анкапе? А при построении?
2. Учитывая, что будет предоставлена полная свобода — возможны ли какие-то устои, которые более-менее объективно в какой-то перспективе могут свести такие качества на нет (и от которых следовало бы воздержаться по практическим причинам)? Почему-то в качестве иллюстрации сего у меня всплывают любимые Световым амиши, отказывающиеся от технического прогресса и довольно изолированные.

Атомный трамвай

Похоже, что в споре между Марксом и Макклосски вы на стороне тян, и вслед за ней считаете, что для перехода к определённому типу общества недостаточно иметь некий технологический уклад, а нужна ещё и определённая идеология. Мне тоже кажется, что это так, иначе моя деятельность по привитию людям ценностей анкапа была бы бессмысленной.

Ключевых таких человеческих качеств я вижу два. Во-первых, стремление к свободе, иначе откуда возьмётся анархия. Во-вторых, стремление к богатству, иначе откуда капитализм?

Без первого мы легко получим классическое пирамидальное общество, где нормальным будет унижаться самому и унижать других – ради того, чтобы урвать себе кусок. Без второго мы будем иметь переизбыток консерватизма, когда каждый, добившийся чуть большего успеха, чем прочие, скорее устроит праздник для соседей, где весь излишек будет проеден, чем инвестирует эти средства для получения ещё большего успеха в будущем. Погуглите, что такое потлач, и получите хорошую иллюстрацию того, что я имею в виду.

И отсюда мы плавно переходим ко второй части вопроса.

У нас есть общество людей, которые ценят свою свободу, стремятся к богатству, и потому построили бокруг себя анкап, то есть свободный рынок, который далее вроде бы должен порешать всё что угодно. Какое человеческое качество, не противоречащее двум базовым для анкапа, может постепенно подточить их и привести к разрушению общества свободного рынка?

Пожалуй, таким качеством я могу назвать мнительность. Если человека слишком многое коробит в других людях, то это будет препятствовать кооперации. Да, он всё ещё может быть свободолюбив, да, он может всё ещё стремиться к богатству, но кругом живут такие мудаки! У одного ребёнок мучает кошку, как можно покупать у него продукты? У второго отвратительные музыкальные вкусы, так что пусть даже не надеется на дизайн интерьера. Третий вообще сексист, с ним и срать-то на одном гектаре западло. И вот уже человек начинает метаться и прикидывать, куды бечь, и где его перестанут, наконец, раздражать эти жалкие людишки.

Так что без некоторой здоровой толстокожести анкапу тоже не обойтись. Столь любимый анкапами институт репутации – это тот троянский конь, который способен порешать даже рыночек!

Смотрите, какой симпатичный институт!

Несостоятельность анкапа

Григорий Баженов, экономист, более известный широкому сообществу как инициатор проекта Акцизу – нет (кстати, интересный пример довольно грамотной общественной кампании, присоединяйтесь), выложил статью про несостоятельность концепции анкапа.

Язык статьи не самый простой, но, как я поняла, пролистав канал Григория (тоже рекомендую, кстати), он мэйнстримный экономист, который считает, что немэйнстримные вещи нужно вещать на языке мэйнстрима и с опорой на него, иначе останешься на обочине. Для экономиста – логично. Для популяризатора это хождение по тонкому льду.

Но вернёмся к статье про анкап. Григорий резюмирует, что несостоятельность концепции анкапа в том, что “анархо-капитализм исходит из экономической трактовки понятий конкуренция и монополия, но при этом переносит эти понятия в те сферы, где это попросту неуместно”. Мне очень жаль, но это борьба не по адресу.

Доктрина анархо-капитализма не подразумевает свободной конкуренции организаций, осуществляющих агрессивное насилие, за право грабить тех, кто менее эффективен в этой области. Это ближе к доктрине экстерриториальных страховых крыш, которую отстаивает Олег Тараканов, и которую он считает промежуточным вариантом между минархизмом и анкапом.

Анархо-капитализм – это прежде всего правовая, а не экономическая, доктрина, и она утверждает, что права грабить нет ни у кого, и что любые навязанные контракты ничтожны, вне зависимости от статуса того, кто навязывает контракт.

Экономической теорией эта правовая доктрина лишь подтверждается, поскольку доказывает, что чисто экономически свободный рынок лучше несвободного с точки зрения экономических субъектов. Ну а дальше Мизес говорит, что этого вывода умному человеку достаточно, чтобы сделать выбор в пользу свободного рынка, а Ротбард добавляет, что даже если бы было доказано, что определённая форма несвободы экономически выгоднее, правильные пацаны всё равно были бы за свободу. Можно относиться к Ротбарду, как к фрику, за такую предвзятость, но, к счастью, благодаря Мизесу это действительно непринципиально.

Так что анкап это просто критическое хмыканье что в адрес минархистского государственного устройства, что в адрес мира конкурирующих страховых крыш: неплохо, мол, но можно лучше.

Классический либерализм и либертарианство – это одно и то же?

Либеральный сапог

Либерализм и либертарианство – два термина очень похожей, но зеркальной, судьбы. Термин “либерализм” этатисты отжали у сторонников экономической свободы в середине 20 века. И примерно тогда же термин “либертарианство” был отжат сторонниками экономической свободы у социалистов. Правда, я не слышала, чтобы после этого либертарные социалисты называли себя классическими либертарианцами.

Классический либерализм в 20 веке – это прежде всего Мизес и Хайек. Оба убеждённые сторонники свободного рынка, оба убеждённые противники коллективизма, но оба считают вполне приемлемым существование государства и видят в нём некоторую пользу, а именно защиту частной собственности. Для этого государству предоставляется монополия на насилие, а чтобы оно не применяло его против граждан, граждане должны иметь право на оружие и на самоорганизацию вплоть до вооружённого сопротивления правительству.

Либертарианство – это, фактически, классический либерализм в экономике плюс применение тех же принципов во всех прочих сферах жизни, прежде всего в этике и праве. Ротбард высказался насчёт того, что монополия на насилие противоречит принципам свободного рынка, а значит должна быть отвергнута вместе с государством, далее Нозик уточнил, что если уже на свободном рынке в рамках добровольного процесса государство вновь возникнет, то к нему у либертарианцев, по идее, не может быть претензий.

В результате, помимо классических либералов, которые просто говорят, что государство надо ограничивать, а для этого следует вести политическую деятельность, мы имеем также анархо-капиталистов, утверждающих, что все услуги, в том числе защита частной собственности, прекрасно предоставляются на свободном рынке, а государство мы не покупаем, унесите – и минархистов, которые не против, чтобы государство осталось, но только при условии, если будет хорошо себя вести, не вымогать налоги, а вежливо просить донаты.

Как-то вот так мне видятся разногласия между класслибом и либертарианством